Глава #53

Проползая вслед за братом по вентиляционной шахте, Кара вдруг замерла на краю люка, вцепившись в решётку, и уставилась вниз остекленевшими глазами.

— Сер… — её голос дрогнул. — Там…

Парень обернулся на голос сестры и, проследив за её взглядом, стал невольным свидетелем произошедшего с Надей.

Кара издала сдавленный всхлип, похожий на звериный рык.

— Он убил её! — прошипела она, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. — Убил! Нужно помочь!

— Кара, мы не можем… — начал Сер, но сестра уже полезла к краю, вдохновившись порывом темноволосого лохматого парня разорвать ассистентов.

В доказательство её идеи о возмездии снизу донёсся ещё один рёв отчаяния, перешедший в утробный звериный рык. Казалось, что голос принадлежал одновременно и Стасу, и тому зверю, который успел срастись с его личностью. Не успев толком обратиться, юноша, не медля ни минуты, бросился на главный источник всех своих бед за последний месяц.

— Сдохни, подонок!

Абрахам Браум даже не успел осознать собственную смерть. Одного сильного удара об пол оказалось достаточно, чтобы несколько шейных позвонков хрустнули, а череп раскроился надвое, продемонстрировав сопровождавшим доктора ассистентам содержимое черепной коробки. Те в панике рванули прочь от побоища. Кто-то лихорадочно ударил по сигнализации в коридоре. На звук сирены вот-вот должна была явиться охрана отсека.

— Можешь прятаться! — глаза Карианы сверкнули жёлтым. — А я не буду. Они за всё заплатят!

Она рванулась вперёд, готовая спрыгнуть вниз. Её решимость была почти осязаемой — она пугала и восхищала одновременно. Сер схватил её за воротник:

— Стой! — он с трудом удержал сестру. — Если мы сейчас полезем туда — погибнем все. И Надя, получается, зря пострадала.

Кара резко развернулась. В её взгляде была такая злость, что Сер отпрянул от неожиданности.

— Зря? — она ткнула пальцем вниз. — Посмотри на неё! Посмотри, что с ней сделал этот старый му*ень!

В этот момент в коридор вбежали четверо дежурных охранников и остолбенели от увиденного. Браум, точнее, то, что от него осталось, лежал на полу, терзаемый худощавым белым оборотнем в состоянии неполного превращения. Это позволило охране идентифицировать в нём Князькова. Чуть поодаль — темноволосая кудрявая девушка без признаков жизни.

Стас встал над телом Браума, тяжело дыша. Его пальцы ещё подрагивали, когти не до конца втянулись. Он явно был готов биться за свою свободу до конца и мстить за подругу.

— Не стрелять! — рявкнул старший смены. — Загорский запретил убивать ценный экземпляр!

Двое охранников бросились к Стасу. Один ткнул его электрошокером в бок — Стас вскрикнул, отшатнулся, но устоял. Второй замахнулся прикладом. Филя, наконец-то вырвавшись из рук старшего товарища, бросился Стасу на выручку.

Ваня же, осознавая собственную бесполезность в драке, принялся лихорадочно перенастраивать свое восприятие окружения. Его взгляд упал на красный ящик пожарной сигнализации прямо за спинами лаборантов, собиравшихся унести Надю прочь. Вода… Там же резервный запас для спринклеров!

Ваня сосредоточился. Он не видел сам резервуар, только ощущал воду — тяжёлую, неподвижную массу за металлической панелью. Редко используемый физический навык «поиска воды», о котором ему доводилось слышать лишь однажды и то на факультативах от Департамента напомнил о своём существовании как нельзя вовремя. Знаний о правильном применении у него не было, поэтому пришлось действовать наверняка.

Юный тритон сфокусировался на одной точке — он явственно почувствовал, что вскипятить весь объём вряд ли получится, как и заставить стихию подчиниться полностью. Но дать воде короткий неконтролируемый толчок температуры и направления — очень даже возможно. Жар ударил по коже раньше, чем раздался треск стекла. Бах! Стеклянная панель сигнализации треснула с сухим щелчком. Из сопел вырвались две разнокалиберных струи кипятка, хлестнув лаборантов по рукам и шее. Один, вскрикнув от ожога, отшатнулся так резко, что упал назад. Второй, находившийся чуть дальше, отпрянул прочь, выронив бумаги.

— Оставьте её! — голос Вани прозвучал твёрже, чем он ожидал. — Ещё шаг к ней — и следующий залп будет прямо в лицо!

Воспользовавшись замешательством и испугом лаборантов, тритон ринулся к неподвижно лежащей Наде и, подхватив её на руки, попытался унести прочь, но охранники оказались проворнее. Те загнали его в угол, требуя оставить пленницу там же, где она была подобрана, но Ваня явно не собирался подчиняться.

— Только приблизтесь — и мозги вскипячу прямо в котелке! — прошипел тритон, еле сдерживая внутреннюю дрожь.

— Видишь, им нужна наша помощь! Стас поступил так, как должен был, но он не выстоит один. От морского чёрта мало толка, а второго парня только сегодня притащили в блок. Он не сможет никого грохнуть. Чужаки рискнули жизнью, чтобы спасти нас с тобой, а ты хочешь просто сбежать и сделать вид, будто ничего не было? Ты ведёшь себя как сопливая девчонка, Серафим! — Отчаянно рявкнула на брата Кариана, приведя в чувство болезненным тычком в рёбра.

Парень закрыл глаза. Довериться чужой доброте или поступить как трусливая шавка?

Однозначный ответ на этот вопрос вспыхнул в его глазах решимостью, с которой он выбил решётку вентиляции пинком и приземлился, выпрямившись во весь рост. Трансформация прошла быстро, хотя и болезненно. Рост увеличился минимум на полторы головы, лицо перестроилось в звериную морду, кожа покрылась короткой тёмно-бурой шерстью. Выражение панического ужаса в глазах своих недавних мучителей опьяняло. Больше никаких ударов током за непослушание, унижений, побоев и психологических издевательств. Всё решится здесь и сейчас!

Сер рванулся вперёд. Удар — охранник отлетел, ударившись о стену с характерным глухим стуком и отчётливой вмятиной на затылке. Второй противник замахнулся прикладом — Сер уклонился, схватил его за руку и резко вывернул. Хруст сустава. Крик боли. Рывок — и напавший повторяет судьбу предшественника. Но этого явно недостаточно... Прыжок сверху, когти впились в экипировку, прорвали ткань, вонзились в плоть. Рывок — и часть плеча охранника осталась в когтях Се́ра, кровь хлынула горячей струёй, мгновенно испачкав шерсть вокруг трансформированной пасти и некогда серую больничную робу.

— Марш отсюда! — проревел Сер уже не человеческим голосом ошалевшему от неожиданных сюжетных поворотов Ване, всё ещё державшему Надю на руках. Тритон рванул от места побоища, но не позволил себе бросить детей одних, оставшись дожидаться поодаль. В его голове метались самые шокирующие мысли, которым он не мог найти объяснения, как ни старался.

Вмешательство неожиданного подкрепления внесло хаос в немногочисленные ряды явившихся на зов сирены.

Филипп, прикрывавший Стаса с ошмётком трубы в руках, вздрогнул от неожиданности, увидев нового союзника, но мозг сработал быстрее, чем тело успело испугаться. «Он явно за нас, надо использовать шанс». Сенов вцепился в рукав ближайшего охранника, рванул его к себе, врезав тому по спине своим нехитрым средством обороны. Тот, охнув от боли, выронил шокер и тут же оказался в лапах Сера. Заприметив ценного союзника в рядах сопротивления, Стас испытал одновременно и облегчение, и опустошённость из-за экстремальной жестокости, с которой тот расправлялся с врагами.

Но тем не менее он осознанно отпихнул в сторону Серафима следующего напавшего пинком в живот, выбив оружие, когда тот попытался пристрелить Филиппа.

В это время Кариана, выпрыгнувшая следом за братом, тоже включилась в драку. Двенадцатилетняя девочка, которую раньше никто не воспринимал как угрозу, изменилась на глазах. Её хрупкое тело вытянулось, черты лица заострились, глаза вспыхнули янтарным огнём. Она издала низкий, утробный рык — первый в своей жизни полноценный звериный клич.

Выбор жертвы пал на одного из ошпаренных Ваней лаборантов, попытавшегося спастись из этой бойни. Секунда — и безразличный свидетель детских страданий упал как мешок, тщетно пытаясь зажать разодранное когтями горло. Когда он рухнул, в коридоре на долю секунды повисла тишина — будто реальность споткнулась о невозможное.

Сер махнул всем рукой. Его глаза всё ещё светились жёлтым, но он уже почти вернулся в человеческую форму:

— На выход, быстро! Пока новые не набежали!

Все бросились по коридору, сворачивая в тёмные проходы, пока не увидели тусклый свет аварийного освещения у запасной калитки.

Стас, пошатываясь после схватки, подхватил Надю на руки вместо Вани, чтобы тот без промедления мог открыть двери на пути к свободе.

Когда все оказались на улице, осознание собственной бесполезности в драке больно стукнуло Ваню чувством вины. Не смог уберечь детей — теперь его старшинство иллюзорно так же, как и будущая профессия учителя. Позор!

Кара бежала в числе последних. Первое обращение отняло у неё изрядную долю сил и выносливости. Именно поэтому она оказалась под прицелом того самого единственного охранника, патрулировавшего территорию спасительного участка рядом с калиткой.

— А ну стоять! - Крик человека прорезал густой ночной воздух так же неожиданно, как и последовавший за ним выстрел.

Ваня отреагировал быстрее, чем Сер успел подумать об угрозе. Оттолкнув Кариану в сторону, тритон сам попал на линию огня, получив ранение в левый бок.

— Бегите! Я задержу. - велел подросткам Ваня и, обернувшись к быстро сокращавшему дистанцию человеку, вложил в голос остаток сил: - Стоять. Выброси оружие. Пошёл прочь.

Охранник безропотно выпустил автомат из рук, не пытаясь ослушаться. Повернувшись, как на параде, он было двинулся к корпусу — но не успел сделать и пяти шагов.

Серафим настиг стрелка, обрубив тому шанс рассказать о русальем внушении. Расправившись с нападавшим по-своему, он двинулся обратно к Ване и Кариане.

— Ты как? — спросил Сер у Вани, который еле стоял, опираясь на калитку, и прижимал ладонь к боку. Филя и Стас смотрели на старшего товарища со смесью ужаса и вины за произошедшее.

— Как рыба на разделочной доске. Ещё трепыхаю жабрами. - Попытался пошутить тритон.

— Этого достаточно, — коротко сказал Сер и просто взял его под плечо. — Держись, плотва.

Кару он поднял на руки.

Последний раз воспользовавшись пропуском, Ваня рефлекторно сунул его в карман и усмехнулся сквозь боль.

За спиной слышались крики, топот ног — погоня приближалась, но они уже были снаружи.

На забытой дороге для лесовозов, ровно на условленном месте, стоял старый фургон с заведённым двигателем. За рулём сидел Игорь Михайлович. Он обещал, и он пришёл на помощь от начала и до конца. Ваня с Филиппом синхронно испытали чувство благодарности к вампиру за его честность.

— Сюда! — махнул Ваня рукой, указывая на минивэн. — Быстрее, у нас минута!

Беглецы бросились к машине. Стас, забравшись вместе с остальными, уложил Надю на заднем сидении. Ваня не без труда прыгнул на место рядом с обеспокоенным водителем.

— Нас немного больше, чем нужно, Игорь Михайлович. И нам нужно доставить Надю в больницу.

— Всенепременно, мой юный друг. Вижу, вас тоже постигла беда. Вам не помешает помощь хирурга. - Константинов покачал головой, мельком взглянув на темно-бурое пятно, медленно разросшееся на лабораторной маскировке Вани.

— Пустяки. Два заплыва, и буду как новенький. - Храбрясь ответил тритон.

— И тем не менее, пожалуйста, воспользуйтесь бинтами и турундами, чтобы я успел доставить вас врачу. Они лежат в бардачке перед вами. Не то ваша леди казнит меня без суда и следствия. - Обеспокоенно посоветовал Константинов, пытаясь дышать через раз.

*** Фургон мчался по просёлочной дороге, пока беглецы приходили в себя. В салоне повисла тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием и стуком дождя по крыше. Кара сидела на полу прижавшись к подруге и напряжённо прислушивалась, но, по-видимому, не получала необходимого ответа на свой вопрос.

Стас сидел рядом с Надей и держал её за руку, с трудом сдерживая слёзы: - Наденька, милая, пожалуйста, не оставляй меня...

Игорь Михайлович с сочувствием взглянул на нуждающегося в чуде подростка и вдавил педаль газа. Фургон свернул за угол и помчался прочь от лаборатории — от системы, которая считала их просто «экземплярами»:

— Ближайшая подходящая нам больница в 10 минутах езды, насколько мне известно. Я попытаюсь сократить время в пути насколько смогу.

— Только бы успеть, — прошептал Стас. — Спасибо, Игорь Михайлович. Спасибо, что помогаете!

Кара и Сер с тревогой переглянулись, впервые за долгое время не скрывая истинных чувств по поводу ситуации.

Константинов бросил взгляд в зеркало.

— Вы теперь в полной безопасности, всем пострадавшим обязательно помогут, я прослежу. А потом вы сможете вернуться домой.

Филипп и Стас никак не отреагировали на эти слова, а Сер и Кара непроизвольно прижались друг к другу. Станислав, заметив их беспокойство, вежливо обратился к психологу:

— Игорь Михайлович, Серафиму и Кариане некуда идти, и они точно не заслуживали того «дома», в котором жили. Может, вы «уговорите» моих родителей разрешить им пожить у нас ненадолго? А потом мы с Филей и Ваней что-нибудь придумаем.

Константинов недоумённо поднял брови, но быстро привёл мысли в порядок.

— Вы бесконечно великодушны, мой юный друг, но я позволю себе снять эту ответственность с ваших плеч. Я готов приютить ваших друзей столько, сколько им потребуется. Время давно то единственное, чего у меня с избытком.

— Кровосос-филантроп, который привечает у себя щенков? Вот так номер! Вам самим-то не смешно? - Резко высказался Сер. Стас и Кара синхронно пихнули его локтями с обеих сторон.

— Я понимаю ваше недоверие, молодой человек, но совесть мне не позволит бросить на произвол судьбы детей, которые столь явно нуждаются в помощи. Однако, если вы захотите уйти, то я не стану вас удерживать. Вы свободны поступать так, как считаете правильным. Но Департамент в любом случае пожелает встретиться с вами и вашей сестрой для регистрации. - Спокойно ответствовал на грубость Игорь Михайлович. Серафим же лишь презрительно хмыкнул, уставившись в окно.

— Сер, не упрямся, давай хоть ненадолго останемся у него. - Вклинилась Кара. - Нам НУЖНА помощь. Хватит бегать из угла в угол.

— Он нормальный, не дрейфь. Стал бы он помогать нам всем, если б искал выгоды? Ты ж вроде не глупый чувак. - Вставил свои пять копеек Филипп. Облокотившись на колени, он уставился на Сера исподлобья.

— Был бы тупым — не смог выжить! - Огрызнулся Сер, сверкнув глазами.

— Сер... Так тебя зовут, да? Ну так послушай, что я скажу. Мне знакомо чувство, когда никому не можешь довериться и приходится полагаться только на себя. Но если ты принимаешь помощь от других — это совсем не значит, что ты беспомощный лох. Наоборот, это возможность не одичать от злобы на окружающий мир. Если б я не доверился Стасу однажды, то сейчас бы гнил из-за ненависти к себе. Если бы не поверил, что на свете есть люди, которым я не безразличен — превратился в хищника, который только кусается и убегает. - Филипп говорил вкрадчиво и спокойно, вглядываясь в глаза более мятежного союзника. Кара посмотрела на Фила со смесью восхищения, уважения и проблеском симпатии. Сер заметил этот взгляд сестры и ухмыльнувшись подумал: «Ну только этого не хватало! Чтоб Кара влюбилась в этого глазастого болтуна!»

— Стас вытащил тебя из полной жопы, считая, что вы с сестрой достойны лучшей жизни, ну так не просри этот шанс. Покровитель‑вампир — это круто, как ни крути. Я не думаю, что хоть одной девушке понравится жить вечным бродяжничеством. - Когда Филипп завершил свою тираду, то почувствовал, как с его собственной души упал камень размером с сочный гранат.

Сер некоторое время смотрел на Фила с явным неодобрением, но внезапно рассмеялся сиплым смехом побитой собаки из мемов:

— Ниче се ты борзый! Но будь по-твоему. Я таких, как ты, уважаю. И по сусалам настучать можешь, и за словом в карман не лазишь. - Сер похлопал Филиппа по плечу.

Фил самодовольно усмехнулся:

— Уж чего-чего, а этого добра во мне как говна за баней.

Кара порозовела и прыснула, сдерживая хихиканье, стесняясь своей реакции на слова симпатичного парня. Стас тихо улыбнулся друзьям, не переставая сжимать ладонь Надюшки:

— Я рад, что вы все поладили. Когда Надю вылечат, мы обязательно отпразднуем это событие. - Он с беспокойством взглянул на лицо любимой, до сих пор не пришедшей в себя. - Очень надеюсь, что ещё не поздно. Держись, Надюш.

— Конечно, вылечат! - Заверил Стаса Филипп. - Пусть меня хоть наизнанку вывернут и всё необходимое возьмут, но твоя Надюха будет жить