Музейный экспонат

Ленивый сторож открыл музей с опозданием, и мне пришлось долго топтаться у дверей.

— Накапать бы на тебя главному, — в очередной раз пригрозил я ему.

— Да надоел ты уже! Отстань! — прошамкал в ответ старик. — Ничего он мне не сделает. Иди, капай.

Я знал, что деду директора ничего не будет. Но по-прежнему пытался перевоспитать. Напрасно. В сердцах махнул рукой и отправился работать. День прошёл как обычно. Экскурсоводы распинались перед редкими группами зевак, уборщица путалась под ногами и пыталась командовать. Экспонаты безучастно смотрели на нас пыльными глазами и снова слушали рассказы о том, какие люди жили на планете в древности. Просторный музей хранил в себе не только восковые фигуры наших предков, но и, конечно же, образцы их примитивного жилья и предметы быта. Муляжи, настоящие скелеты и хорошо сохранившиеся останки ископаемых животных также были собраны здесь со всех эпох.

К закрытию дед на работе не появился. Звонил ему раз пять, но телефон не работал. В музее я горбатился старшим экскурсоводом, поэтому отпустил по домам весь персонал, а сам остался ждать. Набирал номер главного, но и тот не отвечал.

— Весёленькое дельце! — причитал я. — Померли они, что ли? Стал обзванивать бухгалтеров. Наконец, выяснил, что дед в больнице с инфарктом, внук возле него.

— Мне об этом сообщать было не обязательно? — орал я в проклятую трубку. — Хоть бы в магазин сбегал! С голоду сдохну до утра! Нормально вообще? Меня назначили сторожем, а я об этом узнаю последним!

— Извините, я забыла предупредить, замоталась, — оправдывался в трубку женский голос. — Магазины ведь ещё работают. Сходите.

— Я тебе схожу! Я тебе схожу! Вот только выберусь отсюда! — прорычал я пустую угрозу и выключил телефон.

Делать нечего. Пришлось идти в магазин. Ох, и набрал я себе вкусностей! И сыр с плесенью, и колбасу сырокопчёную, и сухариков разных, и рыбки не забыл сухонькой. Да пивка побольше! Подобрел. Я не виноват, что буду бухать на рабочем месте! А как иначе? По природе своей я трусоват, а сразу за музеем кладбище стоит. Спрятали его от людских глаз за декорацией допотопного мира, а сторож должен всю ночь трястись. Шучу, шучу, а то поверите ещё. Ключей, конечно же, у меня не было. В стариковой клетушке я их не нашёл, звонить больше никому не стал и оставил музей открытым. Благо магазин недалеко. Десять минут, и я там. Вернулся довольный, с увесистым пакетом. Заперся. И для начала прилежно обошёл все двадцать залов музея. Фонарик в руке подрагивал, но это вовсе не от страха. Просто очень кушать хотелось. Голод давал о себе знать вот таким странным образом. Я закончил обход и с глубоким чувством выполненного долга расположился в одной из первобытных пещер, где обитал местный гейдельбергский человек. Хозяин жилища от ужина отказался, и мне пришлось трапезничать в одиночестве.

Часа через два неторопливого возлияния мне немного вздремнулось. Хорошая шкура дикого зверя послужила постелью. Не знаю, сколько я спал, но сквозь сон услышал какой-то шум. Протрезвел. Выглянул из пещеры, прислушался. Вроде тихо. Но пошёл снова обходить владения. Первым на пути попался шерстистый носорог, найденный в Якутии. В этом зале были собраны все экспонаты, откопанные в России, и их муляжи. Следом зал с древней фауной Австралии. Везде тишина. А вот из зала с животными, обитавшими на ныне американских землях, мне снова что-то послышалось. Стало неприятно, захотелось выбежать из музея. Но, может, это просто крыса? Я смело пошёл вперёд. А фонарик дрожал всё сильнее. Вот луч выхватил трёх гигантских ленивцев. Они мирно сидели на своих местах. Трёх? Но их четыре! А ещё днём было три! Волосы на голове зашевелились, но это от дуновения лёгкого ветерка, конечно. Четвёртая фигура была намного меньше, и больше походила на человека, чем на ленивца. Лишний экспонат сидел на одном из зверей. Луч метнулся вверх, осветил лицо. Страшный облик современного человека. Я не понял, а что с кожей? Больной какой-то экземпляр. Но человек не дал мне разглядеть его внимательно. Безумные глаза сначала просверлили меня насквозь, потом любитель ленивцев спрыгнул со зверя и судорожно пошёл в мою сторону. О, как я побежал! Не знал, что так умею. И ноги коротки, и пивное брюшко великовато. Но даже оно сейчас не смогло мне помешать. Я перемахнул через муляж австралийского сумчатого бегемота, как будто это не бегемот метр восемьдесят ростом, а школьный спортивный козёл. Козла-то я перепрыгивать ещё не разучился, хоть и забросил гимнастику уже лет пятнадцать как. И я притаился за бегемотом. Иначе преследователь меня бы увидел. Когда он скрылся в следующем зале, я залез в сумку к бегемоту. Ну, а что? Муляж сделан хорошо, сумка как настоящая. Тут он меня не найдёт. Да, тесновато. Но у меня получилось. Шаги незваного гостя стихли вдали.

Я просидел в сумке до самого утра. Слышал, как страшный незнакомец ломился в двери, чтобы выйти, но разгадать наш замок не сумел. Я пожалел, что закрылся. Но как он попал в музей? Отстал от группы или зашёл, когда я в магазин бегал? Видимо, всё-таки отстал и где-то в укромном месте уснул (не я один такой). Не мог он пробраться, пока меня не было. Слишком сомнительное совпадение.

К открытию музея я выполз из сумки и осторожно пошёл к выходу. Незнакомец лежал у дверей бездыханным и выглядел как застарелый труп. Вот это я влип! В двери уже стучали коллеги, пришлось открыть. Надо было видеть их лица, когда они переступили порог и споткнулись о тело. Я попытался оправдаться, но мне не поверили и вызвали полицию. Мертвеца увезли на вскрытие, меня в камеру. Временно, конечно. Я же не убивал. И вообще, труп-то не свежий! 

Ночью за мной пришли. Наручники не надели. Уже хорошо. Привели в кабинет следователя. И чего ему не спится? Утром можно было со мной разобраться.

Следак молча протянул мне заключение судмедэкспертизы. «Потерпевший скончался в результате странгуляции при помощи механического воздействия на шею, вызвавшего асфиксию, между 2002 и 2006 годами». Я поднял глаза на следака. Он смотрел на меня не мигая.

— Рассказывайте, где вы взяли труп двадцатилетней давности?

— Да не брал я никого! Он сам пришёл в музей.

— Вопрос повторить? 

В кабинет вошёл некий крендель и протянул следаку ещё одну бумажку. Он вчитался.

— Так, гражданин Горюнов Аполлон Борисович. Знаете ли вы Сезонова И. А., кличка Сезон, 1969 года рождения?

— Да нет же! 

Следак даже ухом не повёл. Также он проигнорировал официально составленный документ и обрисовал мне ситуацию простыми словами:

— Убит Сезон в колонии строго режима в октябре 2003 года посредством удушения. Похоронен на местном кладбище за музеем. — Следак оторвался от бумажки и задумчиво посмотрел на меня. — Зачем тебе мёртвый Сезон, да ещё и в музее? Чучело собрался делать?

— Очень ценю ваше чувство юмора. Но я говорю правду. Он сам пришёл. Забрался в музей. 

Следак ухмыльнулся и посмотрел на меня как на сумасшедшего.

— Садись, пиши свою сказку.

Он протянул мне бумагу и ручку. Ну, я и написал всё от сердца. Даже сознался в том, что музей оставил открытым на сорок минут. Но прочитать бумагу следак не успел. В дверь торопливо постучали, ворвался дежурный.

— Труп пропал!

— Ты что несёшь? — Следак привстал.

— Из морга только что звонили.

— Объявляй тревогу! 

— Вас понял!

Следак вылетел из кабинета.

— А я?.. И у кого я спрашиваю...

Тут меня стало знатно потряхивать. Смех безудержно рвался наружу.

— Бгггг! Представляю, как удивится следак, когда Сезон на него охоту устроит! Бггггг! А он может! Я в него верю!

Через полчаса снова пришёл дежурный и от имени начальства даровал мне свободу. Я вышел на улицу и отправился домой, не забывая озирать окрестности. И не зря я оглядывался. Сначала мне на пути попалось истерзанное тело женщины, потом и сам Сезон. Вот он, красавец! Идёт по переулку! Хорошо, что спиной ко мне. Я подбежал к углу и выглянул. Красавец продолжал свой путь. Я решил проследить. Давно мечтал быть полицейским, но не сложилось. Вот он, шанс! Сезон привёл меня на кладбище. Я не удивился и продолжил слежку. Так мы дошли до одной из могил. Повезло засранцу, что полиция не додумалась тут засаду устроить. А то бы они не дали ему поспать. Сезон залез в яму и аккуратно засыпался длинными загребущими руками. Ищите его по городу теперь. С сиренами.

Наутро за мной снова пришли. Лейтенант с конвоем.

— Вы обвиняетесь в хулиганстве. Прошу следовать за мной.

— В каком хулиганстве???

— Как минимум похищение трупа с места захоронения и из полицейского участка. Остальное расскажут, где следует.

— Да как я мог его из полиции похитить, если у следователя в этот момент сидел?

Но лейтенант не слушал. Приказ же.

Знакомый следак встретил меня радушно, и я был задержан по подозрению в осквернении могилы и в надругательстве над покойным. А также за кражу трупа из полиции. Аргументы следак тоже слушать не стал.

— Твоих сообщников мы найдём, не волнуйся. С этими словами отправил меня в камеру, закрыл свой кабинет и поехал домой. Следующую ночь следак тоже, оказывается, будет на работе. И он ещё не знает, что Сезону очень понравилось в полиции.