Docskif /
Блог / Обсуждаемые
Тревожный и едкий запах хлорки, оторопь от общего душа. Неожиданно синяя, неласковая и холодная вода. В ушах звенит эхо криков и тренерских свистков в огромном зале. Пенопластовые доски в детских руках легки и спасительны. Как на военно-морском параде вытянулись зыбкие ряды дорожек. Тренер предательски выдергивает длинную блестящую жердь из моих рук. Не успев испугаться глубины, я вижу, как укоризненно смотрит на него отец, стоящий рядом.Подробнее
Он хромал, и я знал, что это после ранения. Когда сельские мальчишки укрепили красную звезду на дедовские ворота, я стал спрашивать про войну. Дед мрачно улыбался, отвечая неохотно, что воевал рядом с домом, смотрел за лошадками. Мы тогда ехали вдвоем на бричке сдавать зерно на мельницу. Он так и сказал: «Нет, не страшно, Игорек... За такими вот лошадками...» Всего лишь?! Мне, приехавшему из города на каникулы, этого было до слёз мало.Подробнее
Балагур войны, простодушный Густав Елень, он же Густлик. Гуслик умер вчера, ему было 92 года. Тоже эпоха для многих. Время хоккея и военных сериалов при пустых дворах. Франтишек Печка, смешная фамилия. Для меня он навсегда почему-то в воспоминаниях соединен с другом детства Серёгой, "танкистом". Наверное, с тех пор, как лазили в британские "Mark-1", стоявшие памятниками на нашей Красной, и ему огромным люком разбило палец в кровь.Подробнее
Лето заканчивалось. Мы внезапно встретились в институтском дворе. Саня смотрел как-то сквозь меня. Казалось, он не здесь. Потом я понял. Вообще-то, их было двое. Саня Дуб и второй, седой. Забыл его имя. Они только приехали поступать в наш мед. Оба были из моей группы медучилища, которое я не окончил. Все пацаны из группы прошли Афган санинструкторами. Никого не отчисляли. Просто меня тогда забрал отец. Забрал документы, хотя мы только-только получили приписные свидетельства.Подробнее
Началось всё с того, что я действительно заболел, когда мой деревенский двоюродный брат кинул меня, как нежного лошка. А я таким и был. Этот еху пообещал, что разбудит в пять утра, чтобы идти вместе со взрослыми пасти коров на лошадях, и там мне дадут поездить в седле. С вечера я не мог заснуть, представляя себя конником из «Неуловимых» скачущим на гнедом скакуне по степи и стреляющим из нагана в «беляка» Лютого.Подробнее
У каждого свои любимые дикие животные. Я люблю дельфинов, но хочу сейчас поговорить о людях. На эти фотографии нормальный человек смотреть дольше нескольких секунд не может, поэтому я выложил только одну из них, где доверчивых, доброжелательных, высокоразвитых, социальных и просто красивых морских млекопитающих не видно. На ней только дикие звери. На Земле убивают дичь. Извечно, много и разнообразно.Подробнее
Выдаю секрет. Возьмите 70 г. соевого соуса, смешайте с 85 г. вустерширского соуса (кисло-сладкий соус на основе уксуса, сахара и рыбы), добавьте 15 г. бальзамического уксуса. Добавьте также: 25 г.сахара, 150г коньяка, 80г кагора, 2 желтка и 5 ч.л. меда, Потом: 1 ч. л. кетчупа, палочку корицы, одну чайную ложку ангостуры (концентрерованный биттер), затем пять измельченных зерен кардамона, щепотку кайенского перца.Подробнее
Тридцатилетним, психически здоровым человеком я боялся детей. До тошноты, до оцепенения. От предстоящей встречи с ними стылый ужас крался к горлу. Из-за этого всерьез думал расстаться с любимой профессией, когда стало заметно. Нет-нет, опустите брови, не детей вообще, но детей, как пациентов. И началось это после одного случая, а точнее — одного взгляда. Вам случалось когда-нибудь испугаться человеческого взгляда, направленного прямо в зрачки?Подробнее
Места силы, та земля, где проросли корни, воспоминания и люди, к которым тянет вернуться... Этот родовой код, он навсегда, другого не будет. Стоит только всмотреться в него пристальнее, когда кажется, что вот уже край и, глядишь, становится легче лететь дальше сквозь суету. Собираясь в скорую поездку к сыну в Киев, я погуглил "Владимирский собор", потом "Киево-Печерская лавра", посмотрел и стал вспоминать события тридцатилетней давности.Подробнее
Если стать спиной к ступеням Дома Техники, можно увидеть лежащий внизу район Каменного брода. Он казался тогда, в середине шестидесятых прошлого века, краем света. Этот недоступный одноэтажный район, где жили страшные, пьяные и драчливые, как нам рассказывали, луганские камбродцы. То, что многие из нас никогда их не видели, придавало им еще больше нелепых красок в пацанячьих головах.Подробнее
Городок Часов Яр. Это в Донецкой области. Там есть Шамотный завод, где делают шамотный (огнеупорный) кирпич для печей и каминов. Там родился Кобзон и жила мамина мама — бабушка Маруся. Меня возили в этот городок родители, чаще летом на каникулах. А бывало и осенью, на "октябрьские", или весной на "майские" праздники. Ехали мы в Часов Яр долго с пересадками где-то в Артёмовске, на воняющих соляркой «ЛАЗах». Тошнило, трясло, хотелось пить и писать одновременно.Подробнее
Недавно натолкнулся в сети на эту фотографию 1944-го года. Советский солдат ведет пленных немцев. Казалось бы, ничего особенного, но подпись под ней говорила, что пленных конвоируют на строительство здания гостиницы «Москва» в моем родном Луганске, тогда — Ворошиловграде. Все это было так зримо и поразительно, и не только потому, что я узнал дома на улице, представил этот конвой, услышал топот сапог и чужой говор колонны.Подробнее
