Грешная жизнь Фёдора
Фёдор как-то внезапно очнулся в кромешной тьме. Широко распахнув глаза, тут же зажмурился. Было холодно. Холод он ощущал всем телом: снизу, с боков, сверху. В сознании колыхнулось: "Я голый. Где я?" Фёдор вновь открыл глаза и непослушной рукой ощупал тело и холодный металл вокруг. Пошевелиться он не смог.
Внезапно, его затуманенный мозг пронзила мысль: "Я в морге. В такие холодильники укладывают покойников. Я умер!? Всё же допился значит, накаркала Галина." Слёзы полились из глаз Фёдора. Да, он слышал, что душа покойников сразу не улетает от тела, она ещё мается рядом, покаяния просит. А Фёдору было в чём покаяться. Было. Это он знал.
В детстве мамку не слушался, покуривал с пацанами за углом, а потом вовсе бутылку водки в магазине стырили, чуть не осудили. Учиться дальше не стал, ленивый был. В результате по профессии - рабочий, токарь. А ведь мог бы инженером стать, что там инженером, учёным. Очень уж легко давались ему в школе точные науки. Учителя так и говорили: "А теперь Пифагор пойдёт к доске." Да, запустил свою жизнь.
Женился, двоих детей нарожали. Галька, жена, ничего, не хуже чем у других. Вроде бы даже любил. Но, скучно что-то жили. Орёт всё время, то денег мало, то за детьми чего не смотришь. И одно и тоже, одно и тоже.
Что это я? Мне ведь каяться надо. А грехов много, нет не грехов, всё же, грешков, так правильнее. Прости меня Боженька и Галина. Виноват. Дома не помогал жене по хозяйству, с детьми ни разу уроков не делал. Пил опять же, горькую. Ну кто не пьёт-то? А ещё Кольку, соседа, побил. Так, не из-за чего, по пьяни.
А вот ещё, Господи, украл я как-то. Стащил с завода маховик и толкнул знакомому. Прости, Господь. А кто не ворует?
Неужели за эти грехи смерть-то принимаю? Да ещё ад, наверное, светит. Если бы снова всё начать? Жизнь-то? Господи, честно, я бы по-другому... И слёзы с новой силой полились из глаз Фёдора.
Где-то скрипнуло . "За мной...Вот оно..." Яркий лучик света пронзил темноту, и такой противный, и до боли родной голос нарушил зловещую тишину:
_ Ты долго будешь вылёживать, скотина? Вставай, забулдыга проклятый, на работу пора.
И тут новый луч сознания прорезался в голове Фёдора: "Ах, ты гадина подколодная. Она, всё она подстроила". Ему отчётливо припомнился вчерашний вечер. Пили с Вовкой, много пили. Была причина. От него Дашка ушла, тоже, сволочь ещё та. Домой сам пришёл, это тоже Фёдор хорошо помнил, и, что решил освежиться, тоже помнил. Да, вот же, - осенило Фёдора, - когда я задремал слышал же Галькин голос над ухом: "Утонет ещё, пьянь проклятая, отвечай за него." Это она, она выдернула затычку в ванне. Она..., вот дрянь. Убить мало.
И на душе Фёдара стало вдруг спокойно, даже радостно. Мысли о морге и грехах быстро покинули его внезапно заболевшую голову. На смену им пришли другие: "На работу придётся двигать, да похмелиться не мешало бы. О-хо-хо, жизнь моя грешная, опять всё сначала..."
_ Галюнь, у нас пивка не найдётся? - с трудом выкарабкиваясь из холодной сухой ванны, елейным голосом пролепетал Фёдор.
Надо было бы покрепче его скрутить, вывернуть наизнанку, и дать возможность «проснуться» другим человеком.
Да, я злой, и я не люблю пьяниц. Пустые они люди, и плохие в своём жизненом образе.
По тексту написано ровно.
Про интригу уже сказал, несколько слабовато.
Читается легко, без напряжерия.
По грамматике — придут специально обученные люди и все расложат по полочкам.
И деепричастия, и сказуемые, и запятые с точками.
Успехов.
И то, что они всегда возвращаются на круги своя это я тоже знаю.
И вам успехов и многих тиражей.
Ну и, конечно, запятые и прочие прелести грамматики. Повнимательнее надо. Вместо "_ Галюнь" — "- Галюнь". Вместо «Фёдара» — «Фёдора» (это я как обладатель соответствующей фамилии говорю). "Она..., вот дрянь" — это по каким правилам языка написано? Ну и так далее.
Успехов и Вам…
Спасибо, что прочли и «пожарили»
Чтобы дать читателю пространство и пищу для размышлений и собственных выводов.
Я вот ценю ненавязчивость в авторах как читатель.
Это сходу.
Пратчетт очень сатирически высказывается, но у него не все позиции явные. Скажем антивоенная у него была очень яркая, а вот в плане оценки людей он мало что постулирует.
Личность автора и его позицию и так невероятно сложно отделить от произведения, чтобы надо было ещё что-то вкорячивать и проговаривать.
В рассказе, который мы обсуждаем, в общем-то ирония и объясняет авторское отношение. Зачем вам с автора трясти детальнее?
Ну я зарекалась жрать селёдку (условно), но чтоб с детства самого вспомигать жизнь — нет))
Насчёт Чехова, конечно, сложно тягаться. Но тут главное — вектор, я считаю.
Тянем автора в разные стороны, чтобы он запутался))
С уважением и пожеланием успехов.
Спасибо и успехов.
А критики я не боюсь, мне она как и любому из нас полезна только.
очень сильно чувствуется! Вы упорно пытаетесь заставить меня выразить словами почему мне не понравился рассказ! Можно сказать, загнали в мою же ловушку. Я должна объяснить словами свои чувства. А не получается! Вот засада!!!
И какбы… как Вы это себе представляете?
Я считаю, что лучшая история это та, в которой автора не видно. Где возникает ощущение, что персонажи настолько реалистичный, что сами создают сюжет.
Или Вы не знаете, как это происходит?
Со школы начинается этот путь. А дальше по накатанной. Это вековая традиция.
Почему бы и нет? Ведь ВСЕ пьют! А кто НЕ пьет?
Мне кажется, что написано психологически верно. Не нужно никаких «острот». и «драм». Ведь вся драматичность ситуации в ее обыденности!
Плюс.
Но, конечно, необходимо исправить неточности, Д. Федорович указал.
даже грехов совершить нет сил
так, грешки… какое уж тут покояние
жизненно, просто, легко читается
Помимо напрягающих «внезапно», «как-то» и того, что упомянули другие, меня выбила часть-покаяние.
Начиная с:
появляется своеобразный голос. Автор часто строит предложения с инверсией, делает их короткими и (!) убирает личностные местоимения и, кажется, будто рассуждает Федор,
но
Про себя, вроде как, «ему» не думают, потому все-таки решаю, что говорит автор.
Но тут, без всяких там кавычек и такого прочего:
С уважением и успехов.
Рассказана не зло и не про доброе.
Ну, вот такой вот случай случился…
Что ж теперь. Никто не умер.
Вполне себе реализм.