Версия полковника Лукова. Часть 1
1. ... Ты помнишь, в тот день с утра шел дождь. На набережной не было ни души, только ты и я, два случайных прохожих, еще не знакомых друг с другом. Ты, такая юная и красивая, торопилась на пристань, не замечая луж под ногами. Мы оба были без зонтов, потому что дождь начался внезапно. К пристани причалил пароход, первые пассажиры сошли на берег. Ты прибавила шаг, и я вдруг понял, что там должен появиться кто-то очень важный для тебя. Я промок до нитки, но не мог сдвинуться с места, очень хотел увидеть этого счастливца.
Убрали трап, пароход дал прощальный гудок и отправился дальше, вниз по течению. Последними сошли на берег высокий мужчина в длинном плаще, а следом за ним молодая женщина с девочкой лет пяти. Увидев этого мужчину, ты побежала, замахала руками, потом остановилась и опустила голову.
Дождь стал еще сильнее. Мужчина раскрыл над женщиной с девочкой зонт и бросил взгляд на тебя. Ты заулыбалась, а он сделал вид, что не узнал. Пароход уплывал все дальше и скоро превратился в маленькую точку. На набережной появились прохожие. Они шли под разноцветными зонтами и с удивлением смотрели на нас. Ты, по-прежнему, стояла, опустив голову, а я не решался подойти к тебе…
Луков закончил читать и откинулся на спинку кресла. За окном тусклым светом горели фонари, ветер срывал с деревьев осенние листья, а в комнате стоял таинственный полумрак от настольной лампы с большим фиолетовым абажуром.
Он закрыл глаза и сразу представил себе девочку, стоящую под дождем на набережной, а потом мужчину, сделавшего вид, что не узнал ее. Луков почувствовал, как его одновременно охватили и возмущение, и жалость. Начало этого рассказа Женьке прислал сегодня утром автор, чьи произведения она редактировала в последнее время. Делала это совершенно бесплатно. На шутки Лукова по этому поводу с серьезным видом отвечала, что никогда не позволит себе торговать любовью к литературе.
Они поженились два года назад. Познакомились случайно. Луков вел дело по убийству, а основным подозреваемым проходил Женькин ученик. Сегодня был редкий спокойный вечер, когда они вдвоем и никто не беспокоит. Женька устроилась на другом конце стола, ближе к настольной лампе. Проверяла сочинения своих десятиклассников по роману Толстого «Война и мир».
Луков залюбовался ее лицом; короткая челка закрывала лоб, большие серые глаза становились то серьезными, то озорными, нежные губы сжимались, потом расплывались в улыбке. Он протянул руку и погладил ее по волосам. Женька прижалась щекой к его ладони.
— Шурик, как тебе начало рассказа? По-моему, неплохо.
Луков тяжело вздохнул.
— Девчонку жалко. Связалась дура с женатым, теперь страдает. А написано действительно неплохо, цепляет. Ты не забудь дать потом продолжение. Женька кивнула.
— Знаешь, ко мне тут недавно мать одной ученицы приходила. Девчонка тоже связалась с женатым. Прямо поветрие какое-то. Я ее битый час разубеждала. Ни в какую. Люблю и все, а мать волнуется, плачет. Правда говорит, что материально жить стало легче. У нее еще двое, в начальных классах учатся, а муж спился, работу потерял. Дочкин ухажер денег подбрасывает, потом обещает институт оплатить. Я девчонке сказала, что нельзя чужие семьи разрушать, а она мне, я и не разрушаю, все и так устраивает. Не знаю, Шурик, слова не помогают. Пока шишек не набьет, не поверит.
Луков притянул Женьку к себе и обнял за плечи.
— А ты дай ей этот рассказ почитать. Может глаза раскроются.
Разговор прервал звонок телефона. Завтра утром Лукова ждет у себя начальник управления генерал Балашов.
2. С самого утра генерала Балашова срочно вызвали на совещание в прокуратуру. Потом он вел прием граждан. Посетителей было много, последний покинул его кабинет, когда на город уже опустился осенний вечер. Лукова он вызвал в начале восьмого. Разговор предстоял не совсем обычный. Всю неделю Балашову снилась Даша, дочь его близкого друга, внезапно умершая год назад. Это была странная смерть. Вечером Даша ушла из дома и не вернулась. Утром ее нашли в беседке на городской набережной. Балашов лично все проверил. Причиной смерти стала острая сердечная недостаточность. Никаких оснований для возбуждения уголовного дела не было и проверочный материал списали в архив.
Даже сейчас, год спустя, Балашов не мог без содрогания вспоминать Дашины похороны. Несмотря на сильный дождь, народу пришло много. Мать умершей, еще молодая женщина, как-то сразу постарела, красивые темные волосы покрылись сединой, лоб изрезали морщины. Она до последней минуты не верила в реальность происходящего и только когда гроб опустили в могилу, зарыдала в полный голос. Отец тоже держался из последних сил. Процессией руководил Андрей Серов. Он учился в одном классе с Балашовым и Дашиными родителями и был ближайшим другом семьи.
Недавно на могиле поставили красивый памятник из белого мрамора. На фотографии Даша как живая, едва заметная улыбка, на щеках ямочки. Памятник тоже оплатил Серов, за что Балашов был ему очень благодарен. Обычно генерал спал крепко, сны почти никогда не помнил, но всю прошлую неделю просыпался посреди ночи и больше не мог уснуть. Даша тянула к нему руки, пыталась что-то сказать, но не могла и только грустно улыбалась. Балашов затребовал из архива материал проверки. Несколько раз перечитал его, как и год назад не нашел никаких оснований для возбуждения дела. Но камень на душе оставался, и он решил поручить кому-нибудь из опытных сотрудников посмотреть на ситуацию свежим взглядом. Выбор пал на Лукова. Во-первых, потому что это был один из наиболее талантливых сыщиков, а во-вторых ему Балашов доверял больше всех и по -человечески симпатизировал. Генерал долго раздумывал, стоит ли в разговоре упоминать про сон, решил, что стоит.
Вернувшись к себе в кабинет с тонкой папкой, полученной от генерала, Луков включил настольную лампу и начал читать материалы. Листая страницы, барабанил пальцами по столу, потом взял чистый лист бумаги и начал делать пометки. Женька позвонила ему ближе к полночи. К его задержкам уже привыкла, но волноваться не перестала. Как бы между прочим сообщила, что пришло по почте продолжение рассказа, начало которого они обсуждали накануне. Приехав домой, Луков, несмотря на усталость, решил прочитать дальше зацепившую его историю.
... Дождь то затихал, то снова расходился. По набережной все еще шли под разноцветными зонтами немногочисленные прохожие. К пристани причалил новый пароход и на берег сошли пассажиры. Ты подняла голову и в твоих глазах вспыхнул и тут же погас огонек надежды. Важного для тебя человека на пристани быть не могло, он недавно уехал на дорогой иномарке, сделав вид, что не узнал тебя. Я стоял и не решался подойти, пока возле тебя не остановился прохожий с большим зонтом, цвета морской волны. Раздался раскат грома и над рекой сверкнула молния. Я, на миг опередив прохожего, схватил тебя за руку, и мы побежали в беседку, окруженную со всех сторон кустами сирени. Бежали по лужам и не замечали их. Дождь закончился так же внезапно, как и начался. Тучи уплыли по небу, словно пароходы по реке. Выглянуло долгожданное солнце. Прохожие сложили разноцветные зонты. Над пристанью закружили чайки. Беседку заполнил аромат сирени. Я грел в ладонях, твои холодные руки, очень хотел поцеловать ямочки на щеках, но так и не решился. Незаметно наступил вечер. На небе появилась луна, а возле нее рассыпались маленькие звездочки. На другом берегу замигал маяк. Мы дали друг другу слово встретиться завтра, в этой же беседке, при любой погоде...
Продолжение следует…
