Дон ю край
Ночью пошёл дождь.
Окна съёмной квартиры выходили на холмы. Где-то там, в размытой акварели дождя, ветер трепал узкие листочки олив, жёлтые шарики алычи, сыпал горстями тёмные ягоды тутовника. Дождь затихал и медленно начинался снова. Делать ничего не хотелось. В соседней комнате храпела Маринка.
Он ходил на рынок и готовил какую-то еду, читал книжки и смотрел в окно. Книжек в квартире оказалось аж два шкафа, а что ещё делать он не знал. Плавал он плохо, а ходить обгорать на пляж – та ещё глупость. Да ещё Маринка.
Вчера потащила его в кафе на берегу. Шашлыки, чебуреки, домашнее вино. Нет, мальчику нельзя. И я не буду. Дайте кофе. Игра в «Сын? Племянник!» надоела им обоим, но в трезвом виде «мамаша» ещё держалась.
Принесли кофе в белых чашечках и большой изнемогающий от жара чебурек с сыром и помидорами.
- Кто это был? Чья песня, в смысле?
- Дженис Джоплин. - Маринка прикрыла глаза. – Слушай, уйди, а? Прямщас. Как человека тебя прошу, уйди.
Он встал.
- Хорошо. Так я домой?
- Спасибо. – Она подняла взгляд и нервно улыбнулась. – Давай. Не волнуйся, всё будет тип-топ.
И он ушел, знакомой дорогой между спящих домов. Музыка вилась в голове, ветер в деревьях шептал бейби, бейби, бейби, и басы отдавались в шагах, и фонари качались но но но но но… Подъездная дверь жалобно скрипнула её голосом, он поднялся на этаж и нырнул в гулкую пустоту квартиры – словно плыл в потоке, в ритме ставил чашку, чистил зубы, выключал свет. И во сне плыл, плыл, как оторвавшийся мятый листок, словно тянула его куда-то грязная река вместе с другими листьями, камешками, цветами и прочим, прочим, прочим… Утро пришло в сон шорохом дождя, звоном капель-тарелочек по карнизу, басами проехавшей за окном машины, вздохом-шуршанием ветра. Песня всплыла и закружилась внутри – и снова, и снова, и снова…
Ближе к вечеру проснулась Маринка. Не глядя на него, прошмыгнула в ванную.
- Здорово, я Паша! А ты Илюха, да?
Он машинально кивнул.
- Маринка дома?
- Д-да. Вы проходите.
Гость незамедлительно прошел, с интересом оглядел прихожую и подмигнул.
- Ну чё, как сам?
- Тётя у тебя мировая. Такая зажигалочка! Особенно, когда заправится под крышечку. Но это между нами, да? – Он дружески пихнул Илью в бок и протянул тяжёлый пакет. – Держи, ставь на стол.
- Чего читаешь?
- Фантастику любишь?
- Ну, так…
- Не куришь? Нет? А я подымлю.
Гость чиркнул зажигалкой и встал у форточки. Сигаретный дым тянулся вверх и уходил в сырые серые сумерки.
- Я тоже читал. Желязны там, ещё кто-то. Сегодня редкая ночь, кстати.
- Почему?
- О! – Гость выпустил струйку дыма. – Про фейри слышал?
Он кивнул.
- Они есть, на Казантипе и там, в холмах. И раз в двенадцать лет наступает такая ночь, когда фейри могут выполнить любое твоё желание. Ну как попросишь, конечно… но были такие случаи. Волшебная ночь…
- А сам-то чего?
- Я? – Паша рассеянно пыхнул дымом. – Да стар я уже. Суперстар, чувак. Чтобы эти девчонки выполнили твоё желание, нужно быть нецелованным, чистеньким, аки агнец. А я, как понимаешь, маленько того уже. Нагрешил по горло. А у тебя как, есть шанс?
- Так давай вперёд, юный падаван. Ночь только начинается. Всё в твоих руках.
В прихожей скрипнул паркет. Паша стряхнул пепел и оглянулся.
- Марин, ну ты чего там? У нас тут стол ломится, а бокалов нет! Непорррядок!
Раскрасневшаяся, сияющая Маринка переступила порог; плеснулись голоса, захлопали дверцы шкафчиков, двинулись табуретки.
- Ты что, сдурел? Куда он пошёл, ночь на дворе! А заблудится, мне мать мозги выест!
- Не заблудится, - примирительно бормотал Паша. – Там море в двух километрах, чего там блуждать-то? Ночь тёплая, здоровый лоб, погуляет и придёт. Ему полезно, а то усохнет за своими книжками.
- Я волнуюсь, ты чего…
- Забей, всё нормально будет. Иди ко мне. Помню, мы пацанами бегали по ночам купаться на Татарку. Луна полная, идёшь, травы колышутся – аж жуть.
- Что, и фейри видели?
- Да ну, какие фейри. Хиппари только обкурившиеся, дети цветов. Пойдём выпьем уже, что мы тут стоим, как бедные родственники…
Илью передёрнуло. Он почему-то верил, на чуточку верил в эту легенду о фейри. Одно другому не мешает. Возвращаться в квартиру было противно. Пусть себе трахаются. Фейри есть и он обязательно их встретит. Именно сегодня.
Дождь затихал. Во дворе пахло мокрой листвой; под ногами струилась вода и чавкала нанесённая грязь. Он повернул за угол – там, в лунном блеске, стояли холмы. Он постоял немного и упрямо пошёл вперед.
Дорогу основательно размыло. Он пробирался по тропке вверх и вниз; дышалось легко и свободно. Где же искать этих фейри? Или сами тебя найдут? Однажды он оглянулся – городок редкими огнями светился во тьме. Вдали вспыхивали зарницы, и что-то там, в черноте, дрожало размытым серебристым пятном. Ветер лениво шевелил траву, пахло полынью и ещё чем-то сладким, тянущим, медовым. Он прошёл один курган, другой, спустился в лощину и снова поднялся вверх... Глаза постепенно привыкли к темноте. Ветер вдруг толкнул его в спину, и он очнулся, выпав из забытья. Кругами лежали серые старые камни, дорожка терялась в траве, скрадывалась тенями. Он сделал шаг, другой. Было так странно. Каждый шаг кружил его, или камни вокруг него, или небо над ним. Он замер, пошатываясь.
- Эй, здесь есть кто-нибудь?
Ветер швырнул в него листьями, каплями, пылью. Кто-то засмеялся – тоненько, нежно. Он обернулся – на камне сидела девушка. Небольшого роста, едва ли ему по грудь, но красивая, ладная. Глаза, как маленькие звёздочки. Фейри насмешливо улыбалась.
- Ты же фейри, верно? Ты правда исполнишь моё желание?
Она только засмеялась.
- Самое заветное, я понимаю.
Меж ними упали капли дождя. Илью била дрожь.
- Послушай, я устал быть один. Я словно попал между двух колей, понимаешь? Я везде чужой, везде другой. Слишком умный для одной компании, слишком глупый для другой. В результате я никто, лишний. Я не хочу быть всё время лишним, я хочу иметь настоящих друзей, вместе что-то делать, быть с девушками… Если не можешь сделать меня умным, сделай глупым, потому что мне не нужна такая жизнь!
Небо за его спиной грохнуло, и сверху полились струи дождя. Он мгновенно вымок, оглох, ослеп. Фейри сидела, как ни в чём не бывало.
- Если я с кем-то, я всё равно бегу от него, отгораживаюсь. Пожалуйста…
- Глупый…
Голос её прекрасен.
- Какой смешной дурачок.
Он судорожно глотает воздух, дождь, небо.
- Кто сказал, что тебе не хватает ума? И с чего ты вдруг решил, что поглупев, станешь счастливым?
Дождь бьёт его по лицу. Луна расплывается.
- Мне нечего тебе дать.
Что-то швыряет его в грязь, и слова сами вылетают из горла.
- Сделай! Пож-жалуйста! Я заплачу, всё, что хочешь! Я молод, здоров, я никому не нужен!
Молния разрывается прямо над ним, и он падает, катится, катится. Луна мечется в обрывках туч. Только луна, трава, камни, серые камни в серебристых струях дождя. Вода подхватывает его и несёт, плавно покачивая, утешая, баюкая. Дон ю край, бейби… но но но но но но… край…
Где-то шумит море. Он словно корабль, приставший к берегу после шторма. Чьи-то руки вытаскивают его на берег, и нежные пальцы прикасаются к лицу.
- Эй, ты откуда такой грязный?
Женский голос, ласковый, хороший.
- Погоди, сейчас…
Шорох шагов по гальке. Плеск волн. Шаги возвращаются, и вода смягчает разгорячённую кожу, смывая грязь, пену, кровь…
- А ты красавец. Гляди-ка, дышит и молчит. Чего молчишь, спящая царевна? Али расколдовать тебя надо?
Мир поворачивается и падает, падает, падает. Что-то нежное и тёплое прикасается к его губам, и слёзы сами льются потоком.
Море шумит.
Кто-то обнимает его и покачивает, прижимая к себе.
Дон ю край, бейби… край.
*интересно посмотреть*
Хм… Это что за мать? Пятнадцатилетнего ребенка отправлять с какой-то лярвой на море?
Да пусть лучше в Сибири посидит. Выучится, денег заработает — сам съездит. Охренеть, родители…
Ну неправильно, ей-богу. После слова «женщина» нужны либо двоеточие, либо тире.
А что это за «отдыхайка» в описательной части? И не от первого лица даже. Фю-ю, однако.
Евпаторийский рыбсовхоз. Двумя словами.
А кто это сказал?
А дальше?
А дальше — полный
неопознанный баальбекзвездный карнавал.Кто, где, зачем и почём: фэйри, кровь, покатушки с морскими брызгами, женские поцелуи, возвращающие к жизни, ласковый голос и, конечно, море, блин, шумит…
Э-э-э, автор, а о чем рассказ-то?
Получается — ни о чем. И Маринка спереди — чисто перевозочное средство, доставившее пятнадцатилетнее создание
баулна море. Зачем тогда описывать ее похождения? Дерево в роще, на котором кого-то повесили, тоже нужно описывать, тратя на это треть знаков?Не, я где-то в середине рассказа даже увлекся немного. Ведь автор писать умеет. Недаром в финал попал. Но чтобы так сливать концовку? Это ужас… Больше слов нет.
И минус не могу поставить. Ведь написано нормально. А плюс ставить за такую чушь — рука не поднимается. А был ли мальчик? ©
Увы.
пишу ток медленно(
думатьписать нужно.))Начало очень крутое, вплоть до сцены в кафе я читала и практически внутренне мурлыкала. Все прямо, как мне нравится: и язык, и персонажи, и юмора, сколько надо. Отлично передано ощущение неприкаянности подростка, когда жизнь огромная, но ты не знаешь, что с ней делать. Ну и вообще очень эмоциональный текст: то жалко всех, а через минуту уже смешно. Автор, вы молодец.
Но потом в истории появились Фейри. В Крыму, ага. Ну хорошо хоть не Мерлин, но я все равно насторожилась.
А потом очень быстро стало ясно, что сюжета нам тут не завезли. Я имею в виду, глобального сюжета. Конфликта, развития, преодоления.
И то, что я изначально считала сильным вторым планом (конфликт героя с Маринкой и с собой, неприкаянность) на самом деле всю дорогу было первым планом. Точнее, единственным планом, другого здесь нет.
Ну, а для первого плана эта история сделана грубовато, на мой взгляд. Многовато пафоса, зато не хватает деталей, естественности. Что мальчик читает? Почему он говорит про одиночество такими общими словами? В пятнадцать лет одиночество редко бывает таким общим. Обычно оно очень частное, очень личное. Он поссорился с друзьями? Скучает по родителям? Его отвергла девочка?
Не знаю, что еще сказать вам, автор. Вот честно — я прямо расстроилась от нереализованного потенциала этого рассказа. Он легко мог бы стать лучшим рассказом турнира по версии меня.
Так уж сложилось, что четные рассказы мне вообще не зашли, и я выбирала между «Большой теплой» и «Дон ю край».
И все-таки сердце выбрало этот рассказ. В конце концов здесь есть море и
чебурекрок.Смеркалось?
Так и не смогла представить воду, стекающую из холмов через город в море глазами героя. Как будто это надо с дрона при хорошем освещении наблюдать. Да, я понимаю, что технически из-за личного бага я вообще ничего представить не могу, но пространственные ощущения-то есть. Где находится герой в этот момент, куда он смотрит так, чтобы и холмы, и море, и асфальт в прямой видимости?
Потом стало понятно, что он смотрит в окно на холмы, а что там с водой дальше происходит – скорее знает. Кстати, кажется, что всё ещё ночь: дождь шёл ночью, Марина спит, дождь идёт -> всё ещё ночь. Отсюда разрыв с тем, что герой что-то вдали видит.
Я бы просто выкинула первый абзац. Тутовник, алыча, оливы + добавить что-то про волны, и этого бы хватило для помещения нас на Черное море. В целом есть некий разрыв между тоном рассказа и возрастом героя. Как будто ему полтинник где-то, ну и жене его Маринке, тоже. Отсюда и созерцательная меланхоличность, мысли про Союз и город будущего и прошлого, алыча с тутовником.
У меня есть некоторое читательское предубеждение, что если авторская речь, «автор» не выступает отдельным персонажем, то желательно, чтобы стиль не противоречил образу мысли протагониста. То есть понятно, что авторский текст – не мысли героя, но если мы следуем за персонажем, тонем в его эмоциях, то лично меня прям выпинывают из текста стилистические несоответствия. В рассказе фокал мне показался неубедительным, не ассоциируются у меня использованные формулировки с современным подростком, даже очень меланхоличным.
Ладно. Не современным. СССР уже ушёл, а смартфона у бедного ребенка нет, так что можно предположить, что Илья-то мой ровесник. Стиль Марины подтверждает. Ещё хуже))
Старушка 35 лет – женщина? Про первую запятую сказали.
Мальчик с Кубани или крымчанин? А то «отдыхайка» это специфическое слово. Откуда тогда пиетет к морю?
Ясное дело, пятнадцатилетние – они самые всеравношные люди, а всё от осознания ограниченности собственных возможностей. И им всё равно как лето проводить, никаких чувств по этому поводу.
Окей, я понимаю, что подчёркивается отрешённость протагониста, но это же мир рассеивает. По содержанию текст – зарисовка. Но тогда надо рисовать, придать пространству плотность, забрать с собой читателя в мир. А не вот нучотатамбыло. Хоть книжки бы какие-то конкретные, раз уж он их читал всё-таки. Потом, где про чебурек – уже лучше.
А в нетрезвом она начинала рассказывать, что сын, три дня рожала? Как-то один кусок предложения со вторым несостыкован.
Неудачный временной проскок: в прошлое упоминание она сидела на берегу. Причём, по ощущениям – дело было днём. Усилием воли можно понять, что мы из чебуречно-музыкального флешбека вернулись в день первого абзаца, но в целом в этот момент ожидаешь слово «вернулась».
К которой он за три дня-то прикипел, когда ел хз что.
Не уверена в «на» тут.
Не ну хорошо. Фейри. Народ холмов. Живут в холмах. В Крыму да, не на тыщи км севернее. Вот Мерлин на Урале мне больше понравился.
Тут начинается оч жирная отсылка на абсолютно левую для героя, сюжета и местности мифологию. Паняяятна, что вересковые холмы и в Крыму есть. Наверное. Я теперь спать не буду, буду гуглить, есть ли там вересковые холмы как в Британии. И дольмены на Кубани вон есть.
Но как вот фейри вообще сочетаются с чебуреками и одурительной жарой? Оп, оторвался кусок рассказа.
Кульминационная сцена вообще как будто из другого текста. Откуда взялась проблема? Почему о ней раньше не было ни слова? Как желание Ильи проистекает из всего, что было рассказано до, из Марины, из встречи с Пашей, из моря, из Крыма, из песни?
Да никак не связано. Оп, оторвался ещё кусок рассказа.
Можно интеллектуальным усилием предположить, что раз подросток отрешённый, то у него ну точно проблемы со сверстниками. А других проблем то и нет у подростков. Но неправда же. Рассказ шёл к конфликту поколений. Может, к ревности, тяге к Маринке и взрослению. А пришёл куда-то в тупик.
В тупике героя шарахнуло молнией, отрезая концовку и что-то произошло. Рассказ развалился.
Опять же могу предположить, что он умер и попал в какое-то место, где его принимают, до Тир на Ногг отнесло. Но всё это в сущности неважно.
Интересное:
«Маринка» при том, что герой «Илья», как бы понижение героини в статусе, важная часть безалаберного образа.
Вот тут немного подростка проглянуло всё же.
Вся сцена с песнью «Summertime» хорошая. То есть как, я не совсем уверена, что подросток на такой фактически блюз вдруг щёлкнет, не в ЦА, но бывает всякое, конечно. Гипотетически хорошо, тем более я всё равно считаю, что Илье в большей части рассказа полтинник, он переживает груз прожитых лет в депрессии, так что так – ок. Тем более рыдала-то Маринка. Кстати, эта тайна не раскрыта. Какая-то тоска за кадром.
Паша хороший, его мотив, его слова, образ, реализация, взаимодействие с Ильёй – всё хорошо показано. Прокинут было мостик контакта с одиноким подростком, потом оборван, дан импульс к глупостям. Удачная сцена, логичная.
Итог
У меня ощущение, что я сижу на подоконнике с Саммертайм в наушниках, смотрю на осень и вспоминаю как я была молода и отдыхала в Анапе. Это передано выразительно, жалко, что вообще не близко, что отдых в Анапе меня выбесил, что Саммертайм тоска, что некогда сидеть на подоконнике. Остальное как-то неудачно, как по мне.
Был потенциал для хорошей зарисовки.
И да.
Где горфэнт?)))
Итак, кто такой Волошин?
Вот о Грине, жившем в Крыму, я знал с детства. И обожал его. В юном возрасте.
Мне кажется последнее. Хотя, может, я ошибаюсь, потому что
сам дуракне достиг творческого уровня мастера. И это тоже может быть.Вот возьму и прочту его «Пять вечеров»! А потом поговорим…
Да, я некоторым образом понял кое-что, о чём мы говорили ранее и в другом месте про то, отчего авторы мужчины избегают писать женщин, а авторы женщины… Писать людей с ногами и руками, миледи Фуфырочка, это не совсем то.
Теперь интересно узнать, кто автор. И версия моя тогда либо подтвердится, либо будет опровергнута фактом.
Ладно. Это всё было для комментаторов.
По рассказу:
А хорошо.
И горфэнт.
И ГГ правильный. Так действительно бывает и образ ГГ срисован очень хорошо. И не полтинник ему. (У меня в 15 было ещё жёще. Там действительно Мариинская впадина между мечтами и реальностью. Автор молодец).
И финал у рассказа есть.
Нереализованный потенциал? Какой?
Всё так и должно было закончиться.
Всё обычно именно так и заканчивается всегда. :)
Тогда автор при чем?
Как?
Далее
Обалдеть, богач.
Ну, даже если что-то с него взяли, где оно? И что взяли?
Читатель просто интересуется.
А кто такой читатель?
А, чмо какое-то? Да и фиг с ним тогда.
Автор же для себя пишет.
Потому что ГГ наш определённого склада романтик.
Бывает такое, не бывает такое — спорить не будем. У кого было, тот знает, тот понял.
Вот и всё.
Поэтому хватит нас пугать буквальностью восприятия и требованиями разжевать тут всё.
Пунктуация понравилась. Авторское словобразование тоже. Эмоциональная окрашннность описаний — умело используемый приём. Это так называемое «первое в третьем» лицо или несобственно-прямая речь. Напомню, что это такое: Поэтому насчёт присутствия автора в тексте всё нормально. Это не автор, это герой.
Другое дело, что автор всё-таки примешался к герою. Это неизбежно, но и нехорошо. Потому что герой-подросток начал рассуждать словами взрослого, видеть мир и описывать его на основе опыта, которого у него не могло быть. Не всегда, но проскакивает. Как будто автор забывает, что пишет от лица подростка и начинает писать от себя. Дженис Джоплин опять же. Здесь не впервые услышавший песню герой. Это автор, который её знает и любит.
К словам у меня практически нет претензий. Есть придирки к деталям. Мокрые листья после дождя и пыль одновременно. Луна и молния. Мелочи, которые лишают историю правдоподобности.
Предсказуемость. Сказали герою, что можно встретить фейри, он пошёл и, кто бы мог подумать, встретил фейри.
Желание выглядит несуразным. Особенно для заветного. Особенно от того, что до этого намёков на это не было. Был довольно обычный подросток, нормально реагирующий на соприкосновение с миром взрослых. Эмоции его показаны вполне натурально. Но оказалось, что он страдает совершенно от другого. Ладно, я вполне допускаю, что эта проблема может волновать чувствительную и до конца не разобравшуюся в себе психику, но это не показано. Заветное желание появляется вдруг, неожиданно, и это тоже неудачно. Непредсказуемость желания воспринимается так же плохо, как предсказуемость фейри.
Ну и концовка, конечно, смазана. Знаков не хватило? Так добрая часть текста ни о чём. Можно было более сжато показать ситуацию, без многочисленных скучных повторяющихся по смыслу подробностей. Вместо этого нужно было чётче показать проблему и её решение. Причём я лично, как и фейри, проблемы не вижу. Она лишь в голове у героя. Поэтому и решить её он должен был сам. А в фантасмагории концовки мне лично ничего не понятно. Как-то даже до нелепости.
В итоге мне всё-таки было скучно. Язык хорош, но не настолько, чтобы им наслаждаться. История практически не развивается. Зато в конце вдруг несётся галопом, не давая толком оглядеться. При этом первоначальное ощущение скуки (от чтения, а не от истории глазами скучающего героя) не проходит.
Мне показалось, мало героя. Обо всех рассказано, о маме, о тетке (больше всего заче-то о тетке), о левом мужике… Но не о ГГ. В итоге архетип исполнения желаний не играет в сюжете. Там ведь как, желание должно быть заветное. А не сформулировано прямо перед моментом Х. Там читатель уже знать должен, чего Новому хозяину надобно. Я не увидела ни ГГ, ни его кризиса, как мне увидеть перелом?
Было бы здорово показать этот конфликт ненужности, накопления энергии, чтобы в момент кульминации даже не сообщать о желании, пусть читатель сам догадывается. Но момент с фейри должен быть желанным и ЗАСЛУЖЕННЫМ. Это, кстати, проблема многих сегодняшних рассказов, которые пытаются показать встречу с запредельным и получение заветного. Герой для этого должен пройти испытания, он должен выстрадать свою награду. И так, да, утро пубертата какое-то, в этом свете чудесное воспринимается, не как оно самое, а как показалось. Нет столкновения мира юного нецелованного и взрослого грязно-пяточного. Есть параллельное сопоставление. Отсюда и все-так, как есть.
Хоспади есть на свете!
Трижды перекрестился только что)))
Опять эти пятнадцатилетние и тридцатилетние, которые, почему-то, ведут себя как сорокалетние плюс)
Расшифровывать не буду, думаю, понятно.
Тут столько разбросано крючков смысловых по тексту, бессознательных) Даже эти оговорки авторские «сын, племенник»)) Что там за тридцатилетка такая в мини-юбке с сыном?)))
Фейри. Все бы ничего, но ОПЯТЬ? Я, к примеру, тоже русалками увлекаюсь и просто бью себя по рукам, чтобы их в каждый рассказ не присобачивать. Или это не ваш рассказ с фейри в предыдущем раунде был? Тогда извините)
Фейри в Крыму? А почему бы нет.
Долетели на самолете из Ирландии. Делов то.
По мне, так тут вопрос не в фейри, а а том, что начиналось все увлекательным, отработанными голливудским дуэтом «умный меланхоличный подросток/непутевый неустроенный буйный взрослый», а приплыли
на Казантипв диснеевскую «страну фей» с саундтреком из «Вудстока».Но написано хорошо.
Я сюда ГОЛОСую.
И что вы мне сделаете?)))Присваивать неживому свойство живого и наделять его собственной волей, мысль хорошая, художественная. Но как-то не верится, что ветер и оливу треплет, и алычу, и сыплет горстями тутовником, и вообще ведет себя так, будто из перечисленного неживого он только один живой. Тут бы надо выбор сделать: либо все ведут себя как неживые, либо все как живые. Если как живые, то (как пример) ветер беснует, олива дрожит, алыча раскачивается, в размокшую землю летят горсти тутовника. Ниже еще подобные примеры, где, имхо, текст требует правки:
Кофе даже не дымящийся, а просто кофе в белых чашках, зато изнемогающий от жара зверь-чебурек полез из тарелки. Страдает атмосфера из-за таких вот перегибов.
Тут выскажу свое, ни к чему не обязывающее мнение, но табуретка она и есть табуретка, она не шарит в том, как двигаться. Ее можно подвинуть. В этом случае лучше, если Илья услышит как визжит от радости Маринка, а еще стук и скрип чего-то там.
Голос не может волноваться, он может быть взволнованным, что в данном случае не его состояние, а описание. А вообще, лучше, когда Маринка, волнуясь, взахлеб, что-то там чирикает.
Можно и дальше приводить подобное, но общая мысль приведенных примеров такова: подобное построение фраз не позволяет нормально представить происходящее и рушит атмосферу.
Персонажи. Маринка хорошо справляется с задумкой и выпроваживает героя при каждом удобном случае. Хотелось бы видеть ее более живой, знать о ее жизни чуть больше, но, возможно, это вина лимита на объем, а не автора. Пашка получился здорово, его образ хоть и не нов, но хорошо узнаваем, персонаж прекрасно вписался в историю. Но вот образ матери — темная клякса. Ведь в ней причина подавленного настроения героя, никак не в Маринке. Почему? Потому что если с родителями все нормально, то быть подавленным из-за того что тетя развлекается — ну такое для пятнадцатилетнего. Нашел бы себе на море занятие. Значит, в матери. А вот о матери мы не знаем ничего, кроме того, что ее не отпустили с работы. Теперь о главном герое.
Илья мечтает о девочках и одновременно в них (в женщинах) разочарован. Допустим. Но при этом ведет себя инфантильно даже для подростка, потому что не делает ничего, чтобы познакомиться хоть с кем-то. Все, на что у него хватает сил, это страдать. Хотя при этом он достаточно взрослый, чтобы понимать что и как делают взрослые. Ладно. Пусть так. Паша мягко и весело выпроваживает парня из квартиры. Тот идет в лес, встречает там фею и рассказывает ей о своих ранах на сердце. После чего его уносит потоком в (море) объятия — кого? Допустим, той девочки, о которой он мечтал, и с кем он не будет себя чувствовать одиноким. Что мне не хватило в герое, так это причины его депрессивного состояния. Вот честно не понял. Бухая тетя — да, грустно, но не смертельно. Плохая погода на море — тем более не смертельно. Если у него в принципе такая позиция — сидеть и страдать, то, блин, понимаю, сочувствую, но сопереживать не буду. Вобщем, этот момент с причиной неплохо было бы проработать лучше, чтобы сделать концовку более сильной и осмысленной.
Что бы еще, на мой взгляд, сделало концовку лучше, так это, если бы герой потянулся и крепко обнял ту незнакомку. А может, и в ответ поцеловал, если у них такие отношения, конечно. Почему? Да потому что он как в начале вел себя инфантильно и играл страдальца, так и в конце, когда получил желаемое, никак этому желаемому не открылся, не пошел навстречу. Герой получил, что хотел, но не изменился. Это плохо.
Подводя итог: у этой истории хорошая задумка, и удались второстепенные персонажи, но главный герой вышел криво, его жизненная позиция вызывает сочувствие, но в целом герой не интересен, страдает, книжки там читает, когда счастье падает в руки, он не делает ничего в ответ. А если счастье вдруг исчезнет, герой наложит на себя руки, наверно.
Ах, да, тему считаю раскрытой.
Если чем и выделяется этот текст — это языком. Стиль местами очень хорош, только это всё же похоже на демонстрацию мастерства. Как соло на барабанах посреди рок-концерта. Классно, конечно, но хочется песню услышать.
Сцена в кафе, кстати, шикарная. Ритм ложится на песню (по крайней мере, на мой молью побитый слух)). И начало песни совпадает с морским прибоем, и голос надтреснутый — ломается подростковый кокон))) И как не заплакать, когда тебя просят этого не делать?
А потом меня вернули в горфэнт крымскими фейри, и оказалось, это для меня как-то не правильно. Ну то есть были такие эмоции, такие живые картинки и персонажи, реальная жизнь и чувства, и вдруг — воплощается сказка, которая, наверное, должна реализовать желание… Которое может (и будет!) исполнено само собой, просто с возрастом. Но когда тебе 15, конечно, все эти метания…
Не могу не отметить прекрасные отсылочки и «совпадения»: лето и «Summertime”, Маринкино одиночество и разнузданность — и Джоплин с её бурной славой, Крым и хиппи, и небо ГГ еще не открылось, а значит, до той поры ничто ему не навредит. Ну я прям не знаю, как выразить, насколько мне это нравится, это просто удовольствие)))
Написано со вкусом, читается легко, автору благодарю и плюсую. Вернусь ли с голосом — посмотрим)))
но благодарю от всей души!
Но Маринка получилась яркая, да)) во многом согласна с тем, что написали
Сначала на бегу проглядела начало, и мне вот прям очень понравилось. Красиво, плавно, эмоционально. Сегодня прочла полностью. К языку цепляться не буду, какие-то места может и можно поправить, но уже всё по полочкам разложили, да и всё хорошо с языком мне кажется.
А вот запятая после «женщины» тут правда уместна — это как перечисление образов, не бьющихся с реальностью)) мне думается…
Так вот картинка у меня сложилась, атмосфера представилась. Но она мне не понравилась. Очень какая-то тоскливая и аморфная, что ли. Депрес как он есть. И за окном дождь… Но это ладно. Во-первых, это точно не объективно. Во-вторых, поскольку родилась и школу заканчивала я в Крыму, могу быть субъективной вдвойне.
Ещё один момент эмоциональный — я не поняла концовку. Версии: 1) парниша утопился, и всё это не фентези нифига 2) парниша пошёл топиться, но его спасла девушка из его грёз 3) реально была фейри, и опять же — то ли решила, что проще утопить, то ли организовала встречу с созданием мечты, первая любовь и вот это всё. Склоняюсь к последней, но разброс великоват.
Дальше без эмоций.
Фейри меня не смутили. Холмы в Крыму есть. Больше гор и степей, конечно, но есть и холмы… При этом в детстве мне казалось, что фейри — они всё-таки в основном не в Крыму, а где-то далеко. А в Крыму множество других волшебных существ. Но я тогда и о фейри читала и слышала маловато, так что — почему нет?
Не хватило Ильи. Возможно, это в авторском тексте, но… и тогда всё равно не хватило.
Хотел ехать Илья на море или нет? Я, конечно, мальчиком никогда не была, но многие мои знакомые тогдашние юноши и теперешние дяди очень ревностно относились к тому, как и где проводить каникулы. И представить, что ему было всё равно, мне сложно.
Ок, все разные, было. И проблема в том, что нет никого рядом, перекрывает всё остальное. Тогда хотелось бы какую-нибудь ситуацию, демонстрирующую, что ему тяжело сходиться с людьми. Допустим, он просто ничего не делает для этого. Вот такой характер. Ну что ж… Печально. Но с кем он хотя бы хочет сойтись? Он же упоминает о гипотетических друзьях и пр., они здесь не показаны. При этом метания и тоска Ильи ощущаются, хочется примеров.
Ну фейри и сказала до этого, два раза.
И разница в возрасте автора и Ильи, конечно, чувствуется. Где-то как раз хорошо описан (про никто не понимает, что с них взять и мир-тлен), но пара моментов выбилась из картинки:
1) музыка. Точно парня так зацепила?
2) вряд ли в 15 лет от души можно так сказать. Разве что любимое выражение кого-то из тех, на кого хочет быть похожим.
Вопрос: зачем Маринка настаивала взять с собой Илью, который по сути для неё — обуза?
Маринка и Паша — по ним вопросов нет, характеры видны. И даже не важно, что там в этом кафе вспомнила Маринка. И всем им всё равно, что там с Ильёй.
В общем, некоторые моменты легко поправить. По концовке — автор точно знает, как всё было, но мне показалось, на неё не хватило времени или заряда.
UPD Про квантовый скачок из детства оч понравилось
Второй плюс — это метания подростка, ощущение, что ты везде чужой, которое есть у каждого, но каждым воспринимается, как индивидуальное проклятие.
ГОЛОС сюда
Так-то работа потрясная, нечего сказать
Рассказу.
Понравился.
Жизненно и фэнтезийно.
Без лишних выкрутасов. Всего в меру! Это имеет значение для читателя, который в первый раз читает Автора.
Странные отношения с теткой-Маринкой, а точнее — воспитание пацана. Была б она Марина, всё понятно. Но так текст преисполнен пренебрежением к бедной героине. А белое пальто герой сам на себя напялил.
А фейри надо было заменить на чертей из табакерки. Точно так же появляются.
Потом хорошо, от слова «очень». Живенько так, ярко и складно. А финал скомкался. Куда полез, зачем, где оказался? Волной смыло в море, что-ли?..
Что понравилось – очень здорово с точки зрения ритма текста и описательной части сделано. Такой большой волной задано вначале, которая понемногу растёт-растёт в описаниях и рассуждениях, разбивается о берег монологом и лёгкой пеной остаётся финалом. Вот это здорово бы сохранить, если соберётесь дописывать/расширять.
По итогу, мне кажется, тексту нужно больше прошлого Ильи (или его настоящего) – что он делал (или делает) для исполнения своей мечты? Иначе выглядит совсем несерьёзно для такого серьёзного юноши.