Насекомый Петербург: могила профессора Шванвича

Вчера, 18 апреля, был Международный день памятников и исторических мест. Как раз побывал там, где много всяких памятников... На Большеохтинском кладбище.

Это одно из крупнейших кладбищ Петербурга - площадь около 70 га, и одно из старейших - ему в этом году четверть тысячелетия исполнится. Тут захоронены известные ученые и общественные деятели, блокадники, павшие воины... В общем, в историчности места тоже не приходится сомневаться.

Хотя вряд ли оно сравнится по популярности с некрополем XVIII века при Александро-Невской Лавре, но как же там хорошо. Тихо, безлюдно, птички щебечут, жучки ползают, цветочки какие-то... Преимущественно пластиковые, но живые уже тоже лезут. В общем, теперь хочу на пенсии пойти сторожем на кладбище. Мусор там убирать, цветы высаживать, вандалов материть и ружьем распугивать, кхе... Люблю природу и порядок наводить, а людей - нет. Еще я с детства люблю мох. А тут его тоже навалом, пушистый такой.

Наверное, самое впечатляющее здесь - это река из могил. На карте она обозначена как река Чернавка. Назвали ее так еще шведы - Svartbäcken, по цвету воды. В те времена она была около 12 метров в ширину. Сейчас под широким мостом протекает тоненький ручеек, хорошо, если хоть в метр. Высохшее русло до самого горизонта занято могильными плитами. 

Помимо захоронений при кладбище было аж три храма, но один снесли, второй взорвали... В общем, там теперь есть относительно скромная Церковь Николая Чудотворца.

За храмом расположены могилы тех, кто посвятил жизнь служению Богу, но меня интересовала та, что связана с совсем иной сферой - наукой. Даже не представляю, как они оказались в соседстве...

Одно из самых известных энтомологических мест Петербурга - стела с изображением крыла бабочки на Большеохтинском кладбище. Она установлена в честь Бориса Шванвича - энтомолога, чьи исследования имели немаловажное значение в годы ВОВ. Каким образом бабочки помогли победить захватчиков? А вот таким.

Энтомолог занимался не просто бабочками, а окраской их крыльев. Именно он сформулировал принцип стереоморфизма и описал "расчленяющий эффект" окраски. Суть их заключается в том, что узоры на крыльях бабочки представляют собой череду светлых и темных полос, что создает оптическую иллюзию, путающую хищника. Так вот, именно эти знания, считай что, спасли ученого.

История эта описана в заметке одного литератора, а он услышал ее как легенду от профессора зоологии, так что здесь сложно отделить реальность от вымысла. Якобы в годы ВОВ ученых из блокадного Ленинграда эвакуировали в Саратов, но Шванвич остался. Понятно, что шансы на выживание, да еще с плохим здоровьем, стремились к нулю. Однако внезапно за энтомологом прибыл самолет аж из Москвы. Истощенного ученого спешно доставили к самому Сталину. Как оказалось, военным срочно требовался специалист по маскировке, и кто-то из генералов предложил обратиться к науке. Именно принципы мимикрии бабочек были использованы для маскировки военной техники.
Согласно этой же легенде, в крыле бабочки на могиле ученого зашифрован танк.

Кстати, это я еще красиво сфоткал и обработал. По факту стела основательно так завалена на бок. Возможно, ее подмывает талыми водами.

Ноосфера решила подать мне знак - на могиле я обнаружил фрагмент крыла бабочки. 

В общем, жизнь - тлен, но кто-то оставит в ней след, а кто-то - нет. Истории таких людей, как Борис Шванвич, лично меня вдохновляют. Возможно, я что-нибудь напишу об этом. На пенсии, в перерывах между распугиванием подростков на кладбище...