Кинотеатр

-- Ну чего ты там завис? -- раздражённо спросила Ленка брата, который подозрительно притих у окна.
-- Пытаюсь убедиться, -- напряжённым голосом ответил Ромка.
-- Подвинься, -- Ленка оттёрла его от глазка и заглянула.
-- Себе сделай и смотри, сколько хочешь! -- возмутился он. -- Корова!
Ленка не обратила внимания -- как только старшие сёстры могут игнорировать младших братьев. Сначала она ничего не увидела -- на улице было довольно темно, редкие фонари светили неверно и тускло. Окна дома бабушки и дедушки выходили на поселковую площадь в центре которой красовалось давно заброшенное здание закрытого кинотеатра. Никто не озаботился снести его или приспособить под что-то другое. Теперь ей стало понятно, почему Ромка всматривался -- у кинотеатра происходило какое-то таинственное движение. Какие-то тени ходили туда и сюда, подъезжали машины.
-- Прикинь, взрывать будут? -- замирающим от восторга голосом предположил Ромка. Ленка только дёрнула плечом.
-- Максимум сносить будут, техникой.
-- А может наоборот -- реставрация? Вдруг кино будет!
-- Мы его всё равно тут не дождёмся, -- скептически возразила Ленка. -- Пока они его… реставрируют, мы уже уедем сто раз.

Но на следующий день, когда брат и сестра снова прилипли к окну, реставрация кинотеатра была закончена. Оба так и раскрыли рот -- здание выглядело как новенькое -- красные и жёлтые колонны, яркие афиши, крупная весёлая надпись: “Кинотеатр “Юность”.

-- Вот это да! -- обрадованно прошептал Ромка. -- Пойдём, посмотрим.
-- И так всё видно, -- возразила Ленка и передёрнулась от мысли о морозе на улице. Было действительно видно, да и посмотреть шли не они одни: со всего посёлка тянулись к кинотеатру дети и взрослые. Особенно, конечно, дети. Застывали у здания, не решаясь зайти внутрь, глазели на колонны и афиши. От ремонтной техники и следа не осталось -- и клочка оградительной ленты. Брат с сестрой посмотрели на кинотеатр ещё немного, а потом бабушка позвала их завтракать.

-- Как они всё-таки это сделали? -- говорил после завтрака Ромка. -- Разве так бывает?
Ленка пожала плечами:
-- Помнишь, папа ругался, что работы по ремонту больницы нарочно затягивают? Хотят “деньги отмыть”. Может быть тут просто отмывать нечего и затягивать незачем? И мы же не знаем, сколько там было работы… Приехали дружно, покрасили…
-- Зачем так срочно?.. И ночью? Ладно, ты как хочешь, а я пошёл смотреть. Вдруг уже сегодня сеанс будет.
Ленка вздохнула, с одной стороны её тоже тянуло к чудесным образом возникшему кинотеатру, с другой -- что-то смущало. И не только мороз. Она посмотрела на быстро натягивающего тёплые штаны Ромку, который смешно прыгал на одной ноге, и её уколола непонятная тревога.
-- Подожди, -- вздохнула она. -- Пойдём вместе.

Когда они подошли к кинотеатру, у которого по прежнему толпились люди -- кто-то уходил, кто-то приходил на место ушедших -- они поняли, почему никто не заходит внутрь -- массивные двери кинотеатра стояли закрытыми и казались странно неприветливыми.
-- Закрыто что ли? -- нерешительно спросил Ромка непонятно у кого.
-- Если бы закрыто, так ленты бы натянули или табличку повесили, -- подала голос полузнакомая девочка чуть постарше Ленки.
-- И огней бы не горело, -- согласилась Ленка, скользнув по девчонке взглядом. Девчонка была стройная и миловидная, не то что Ленка.
-- Тогда пойдёмте? -- предложил Ромка. Ленка медлила, она не понимала, что не так -- почему-то ей было страшно вставать на лестницу, ведущую к дверям.
-- А вдруг нельзя?
-- Тогда извинимся и уйдём, -- Ромка выжидательно глянул на сестру. Ленка покачала головой. Тут Ромка отвёл глаза и встретился взглядом с той самой девчонкой. Она смотрела на него снисходительно: “боишься”. Ромка покраснел и, ни слова ни говоря, взлетел вверх по лестнице. Ленка не успела его остановить и непроизвольно зажмурилась, когда он оказался на верхней ступеньке. Но ничего не произошло. Ленка открыла глаза, когда Ромка уже дёргал двери.
-- Эй, есть тут кто? Открывайте!
Остальные зеваки так и замерли. Двери медленно, как будто сами, открылись внутрь, утягивая Ромку за собой. В первое мгновение Ленке показалось, что за дверями стоит густая тьма. Но в следующую секунду внутренность кинотеатра вспыхнула светом. Зеваки перестали быть зеваками и превратились в нетерпеливо галдящих посетителей, которые потянулись ко входу как по команде.
Ромка стоял у открытых дверей с видом победителя. Он искал взглядом ту самую девчонку, но её не было.
-- Тебе не кажется это всё странным? -- рассеянно спросила Ленка, поднявшись к брату.
-- Какая разница, -- притопнул брат, -- тебе не интересно что ли, что там крутят? Вот бы “Людей Икс”...

“Людей Икс” в кинотеатре не крутили. Крутили какие-то совсем неизвестные фильмы -- Ленка таких никогда не видела и никогда про такие не слышала. Это была первая странность кинотеатра. Вторая странность заключалась в том, что все сеансы были бесплатными. “Экспериментальные сеансы” -- мигала табличка над кассами. “Выберите место и достаньте билет из ячейки”. Третьей странностью было полное отсутствие людей-сотрудников кинотеатра. Залы были пусты, кто бы ни крутил фильмы, кто бы ни следил за техникой, кто бы ни убирал помещения -- они не показывались посетителям. Ленке казалось, что это удивляет её одну. Да и сама она скоро махнула рукой на все странности. Слишком ей нравилось здесь.
Кинотеатр и внутри был золотым и красным -- празднично-блестящим начищенными медными ручками, ж ёлтыми паркетными полами, узорчатой лепниной на потолке. Единственный зал в кинотеатре казался маленьким, но всегда вмещал всех желающих и никогда в нём не становилось тесно. Кресла -- старомодные, обитые красным же бархатом -- самые удобные. Сядешь в такое и не заметишь, как просидишь несколько часов.
В первый день они с Ромкой посмотрели сразу два фильма, еле уговорили себя пойти домой поужинать, чтобы бегом вернуться обратно. Ленка никак не могла вспомнить, что за фильмы они смотрели -- фильмы, похожие на увлекательные сны, которые совершенно забываешь, как только они заканчиваются. Ромка тоже вспомнить ничего не мог. Они оставляли по себе только ощущение, послевкусие отличной истории, сказки, приключения, полёта.
Кинотеатр закрылся в девять. Тяжёлые двери ждали до последнего посетителя, а потом мягко закрылись за уходящим. И свет погас.
Ночью Ленке снился кинотеатр и его фильмы. Утром она тоже не могла вспомнить их сюжета.

Утром, едва позавтракав, Ленка с Ромой снова побежали туда. Уговорили сходить и дедушку с бабушкой. Им фильмы понравились, бабушка даже утирала слёзы после сеанса.
В этот же день, к разочарованию большинства, кинотеатр урезал свои сеансы с шести до трёх -- утренний, дневной и вечерний.
-- Я хочу смотреть всё время, -- бубнил Ромка, уходя с утреннего сеанса.
-- Хорошенького понемножку, -- строго говорила Ленка, которой тоже ужасно хотелось продолжения -- и немедленно.
Они плелись домой -- нога за ногу, повесив носы, им казалось, что время тянется и тянется бесконечно. Потом Ленка подняла голову и посмотрела по сторонам. Подёргала брата за рукав.

Прямо на площади десяток взрослых и целая куча детей строили огромную горку. С другой стороны -- заливали каток.
-- Ну ничего себе, -- обрадовался Ромка и свернул к катку. Ленка обычно не любила общественные мероприятия, но и сама не заметила, как пошла за братом, а потом уже обнаружила, что вовсю помогает разравнивать площадку. Время до обеда прошло незаметно, домой они пришли весёлые, раскрасневшиеся. А бабушка встретила их самыми настоящими пирогами.

-- Ба, ты ж говорила, пирожки вредные, -- набив рот уже шестым по счёту, напомнил Ромка. Лена пнула его под столом.

-- Очень вкусно, -- быстро добавила она.

Бабушка только рассмеялась. И даже вечно недовольный дед только молча налегал на пироги.

Все вместе они пошли на дневной сеанс.

-- Не жизнь, а сказка, -- довольно вздыхал Ромка.

Следующие несколько дней промелькнули, как разноцветный праздник, как один из фильмов “экспериментального кинотеатра”. Ленка толком не помнила, чем они занимались -- катались с новой горки, или на катке… В городке как-то спонтанно организовалась ярмарка народного хозяйства, постоянно звучала музыка, пахло выпечкой. Город обрастал украшениями -- разноцветными огоньками. Это уже был совсем другой город, не тот, в который они с Ромкой приезжали столько раз. Даже морозы отступили.

-- Дед, может пора за ёлкой? -- спросил как-то раз за завтраком Рома.

-- Да рано ещё, -- расслаблено пробормотал дед. -- Ближе к делу…
-- Как рано? -- встрепенулась Ленка. Она помнила, что кинотеатр появился в католическое Рождество. По её прикидкам, сейчас уже как раз к делу было -- ближе некуда. Хотя они совсем потеряли счёт времени. -- Ба, а какое число сейчас?
Бабушка опустила очки и посмотрела на древний отрывной календарь:
-- Двадцать шестое, Алён. Рано ещё.
-- К-как двадцать шестое?.. Не может быть. Кинотеатр же не вчера появился?
-- Кинотеатр ещё в тридцать шестом появился, -- проворчал дед. -- Совсем тронулись со своими гажетами.
Лена переглянулась с Ромкой, но ей не понравился его безмятежный взгляд.
-- Ром? -- осторожно начала она. -- Ты что не помнишь, как мы туда первый раз пошли?
-- Не помню, конечно, -- спокойно ответил брат. -- Мама говорила, мне тогда ещё двух лет не было, она меня с вами на сеанс потащила.
Ленка предпочла больше ничего не спрашивать до конца завтрака.

Утренний сеанс к недоумению и обиды всей семьи она пропустила, сославшись на нездоровье. Больше всего она боялась не заподозрит ли что-то Кинотеатр, если она не придёт на дневной сеанс. В кинотеатр ходил весь город -- ни единого человека не оставалось в городе во время сеанса. Кроме Ленки. Лезть в Кинотеатр ночью она бы не решилась, так что у неё было время между утренним и дневным сеансом. Пара часов. Она не была уверена, что если сходит ещё хоть на один сеанс, то не начнёт считать, что Кинотеатр был тут всегда. Первым делом она наведалась в дедов гараж и выцедила из его волги полканистры безнзина. Она старалась не задумываться о том, что делает. Если за несколько дней время не сдвинулось ни на сутки -- они же никогда не увидят родителей. Никогда не наступит Новый год. Никогда ничего уже не случится. А что, если он не горит? А что если как только Кинотеатр поймёт, что она задумала -- появятся его работники… И что они с ней сделают?

Ленка ускользнула из дома ещё до того как закончился утренний сеанс. Она спряталась с канистрой за дверью и стала ждать, переминаясь с ноги на ногу -- денёк стоял солнечный, морозило. Ленка щурилась, глядя на празднично-снежную площадь в разноцветных флажках и палатках. Между палатками не было ни души -- только ветер шевелил флажки и тенты, да пара собак бродила у палаток, где продавали пирожки с мясом. Ленке вдруг показалось, что в городе никогда никого не было и никогда никого не будет, что эта застывшая во времени картинка скоро свернётся сама в себя и утащит её, Ленку за собой. Очень захотелось юркнуть в красно-золотой сумрак кинотеатра, сесть в знакомое мягкое кресло, рядом с братом и дедушкой и бабушкой… Она тряхнула головой. Ну уж нет.
Скоро из-за дверей послышался топот ног -- сеанс закончился. Распахнулись створки дверей, надёжнее скрывая Ленку с её преступной канистрой. Зрители повалили из зала, весело гомоня, по своим радостным предпраздничным делам. Ленка дождалась, пока последний человек не выйдет из здания -- как только створки начали закрываться за его спиной, она юркнула внутрь, молясь, чтобы Кинотеатр не среагировал. Дверь за ней закрылись с тяжёлым стуком. Ленка вздрогнула, но пошла вперёд.
Свет в Кинотеатре не гас. И в нём не было ни одной живой души. Ленка просто чувствовала это -- Кинотеатр был пуст. И при этом ей казалось, что он внимательно следит за ней.
Ленка решила не тратить времени даром и решительно пошла прямо в кинозал. “Сожгу экран” -- подумала она. -- “Он точно сгорит, и этого хватит, чтобы… он больше не работал”. Кинотеатр безмолвствовал. Ленка беспрепятственно вошла в зал, прошла между рядами плюшевых удобных кресел, забралась на сцену перед экраном, оглянулась. Никого. Только кресла и далёкая будка механика, в которой никого нет. Может быть стоило подняться именно туда, разбить механизм, подающий плёнку, поискать, нет ли там живого человека? Но на это, по правде говоря, Ленке смелость не хватило. Она отвинтила крышку канистры и решительно размахнулась, чтобы плеснуть на полотно экрана.

-- Ой!

Плеснуть-то она плеснула, но попала не только на экран, а ещё и на ноги мужчины, который непонятно как оказался прямо между ней и экраном.
Мужчина досадливо поморщился и оттянул промокшие брюки двумя пальцами.

-- Здравствуйте, -- брякнула Ленка, которой тут стало страшно на самом деле -- вот её и застукали за порчей городского имущества.

-- Здравствуй, -- ответил мужчина, не глядя на неё. -- Позволь поинтересоваться, что ты тут делаешь?

-- А вы что тут делаете? -- Ленка быстро справилась с собой и решила вести себя максимально дерзко.

-- Я тут существую, -- пояснил мужчина и посмотрел ей в глаза. Ленка вздрогнула -- на неё смотрел её любимый Индиана Джонс! -- И приношу радость людям.
Ленка выдохнула и поставила тяжёлую канистру на пол.
-- Это вы сделали так, что время остановилась?

-- Я думаю, это сделал город, -- раздумчиво ответил Инди, усаживаясь на сцену и свешивая ноги. Он приглашающе похлопал ладонью по сцене. Ленка уселась рядом. Вроде бы у киноактёров полагается просить автограф. А у персонажей?

-- Город или коллективное бессознательное горожан… -- продолжал он тем временем. -- Эгрегор… Или как вы там это называете?
Ленка не знала.

-- Вот разве вам плохо? Был скучный городок, а теперь, посмотри, сколько в нём радости. Все довольны. Разве не так?
-- Но ведь время не движется, -- почти жалобно сказала Ленка. -- Её расстраивало, что Инди не на её стороне. -- Понимаете? Всё замерло в одной точке, ничего не происходит.

-- Что же в этом плохого?
-- Как что! Получается, что мы тут все как в консервной банке. Мы даже не живём. Всё равно, всё равно, что мёртвые.

-- А может вы и есть мёртвые? -- лукаво предположил Инди. -- Скажем, что если началась война, на вас сбросили бомбы, весь городок вымер за ночь. Вот сожжёшь ты сейчас меня, что с вами будет?
Ленка почувствовала противную слабость внутри. Пугает!

-- Давай вот что, -- осторожно продолжил Инди, очевидно, почуяв её слабину. -- Ты забываешь о том, чтобы меня сжечь, а я тебе разрешу приходить сюда и играть со мной. Хочешь? Любые твои любимые герои. Я могу сделать так, что ты окажешься прямо в фильме…
Было время в детстве, когда Ленка мечтала о таком.

-- Что вы вообще такое? -- вырвалось у неё, она отодвинулась от Инди.

-- Я сдельщик, -- без выражения ответил он. -- Получаю что-то от вас, даю что-то вам. Так и существую…

-- Но так не пойдёт, -- сказала Ленка и встала на ноги. -- Извините. Вы нас лишаете слишком многого -- всей жизни.
Инди тоже встал. Правда он перестал быть Инди, теперь он был Полом Беттани. У Ленки даже сердце застучало сильнее. Кинотеатр определённо был в курсе её вкусов.
-- Да что ты знаешь о жизни? -- спросил он. -- Сколько тебе? Четырнадцать?
-- Пока ещё тринадцать! -- Ленка сделал упор на этом “пока ещё”, с ужасом подумав, что может быть, никогда уже ей четырнадцать и не исполнится.
-- Неважно. А мне несколько миллионов лет, понимаешь? Вся твоя жизнь будет как один серый кадр. Ты говоришь, время остановилось? Оно и так будет стоять -- каждый день одно и то же. Ты ещё ребёнок, поэтому тебе так не кажется. Но детство быстро пройдёт. Если я не помогу.
Ленка отступила на шаг.

-- Понимаю, -- задумчиво сказал Беттани. -- Ты же сейчас на самом пороге времени любви. Наверное, мечтаешь об этом, так я могу тебе это дать. Легко!
Он щёлкнул пальцами.

-- И учти, в жизни у тебя таких мужчин не будет. Будет какой-нибудь Вася или Петя, который обрюзгнет и облысеет к тридцати годам… А то и вообще никого. А здесь у тебя может быть каждый из Джеймсов Бондов.

-- Но это же всё не по-настоящему, -- возразила покрасневшая Ленка.
-- А ты попробуй, отличи, -- тихо сказал он, подошёл, наклонился, приоткрывая губы. Ленка схватила канистру и ухнула ею вперёд, метя по ногам. Ещё раз облила Кинотеатр и часть экрана бензином.

-- Ну и что! Это всё равно не по-настоящему, -- крикнула Ленка. -- Как вы не понимаете?

-- Это ты не понимаешь, -- сказал Беттани, выпрямился и сложил руки на груди. -- Ладно, считай, что ты победила. Давай, сжигай меня. Ты об этом ещё не раз пожалеешь.

Ленка вздохнула. Подумала о родителях, которых она никогда не увидит, если оставит Кинотеатр. Подумала о том, что Ромка никогда не вырастет и не станет чемпионом по дзюдо, как он мечтает… Да никем не станет. Зато бабушка и дедушка никогда не умрут… Или они всё-таки уже умерли… Но лучше пусть умрут по-настоящему, а не запертые в этом стеклянном шарике без времени… Или не лучше?
Ленка пнула канистру так, что та свалилась на бок -- бензин забулькал на полированный пол. Она вынула из кармана спички, спрыгнула со сцены, чиркнула о коробок, зажмурила глаза и…

-- Ну чего ты там завис? -- раздражённо спросила Ленка брата, который подозрительно притих у окна.
-- Пытаюсь убедиться, -- напряжённым голосом ответил Ромка.
-- Подвинься, -- Ленка оттёрла его от глазка и заглянула.
-- Себе сделай и смотри, сколько хочешь! -- возмутился он. -- Корова!
У заброшенного здания кинотеатра происходило какое-то таинственное движение. Какие-то тени ходили туда и сюда, подъезжали машины.
-- Прикинь, взрывать будут? -- замирающим от восторга голосом предположил Ромка. Ленка только дёрнула плечом.
-- Максимум сносить будут, техникой.

-- А может наоборот -- реставрация? Вдруг кино будет!
-- Мы его всё равно тут не дождёмся, -- скептически возразила Ленка. -- Пока они его… реставрируют, мы уже уедем сто раз. Он же погорелый… Там внутри всё нужно восстанавливать.

-- Откуда ты знаешь, ты там была что ли, внутри?
Ленка на секунду задумалась -- в самом деле, откуда она знает?

-- Наверное, бабушка рассказывала. Ладно, хоть будет, на что в окно посмотреть…
Брат согласно кивнул -- оба ещё долго вглядывались в темноту -- каждый через свой глазок.