Заклятие

Стук подков о заледеневшую землю разносился по лесу, отражался от укрытых толстым слоем снега древних елей и звенел в морозном воздухе. Гнедая тройка неслась во весь опор по извилистой дороге, на оглоблях отчаянно голосили бубенцы, пытаясь заглушить звонкое эхо.

— Погоняй живее! Опоздаем! — донеслось из кареты недовольное брюзжание престарелой барыни.

— Стараюсь, стараюсь, Анна Ермолаевна.

Барыня крепко прижимала к себе шестилетнюю внучку. Девочка уткнулась в песцовые одеяния бабушки и сладко сопела во сне. Овчинная шубка превратила её в смешной колобок, и Анна Ермолаевна с нежностью улыбалась, глядя на своё кругленькое счастье.

Очередной удар хлыста, и лошади вновь побежали быстрее. Впереди замаячил крутой поворот. Возничий хотел притормозить тройку, но не успел. Кони свернули, несясь во весь опор, и карета перевернулась. С громким треском упряжка развалилась. Карета отлетела к кромке леса и врезалась в ствол ели. Тяжёлый снег рухнул с веток, следом упало дерево, карета раскололась пополам.

Утирая с лица кровь, возничий бросился спасать барыню с внучкой. Он отчаянно разгребал сугробы и отбрасывал куски сломанной кареты. Послышался писк ребёнка. У возничего брызнули слёзы.

— Жива, жива моя хорошая, наш ангелочек! — надрывно причитал он. — Сейчас, сейчас я тебя вытащу.

Под обломками кареты он разглядел Анну Ермолаевну. Она обвивала ребёнка руками, склонив над ней голову в стремлении спасти. Возничий вызволил малышку, убрал с лица пушистую чернобурку шапки и жарко расцеловал пухлый колобок в розовые щёчки. С губки стекала тонкая струйка крови. Других травм возничий не нашёл. Большая, толстая шубка, шапка и любовь бабушки уберегли девочку.

— Постой здесь, я бабулю вытащу.

Девочка испуганно всхлипнула.

— А баба живая?

— Конечно, конечно живая, ласточка моя. Всё будет хорошо.

Возничий вызволил престарелую даму из кареты и аккуратно уложил на снег. Шуба и шапка оказались пропитаны кровью, тело неестественно искривлено. Анна Ермолаевна смотрела в небо невидящим взглядом, рука судорожно хваталась за шубу на груди. Девочка с рыданиями подбежала к бабушке.

— Ябл… яблоко… здесь… Лизонька… найди втор… вторую… половину… всю жизнь иск… иск… не нашл…

Анна Ермолаевна обмякла.

***

Лиза снова крутила в руке кулон с цепочкой. Половина золотого яблочка, усыпанного рубинами и изумрудами, а зёрнышки из коричневых алмазов. Когда-то давно он был найден на шее бабушки. Фёдор, с незапамятных времён служащий в семье возничим, хорошо запомнил последние слова Анны Ермолаевны и постоянно говорил об этом с Лизой. Фёдора уже нет, нет родителей, а Лиза так и не нашла вторую половинку.

— И что в ней такого особенного, что бабушка именно об этом говорила перед смертью? — вновь спросила себя Лиза душным летним вечером. Она положила кулон на столик, распахнула окно, с наслаждением вдохнула тонкий аромат ночной фиалки. — Да, дорогая вещица. Но не это же стало причиной искать половинку всю жизнь?

— Опять загадками мучаешься?

Лиза вздрогнула.

— Когда ты перестанешь так тихо подкрадываться? Спал ведь уже.

Супруг открыл холодильник.

— Жажда разбудила. Я тут подумал — мы же в библиотеке не были.

— Искать там собрался?

— Включи разум. Газеты старые перевернуть. Так всегда делается, если нужно найти допотопную информацию. А твоя бабка голубых кровей, о таких всегда пишут.

— А ведь идея! Дорогой, ты чудо! — Лиза подошла к супругу и обняла своего великана за талию, прижалась щекой к груди. Дорогой навис над ней в ответной ласке, как медведь, и сжал в порыве нежности, слегка похрустев костями любимой.

— Да тише ты, монстр!

— Прости… и встретилась же мне такая мелкая мышка…

Попасть в библиотеку супругам удалось только поздним вечером. Они бродили меж запылённых стеллажей в ожидании, когда библиотекарь отыщет кипу газет начала века.

— Пыль здесь лет десять никто не убирал, — скривилась Лиза.

— Зато витает дух средневековых заброшенных за́мков.

— И привидение подсматривает за нами, — поддержала игру Лиза.

Послышался зов библиотекаря.

— Где вы? Идите сюда! — проскрипел старческий и такой же запылённый, как сама библиотека, голос. — Еле нашёл. Только не долго. Библиотека давно закрыта, а тут вы на мою голову…

— Простите. Не смогли раньше приехать. Мы вам заплатим. К полуночи управимся, — затараторила Лиза.

Библиотекарь бросил на стол небольшую стопку газет, поднялось облако пыли. Старик прошаркал на своё рабочее место, из вежливости оставив супругов один на один с газетами.

Пыльное облако не оседало.

— Сеня, смотри! — Великан услышал натужный и хриплый возглас жены. Что-то сильно напугало Лизу. Арсений резко развернулся. Лиза показывала на облако, её палец дрожал. В пыли, зависшей над столом, виднелись белёсые очертания старой женщины. Она медленно махала руками перед лицом, губы беззвучно что-то говорили.

Лиза спряталась за спину мужа, с ужасом выглядывая из-за плеча. Арсений молча смотрел на видение. Вскоре оно пропало, пыль осела на газеты.

— Это баба Аня! Это она! — задыхаясь от волнения, прошептала Лиза.

— Теперь я поверил в призраков…

Немного придя в себя, супруги осторожно развязали бечёвку и стали читать газеты.

— Если баба Аня здесь, значит, и ответ здесь, — уверенно сказал Арсений.

Из газет супруги узнали о печальных событиях прошлого. Дед был геологом, и в одной из экспедиций сорвался со скалы. У Лизы выступили слёзы.

— Бабушка мне не говорила. Я была слишком мала. Но почему родители ничего не рассказали? Я думала, что он просто умер, потому что старенький был. Зачем обманывать и скрывать, я не понимаю!

На следующий день Лиза и Арсений уже сидели в купе. Лиза выпросила у библиотекаря газеты и сейчас аккуратно их достала, разложила на столике, вновь стала просматривать. Арсений любовался проплывающей мимо природой.

— Ну, если ничего не найдём, то хотя бы Алтай посмотрим, — сказал он.

— Найдём! Обязательно найдём! Баба Аня просто не догадалась, что половинка пропала в той экспедиции. Полагаю, что дед хранил кулон в доме, поэтому бабушка там его и искала. А дед, оказывается, взял кулон с собой! Я так думаю.

Супруги ещё долго разговаривали, предполагали, надеялись.

— Давай спать. Полночь близится. Мы одни бодрствуем, — предложил Арсений.

— Ладно, давай, — согласилась Лиза, но вдруг отшатнулась от столика. — Бабушка! Снова!

Над стопкой газет витал дух Анны Ермолаевны, размахивал руками, что-то немо говорил.

Арсений пересел к жене, крепко её обнял.

— Не бойся. Ты же понимаешь, что она ничего плохого тебе не желает. Просто хочет что-то сказать.

Лизу осенило.

— Её дух поселился в газетах! Невероятно!

Дух ослаб, стал расплываться дымкой и исчез в запылённой стопке.

— Видимо, бабушка догадалась, что дед кулон с собой увёз. И её призрак остался жить в газетах.

— Или сам дед бабушке сказал об этом после её смерти.

Супруги переглянулись.

***

Горный Алтай встретил Лизу и Арсения приветливой солнечной погодой. Лёгкий тёплый ветерок приятно ласкал лица и игриво трепал Лизины волосы. Лысому Арсению трепать было нечего, и ветерок занимался только его супругой.

Проводник вёл гостей гор к месту гибели деда.

— Хоть расскажите, зачем это вам? — спросил он.

— Это семейная тайна, — уклончиво ответила Лиза.

Супруги специально взяли с собой две палатки. Лиза понимала, что приехала сюда надолго, поэтому к поездке подготовилась тщательно. Проводнику поставили в отдалении, снабдили провизией. После отдыха проводник показал безопасный спуск к месту падения деда, и начались поиски.

— За столько лет от кулона наверняка и следа не осталось, — сказал Арсений.

— Типун тебе на язык! — рассердилась Лиза.

Первый день поисков ничем хорошим не кончился. Кулон не нашли. Сидя под прозрачным звёздным небом, Лиза и Арсений вновь увидели призрак бабушки. Он выплыл из палатки и манил их рукой.

— Кажется, она хочет показать, где лежит кулон! — с жаром воскликнула Лиза.

— Но ночью мы ничего не сможем найти, — ответил Арсений.

— Это мы ещё посмотрим! — Оптимистка Лиза потрясла перед носом супруга фонарём.

Призрак увёл потомков совсем в другую сторону, далеко от места трагедии, и показал пальцем в расщелину между двумя валунами. На ощупь Арсений ничего не нашёл, постарался сдвинуть один валун. Хоть он был и небольшой, но поддался с большим трудом.

— Какой дьявол мог забросить кулон так далеко? — в сердцах чертыхнулся обычно интеллигентный Арсений. — Ну не мог он отлететь сюда сам!

Между валунами лежала половинка золотого яблока на порванной цепочке.

— Как видишь, мог.

В свете фонаря рубины горели мягким потусторонним светом. Арсений достал кулон, вручил Лизе.

— Смотри, эта половинка с секретом! — удивилась она.

— Дай-ка мне.

Арсений поковырялся в кулоне, открылась маленькая дверца. В потаённой нише оказалась записка.

— Без лупы не разглядеть. Как можно суметь настолько мелко написать? — Лиза расстроилась. — Лупу не взяли, конечно. Дома прочитаем. Наверняка, это разгадка тайны. Подержи записку.

Лиза достала свой кулон и скрепила половинки яблока. В этот момент из записки поднялся дух деда. Потрясённые супруги во все глаза смотрели, как две души взялись за руки и благодарно улыбнулись внучке. Из воссоединённых половинок хлынул луч света и понёс влюблённые души в небеса.

***
Лиза принесла из комода лупу.

Мы не расстанемся с тобою никогда
На этом свете и ни на каком другом.
Пусть нежность нашу сохранит любви звезда,
Скрепив сердец огонь из яблочка мостом.

Хранить. Не потерять. Лишь это надо знать.
Две половинки как связующая нить.
И если невзначай расстанутся они,
Своё мы счастье уж не сможем удержать.