Освободитель

Владелица горной страны возвращалась домой. Молодая женщина с тёмно-русыми волосами, которые были убраны в сетку и укрыты шёлковым покрывалом, ничем не выделялась среди придворных дам. Разве что гордой осанкой. Их сопровождали царские телохранители, командовал которыми родной дядька царицы. Седобородый крепкий вояка с самого её детства опекал как родную дочь.

- Не успеть нам до заката в город.

Он окинул холмистую долину. На всём лежал оранжевый отблеск уходящего солнца, которое собиралось нырнуть за горный хребет.

- Тогда едем через лес. – Решила она.

Сопровождающие в ужасе переглянулись. Она окинула их взглядом, некоторые дамы побледнели, да что говорить, даже у некоторых воинов закрался страх.

- Не доброе дело ты задумала, а в твоём положении вовсе нельзя под открытым небом ночевать. Под прикрытием тьмы всякая нечисть лезет из земных недр, чтобы людям козни строить.

- Знаю я, только если мы через лес поедем, то через час уже к стенам города выедем. Знаю и о дурной славе чащи, но вы нам на что, лучший царский отряд? Авось отобьёмся, только мне кажется, все небожители и их народ давно покинули эти края. Мы шуметь не будем, и плохого не учиним.

Царица развернула своего коня, разговор был окончен. Скрипя сердцем, дядька послал своих молодцов впереди её, не дело рисковать женой правителя, которая ждёт наследника. Скоро люди скрылись под сводами вековых деревьев, топот лошадиных копыт, шелест тканей и бряцание доспехов стихло.

Тёплый воздух стоял и хранил сладкие запахи, солнечный зелёный сумрак опутал лес. Неезженая дорога приглушала травой лошадиный бег. И тихо, словно звери и птицы вымерли.

- Стой! – Резко скомандовал глава отряда. – Один вперёд!

Воин, ехавший в первой паре отряда, спустился с коня и пошёл к тёмной фигуре. Теперь все разглядели в двадцати шагах впереди силуэт высокого человека в толстом плаще, который застыл у обочины.

Разведчик несколько раз окликнул его, но он не ответил. Воины выставили щиты, чтобы прикрыть госпожу. Скоро он вернулся, лицо его выражало беспокойство.

- Что там?

— Лица не видать, а голос у него тихий и хриплый, что сложно разобрать слова. Сказал, что если продолжим ехать, то один домой не вернется — здесь навсегда останется.

Дядька крикнул, глядя на перепуганный отряд:

— Чего вы все испугались? Это не дух какой, а человек, и слова его силы не имеют.

Царица спешилась и, несмотря на уговоры сопровождающих, сама направилась в сторону незнакомца. Даже дядька не смог ее остановить, и ему пришлось пойти следом.

— Кто ты такой и почему стоишь здесь?

Фигура стояла, не шевелясь.

— Поторопись и отвечай царице!

— Царица? Ты не хозяйка здесь. Один останется, а остальные пройдут — такова плата.

— Ишь какой! — дядька вытащил саблю и рубанул ей по плащу.

В надвигающемся мраке перед ними предстало неведомое доселе существо. Руки и ноги были покрыты чешуей, а на лице из-под черных глаз-бусинок выглядывали двигающиеся отростки.

— Не человек, но и не небожитель — кто ты?

— Истинный хозяин этого леса. Мы были здесь задолго до царей и тех, кого вы так долго отсюда прогоняли.

Низкий голос, казалось, обладал сокрушающей силой. Вояка крепче ухватился за саблю, пряча за собой женщину.

— Не знаю, что ты за чудище, но правят здесь царь с царицей и никто другой!

Вдруг листва зашелестела, и из теней один за другим начали появляться страшные силуэты. Лошади резко взбунтовались и ускакали, сбросив с себя наездников. Поскольку дело дошло до этого, людям пришлось вступить в бой.

— Значит, так тому и быть, — сказало существо спустя какое-то время.

Нрав царицы бывал горячим, но она не участвовала в сражении, беспокоясь о судьбе еще не родившегося наследника. По этой причине ее пропажу не сразу заметили.

— Куда ты дел царицу?! — разъяренный дядька оглянулся, но загадочного «хозяина леса» уже и след простыл.

Спустя время, измученные битвой, люди наконец одержали верх, и твари отступили. Никто не погиб, а лесная тропа теперь была свободна для прохода, но из-за пропажи царицы все были обеспокоены.

— Он сказал, что один не пройдет…

— Значит, царица не вернется?

Дядька рыкнул, услышав всхлипывания придворных дам, после чего повел всех вглубь леса, надеясь отыскать следы похитителей. Однако вплоть до самой окраины не было ни намека на странных существ.

— Ты и ты — ведите женщин домой, а все остальные пойдут со мной на поиски.

Стоило отряду разделиться, как среди деревьев показался чей-то силуэт в плаще с капюшоном. В руке виднелось знакомое шелковое покрывало.

— Выбирай, — прошелестело существо, стоило дядьке на шаг приблизиться с мечом наготове. — Царица твоя али ребенок ее.

Бывалый вояка застыл на мгновение, в его тяжелом взгляде читалась усталость. Он был вымотан прошедшей битвой, промелькнувшей словно вспышка света, и долгими поисками. Желание нестись куда-то без разбору поутихло. Не сносить ему головы, если что случится с племянницей и ее чадом.

— Забери меня, — коротко ответил дядька, стараясь замаскировать надлом в голосе.

Послышался тихий ропот, прошедший в отряде за его спиной. Тело дрожало, словно осиновый лист на ветру, сопротивляясь только что сказанным словам. Но воевода упрямо сделал еще пару шагов навстречу неминуемой судьбе.

Существо в плаще лишь покачало головой, отсекая попытку поторговаться.

— Нет, — коротко ответило оно.

Никто не знал, о чем говорили дядька и темная фигура в дальнейшем — они удалились в тень деревьев. Шелест листьев надежно скрывал слова. Вояка то бледнел, то краснел от злости, сжимая рукоятку меча. Казалось, еще немного и он бросится на странную тень, из последних сил отстаивая честь своей страны.

Лишь когда из лесу вывели такую же бледную, но не потерявшую достоинства в осанке и взгляде, царицу, все в лесу будто замерли, с настороженностью и напряжением следя за происходящим.

— Хозяин, — тихо пронеслось рядом от сородича. — Почему Вы отпуссстили их? Почему приказали нашим отссступить и не добивать люд? Нассс было больше.

— Убьем — вовек не видать нам спокойной жизни. Люди не умеют думать холодной головой, зачастую их ведет только горячее сердце. Царица ли, ребенок иль воевода — любой навлек бы беду.

В тени раскидистого дерева, множество фигур наблюдало за тем, как небольшой отряд, окружив женщину, медленно удалялся восвояси.

— А о чем Вы ссссс ним говорили? — попытал счастье наг, наглея, слегка сузив желтые глаза с вертикальным зрачком.

— О свободе, — лаконично ответил предводитель. — Ты же знаешь, с нами остаются только те, кто действительно этого хочет.

И никому не расскажешь, что раньше он был одним из людей. Не расскажешь, что теперь он заперт здесь, в этом странном теле и в лесной клетке, вынужденный скрываться вместе с «собратьями», хотя совершенно не был на них похож. Вопросами наги задавались ровно до того момента, как он доказал, что способен привести их к лучшему будущему и стать Хозяином.

С тех пор люди обходили это место окольными путями — сказался запрет царской четы и слухи, пуще прежнего разнесшиеся по округе. Отныне его звали никак иначе, как «Освободитель», имя же его стерлось из истории. Но его народ отныне и до конца веков стали почитать его, как истинного хозяина леса, который помог защитить их дом от вмешательств людей.