Чудик

Учился в нашем классе один мальчик. Мы называли его Чудиком, иногда– Рыжим: волосы у него переливались на солнце огнём.

В классе его не очень любили. Он был странным: молчаливый, рассредоточенный, постоянно смотрел в окно во время уроков или что-то рисовал в помятой старой тетради. Я никогда не видел, чтобы он улыбался или плакал, злился или переживал. В классе думали, что у него нет эмоций и чувств. Чудик. Признаться честно, я даже не помню его настоящего имени. Было ли у него оно вообще?

Зато я бы никогда не смог забыть его глаз и его взгляда. Не знаю, замечал ли это кто-то ещё из класса, но я, когда смотрел в его глаза, замирал на месте и забывал, как дышать. Странное это было чувство. Мне казалось, что это были не глаза ребёнка. Было в них что-то совершенно неземное…

Почему-то по своей природе человек устроен так, что ему нужно осудить что-то, что выбивается из общего потока. Я понял это только уже в студенческие года. А тогда мы над непохожим ни на кого из нас Рыжим смеялись. Придумывали обидные шутки и на физкультуре не упускали возможности «случайно» пальнуть мячом в Рыжего, чтоб с небес на землю наконец спустился. Он, однако, не спускался. Только посмотрит, бывало, странным взглядом, но никогда ничего не скажет.

И всё же границ мы не переходили. До одного момента.

Осенью девятого класса (если не ошибаюсь, это было где-то в октябре) к нам пришёл новенький. Его имени я тоже не помню. В классе его прозвали Колосом: он был очень длинный, и волосы у него были песочного цвета. Колос оказался ужасным задирой и хулиганом, но, к тому же, обладал немереной харизмой, и одноклассники к нему сразу потянулись.

Немудрено, что орлиный взгляд хищника избрал своей жертвой Чудика: Колос начал с обычных шуток и подколов.

– Его Величество Рыжик-пыжик, соизвольте обратить своё внимание на простой смертный народ! – смеялся он в спину Рыжего.

Класс разражался весёлым хихиканьем и едким улюлюканьем. А мне к тому моменту было уже не так весело.Я всё чаще стал думал: «Да чего они вообще пристали к нему? Зачем обижают?». Только вслух я ничего не говорил. Боялся, что и меня заклюют. А они бы точно заклевали.

Рыжий не реагировал. Мог только разок взглянуть в сторону Колоса, а затем вновь утыкался в свою мятую тетрадку. Он начал казаться мне тогда очень маленьким. Таким маленьким, что можно было положить его к себе на ладонь…

Колосу где-то через месяц наскучило бросаться пустыми шутками. Он захотел действовать, захотел продемонстрировать свою авторитетность.

Тот день я запомнил хорошо. С самого утра шёл ливень. Крупные холодные капли стучали по асфальту, небо было затянуто тучами такого тёмного серого цвета, что казалось, будто они были чёрными.Весь школьный день я истерзался, но понять причину своей тревоги не мог. Я знал, что планировал устроить Колос. Но разве меня должно было это волновать?

После школы наш класс (в классе нас было не очень много – человек пятнадцать всего) во главе с Колосом подкараулили Рыжего в пустеющих дворах.

– Дружище! – весело оскалился Колос, выступая вперёд, чтобы перегородить своей жертве дорогу. – Не хочешь с нами пойти погулять? Мы всё-таки дружный класс. Было бы неплохо провести вместе время, а?

Чудик покачал головой, попробовал обойти – не вышло: Колос снова перегородил ему путь.

– Ты чё, дуешься за наши шутки что-ли? – осклабился хулиган. – Да ладно тебе, мы же это…не со зла мы это! Да, ребят?

Ребята из класса, конечно же, заулыбались и дружно поддерживающе закивали.

Мне показалось, что в глубоких глазах Рыжего мелькнул неясный проблеск, будто падающая звезда. Я затаил дыхание.

– Дождь идёт, – сказал Чудик. – Домой надо…

Сердце моё сжалось: Рыжий отвечал совсем как ребёнок, он будто и не понимал, какому унижению его сейчас собирались подвергнуть.

Колос внезапно, как по щелчку пальцев, переменился. Лицо его стало диким, как у зверя. Мне даже показалось, что изо рта его должна хлынуть пена. Он толкнул Рыжего в грудь. Тот почти было упал, да только сзади его подхватили другие мальчишки и безжалостно сорвали с него рюкзак.

Чудик растерялся. Он что-то сказал, но голос его утонул в шуме дождя.

– Очень невежливо так игнорировать своих одноклассников, дружок. Придётся преподать тебе урок, – продолжил тем временем Колос. – Покажи-ка нам свою тетрадочку. Ты с ней всё никак расстаться не можешь…а нам ужасно интересно, что там!

По лицу Рыжего начала растекаться мертвенная бледность. Колос, не обращая на него внимания, достал заветную тетрадку и издевательски покрутил ею в руках, хвастаясь своей добычей.

А дальше случилось то, чего точно никто не ожидал…

Рыжий внезапно с громким визгом бросился на хулигана. Он был маленьким, размером с ладошку, а хулиган был длиннее самой высокой горы. Но сколько отчаяния было в том маленьком теле! Он с таким животным остервенением кинулся отбирать тетрадь, словно это действительно самое ценное и дорогое, что у него было…

От неожиданности Колос выронил измятую тетрадь, и та упала прямиком в лужу. На лице хулигана появилась кровоточащая царапина. Неужели её действительно оставил Рыжий?

– Псих! – Гаркнул Колос, убегая зализывать рану. – Чтоб ты подавился своей тетрадью!

Его примеру последовали и остальные. А я почему-то не смог убежать.

Так и остался, как глупец, стоять на том же месте.

Чудик не смотрел в сторону убежавших, не смотрел он и в мою сторону. Он склонялся над своей тетрадью и слабо дрожал. Его хрупкая фигура, одиноко стоящая под ливнем, так и опечаталась в моей памяти.В тот момент я ещё не осознавал, при какой же душевной трагедии присутствовал на самом деле.

Через какое-то время Чудик ушёл, растворившись в тумане дождя. Я с усилием поборол себя и в нерешительности подошёл ближе к луже, уронив взгляд на раскрывшуюся тетрадь. Там были рисунки, за то время уже расплывшиеся водой.

В этих рисунках я неожиданно узнал портреты людей. И кажется, это были наши портреты. Я узнал в этих расплывшихся очертаниях своё лицо, лицо Колоса, лицо красавицы Савельевой и пухлое лицо Малыша…

Отчего-то... Отчего-то я горько заплакал.

А на следующий день Рыжий не пришёл в школу.

***

На выставке людей было немного. На улице стояла непогода: с самого утра шёл дождь.

Каждый раз, когда на улице шёл дождь, я невольно вспоминал рыжего мальчика с печальным лицом, дрожащими губами и глазами, в которых звёзды разбивались на осколки и рассыпались в грязных лужах.

Это произошло десять лет назад. А я помню так, будто это случилось вчера...

Посреди выставочного зала стояла одинокая статуя. Именно она привлекала к себе всё внимание. Создавалось впечатление, будто вся эта выставка была организована лишь ради неё одной. Признаюсь честно, в своей жизни я никогда не видел ничего прекраснее. Глядя на эту скульптуру, я испытывал чувство невообразимого душевного подъёма.

Это была статуя ребёнка, держащего в руках ромашки. Каждый изгиб и каждая деталь изваяния были пропитаны дыханием жизни. Я не мог поверить, что человеческими руками возможно было оживить бездушный камень…

Создатель скульптуры был, безусловно, мастер.

Я отпустил глаза вниз, чтобы увидеть авторскую подпись, но был сильно удивлён, когда имя автора раскрылось передо мной. Я не поверил своим глазам и перечитал ещё раз. Затем ещё. И ещё. И ещё…

Автором прекрасной скульптуры был некий «Чудик».

– Какое странное прозвище, – пробормотал я вслух.

За моей спиной откликнулся другой голос.

– Действительно странное.

Когда я обернулся назад, то точно узнал в незнакомце создателя шедевра.

Волосы художника переливались на солнце огнём, а в глазах, которые я никогда бы не смог забыть, было что-то неземное…