Добровольная жертва

20 января 2159 года по земному календарю. Космос

Глиноматод спросил у своего сокамерника:
«Жабурик, вот ты знаешь, зачем нужны банки?»
Жабурик тут же смущенно заквакал:
«Ну, они там деньги хранят, и кредиты дают, вот».
«Не умен ты, мой собрат по несчастью, неумен». – Констатировал Глиноматод.

Они летели вдвоем уже тринадцать минут и только сейчас осознали, что являются двумя экзотическими животными в автономной клетке. Клетка была случайно выброшена в космос и безнадежно дрейфовала в звездной черноте. То, что служило бы иному рассказу неожиданной концовкой (герои общаются словно человеческие астронавты, а потом оказывается, что это потерянные экспонаты галактического зоопарка) в нашем случае является только началом.

Дело в том, что Глиноматод страдал типичной для его вида немощью – раздвоением личности. И сейчас он всячески пытался установить, является ли Жабурик частью его воображения или же существует как объективная данность. Сначала Глиноматод надеялся, что его попутчик скажет что-нибудь такое, чего не знает сам Глинаматод и этим докажет свою подлинность. Но, увы, Жабурик сильно отставал в умственном развитии от сокамерника, а значит, можно было допустить, что он всего лишь имитация болезненного рассудка – ведь притвориться глупцом легче, чем гением.

Глиноматод широко зевнул, продемонстрировав товарищу длинные острые клыки, и потерся чешуйчатой спиной о прутья решетки. Разговаривать с бестолковым попутчиком не было никакого желания, а потому он опустил на веки густые мохнатые брови, активировал ушные перепонки и экранировал мозг на случай, если Жабурику вздумается поболтать. Через две минуты он уже безмятежно спал.

Снилась ему охота. Он, предводитель стаи, преследует странного розового толстячка, который прыгает, как лягушка и заходится в кваканье от ужаса. И этот кусок вкусного мяса кого-то ему напоминает. Глономатод совершает длинный прыжок, впивается когтями в мягкую тушку и зловеще спрашивает у жертвы:
" – Кто ты, пища?".
" – Жабурик…"

22 января 2159 года по земному календарю. Космос.

Глиноматод потянулся, пробуждаясь ото сна. Хороший сон, вкусный и радостный. Выходит этот жирный Жабурик лишь плод его воображения.
Он открыл глаза и замер. Жабурик по прежнему сидел в другом углу клетки.
Глиноматод потряс головой и выругался. Сокамерник растопырил небольшие перепончатые крылья и старательно вылизывал их длинным фиолетовым языком.
– Летать умеешь? – без всякого интереса спросил Глиноматод.
– Нет, – ответил Жабурик, – Это всего лишь рудименты. Но в космосе помогают.
– Руди что? – удивился Глиноматод. Такого слова он не знал.
– Органы, утратившие своё основное значение в процессе эволюционного развития организма. – спокойно объяснил сосед по клетке. – Предки могли летать – мы нет, но крылья остались.
– Вот как, – хмыкнул Глинамотод, – А ты не так прост, толстячок. Ишь как кучеряво выписываешь. А я думал, ты полный кретин. – Настроение у него заметно улучшилось. Теперь он знал, что Жабурик в самом деле существует.
– Я не позиционирую себя, как высоко разумное существо. По всем объективным данным хищники действительно умнее травоядных. У них гораздо крупнее мозг относительно собственного тела, а потому, я не могу соперничать с тобой в разумности.
– Ха! – оскалился Глиноматод, – Травку, значит, кушаешь? Забористая она у вас, как я погляжу, такие словесные рулады выводишь. Как ты оказался в зоопарке ящероида Билли, умник?
– Меня поймали, – бесхитростно ответил Жабурик.
– Да-а-а, – протянул Глиноматод, – Не повезло тебе, мягкотелый.
– Нам, – поправил Жабурик.
– Э, нет, – рассмеялся хищник, – Я здесь по собственной воле. Подписал годовой контракт. Пока буду изображать тупого зверя – на мой счёт в банке будут капать денежки. А они мне очень нужны. Я собираюсь повысить свой статус в прайде. Идиоты во вселенной никогда не видели таких клыкастых красавцев, как я. Когда Билли встретил меня – сразу предложил сделку.
– А если ящероид обманет тебя?
– Не рискнет. Мои родичи найдут его в любой галактике и растерзают. Это очень опасно, злить глиноматодов, малыш.
– Очень надеюсь, что Билли отыщет нас…
– Разумеется, отыщет, – покровительственно подмигнул соседу Глиноматод, – Это в его интересах. Видишь мерцающий диод на крыше нашей клетки? Это маячок.
– Не хотел тебе говорить, – разочарованно развел крыльями Жабурик, – Пока ты спал двое суток, нас засосало в гиперпространственный туннель. Мы теперь за тысячи парсек от транспортника Билли. Я старательно сканировал пространство. На две сотни парсек вокруг ни одного корабля.
– Проклятье! – выругался Глиноматод, – Это сильно ухудшает дело! Ты хочешь сказать, что мы можем сдохнуть в этой дырявой темнице?
– Я не исключаю такой возможности. Но надеюсь на лучшее. Мы дрейфуем в сторону Синих астероидов, а там проходит один из главных караванных путей. Кто-нибудь, наверняка, обнаружит сигнал.
– Тогда к чему паниковать?
– Наше путешествие займет около трех месяцев…
– Вот это неприятный нежданчик, – расстроился Глиноматод, – Ровно столько мой вид может обходиться без пищи.
– Я способен не есть почти год. Но твоя жизнь для Билли намного ценнее.
– А что толку? Мои родичи намотают ящероиду кишки на гребень за то, что он заморил меня голодом, но мне от этого будет не легче.
– Ты выживешь, – успокоил его Жабурик. – Потому что съешь меня.
– Ты в своём уме, толстяк?! – вытаращил глаза Глиноматод, – Я представитель древнейшей цивилизации! Да, я жру мясо животных, но никогда не разевал пасть на братьев по разуму! Меня прикончат свои же родичи, если узнают, что я совершил такое злодейство!
– Но никто не узнает, – смущенно квакнул Жабурик, – Тем более, твоей вины нет. Знаешь, в чём предназначение моего вида? В жертвенности! Мы никогда не отказывали хищникам в желании полакомиться нами. Благодаря этому мы и существуем.
– Да это же бред! – вскричал Глиноматод, – Если вы добровольно подставляете башку, то должны исчезнуть, как вид! Это же – азбука!
– И, тем не менее, мы живём и процветаем, – улыбнулся Жабурик.
– Странно, – усомнился хищник, – Не укладывается в голове. Но ты не спровоцируешь меня, парень. Я лучше протяну ноги от голода, чем убью такого высокоразвитого чужого. До встречи с тобой, считал свой вид венцом творения. Свободно перемещаемся в космосе, выдерживаем любые температуры, общаемся телепатически, но ты можешь много больше. Поэтому, заверяю тебя – Глиноматод никогда не заберет жизнь Жабурика!
Пушистое крылатое существо лишь лукаво улыбнулось в ответ.

20 марта 2159 года по земному календарю. Космос

Лучший способ притупить чувство голода – хороший долгий сон. Но сны были какие-то неправильные. Глиноматод видел себя сидящим за богатым пиршественным столом. И главными блюдами были деликатесы из мяса жабуриков. Жабурик жаренный, Жабурик пареный, Жабурик в маринаде и Жабурик в яблоках. И во сне розовый толстячок не представлялся собратом по разуму. Глиноматод с удовольствием вгрызался в нежное сладкое тельце, обсасывал крылышки, с хрустом отрывал мясистую сочную ляжку и щедро поливал заячьи ушки зверька кроваво-красным кетчупом.

Пробудившись, Глиноматод глядел на соседа затуманенными глазами и спрашивал:
– Сколько нам еще до Синих Астероидов?
–Месяц, – тихо отвечал Жабурик.
Разговаривать не хотелось. Они уже успели всласть наговориться.
– Тогда я еще посплю, – сообщал Глиноматод и засыпал.

1 апреля 2159 года по земному календарю. Космос

Однажды наступил момент, когда хищник понял, что умирает.
– Прощай, брат, – прохрипел он, – Позаботься о моем теле. Я хочу, чтобы меня похоронили по ритуалу моего народа.
– Извини, – с сожалением развел перепончатыми крыльями Жабурик, – Это глупые предрассудки. Тебе уже будет все равно, а мне понадобятся силы.
– О чем ты говоришь?
– Мне придется съесть тебя…
– Как? – от неожиданного признания соседа, в сердце Глиноматода вспыхнула слепая ярость, – Я столько терпел, а ты посмеешь так подло поступить?!
– Я же предлагал съесть меня, но ты отказался. Поэтому я с удовольствием употреблю тебя. Что в твоем теле самое вкусное? Мне представляется, что мозг, не зря же ты такой умный…
– Гадина! – взревел Глиноматод к которому от злости вернулась сила, – Убью, предатель!
Когтистая лапа, словно кузнечный молот, опустилась на ушастую голову Жабурика. Брызнула синяя кровь!

Хищник долго смотрел на мертвое тело. Затем решительно подошел и принялся разделывать мертвеца.
– Съест он меня, – бурчал Глиноматод, вгрызаясь в сочное мясо клыками, – Давно надо было сожрать тебя, неблагодарное животное!

Набив брюхо, он сытно рыгнул и развалился на дне клетки. Опять потянуло в сон. В мерцающем тумане видений сознание медленно раздвоилось. Два Глиноматода сидели в клетке и ожесточенно спорили:
– Зачем ты убил брата по разуму?!
– Он сказал, что съест моё мёртвое тело!
– Как он может съесть, если питается исключительно травой?!
– Но он так сказал…. Я поверил.
– Ты поверил потому, что хотел поверить.
– А может, он хотел, чтобы я поверил?
– А зачем ему это понадобилось?
– Не знаю. Он говорил, что в жертвенности предназначение его вида.

Глиноматод понимал, что проигрывает спор двойнику. Отчаянно попытался привести решающий аргумент, но запутался в деепричастных оборотах и проснулся. Перепончатые крылья чесались, как у новорожденного Жабурика. Видимо, Глиноматод попал в одно из тех сновидений, где приходится просыпаться раз за разом, пока сон не кончится сам по себе – ведь никаких крыльев у Глиноматода никогда не было. Он попытался проснуться заново. Ничего не вышло. Тогда Глиноматод начал вылизывать свои перепончатые крылья длинным фиолетовым языком, как это раньше делал Жабурик. Он так сосредоточился на этом занятии, что и не заметил, как задремал. Когда он пробудился, никакого Глиноматода уже не было.

20 апреля 2159 года по земному календарю. Синие астероиды. Космодром.

На этом, собственно и завершается эта история. Когда ящероид Билли, наконец, нашёл пропажу, то был неприятно удивлён, не обнаружив в клетке клыкастого монстра. Сделка оказалась невыгодной. Он с тоской подумал о громадной неустойке, которую, несомненно, потребуют кровожадные глиноматоды за исчезновение родственника. Самое обидное, что в голову не приходила ни одна мысль, как объяснить странное происшествие. В клетке смиренно сидел похудевший, но живой Жабурик. Билли со вздохом швырнул ему пучок соломы и розовая длинноухая зверушка радостно заквакала.
«Тупая травоядная пакость», – сплюнул ящероид и понуро поплёлся прочь, волоча по потрескавшимся плитам космодрома длинный толстый хвост.
Жабурик смотрел ему вслед и улыбался…