Конец света для одной души Глава 23: Только так
Автор:
Флабес Побалакту
Текст:
После психофизиологического "потрясного" дартса с результативной дозой яркой улыбчивой радости, пылких тумаков, зубодробительного пикирования и крутой посадки на неровную местность, я долго и глубокомысленно отходила от произошедшего сногсшибательного события с благородными идальго и кабальеро.
-
Еще Варька пропала. Она отсутствует почти две недели.
Разыскивали ворониху с Томом тщательно и довольно продолжительно. Скрупулезно облазали и внимательно осмотрели всю непролазную округу, все близстоящие дома и постройки, однако никаких следов пребывания не выявили. Какие особые отпечатки могут быть на травяной массе с опавшими листьями? Одиночные перья, да малозаметные пятнышки помёта. Мне не подвластны экспертное дознание и основательный сыск высоко-летательных неусидчивых пернатых.
Том, сверли знакомую панораму! Фотографируй естественный ландшафт! Срисовывай широкоформатный обзор! Опознавай!
-
Мой единственный сохранившийся друг не понимает, чего я настойчиво требую от него, что мы безустанно делаем на дикой природе и чьи душистые запахи должны бурно втягивать и усиленно вдыхать. В отличие от меня, для собаковидного монстрика очевидно ясно и безошибочно вестимо, что наша птичка с оранжевой отметиной давно испарилась. Упорхнула в неведомые васильковые дали легким, воздушным облачком.
-Пошли отсюда, страждущий упадочносовременный человек. Нет здесь уже никого и не будет. Осознай данную информацию из первых шестипалых лап. По-пацански цыкни сквозь зубы и разотри штиблетами. Поскрипывай и не тужи.
-
Осознаю непреклонную авторитетность четвероногого и его безошибочную достоверность происходящего. Не поскрипываю, однако тужу. Очень обеспокоена, расстроена. Привыкла к птахе-переростку иссиня-черного цвета, привязалась к вороней цапельке всем сердцем. Думы о плохом, неладном отклонила, выбраковала и громко освистала за недоказанностью. Надеюсь, и буду так себе представлять, что Варвара просто взмыла и унеслась на новое место гнездовья, которое, наверняка, получше, чем у нас. Это шаткое, никчемное утешение. Но оно подкупает мои предположения с фантазией и усыпляет мрачные домыслы.
-
Наступила осень.
Готова к очередной зимовке наполовину. Я отказалась собирать созревший урожай. Он продолжает безнадежно висеть, забыто стоять, тихо лежать на поверхности и втемную зарываться в почву. Страховочное жилье с неприступным ограждением и крепкими запорами тоже побоку.
Меня ищут-вот где сущая, объективная истина. И найдут, рано или поздно, но выведают. Это вопрос времени. Если я была бы на их месте, то передатчик с неугодным радистом-лузером, посылающим помехи в классически слаженную, стройную шеренгу отрепетированной морзянки, всенепременно извлекла и опечатала.
Что они сделают с тем, кто успешно отстукивал собственное знаковое кодирование? Допинают. С превеликим старанием и рвением. Упоённо и деятельно. Сообща. Люди же. Им масляно неподвижно-лежачего всей кодлой. По самому незащищенному, по самому больному и кровоточивому. Хуже шакалов.
-
Активно обороняться, искусно убивать-думать даже нечего. Вряд ли теперь мне дадут преимущественную возможность. Я видела их в превосходящей динамике. Обгоняют по всем пунктам неуловимой слежки с внезапным нападением. И та, моя авария с эксклюзивными перевертышами-рукомесло незнакомцев. Уверена без подмесу. Профессиональные охотоведы маниакально ужесточат поиск, противостоять на опережение больше не получится. Долго окапываться ребечачьим пластмассовым совочком, по-детски играя в прятки и салочки-увеселение для тугоплавких. Только в быстроходную кибитку и нооо, родимая! Куда глаза глядят.
-
Еще меня тревожит, лишает покоя и не выходит из головы одна мысль. И она стержневая, центрально-господствующая.
Том, пришелец иных пространств и фантастических стихий, где твоё гениально-исключительное чутье с проницательностью? Где недюжинный уникальный нюх на врагов и на смену обстоятельств? Куда ты подевал редкостную интуицию и точность ясновидения? Ты лихо проигнорировал неприятелей, подпустил ближе некуда. Разумею-не прикончил и миролюбиво отпустил.
Почему?
Худо! Неуд тебе.
-
Следует что-то решать, пока не наступили холода и заморозки.
Мы уезжаем. Сегодня. Навсегда. Оставаться в городе и даже за его пределами бессмысленно. Слишком опасно, предельно накладно. Приличный микроавтобус, который бы подходил к многосуточной переброске, обошел меня тремя верстами.
Вот где зарыта странная подлянка: как можно было не отыскать, не увидеть и не раздобыть нужного в преизбытке всего-всего. Оказывается и такое случается.
Дальтоническая надсада!
-
Беру два мощных землехода, второй сзади, закреплен жесткой сцепкой. Провозилась с непокладистым и строптивым треугольным приспособлением часа два. За качество своего хлипкого крепления совсем не уверена. И смогу ли буксировать тяжёлый автомобиль на длительное расстояние-развлекательная шумерская клинопись на миллионы просмотров. Раньше, много раз проделывала подобную привязку с другими машинами, только они были без особого груза, либо порожними. И сцепка была другая-слабее, проще. Упаковала оба массивных внедорожника самым необходимым. Из цветов взяла только маленький росток алоэ.
-
В последний раз смотрю на дом, которым воспользовалась без приглашения и который стал мне самым родным. В горле стоит комок.
Вернусь ли я сюда когда-нибудь?
Том давно чинно сидит в машине. Как всегда, неизменно и величественно смотрит перед собой, зорко всматриваясь в наше неопределенное предстоящее. Пора выдвигаться.
Тронулись!
Стартовала неудачно. Только после четвертого рывка, еле сдвинулась с места. Не налегай! Если буду так резко дергать, у меня точно что-нибудь оторвется и отвалится. Вырулила за ворота спокойно и благополучно доехала до автомагистрали. Первый решающий поворот пройден, маневр получился.
Полет нормальный!
-
Тащусь со скоростью не выше тридцати. Через двадцать километров ведомая машина отсоединилась. Две точки крепления полетели безвозвратно и без восстановления. Пришлось оставить непрактичную затею с моим тепловозиком. Он сошел с рельсов, распоясался на локомотив и вагончик. Теперь ничего не поделать. Осталась одна машина, ведущий тягач. В нем минимальный набор вещей, продуктов, зато имеется неплохой запас топлива.
Возвращаться назад, искать по-новой, исправлять ситуацию у меня даже в мыслях не было. Я и так слишком долго подбирала подходящие друг к другу транспортные средства, проверяя их на любовно-трелёвочную совместимость. На это ушло целых пять дней. Разлад деталей обратно уже не зафиксировать. Времени нет, надо торопиться.
-
Удаляемся на запад около часа. Я в подавленном, мято-умученном настроении, остановилась передохнуть. Начались бордовые ночи, их надо непременно переждать. Продолжать поездку в состоянии полусонной гибернации равносильно заплыву на стометровку при квадратных, перекрестных волнах. Только водяные пузыри пускать по дну.
Нахожусь в машине и отстраненно наблюдаю. Группы мистических теней плавно скользят мне навстречу-габитусы. Держат курс по направлению к городу. Один сумеречный отряд прошел недалеко от машины, я отрешенно проводила его равнодушным взглядом.
-
У меня были наилучшие условия для одиночного выживания, были пригодная еда, чистая вода, бесперебойное киловаттное энергопитание. Можно сказать, что было всё в комфортном достатке, с роскошным штемпелем "all inclusive". Теперь убегаю в смутную неизвестность. Не думаю, что дальше будет проще и не будет трудностей с крушениями. Придется начинать всё заново, если останусь жива.
И, вообще, жива ли я??? Три большущих вопросительных знака мало для напряженного пространного вопроса длиною в девятнадцать месяцев и тринадцать дней.
-
Мне нужен устойчивый каркас и прочность в чудном, безумно-непонятном загробном мире. Можно попробовать оптимистично побарахтаться в другом месте райского ада, только я уже сделала свой выбор. Надеюсь, он правильный.
Не хочу малодушно отступать и спешно уезжать, мне некуда адресно выбывать. Я не скитальческая бродяжка, не хочу вести кочевой образ жизни, постоянно срываясь с насиженного уютного места. Я постоянна. Моя фундаментальная константа-мой нерушимый дом. Он-моя сохранная обитель, мой тыл. А дальние поездки с целью информационного ознакомления всегда предпочитала в виде кайфового увлекательного вояжа и обязательно с обратным билетом.
-
Меняю вектор направления.
Решено. Остаюсь!
Пора закончить конфронтацию с напрасными уступками и неправильно истолкованным обращением-"делайте со мной, что хотите". Призыв на моё уничтожение не откладывается. Отменяется.
Теперь делать буду я.
-
Выйдя из машины, вывела Тома. Погладила его, крепко, растроганно стиснула. Всего облапала, чмокнула в хмурую морду и, легонько потрепав, подтолкнула по направлению к лесу.
Гулять! Иди, чудный феномен. Гулять!
Он убежал. Ну вот и всё. Правда, есть ещё одно важное дело-пристроить в ельнике маленький росток алоэ. Надеюсь, приспособится к внешней среде, уцелеет на свободном раздолье, не вымерзнет в открытом грунте, ведь он тоже исключительно-особенный и нестандартный.
Не взыщи, экстраординарное растение! С собой взять тебя не получится. Сама в неконкретной мерклой теоретичности.
-
А вот теперь точно всё. Уверенно двинулась навстречу загадочным габитусам. Они живописно перемещались по, заросшему кустарником, широкому оврагу. Я свернула, спустилась и встала на их пути. Мне требуется причалить и пришвартоваться к данному отмеченному пирсу.
Вероятно будет виток чего-то совершенно непостижимого, а может и нет. Возможно меня расплющит, размажет многотонным катком, как камбалу, а может нет. Скоро произойдет прогнозируемое лобовое столкновение, цепкий абордаж и я безоглядно влеплюсь в терминал чужого залетного мира.
-
Цель близка. Мягко растираю руки, ноги, уже начинает пощипывать кожу. Неприятные ощущения, не хватает воздуха. Во рту и в глазницах сушь и пустыня, там крематорий с мартеновским пеклом. Плохо вижу, сверхчувствительная сетчатка сейчас расплавится от огненной сварки, в голове сосредоточилась вся боль. Очень тяжело, но назад главные дороги отрезаны.
Не желаю к людям. Жажду попасть в лагерь странных теней, погрузиться и раствориться в диковинной ячейке шествующих.
-
Кто-то ткнулся мне в ногу. Том. Гнать больше не собираюсь. Пусть будет так, как суждено. С приходом Зверюгина мне стало намного легче. Реабилитировалось затрудненное дыхание, восстановилось расплывчатое зрение, восприимчивую кожу не жжет и не стягивает. Я могу спокойно осмотреться.
Только сейчас заметила, что высоковольтных габитусов окутывает прозрачная светло-голубая капсула, внутри которой были еще две оболочки-желтая и оранжевая. Цвета не смешиваются, они четко определены и разграничены. Подстеганный бордовыми оттенками, меня основательно подводит зрительный анализатор в преобразовании светового диапазона. Или это опять что-то из области парадоксального? Основательно другое и крайне неоднозначное-здесь норма.
-
Мы подошли совсем близко, почти вплотную.
Всего несколько шагов отделяет меня от неземного минного поля. Верный Томыч рядом со мной. Он мой путеводный провожатый по местному квантовому музею этнографии, верховный проводник в тонированное урочище таинственного биоценоза. Он мой истинный поводырь и сталкер в, недозволенный ранее, загадочный сектор. А у меня даже малейшего понятия не было о его сакральном потенциале.
Космический десантник с небывалой силовой поддержкой, веди потерянного во времени и пространстве упрямого ходока в свою запрещенную, сокрытую страну!
-
Я в радиусе досягаемости. Три шага до внешнего купола и еще один.
Самый главный, самый ответственный. Переломный.
Только так!
-
Что, любознательная и жизнедеятельная смертница, пройдемте по собственной воле в тюремный застенок-реостат, посмотрим воочию на призрачных амперных сокамерников, испытаем на себе мощность их джоулей?
Только так!
-
Три.
Два.
Один.
Впуск...
