Нужна помощь

В комнатке Диане нравилось всё: от маленькой стоимости аренды до большого окна с широким подоконником. Можно с чашечкой чая или бокалом вина любоваться соседскими клумбами возле уютных домиков. Пёстрые хосты, кудрявые спиреи и розы, розы, розы…

Эту радость глаз портил лишь один неухоженный двор у запущенного дома. Всё бы ничего, чужой дом — чужие правила, но хаос притягивал, заставлял разглядывать подробности. Сплетение засохшего плюща на стенах, словно перед гибелью хищное растение высосало из здания все жизненные соки и отравилось ими же, но успело оставить шрамы-трещины на облупившейся облицовке. Кладбище бытовой техники: электрические печи, словно сдохшие монстры, ощерили пасти осколками выбитых стёкол; стиральная машинка с оторванной дверцей зияла чёрной дырой; искорёженный холодильник пугал своими повреждениями — страшно представить, в каком припадке бешенства его неистово изрубили топором.

Разглядывая эти проявления чужой беды, Диана, как в болото, погружалась в воспоминания.

Забитым доверху таким же хламом она обнаружила свой родной дом, когда вернулась после окончания колледжа. Тётя Джейн, с детства заменившая ей непутёвых родителей, не справилась с одиночеством — на фоне обострившейся диспозофобии превратила жильё в свалку.

Теперь на бардак смотреть было противно до тошноты.

Тошнота мучила, когда Диана отчаянно боролась с горами мусора в своём загаженном доме. Ужасный запах! Маска не помогала, от съеденного имбиря, надёжного средства, сводило желудок. Хуже было только щемящее чувство вины — тётушка плакала, будто теряла близких. Диане и сейчас показалось, что слышит её всхлипы и скрипучие причитания, пока не поняла, что это голуби, устроившие логово на чердаке, гадящие на карнизы годами немытых окон.

Окна — глаза дома. Наверное, тот, кто живёт там, просто сдался под натиском проблем.

А Диана не сдавалась: водила несчастную по врачам и упорно очищала дом. Много дней. А потом поняла, что больше не может. Ничем не может помочь родному человеку и никак не может навести порядок даже в оставшихся самых необходимых вещах — мозг просто отказывался понимать, что и куда нужно положить, где чьё место. Проще всё сжечь, чем навести порядок.

Она доверила Джейн заботам врачей, а сама переселилась в эту крохотную комнату в надежде, что здесь у неё получится вернуться к нормальной жизни.

Диана с трудом оторвалась от окна. Взгляд сразу зацепился за стул, заваленный одеждой. Рядом валялись скомканные джинсы.

Противно засосало под ложечкой. Надо что-то делать с этим, наконец. Диана глубоко вдохнула и, как в холодную воду, кинулась разбирать завал. Она снимала со спинки стула вещь за вещью: свитер, футболку, пару бюстгальтеров, плотную клетчатую рубашку, шёлковую блузу, брюки, снова футболку, юбку, опять футболку…

Сколько же у неё футболок?!

Одна за другой вещи перекочевали ей на плечи.

А дальше?

Белая вспышка перед глазами и полный ступор. Придя в себя, она не могла понять, сколько простояла так, увешанная одеждой — судя по затёкшему телу, время мерилось не секундами.

Вспомнилось пугало из Страны Оз. Вот и она такая же безмозглая. Ворох тряпья свалила обратно, лишь бы освободиться от «непосильной ноши». Подступили слезы. Она не справилась! Снова. Даже с простой задачей. А еще хотела спасти Джейн… Была уверена, что поможет, что всё получится. Так старалась: лучшие специалисты, дорогие препараты. Потратила столько сил, нервов, а в итоге… Джейн в лечебнице, а она сама перешагивает через валяющиеся на полу штаны и от одной мысли, что это надо прибрать, в голове взрыв.

По телу пробежала горячая волна, стало невыносимо душно. Диана снова бросилась к окну. В лицо дохнуло свежестью, но…

Опять эта свалка. Это невыносимо! Пытка какая-то! Она просто хочет взять паузу. Хотя бы несколько минут не думать о хаосе: в комнате, в жизни, в мозгах. Не думать про бедную тётушку, повредившуюся умом, не представлять, каково это — жить как Джейн, не бояться, что и её саму ждёт та же участь.

В мути окна что-то мелькнуло, кто-то стремительно пробежал там, внутри. Диана невольно прильнула к стеклу. В тот же миг фигура в белом резко метнулся к окну. От неожиданности Диана отшатнулась, налетела на стул. Стул упал, одежда свалилась на пол.

Тело словно ошпарили кипятком, а горло сдавило. Диана снова кинулась к окну — всё, что ей нужно сейчас — глоток свежего воздуха. Из-за мутных стёкол на неё смотрела… Тётя Джейн! Белая сорочка, длинные спутанные пряди, ладони прижаты к стеклу.

У Дианы подкосились ноги, она медленно осела на подоконник. Сердце замерло, а потом принялось бешено колотиться.

Как?! Что она там делает? Скорее! На помощь!

Диана думала лишь об одном: только бы Джейн не ушла от окна вглубь этого чёртова дома. Как её оттуда вынимать?

Нет. Стоит. Ждёт её, свою девочку, приникла лбом к стеклу…

Вплотную подобравшись к окну, Диана поняла: это не Джейн.

Женщина в окне была лишь немного старше её самой, вот только лицо… словно маска скорби: страдальческие морщины разрезали высокий лоб, брови сведены спазмом боли, а глаза такие же мутные, как эти проклятые окна. Казалось, она не видит Диану, а смотрит куда-то поверх или даже сквозь неё. Губы что-то шептали.

Маленькой Диана научилась читать по губам, когда мамаша, сорвав голос в героиновой ломке, не могла издать ни звука, но не оставляла попыток звать на помощь. Женщина за окном молила: «Помогите!».

Всё сложилось в один миг: её похитили и удерживают силой в этом жутком месте. Быть может, маньяк украл её ещё ребёнком и измывается над несчастной.

— Сейчас. Одну минуту. Подождите! Я сейчас, — лепетала Диана, медленно отходя от окна.

Нужно вызвать полицию.

Кажется, женщина её заметила, затряслась всем телом в истерике.

— Я помогу! — кричала Диана, тоже плача от потрясения. — Я приведу помощь. Я не брошу тебя здесь. Просто дождись меня. Слышишь?

Неважно, слышит или нет. Нет времени успокаивать жертву, нужно спасать.

— Алло! Полиция? В доме заложница.

Да, я видела её собственными глазами.

Да, думаю, её удерживают силой.

Грозит ли опасность прямо сейчас? Боже правый! Откуда же мне знать? Это ваша работа.

Адрес?

Чёрт! Какой же адрес? Нужно назвать свой, там разберутся.

— Вы его сразу найдёте, этот дом, самый запущенный, со свалкой во дворе.

Патруль? Хорошо, я буду ждать. Я в до…

Не дослушали, бросили трубку.

Неважно, главное, чтобы патруль приехал как можно скорее.

Время тянулось невыносимо долго. Женщина в окне пропала.

А вдруг это маньяк увидел, как Диана общается с ней и уволок её прочь от окна? Где же чёртов патруль?!

Что это? Вот эта девица и есть патрульный?

Хороша нынче полиция! На что только идут налоги? Топчется на крыльце, стучит кулачком. Да надо дверь вышибать, врываться внутрь, скручивать этого гада…

Дверь приоткрылась.

— Мэм, это полиция.

Мэм? Серьёзно? Да там же должен быть маньяк, здоровенный мужичище… В дверях, действительно, неопрятная старуха, кутается в растянутый кардиган — у тёти был такой же. Диане всегда казалось, что он уродует Джейн. Хотелось его выбросить. Но тут дело не в кардигане.

Может, жена этого мерзавца? Так тоже бывает. Детей похищает пара свихнувшихся идиотов, потерявших своего ребёнка или…

— У вас всё хорошо?

Ну конечно, у неё всё хорошо. Так она тебе и сказала: «У меня тут похищенная девушка на помощь зовёт, моя умница!»

— Поступил сигнал об удержании…

— Вы же знаете, у меня не заперто.

— Да, мэм, но я должна проверить.

Наконец-то! А девчонка-то не промах! Только осторожнее, а не то…

— Если б это было так просто…

— Да, мэм, у вас тут сложно пройти.

Чёртова сучка не хочет пошевелить своей задницей!

— Если нужна помощь?..

— Спасибо, офицер, мы справляемся.

— Что ж, вижу, у вас всё под контролем. Простите за беспокойство.

— Ничего страшного, это ваша работа.

— Да, мэм.

И это всё? Даже не осмотрела дом полностью! Что толку от такой полиции?

Что это? Старуха машет рукой на прощанье и… идёт по улице в другую сторону. В руках хозяйственная сумка, наверняка, в магазин.

Может, это и есть сама похитительница? Или даже мать несчастной. Есть такие, которые превращают ребёнка в свою игрушку.

Дверь! Дверь нараспашку! Старуха забыла запереть дверь. Вот же сумасшедшая! Да она невменяемая просто! Надо скорее сказать бедняжке, что дверь открыта!

А вдруг маньячка держит её в закрытой комнате, раз патрульная не заметила ничего подозрительного?

Она сама спасёт несчастную.

Диана пробиралась через завалы ловко и быстро. Ещё бы! Такой опыт. Она будто знала, где проход в этом лабиринте хлама.

— Эй! Где вы? Я пришла за вами. Скорее, пока дверь открыта!

— Она всегда открыта, моя девочка, — со стороны двери раздался голос старухи.

Диана рванулась вперёд. Гора вещей рассыпалась, больно ударяя по телу, словно камнепад в ущелье.

— Осторожно! — крикнула старуха. — Иди сюда! Здесь выход!

Нет! Она никуда не уйдёт без пленницы.

— Я не боюсь вас! Сейчас же отпустите девушку!

— Диана, детка, здесь никого нет, только ты и я.

Но Диана не слушала, она уже нашла ту самую комнату, билась о дверь плечом, потом пыталась высадить её ногой.

— На себя, — услышала она спокойный печальный голос.

— Что?! — еле выговорила, дыхание сбилось.

— На себя, — повторила старуха.

Диану прорвало:

— Вы не смеете этого делать! Она там. Я точно знаю. Она звала на помощь, а вы… Вы держите её силой. Откройте немедленно!

На удивление, маньячка послушалась: подошла к двери и потянула ручку. Дверь тут же открылась.

Диана пошатнулась. Это было совершенно невероятно, но она стояла на пороге своей комнаты, с большим окном, широким подоконником, на полу возле опрокинутого стула валялись вещи.

— Но как это?— бормотала Диана. — Как это возможно?

Женщина со вздохом растёрла ладонями лицо, словно стирая грим, на глазах превращаясь…

— Тётя?..

— Да, детка, иди ко мне, — Джейн раскрыла объятия.

Но Диана не торопилась. Она хорошо знала, что с психическими нужно быть настороже, попятилась, едва не упала, запнувшись о стул.

— Осторожно, детка, смотри под ноги.

Ноги запутались в валяющихся на полу джинсах. Диана снова еле удержала равновесие. Голова кружилась, мысли путались. Нужно взять себя в руки и разобраться во всём.

— Как ты попала сюда? Ты же была в больнице.

— Это ты была в больнице, дорогая, но теперь снова дома.

Диана не могла смотреть ей в глаза и отвернулась к окну. В отражении стекла глубокие морщины разрезали лоб, спутанные волосы покрывали худые плечи, сползала лямка белой сорочки и тётя Джейн заботливо вернула её на место.

— Значит, та пленница — это я? — спросила Диана окно.

— Я не знаю, о ком ты, — вздохнула Джейн.

— А дверь всё ещё открыта?

— Конечно, дорогая. В больнице ты так плакала, что тебя не выпускают, держат силой. Я забрала тебя домой и первым делом сняла замки, но ты всё равно не выходишь уже…

Диана плохо понимала, что говорила Джейн. Слова, словно вещи на полу путались друг с другом. Она подхватила одежду с пола, с трудом пробираясь через завалы в коридоре, вынесла во двор и скинула на кучу поломанной техники. Проезжающая мимо патрульная машина притормозила.

— Мэм, у вас всё в порядке?

— В порядке?! — Диана расхохоталась. — Да вы шутите. Нет, офицер, нам нужна помощь.