Эпизоды вечернего образования. Эпизод 3.

Эпизоды вечернего образования. Эпизод 3.

   Взаимопомощь

   С Виктором я познакомился задолго до нашей встречи в МИСИ, ещё до моей службы в армии. Он закончил Ленинградскую высшую пожарную школу и в звании лейтенанта направлен на работу в финансово-хозяйственное учреждение московской пожарной охраны. А там работала бухгалтером моя мама. Мне как родственнику сотрудника можно было участвовать в соревнованиях за это учреждение. Вот я и наведывался частенько к маме и к их ответственному за спортивную подготовку. Правда, не помню, чтобы мне приходилось играть вместе с Виктором в составе баскетбольной или волейбольной команды. Похоже, что он был далёк от спортивных увлечений. Потому наше знакомство было без всяких совместных времяпрепровождений. «Здорово-здорово» и всё.

   Когда встретились с ним в одной группе, то Виктор уже носил капитанские погоны. Чтобы быть точным, в институт он приезжал без погон, не в форме. Симпатичный молодой мужчина, остроумный, любитель пошутить (в том числе на зачётах и экзаменах). Пользовался большим успехом у девушек нашей группы. Я как-то даже не подумал поинтересоваться его семейным положением. Не было у нас человеческой близости, мужской дружбы. Отношения ровные и уважительные.

   Весенний семестр на четвёртом курсе был, пожалуй, самым сложным за все шесть лет обучения. Зачётов и экзаменов сгруппировалось много, так мало того, ещё три курсовые работы. Тут и случилось несчастье с Виктором. Он был уже майором и работал не в хозяйственном подразделении, а сотрудником Главного Управления городской пожарной охраны. В его обязанности входила и боевая работа, то есть участие в пожаротушении. На тушении пожара Виктор и пострадал, и пострадал весьма серьёзно. У него обгорело лицо и кисти обеих рук. В госпитале предстояло лежать несколько месяцев. Каким он выйдет из госпиталя? Будут ли шрамы от ожогов украшать лицо мужчины или, наоборот, внушать страх и жалость окружающим? И что будет с дальнейшим обучением?

   Все единогласно выступили за помощь Виктору. Предлагали разного рода помощь. Ладно зачёты и экзамены – уговорим преподавателей и деканат. Да они и сами, входя в положение пострадавшего, пойдут ему навстречу. А что делать с курсовыми работами? Нашлись желающие выполнить эти курсовые для Виктора. Евгений взял на себя курсовой по организации строительного производства. Ему как действующему прорабу эта тема была близка и хорошо освоена. Я предложил сделать для Виктора курсовой по стальным конструкциям. Мне это тоже было сподручно. Работая техником-конструктором в проектном институте, мне приходилось конструировать и железобетонные, и стальные, и деревянные конструкции. Так что мне предстояло сделать три курсовых проекта по «железу»: себе, жене и Виктору. Третий курсовой (не помню его тему) взяла на себя Зойка. Всё сделали вовремя и ждали только возвращения Виктора в строй.

   Он вернулся перед самой сессией. На лице видны были шрамы, но уже не яркие и не бросающиеся в глаза. Здороваться же за руку он остерегался. Как мы и предполагали сдача зачётов и экзаменов была для него формальностью, достаточно было только появиться и предъявить зачётную книжку. По курсовым мы поочерёдно рассказали о работах, просветили по-возможности особенности расчётов. Он – парень, налету схватывающий и понимающий материал. Все три зачёта по курсовым Виктор сдал без трудностей. Он стал студентом пятого курса, и мы не потеряли своего уважаемого товарища.

Впоследствии Виктор сделал хорошую карьеру на своём поприще. Стал заместителем начальника ГУВД, генерал-майором. Курировал, конечно, пожарную охрану. Как-то много лет спустя мне довелось посетить его на рабочем месте. Приехал на знаменитую Петровку, 38. На табло увидел номер его кабинета и этаж. Захожу. Сидит в «предбаннике» секретарь. Спрашиваю у неё: - Виктор Михайлович у себя?

- У себя.

- У него кто-нибудь есть?

Нет. Заходите.

Зашёл. Кабинет по размерам немного уступающий сталинскому. В дальнем углу за огромным столом сидит «хозяин», обложенный многочисленными телефонными аппаратами. Вижу его совершенно белую, пушистую, слегка волнистую шевелюру, крупные очки, оседлавшие нос, которым его обладатель уткнулся в бумаги. На вошедшего ноль внимания.

- Виктор, ты долго ещё будешь выё…?

Он поднял свою львиную башку, уставил на меня очки, приподнялся и заорал: - Ты ли это, бродяга, старый пень?!

Выскочил из-за стола. Мы с ним крепко обнялись и после получасика воспоминаний приступили к обсуждению моего дела.

0
19:05
381
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...