Возвращение

– У безумного творца нет лица, – сказал Он и повернул голову.

Я увидел ничто. Вместо глаз, носа и губ – чёрный провал пустоты.

– Известно, что человек несовершенен, – продолжал Он. – Его сознание формируется постепенно, день за днём, вот только в голове, чёрт бы её побрал, только ненужная мелочь. Но вдруг ты понимаешь, что собираешься сотворить нечто значительное. Неожиданно вспоминаешь, как часто задумывался о своей сущности, и решаешься на эту малость – делаешь что-то такое, что меняет всю твою жизнь. И от этого она делается действительно значимой. И тогда  понимаешь, что не ты это придумал – просто так было всегда, и никто в этом не виноват. Но всё равно ощущаешь, что ты тоже человек. И когда этот странный переход кончается, ты становишься маленьким идиотом. И чем дальше, тем больше. И уже нет места для сожаления, страха или любой другой маеты. И ты осознаёшь, что ничего больше не можешь с этим поделать. Тебе становится ясно, что нужно делать. И ты делаешь это. Понимаешь?

Я кивнул. Но на самом деле Его слова с трудом проникали в моё сознание. В эту минуту там метался ужас от того, что мне пришлось увидеть.

То, что я собирался сделать, было невообразимо. Или просто запредельно. Что-то не давало мне до конца поверить в реальность происходящего. Я отчаянно старался осмыслить, что именно. Но, видимо, у меня уже не осталось резервов разума.

– И... Что же нам делать? Мне?...

Пропел хор сотен голосов. Баритон отца, которым Он говорил, вдруг превратился в тонкий дрожащий свист, похожий на свист ветра, пролетающего сквозь дыру в проволочной сетке – настолько странным он был. А потом... Потом я увидел...

Это было похоже на перетекание чего-то иного сквозь Его тело. Я вспомнил про безграничные знания, которые в Нём заключены. Осознал себя уже не как зверя, а, скорее, как маленького ребёнка, который узнаёт мир через открывающуюся перед ним новую Вселенную. Вдруг вспомнил своё рождение, услышал крик мамы: «Ну что, Саша? Смотри, да? Вот так и ты когда-нибудь...»

Нет, даже не так. В своей Вселенной я был просто деревом, на котором росли листья, цветы, ветки. Сначала у меня было маленькое тело, которое росло, и росло... А потом оно выросло, как дерево. И я понял, что теперь стал деревом, и весь мир вокруг меня тоже стал огромным деревом. И тут словно осенило: меня же ничего не разделяет. Ничего.

Между нами было небо. Не было никакого реального мира – просто огромное дерево... Но это было наше общее дерево. А потом я стал ветром. Точно обрёл вселенскую невидимую силу, позволяющую менять мир вокруг. Теперь я был уже не деревом, а ветром вокруг. Я знал, как растут деревья. Поэтому меня и зовут Ветром. Ветром Ветров. Это просто сознание, которое может принимать разные формы. Любые, какие я сам захочу.

– Кажется, я понимаю... – произнес я, и удивился звуку собственного голоса. Никогда раньше не произносил ничего похожего. Обычно мне не приходило в голову, что я могу быть ветром.

– Кажется, я понимаю! – уже более уверенно повторил я. – Теперь я понял. Я есть Бог, я Творец сущего, я Универсальный Разум Ветра. Я есть Мир, который создал Бог. Я есть Бог, что создал сам себя.

– Что ты чувствовал, когда тебя убивали? – вдруг спросил Он. – Когда они резали твоё тело, рвали его на части, словно дикие звери?

Ужас охватил меня от этих воспоминаний, и я закрыл глаза, трясясь, словно в лихорадке. Я получил нынешнее тело, чтобы стать ветром, чтобы путешествовать во времени и пространстве. Но в тот момент ещё не был таким жестоким, как сейчас. Я был слабым смертным, ничтожным и одиноким, поэтому не мог противостоять своим мучителям. Тогда я был бессилен противостоять даже самому себе. 

Я постарался выбросить это из головы. Теперь всё иначе!

– Должен ли я отомстить? – спросил я. Не Его, а, скорее, себя самого.

– А ты действительно этого хочешь? – Он склонил голову, так, что из пустоты полилась чёрная слизь. Тягучая, будто дёготь, она растеклась по плечу и нагой бледной груди.

– Да! – твёрдо ответил я.

Открыл глаза и понял, что вернулся в своё человеческое тело. Оно снова было целым и невредимым. Но совсем не таким, как раньше.

– Я хочу, чтобы мой враг пострадал, – произнёс я вслух. – Хочу отомстить им всем. Я хочу мести!

Внутри вспыхнул пожар - вовсе не в переносном смысле, а самый настоящий. Необузданное пламя охватило всё тело. Языки огня, которые раньше лишь смутно ощущал, теперь стали огромными и сильными. Они рвались из самых дальних глубин моей сущности. Кожа пылала, причиняя невыносимую боль, но страдания будто питали ненависть во мне. Я желал одного – уничтожить всех, кто причастен к моей смерти. Мои враги должны были заплатить за свою жестокость. И это не ради самозащиты, это была моя суть, та сторона, которая одновременно и составляла меня, и пряталась в тени. В тот момент больше всего на свете я хотел найти и уничтожить их всех. Когда мой разум перестал контролировать чувства, мои руки сами подняли пламенный меч и, сделав неуловимое движение, описали смертельную дугу. И я собирался уже нанести удар, как вдруг услышал чей-то голос:

– Не надо, Алекс.

Сперва показалось, что это мой собственный голос. Он донёсся словно издалека. Однако на меня внимательно смотрел темноволосый мужчина в распахнутом тёмно-синем плаще. Рядом с ним я увидел несколько мрачных фигур: спящие люди, словно покоившиеся в неглубоких разноцветных сиденьях-гробах. Во рту пересохло. Я опустил оружие.

– Кто ты такой? – спросил я незнакомца. – Что тебе нужно?

– Не важно. Важно лишь то, что я не позволю тебе совершить то, что ты задумал! – дерзко выкрикнул он. – Я знаю о твоих намерениях. Отрекись от своей лжи и отступи!

Будто невидимое покрывало спало с моего взора. Я вспомнил. Вспомнил, что у меня есть дар! И понял, что мой шанс – исполнить свой долг! Мольбы и уговоры моей совести умолкли. Всё происходящее – просто продолжение сна. И судьба предначертана мне во сне. Встав на колени перед незнакомцем, я заглянул ему в глаза. И сделал то, чего не делал никогда в жизни.

Я раскаялся. Сначала в своем грехе. Потом – в своей лживости. Затем – в том, что не пытался понять чужие деяния и открыть сокровенный смысл. И наконец – в том, что мне не хватало уверенности и сил избавиться от себя самого. Я впервые по-настоящему понял: всё, что я чувствую, и есть нечто истинное. Ещё раз поклонился незнакомцу и закрыл глаза. И услышал его голос.

– Мы пришли сюда, чтобы найти тебя, – сказал он.

– Зачем? – спросил я. – Вы знаете, кто я? Откуда вы узнали моё имя?

Я услышал улыбку в его словах.

– Всё очень просто. Мы все – это ты. Мы всегда были с тобой, были тобой. Но ты этого не понимал. А теперь пришло время, и ты понял… Просыпайся. Пора вернуться в реальный мир.

Словно вынырнув из воды, я огляделся: всё вокруг оказалось другим. Реальным, и нереальным одновременно. Тело было легким и невесомым, мои ноги точно бы не касались земли. Передо мной стелилась ровная дорога, ведущая через небольшую зелёную поляну. А рядом - никого. Только эта тропа, истоптанная множеством ног, звала вперёд. Откуда-то издалека донёсся звон колоколов. Я медленно пошёл по дороге. Точнее даже, поплыл над нею. А потом ускорился, как если бы перешёл на бег, чтобы не отстать от странного колокольного звона.

Наконец деревья расступились, и я увидел ярко сияющие стены огромного замка. Перед ним горел огромный костер, вокруг которого собрались люди в красных рясах. Музыка становилась всё громче и громче, и я догадался, что меня приглашают внутрь. Я вошёл в ворота замка, и звуки сразу же смолкли. Передо мной открылся длинный коридор с множеством дверей. Не раздумывая, вошёл в первую из них. 

Помещение, где я оказался, кутала полутьма, только один факел горел в углу. В его колеблющемся свете я увидел двух сидящих рядом людей. Одного из них, в рясе священника, я узнал сразу – это был тот самый святой, что помог мне добраться до Оленьего Парка. От него исходило тепло, и мне показалось, что я уже видел это лицо раньше, но никак не мог вспомнить, где именно.

– Я вернулся за ответами, - сообщил я. - Что это за место? Куда мне теперь идти? Мне очень надо узнать это. Скажите мне прямо, святой отец.

Человек поднял взгляд и приветственно кивнул, он будто ждал моего появления.

– Тебе больше никуда не нужно идти, ты дома. В своём новом теле, – ответил он. – Ты постиг страдание, отныне больше не сомневайся в своём предназначении. Теперь проживешь новую жизнь, разве это не чудесно? Ты ведь видел это сам. А то, что ты увидел, было лишь одной из возможностей, которые сможешь испытать в свой срок.

Постепенно обретая ясность в мыслях, я успокоился. Всё то необычное, что случилось со мной, было просто видением, теперь твёрдо знал я.

У меня есть только одна жизнь. Вот эта. Интересно, сколько мне отмерено? На один год? Или на три? И как долго я уже тут? Не важно. Я видел эту землю много раз с разными богами. И знаю, что в конце этого должно произойти. Моя судьба определена, а она есть у каждого. Я это чувствую. Теперь я обрел свою суть.