Вы же мать

Вы же мать!

Сегодня в день великой Родительской(Троицкой) субботы, время вспомнить, какой была моя мам ,Ирина Владимировна.

Заголовок в полной мере отражает те события, что происходили со мной и моей мамой.

В четыре года я сломала ногу, поскользнувшись на паркете в квартире лучшей маминой подруги, тети Таси.

Мама была на работе, возле меня до приезда скорой, хлопотали бабушка и тетя Тася. Приехал молодой доктор, и сколько не уговаривали меня распрямить ножку в колене, я не соглашалась.

Тогда не мудрствуя лукаво, молодой врач, саданул меня кулачищем по ноге. В результате нога распрямилась, но получилось два перелома: один у самого паха, второй над коленом. И слава Богу, что само колен осталось целым.

Мне наложили гипс ,который крепился на пояснице, из-за чего у меня был огромный пролежень на спине прямо на позвоночнике. Этот шрам в виде пятна и ямки до сих пор вызывает вопросы у врачей.

Так вот о маме. Нога моя срослась неправильно, кость наползла сверху .

И ногу решено было ломать. Сломали, снова наложили гипс. Ломали уж не помню как, но со слов мамы меня вынесли из операционной без сознания.

Кость опять срослась не правильно. И снова было предложено ее ломать. Второй раз мама категорически отказалась. И что тут началось.

Хирург, медсестры завыли в один голос: « Вы же мать!.Ребенок будет хромым, одна нога будет короче другой,. А ведь это девочка!»

Мама не поддалась ни на какие провокации и подписала отказ об очередной операции.

Чьими молитвами не знаю, но нога срослась правильно, и хромоножкой Люси я не стала, Хотя в подростковом возрасте, обожая поэта Михаила Лермонтова ,я иногда гуляла и хромала на левую ногу. Обычно это случалось от детских обид и неразделенной девичьей любви.

Во второй раз мама ,и я вместе с ней, услышала эти слова – «Вы же мать!» ,когда мне было лет восемь или чуть больше.

Во дворе была железная горка, а стояла она на поле усыпанном мелким гравием.

Я ,надо признаться, часто падала и коленки у меня были всегда ободранные до крови и болячки летом практически не успевали заживать.

И вот еще раз прокатившись с горки , отчего- то на пузе, я ободрала коленки в очередной раз. Раньше все было просто: сорвешь лист от клена, и послюнявив прилепляешь к ране. Но в этот раз испытанное средство не помогло, кровь текла и текла, и я заревела .Бабушка называла меня «иерихонской трубой». Голос в детстве у меня действительно был оглушительный ,и совсем не похож на писклявых девчонок.

Мама была дома и вышла, я помню ее побледневшее лицо. Никаких интернетов не было, врачей знакомых тоже, и мы пошли через полгорода в травмпункт.

Ногу видимо мама мне перевязала все же бинтом, город наш ,хоть и областной ,но ближайшая аптека была в центре города, травмпукнт был ближе.

И вот тут снова на маму обрушился град упреков и коронное : « Вы же мать!»

Честно я уже не плакала, пока мне обрабатывали рану. кровь удалось остановить. Чувство обиды за маму, незаслуженно, на мой взгляд, обиженную, желание защитить было так велико, что я пнула ногой женщину в белом халате.

Она так и не поняла, что это был мой протест против несправедливости взрослых, наверное подумала, что это от боли .А я от не попрощавшись ,и не поблагодарив, хотя мама и напомнила об этом ,гордо ушла.

Потом наступили годы, когда я видела маму очень редко. Она уходила, когда я спала и приходила, когда я уже спала. Тогда многие семьи так жили. Поводов обращаться к врачам я не давала.

Так прошло много лет, я окончила институт и вернулась домой. То, что предрекала бабушка еще в мои двенадцать лет, когда были задержки критических дней, сбылось. Я принесла в подоле. Вернее я была пока еще беременна, без мужа. Бабушка уже умерла и мы жили с мамой вдовеем. В положенное время я ушла в декрет. И в одно прекрасное утро проснулась в мокрой постели. .Сказала об этом маме. Она посоветовала мне полежать .Никаких болей или дискомфорта я не ощущала. Часа через три мама вернулась.

Она рассказал об случившемся на работе и там ей объяснили, что это отошли воды. Почему те же тети не сказали маме, что надо вызвать скорую не заню. Когда мама приехала, мы пошли пешком в женскую консультацию. Воды уже е лились они немного капали, и я дошла до поликлиники нормально. Ехать на троллейбусе, объезжая полгорода было нецелесообразно, пешком по проспекту было быстрее.

Вот тут и прозвучали те самые слова, из дальнего детства

-Вы же мать! Если ребенок погиб ,то это целиком ваша вина!- кричала акушерка на маму.

Мне как- то даже о ребенке не подумалось, стало так обидно за мою маму. Со злобой и отчаянием выплюнула в лицо врача: « Не орите на нее, она ни разу не рожала, я у нее приемная!»

У меня поднялось впервые в жизни давление, скорая увезла меня в роддом. Ребенок, мальчик, родился здоровеньким.

Мамы нет уже пятнадцать лет. Ее материнский подвиг ,всегда в моем сердце. Ведь надо было фиктивно выйти замуж, уехать в другой город и ни разу в жизни не обмолвится об удочерении девочки трех лет .

Она безумно любила меня и внука. И пусть там, на небесах, она встретится с бабушкой со своей мамой, Марией Павловной.Я молюсь об этом..Она была не только прекрасной матерью мне ,но и преданной дочерью совей матери. Пусть земля будет им пухом .