Под абажуром с Амадеем

Под абажуром с Амадеем: Жизнь в оттенках и экстремальных желаниях

Кот сидел на трюмо под абажуром. Лампу давно пора было бы выбросить, она только пыль собирала, но хозяйка знала, Амадей любит это место. Особенно он обожал его тогда, когда женщина страдала.

Опытный кот знал, если в бутылке останется четверть от содержимого и Наташа достанет вторую, то он в итоге будет весь испачкан соплями и слезами. Поэтому не терял бдительность и смотрел на хозяйку зелёными глазами не моргая, готовый вовремя соскочить и залезть под диван или смыться на балкон.

Женщина допила бокал, взглянула на количество вина, потом открыла пудреницу. На её крышке с внутренней стороны находилось зеркальце, Наталья посмотрела сначала на одно ухо, потом на второе, всхлипнула и пошла за следующей бутылкой. Забинтованные и заклеенные пластырем уши страшно болели.

Амадей, не дожидаясь неприятностей, соскочил с трюмо и, не привлекая внимания, шмыгнул под занавеску. Балконная дверь была открыта, на улице уже второй месяц стояла аномальная жара. Вечером стало немного прохладней, и кот надеялся, что может сегодня пронесёт и в него не будут плакать. Но он на всякий случай прикинул в пушистой голове, что третий этаж — это не очень-то и высоко...

***

Повод для страдания был – это загубленная жизнь. Ну, не совсем так, чтобы уж капец... но – обидно.

Женщина налила вино и стала вспоминать, как и когда она впервые услышала о Викторе:

- К нам сегодня новенький придёт, — шёпотом сказала Сильва Пахарева, — мне мама сказала.

- А откуда он? - девчонки уставились на одноклассницу.

В школе их называли - неразлучными. С первого класса три одноклассницы были «не разлей вода». Мама Сильвы преподавала математику и поэтому девочки все новости узнавали из первых уст. Тщательно хранили их втайне до поры до времени. Пользуясь превосходством, что им известно то, чего не знают другие, подружки ходили по школе всем видом, подчёркивая своё высокомерие. Носы задирали до самого потолка. Это очень не нравилось школьникам. Нередко девчонкам исподтишка прилетали всякие неприятности, то кто-нибудь жёваной промокашкой из трубочки плюнет, то из рогатки зафинделят. Всегда это происходило тайно, так как ученики знали, чуть что, Сильва наябедничает матери, и неприятностей не оберёшься. Двоечник Саня Петроченков сформулировал ситуацию предельно точно: «Дерьмо не тронь, вонять не будет».

- Мама говорила, он уже учился в нашей школе, в первом классе, — рассказывала девочка, — а потом с родителями куда-то в глухомань уехал. Какая-то стройка началась, а его отец, инженер. Сам туда поехал и их забрал. Пацан этот там в сельскую школу ходил. Потом мать не захотела в деревне жить и сюда с ним вернулась, а отец там остался.

- Как его зовут? – спросила Лена Погожева.

- Не знаю. Мама не говорила.

В начале третьего урока дверь класса отворилась и на пороге показалась заведующая и новый ученик. Все встали:

- Садитесь, — завуч. оглядела детей и представила нового парнишку, — это Витя, может, его кто-то из вас помнит? Он учился в нашей школе в первом классе.

- Я помню, — сказал Шачнев, — мы с ним на одной улице живём.

— Вот и хорошо. Иди садись к Толику за парту, — она подтолкнула мальчишку, указывая направление.

Наши девчонки мигом переглянулись, и Сильва шёпотом резюмировала – деревня.

Этого хватило, чтобы больше на парня не обращать никакого внимания до самого окончания школы.

Справедливости ради надо сказать, что Наташа в девятом классе часто стала засматриваться на Виктора, но только тогда, когда не видят этого подруги.

Один раз сердечко её чуть-чуть сжалось и заныло. Случилось это на школьной дискотеке. Девчонки сидели, как обычно, своей компанией, а из магнитофона зазвучал «медляк» группы Smoki «I,II Meet You at Midnight». Подружки встрепенулись в надежде, что их сейчас пригласят на танец самые крутые парни школы, стали озираться. И вдруг увидели, что в направлении к ним идёт Витя. Сильва схватила подруг за руки, рванула так, что усидеть просто было невозможно, и потянула бегом на выход из актового зала. Девчонки бежали в сторону туалета, одна только Наташа в дверях притормозила и оглянулась. Она поняла, парень шёл вовсе не к ним, а к толстухе Поповой из восьмого «Б». Все знали, они друзья, обмениваются книгами, и Витя не раз защищал девочку от тех, кто пытался её дразнить или обидеть. Вот тогда-то сердце девочки и застонало непонятной тоской и болью.

Время шло, Виктор незаметно стал гордостью школы, чемпион района по биатлону, да и учился он всегда хорошо. Шансов потанцевать с ним у Натальи не было. Парень стал солистом школьного ансамбля, играл на бас-гитаре, сочинял песни. Поэтому на танцпол не спускался.

Сильва с Ленкой так и считали его человеком низшего круга, а вот Наташа в этом сильно сомневалась, но не могла же она пойти против мнения большинства. Так и пролетели школьные годы. В восемьдесят первом году они получили аттестаты, прошёл выпускной вечер и началась взрослая жизнь.

Первые годы девочки поддерживали связь друг с другом, но потом контакты пошли на убыль. Оно и понятно, учёба, замужества, дети, кто-то строил карьеру. Одним словом – быт, рутина, работа.

***

В две тысячи первом году, на двадцатилетие окончания школы Корнейчук организовал встречу выпускников. Арендовал шикарный ресторан, пригласил артистов и музыкантов, очень уж хотелось ему похвастать своим успехом. В общем-то, было чем. Будучи умным и прозорливым, он организовал в девяностых солидное предприятие, основанное на импорте товаров широкого потребления. Открыл сеть собственных магазинов, поддерживал отличные отношения с властями. Женился на дочери мэра. Злые языки многозначительно хмыкали, подчёркивая это обстоятельство.

Финансово на встрече одноклассников никто не пострадал, банкет оплатил Богдан Корнейчук. Единственно это то, что женщины потрясли кошельки мужей на новые наряды.

Такси и автомобили подъезжали к ресторану один за другим, дам и кавалеров встречали молодые люди в костюмах с эмблемой ресторана и сопровождали до столиков. Чувствовался размах — уровень. На столах тут же появлялись холодные закуски и напитки. Ведущий громко объявлял вновь прибывших, и все приветственно рукоплескали, а из-за столиков раздавались радостные возгласы.

Наталья пришла в красивом вечернем платье, взятом напрокат. Шею украшало колье из бижутерии, выглядело оно почти как драгоценное. Обручального кольца на пальце не было. Вот уже скоро пять лет, как она развелась с Игорем. Бывшего мужа она называла не иначе как – Б/У, что перевести можно по-разному, сама же она это расшифровывала как - Больной Ублюдок (часто заменяя в последнем слове буквы б, л, ю, д на ё и б).

Сильва с Погожевой пришли также без мужей. Одна развелась, вторая была в процессе.

Женщины встретились, расцеловались и благодаря прозорливости Богдана, оказались за одним столиком. Недаром он успешный предприниматель успевающий обо всём подумать.

Разговор с подружками как-то не задался с самого начала. Наталья слушала чепуху, которую рассказывали бывшие подруги, а сама думала: «Ни за что в жизни я не стану с вами, со взрослыми дружить».

Сильва сканировала всех прибывших одноклассниц взглядом и в каждой находила что-то такое, за что можно злобно обосрать:

- Смотрите, — кидая косые взгляды на объект, громким шёпотом говорила она, — Светка Васильева, я ба-алдею... прикинь... смотри, во что она одета.

- А что не так-то? – возмутилась Наталья, — красивая блузка, строгая юбка, клатч дорогой.

- Она в ресторан или в офис пришла? – Сильва вскинула брови и посмотрела на Елену, ища поддержку.

- Угу... - согласно кивнула та с полным ртом, пережёвывая бутерброд с лососем.

- Хватит жрать! – приказала Сильва, — мы же пообщаться пришли, или как? А ты мечешь, как с голодного края сорвалась!

- Так, вкусно же ж, — вытирая рот салфеткой, виновато ответила Погожева.

- Вкусно ей... я вам про Светку говорю...

- А ты знаешь, что Васильева очень известный журналист? – Наталья специально уколола заносчивую Пахареву.

- Ой-ой-ой... известная... - злоба бурлила в Сильве. Она выпила фужер вина и показала официанту пальцем на бокал, требуя его наполнить, — знаем мы, через какое место они знаменитыми становятся...

- Если знаешь, почему сама знаменитой не стала? – Наталья стала куражиться и злить подругу.

Тем не менее праздник продолжался, хоть за столиком у подружек было не так уж безоблачно, как это бывало в детстве.

Неожиданно к ним подошёл Саня Петроченков, взял стул от соседнего столика и без спросу расселся с ухмылкой, оглядывая одноклассниц:

- Здоров разведёнки, как жисть молодая?

- Тебе чего? – огрызнулась Сильва.

- Да вот, подумал, вдруг вам надо трубы какие-нибудь прочистить, или ещё чё заржавело – звоните. Ха-ха-ха… я же сантехник. Гы-гы…— он взял Сильвин бокал с вином, залпом осушил, и не прощаясь пошёл прочь.

- Дурак... - Сильва и Лена были единодушны.

Вечер оказался великолепным, ведущий не давал гостям скучать или впадать только в школьные воспоминания. Артисты ставили замечательные номера и исполняли популярную музыку. Кто-то попросил у музыкантов сыграть что-нибудь из Smoki.

Музыка пробежала по каждой клеточке Натальи, вызвав мурашки от воспоминаний:

- А где Виктор? – спросила она у подруг, оглядывая зал с присутствующими.

- Что ты? Он к таким, как мы с Олимпа не спускается. Боги – небожители. Им до нас нет дела, — Сильва выпила бокал вина и чуть не разбила фужер с силой, ставя его на стол.

- Не поняла? Ты о ком?

- О том, о котором ты спросила.

Лена взяла Наташу за руку и объяснила:

- Он для нас теперь величина недосягаемая, – другой рукой женщина указала на присутствующих в зале, — как и для всех, кого ты здесь видишь.

- Даже для Богдана? – от изумления у Надежды поднялись брови.

- Да, представь, — вновь вступила в беседу Сильва, — а ты колбасу любишь? – неожиданно спросила женщина.

- Колбасу? Колбаса-то тут при чём? – Надя подумала, что подружка «перебрала».

- Притом. Колбасный король - твой Витька! Давно уже вышел за региональный уровень. Другой масштаб! Слышала по телевизору рекламу сосисок и колбасных изделий? Это всё наш одноклассник!

- Ух ты, — удивилась Наташа, — я и не знала. Он что, прям главный-главный, или только в бизнесе?

- Основатель – владелец. Несколько фабрик в разных областях. Ладно девки, давайте выпьем и по домам, — Сильва подняла бокал.

- Постой, а подружка его? Ну та, толстая, где она?

- Вон, — Ленка бесцеремонно ткнула пальцем в красивую, стройную женщину, сидящую рядом с симпатичным седым мужчиной в дорогом костюме, — видишь, за столиком слева?

- Ого, — изумлению Натальи не было предела, — это она? А кто рядом?

- Муж. Кстати, если хочешь, у неё спроси про Виктора. Она всё знает, работает на него в отделе кадров на местной фабрике – менеджер по персоналу.

Когда все прощались, Наташа набралась смелости и спросила у Поповой (теперь уже, наверное, не Поповой) о Викторе.

Молодая женщина любезно дала ей свою визитку и сказала, — позвони мне как-нибудь. Ты знаешь, он был в тебя влюблён в школе. Правда, ты его не замечала...

«Замечала! Замечала! Замечала! Только дурой была!» - стучало у неё в голове, но сказать она громко этого не могла.

***

«Зеркалу показать свою красоту совсем несложно, а вот показать мозги, можно только после выстрела в голову» - Наталья смотрела на своё отражение. Ещё красивая относительно своего возраста, стройная, с хорошей фигурой, пятидесятилетняя женщина. Тщательный макияж прятал морщины, и подчёркивал жизненный опыт, но он не был способен зажечь былой блеск в глазах.

Дети повзрослели, создали собственные семьи, Наталья осталась одна. Хотя нет, у неё есть Амадей. Она нашла его на лестничной площадке, с больными глазами, блохастого и полной задницей глистов. Лечила, ухаживала. А теперь? Этот семилетний красавец настоящая и единственная её любовь. Только он выслушает и утешит женщину спокойным ровным мурчанием и боданием – проявлением любви и привязанности.

Наталья всю жизнь гонялась за престижными названиями должностей, на которых работала. Там – менеджер, тут – администратор. Зарплата не самая большая, а мороки уйма. Устала.

Личная жизнь после развода с Б/У тоже не сложилась. «Лучше я буду жить со своим мнением, нежели со своим супругом, но без мнения» - эта позиция многим не нравилась и все романтические начинания заканчивались ничем. Не имея перспектив дальнейшего развития в личной жизни, она решила сменить и деятельность. Уволилась с работы:

- Куда пойдёшь? – спрашивал Васильевич, подписывая заявление.

- Не знаю... - легкомысленно ответила Наталья, — возьму кота в сумку и уйду на Алтай. Стану «шаманкой» - засмеялась она.

- Угу – шарманка-балалайка нашлась... Небось получше что-то нашла? Кидаешь нас...

- Ничего не нашла, правда-правда. Ты Пётр Васильевич - хороший человек, но понимаешь... Порой человеку надо всё бросить, чтобы что-то другое начать.

- Смотри, Наташ, если что пойдёт не так, к нам всегда тебе дверь открыта.

- Спасибо... - она протянула руку для прощания. – До свидания. Хорошего вам настроения! Вы держитесь тут... просто денег нет... (последнюю фразу она произнесла почти шёпотом, цитируя великих).

***

Лето выдалось жарким. Неделю Наталья с Амадеем жила на даче у знакомой, которая уехала с мужем к морю.

— Вот скажи мне, Амадей, — гладя кота по голове, философствовала женщина, — зачем люди едут к чужому морю, когда в ста метрах от дома родная речка? Неугомонные они эти люди... А давай я в следующей жизни буду кошкой?

- Мр-р-рм, — кот толкнул головой её руку и, задрав хвост, побежал к пустой миске. Показывая визуально, что пофиг ему на её мечты. С кошачьего это переводится – жрать давай!

- Всё, завтра хозяева вернутся, и мы с тобой домой поедем. Буду новую работу искать. Тебя же кормить надо – нахлебник. – она встала с шезлонга и направилась в кухню на ходу припевая: «Покорми кота – всё остальное – суета!»

***

Привычная домашняя обстановка вернула Наталью в реальность. Счета за ЖКХ сами себя не оплатят. Да ещё этот кредит за машину...

Женщина листала страницы с вакансиями, но одна мысль всё не давала ей покоя: «А что, если?».

Десять лет визитка Поповой со встречи выпускников пролежала в специальной сумочке для важных бумаг.

«По голове же не треснет... Наверное, она уже и номер сменила, а может, на другую работу устроилась?» - мысли кружились, не давая покоя. Женщина взяла в руки телефон и набрала номер.

С каждым гудком уверенность в правильности поступка таяла. Наталья уже решила отозвать вызов, как в трубке раздался голос Татьяны Поповой:

- Алё?

- Здравствуйте... - голос Наташи предательски дрожал, — вы дали мне визитку на встрече выпускников...

- Что? Каких выпускников?

— Это было десять лет назад. – теперь Наталья уже не сомневалась, затея глупая. Ей стало стыдно, и она решила извиниться и бросить трубку как вдруг услышала смех и голос Тани.

- Да, долго же ты собиралась. Привет. А почему ты со мной на «вы»? Наталья Монархович, да? Я не ошиблась?

- Здравствуй Тань, только я давно уже не Монархович. Я по делу звоню. Ты тогда сказала, что с персоналом работаешь, может есть вакансия для меня? Или ты уже этим не занимаешься?

- Какой у тебя диплом? – тон на другом конце провода стал деловым.

- Гуманитарный, педагогический, но я давно в школе не работаю. Так, по разным фирмам...

- Я тебе СМС скину с моим адресом, вышли мне на е-мейл своё резюме. Завтра позвоню.

На этом разговор закончился и Наталья села за компьютер создавать достойное портфолио.

***

Буквально через неделю, пройдя медкомиссию, Наташа уже знакомилась с новыми сотрудниками. Её приняли на мясокомбинат, принадлежащий однокласснику, кладовщицей.

Перспективы карьерного роста были таковы: через восемь месяцев начальник слада уходит на пенсию и Наталья, хорошенько вникнув в систему, займёт его место. А сейчас ей дали ответственное место – заведовать огромными холодильниками шоковой заморозки. Температура в камерах была очень низкой от -38*С до -45*С. В её обязанности входила ротация, учёт прихода и выдачи замороженного мяса. Коробки были промаркированы, говядина, свинина и курятина хранились отдельно и важно было не перепутать.

Перед началом она прошла специальные курсы по технике безопасности, получила чип доступа во все холодильники и собственный стеклянный кабинет между рядами огромных дверей холодильных камер, в которые сновали погрузчики, забирая палеты с ящиками груженные мясом.

К обязанностям Наталья относилась серьёзно, и не откладывая в долгий ящик, решила самостоятельно провести кое-какую ревизию. Конечно, взвесить всё, что там хранилось было нереально, но посчитать по количеству ящиков и палет вполне реальная задача: «доверяй, но проверяй!» - решила женщина.

К концу рабочего дня, вооружившись папкой с чистым листом бумаги, ручкой, карандашом, надев тёплые рукавицы, она отправилась считать ящики и палеты.

Воображение рисовало, что Виктор узнает об инициативной новой сотруднице, похвалит, спросит – кто такая? А когда узнает, что это Наталья, его одноклассница и первая влюблённость, захочет увидеть...

Она так увлеклась подсчётом и мечтаниям, что не заметила, как к ней подошёл один из рабочих. Он бесцеремонно схватил женщину за рукав и не произнося ни слова по-хамски поволок прочь из холодильника.

Наталья попыталась сопротивляться, но он крикнул:

- Дура! Ты уши себе отморозила! – и толкнул её к зеркальной стеклянной стене, — посмотри!

Очутившись в тепле, Наташа поняла, что она натворила. Боль усиливалась со степенью оттаиванья ушных раковин. Терпеть такое не было никаких сил.

- К врачу тебе надо, барышня, — сказал спасший её рабочий.

Тут из-за угла показался главный технолог фабрики, ему уже сообщили по телефону об инциденте. Он подошёл, внимательно осмотрел ушные раковины и сказал:

- Как же так-то? Вы инструктаж проходили?

Наташа кивнула.

- Немедленно к доктору, — продолжил технолог, — только никому не говорите, что получили травму на производстве. У нас недавно был несчастный случай и идут проверки. Не хватало нам ещё одного расследования. А сейчас идите к врачу, я постараюсь всё уладить.

***

Доктор смотрел то на уши пациентки, то в окно. Лето выдалось жарким:

- Хм... похоже, вы уши отморозили.

- Угу... - Наташа кивнула.

- На производстве?

- Не-а...

- Так, – доктор посмотрел ещё раз на улицу, — а где, простите?

- Я не могу сказать, — тихо ответила женщина, понурив голову.

- Вы продавец мороженого? – не унимался врач.

- Нет. Пожалуйста, не спрашивайте меня, я не могу сказать. Я обещала...

- Хм... я теперь не усну, — доктор улыбнулся, — буду это ребус разгадывать. Где можно отморозить уши в тридцатиградусную жару? Что ж, у вас обморожение ушных раковин II степени. Полное восстановление целостности кожного покрова произойдёт в течение 1–2 недель. Грануляции и рубцов не будет. Возникнут пузыри с прозрачным содержимым как после ожога. Постарайтесь их не сдирать. Сестричка сделает всё как положено, перевяжет и наложит пластырь, придёте ко мне через десять дней, посмотрим, как идёт процесс восстановления. И постарайтесь в эти дни северный и южный полюс не посещать. – он выписал рецепт обезболивающих лекарств и передал пациентку в руки опытной сестры.

***

Наташа решила, что лучше вместо лекарств она выпьет вина и потом расскажет Амадею своё печаль-горюшко. Смотреть на себя в зеркало трезвым взглядом женщина просто не могла: «Чебурашка грёбаная... что ж мне так не везёт-то? За что вселенная так со мной жестока? Кто в карму мне нагадил? Хорошо, что Б/У и дети меня такой не видят...» - думала Наталья после второго фужера вина.

«Ещё и Амадей куда-то спрятался, никто меня не любит, и никому я не нужна». – она встала и пошла к буфету за второй бутылкой.

Вдруг зазвонил телефон. Наталья взглянула на экран – это был номер Татьяны Поповой:

«Ну вот и всё. Сейчас сообщит, что я у них больше не работаю» - мелькнула мысль.

- Алё... - тихо ответила она.

- Здравствуй, Наташа! – из трубки прозвучал мужской голос, — Это Виктор Гриц. Узнала?

- Здравствуйте... - неуверенным голосом ответила Наталья, — простите, пожалуйста, за инцидент. Я, правда, нечаянно...

- Ты как себя чувствуешь? И давай договоримся, со мной на «ты» пожалуйста. Сразу скажу, успокойся, выздоравливай. Как поправишься, твоё место тебя ждёт, больничный оплатим.

- Спасибо...

- И вот ещё... - его голос стал мягче, — может, не откажешь мне, и мы с тобой как-нибудь вместе чаю выпьем? Очень хочу тебя увидеть. Сколько лет мы не виделись?

- Тридцать с небольшим. После школы ни разу.

— Вот видишь! Значит, будет о чём поговорить. Выздоравливай! – и он отключил телефон.

Наталья спрятала неоткрытую бутылку вина обратно в трюмо и тут сразу же вылез из-под занавески Амадей. Он заскочил сперва на любимое место под абажур, потом огляделся и пошёл к любимой хозяйке тереться лбом об ноги громко мурлыкая.