Экзамен в будущее

Александр учился в самой обычной средней школе, заканчивал восьмой класс.

Был уже май, стояла прохлада, но растительность вовсю зеленела, увеличиваясь в объёме.

Сегодня — самый обычный день; всё та же суета. Парень, сидя за партой, решал в уме сразу две задачи: одну — по математике, другую — как с пользой провести время после занятий.

После уроков к нему подошла школьный психолог, мать его одноклассницы. Александр выпалил дежурное «здравствуйте».

Учительница начала разговор с общих фраз вроде «как дела», «как успехи в учёбе», и вдруг спросила:

— Саша, какие планы этим летом?

Парень, не задумываясь, ответил, что ещё не знает.

Тогда психолог сказала:

— Учишься ты очень хорошо, даже отлично. И моя дочка тоже не отстаёт. Поэтому я предложила бы тебе попробовать свои силы в пансионате для одарённых детей. Вместе с Леной показали бы себя там.

— А что за пансионат? — Поинтересовался Александр.

— Очень достойное место, мне его рекомендовали знакомые в министерстве образования. Там учителя высшей категории, углубленный учебный курс. Имеется общежитие, а по окончанию учёбы есть возможность поработать за границей, стать квалифицированным специалистом в какой-либо области. Затем вернуться и нести луч знаний здесь.

При слове «общежитие» Саша немного насторожился и ответил, что подумает обо всём.

Вернувшись домой с уроков, парень пообедал и принялся чистить брюки и обувь — вот незадача, после ливней такая слякоть...

Сходив в магазин за продуктами и сделав влажную уборку, Саша принялся делать домашнее задание. Но, как всегда, лень напала и не отпускала — так и подмывало бросить всё к чёртовой матери и усесться в удобном кресле для просмотра телевизора. Отличники тоже люди, им иногда тоже хочется разрядки.

Пересилив себя, парень выполнил всё то, что наказали учителя. Уже позади написание школьного сочинения по литературе, построение гиперболы и заучивание очередной темы по всемирной истории.

Саша уставился в окно.

На улице подсохло. Дети играли с мячом. Гавкали собаки. Валялись на солнце кошки.

С работы вернулась мама.

— Убрался? Сделал уроки?

— Да.

— Сейчас проверю. Дай дневник!

— Что я, маленький, что ли? 1

Оказалось, мама была в курсе сегодняшнего предложения.

— Что ты решил?

— Не знаю ещё.

— Ну поступишь ты, что дальше? Ты недостаточно самостоятелен. Как ты будешь в общаге своей жить? Подумал об этом? А я как буду одна?

Саша молчал.

— С другой стороны, у меня нет денег на твоё высшее образование. Столько сотен тысяч в год... Откуда у меня такие деньги? Я еле концы с концами свожу. Работаю за себя и за того парня, как говориться. Думай сам!

Больше парню не с кем было посоветоваться — отец ещё в детстве бросил их семью, с родственниками они не общались (потому что ужасно пьющие все), а бабушка давно умерла. Что до сверстников, у Саши, можно сказать, и друзей-то не было: кому-то он нужен был для того, чтобы списать контрольную, другие пользовались его ответственностью.

Последний звонок. Грамота в руках.

— Рад? — Ехидно спросил одноклассник, кивая на эту самую грамоту.

— Да. Представь себе. — Гордо подняв голову, Саша ушёл с линейки прочь...

Не любили его в классе. Дразнили, обижали, порой намеренно сгнаивали. Не могли смириться с тем, что Сашу вечно ставят им в пример. А он терпел, молчал, прощал. Всегда.

И накатило однажды. Надоело. Просто устал. Чисто по-человечески.

Саша задумался: может, если я уеду отсюда — вдруг всё изменится в моей жизни? Вдруг станет лучше? Вдруг судьба улыбнётся мне и перестанет быть злодейкой?

Святым он не был. Обычный парень, просто тянулся к знаниям. Ему реально было интересно, на какие классы делится фауна Земли и когда спутник достигнет поверхности Плутона. И поздним вечером, когда многие одноклассники и одноклассницы уходили на дискотеку, Саша с превеликим удовольствием читал своего любимого Герберта Уэллса. В 21 веке, Герберта Уэллса...

Парень принял решение: он во что бы то ни стало поступит в тот пансионат для одарённых детей. Он умный, он светлая голова, ему не место среди этого тупорылого быдла.

«Пусть делают, что хотят. Посмотрим, у кого они теперь списывать будут. Не ценят меня здесь. Вытирают ноги все, кому не лень», с горечью рассуждал Саша.

Для того, чтобы поступить в пансионат, нужно было хорошенько подготовиться. И всё лето парень усердно грыз гранит науки.

В начале августа поступил звонок. Саша, его мама, одноклассница и её мама поехали в совершенно чужой город на экзамен и собеседование.

У Саши была одна особенность: когда он ехал в каком-либо транспорте, он старался сесть ближе к окну, всю дорогу наблюдая окрестности. В этот раз особенно, ведь сюда он едет впервые.

Путь показался вечным — около пяти часов. Но, слава Богу, не опоздали.

Город оказался небольшим таким, и, что удивительно — чистым. Ни мусоринки. Здание, к которому они подъехали, тоже было аккуратным.

Здесь не было суеты, как в школе. Никто никого не торопил. Всё, как в сказке.

Его посадили одного в пустой аудитории, дали ручку и бумагу. Затем выдали задания.

Часа два парень думал, писал, решал. А потом...

Сашу вызвали на собеседование после получаса ожидания в чёрном кожаном кресле. Он зашёл, поздоровался с двумя женщинами лет 35, сел и протянул документы. Ему сказали, что он прошёл, набрав неплохие баллы. Но предупредили, что это серьёзное заведение для одарённых детей, а не детский развлекательный лагерь для отличников. Тогда Саша поспешил заверить, что он всё прекрасно понимает. Показал свои грамоты как достижения, рисунки как творчество, и добавил, что настроен решительно, ведь это его будущее.

Его зачислили.

Где-то в конце августа 15-летний Саша собрал все свои талмуты и поехал на учёбу. Впервые вдали от дома. Настолько далеко.

Его поселили в комнате с ещё пятью парнями. Вот и 1 сентября, линейка.

Соседи по комнате оказались нормальными ребятами. Вроде бы даже сдружились. Но на этаже жили и старшеклассники, которые отчего-то сразу не понравились Саше. Но он не подал вида, пожал плечами и попытался окунуться в этот омут.

В 9 классе (безо всяких приставок «а», «б», «в») собрали около сорока одарённых в той или иной области подростков, включая самого Сашу и его школьную одноклассницу.

Один одноклассник «шпарил» по всемирной истории, в особенности постоянно сыпал сражениями Второй мировой войны. Другой был асом в химии и носил толстенные очки. Третий увлекался биологией, и так далее. «Фишкой» же Саши была география, которой он бредил аж с шести лет.

Учителя его 9 класса оказались действительно квалифицированными — они даже лекции наизусть читали, не заглядывая в конспект или учебник.

Историк, препод информатики, учительница русского языка и литературы — да буквально все понравились Саше своей компетентностью. На уроках 9 класс проходил то, что в обычной средней школе не проходят. И парень старался не ударить лицом в грязь.

Его научили правильно конспектировать, составлять тезисы. За какую-то неделю он значительно шагнул вперёд, схватывая на лету. Но однажды один из преподавателей заявил:

— Вас сорок человек, поэтому не думайте, что вы все здесь останетесь. Скоро начнётся постепенный отсев. Это — из года в год. В пансионате останутся лишь избранные. Поэтому лучше готовьтесь к предметам, налегайте интенсивнее. Слабейшие покинут это место навсегда. Конкуренция, только конкуренция. Не научитесь выживать сейчас — не сможете потом, а будет ещё сложнее.

Но Сашу невозможно было запугать такими речами, потому что по складу своего характера он был очень упрям.

В общежитии жизнь шла своим чередом, и было даже весело. Но прошла та первая счастливая неделя...

В комнату к Саше и его одноклассникам зашёл один из старшеклассников.

— К концу недели соберёте нам мелочь. А сегодня помоете всю грязную посуду.

С таким поворотом событий Саша был категорически не согласен. Все, в принципе, из его комнаты были не в восторге, но возмутился лишь он:

— С какого это перепуга мы должно это выполнять? Да кто они такие?

Но против дедовщины не прут — либо мирятся, либо уходят.

Мириться Саша не желал, но и выселяться из бесплатного заведения и возвращаться обратно — тоже. А потому наябедничал Вове, который был из одного с Сашей посёлка и уже заканчивал пансионат. Тот поговорил с теми хамами и пока трогать девятиклассников перестали.

В остальном общежитие было неплохим — кормили вкусно и сытно, а комнаты были тёплыми и в то же время хорошо проветриваемыми. Разрешалось отлучаться и ходить по городу — чем Саша и не преминул воспользоваться, посетив гипермаркет, городскую библиотеку, дом мебели; сугубо для расширения кругозора. Даже записался в музыкальную школу на барабаны.

Всё ничего, но по прошествии второй недели одна одноклассница отчислилась по состоянию здоровья; другого выпнули за неуспеваемость (троек иметь было нельзя); с третьим тоже что-то случилось.

В родной школе Сашины учителя даже за двоечников переживали, шли им навстречу, ходили кланяться директору, чтобы ребят не оставляли на второй год. Дополнительные задания назначали, не имея с этого ни копейки, получая и без того небольшой заработок. В общем, делали всё, чтобы как-то помочь.

Здесь же, в этих стенах был словно некий концлагерь для роботов, какое-то панцерваффе. Да, учителя как учителя были вне критики, преподавали замечательно, интересно и глубоко, но как люди они были черствы. У них не сжималось сердце, когда пансионат покидал очередной «неудачник». Им было плевать, абсолютно. Внешне это ничем не выражалось — преподаватели не корчили гримас презрения и не говорили школьникам «ты — лодырь и слабак», но всё равно это чувствовалось.

Пришло время готовить детей к олимпиаде; областной, так как город был областного значения. Саша оттачивал свою географию, но попасть на олимпиаду было не дано.

В их девятом классе был ещё один «географ» и было решено выявить лучшего. Так поступают, выпуская друг против друга петухов.

— Ты набрал больше баллов, ты показал лучшие результаты. Но ты робок, стеснителен, в тебе нет деловой хватки. На бумаге ты мастак, а перед аудиторией держать речь, рассказывать что-то ты теряешься. Соответственно, ты менее конкурентоспособен, нежели твой оппонент. Одно из двух: либо ты овладеешь нужными качествами, что в такой короткий срок невозможно, либо мы выправим показатели твоего одноклассника, усердно занимаясь с ним. И как ты думаешь, кто из вас поедет на олимпиаду?

Ясно было, как божий день, что не Саша. Так он выпал из гонки.

Но жертвы не закончились — точно такую травлю устроили и одноклассницам:

— Молодец, Маша. Ты будешь отличным руководителем. Ты нам пригодишься. А вот тебе, Света...

Принцип у пансионата был один: учёба — путёвка в жизнь. Как себя проявишь сейчас, таким станешь в будущем. А раз ты одарённый, раз тебя зачислили — будь добр доказывать всякий раз, что не зря обитаешь в этих стенах.

Под конец третьей недели Саша, как сейчас модно говорить, уже «не выгребал». Заданий стало очень много, а в общежитии обстановка вновь накалилась — так, его подкараулили в туалете и жестоко избили старшеклассники. Те же самые.

— Вове скажу! — Ревел в комнате Саша. На нём живого места не было.

Соседи по комнате считали иначе.

— Вове скажу. — Притворился попугаем один из них. — Не сегодня-завтра твой Вова закончит пансионат и кто за тебя заступаться будет? Как ты дальше жить собираешься? Тебя избили за твоё стукачество. Видишь, нас не тронули? А почему, как ты думаешь? Потому что мы промолчали!

— Вове скажу. — Повторил ещё один. — Телефон отберут — «Вове скажу», деньги отнимут — «Вове скажу»... Ну разве я не прав?

Саше на миг захотелось стать Шварценеггером и так отмудохать обидчиков-старшеклассников, чтобы на всю жизнь запомнили. Но нет, Бог не дал ему физической силы, наделив лишь духовной и умственной.

Позднее пошли регулярные рейды — ежедневно девятиклассники отстёгивали старшеклассникам «по мелочи».

«Мама, значит, даёт мне с таким трудом заработанные ей деньги на мои нужды, а эти подонки отбирать это будут всякий раз? », рвал и метал Саша.

Не выдержав, он все рассказал директору пансионата. Немедленно, безо всяких разъяснений были отчислены все те, кто занимался рэкетом и мордобоем. «Так им и надо», от всей души злорадствовал Саша.

Прошло ещё две недели. Напряжение не исчезло, а между тем Саша серьёзно простыл. Слёг. По ночам стал задыхаться, никакие капли не помогали. И только тогда он принял решение: он уедет. Вернётся обратно, и будь, что будет.

— Тебе хорошо. — Заметил один. — Ты уезжаешь. А мы остаёмся здесь. Теперь НАС будут муштровать, бить при случае и показывать пальцем. Потому что раз один «кума», значит, и вся комната — тоже стукачи.

Уехал парень. Под сильный ливень, словно небо оплакивало его решение...

— Что, не смог? Сломался? — Так «встретили» его в родной школе одноклассники и просто знакомые, открыто, без всякого стеснения выражая неприятие.

Саша так устал от всего, так был зол, что не обратил внимания на эти колкие, едкие замечания и нелицеприятия, а выплеснул всю свою злобу в учёбу, приходя домой только с пятёрками. Немного погодя одержал первое место в районе по своей географии, а сам девятый класс закончил с «красным» аттестатом, где везде стояло «отлично». и, может быть, хоть немного утёр нос судьбе.

Прошло несколько лет. Александр закончил высшее учебное заведение в степени бакалавра геодезии и картографии. Устроился в хорошую фирму на работу. Выезжал на местность, делал топосъёмки и прочие вещи по специальности.

Как-то раз в столичном супермаркете его окликнули. То был один из тех, кто учился в том пансионате для одарённых детей и даже жил с Сашей в одной комнате.

Человек этот был хорошо и со вкусом одет. Он смерил Сашу уничтожающим взглядом сверху вниз, крайне сухо поздоровался плотно сжатыми губами и спросил:

— Кем трудишься?

— Геодезистом. Делаю предпосылки для постройки домов, чтобы всё ровно было... — Начал было Саша.

— То есть, не на руководящей должности? — Взгляд из уничтожающего превратился в насмешливый. — Я полагал, что ты ТРУДишься, а ты РАБотаешь.

— Я... — Запнулся Александр. — А ты где и кем?

— Я директор собственного холдинга.

С этими словами тот человек надменно развернулся и пошёл было прочь, и тут Саша спросил его:

— Ответить только на один вопрос: ты счастлив?

Только сейчас каменное лицо состоявшегося в жизни успешного человека внезапно как-то посерело, он весь как-то осунулся, что ли. Но Саша не увидел изменившееся выражение его лица, ибо тот стоял уже спиной. Ничего Александру не ответив, бывший одноклассник по пансионату ушёл восвояси.

А недавно увидел Саша и повзрослевшую Лену, с которой вместе учился в школе и вместе поступал в пансионат, который она, в отличие от Саши-неудачника, благополучно закончила.

— Как ты, Лена?

— Саша? — Та была очень холодна, и даже не удивилась. — Да, вот, приехала из Америки к маме.

Саша ещё что-то хотел спросить, но Лена его оборвала:

— Мне пора идти. Много дел.

Позже Александр узнал, что один из его одноклассников по пансионату после его окончания уехал в Лондон насовсем, не оправдав надежд государства трудится на родине.

Прошло ещё несколько лет. Саша женился, в его семье появились дети.

Земля круглая, и выпало как-то парню встретиться ещё с одним «одарённым». Тот оказался разговорчивее своих коллег. Поговорили о том, о сём. И вдруг Александр спросил:

— Не женился? Есть дети?

Тот уставился на него непонимающим взором:

— Дети? Какие дети? Чтобы мой сын, например, вырос и стал мне конкурентом? Я никогда не смирюсь с тем, что кто-то стал умнее меня, даже если это мой ребёнок!

Теперь непонимающим взглядом глядел Саша. Он встал, расплатился и вышел из кафе.

Через пару месяцев покончила с собой одна из одноклассниц Саши по пансионату. Он и не узнал бы об этом, если бы не увидел в новостях её фото. Оказывается, она стала бизнес-леди и имела своё дело. Но то ли её клиентов переманили клиенты, то ли проблемы в личной жизни — в общем, женщина приняла дозу снотворного, несоизмеримую с жизнью.

«Что ж это за пансионат-то такой? », недоумевал Александр. «Может, и хорошо, что я его не закончил? ».

Когда у Саши подросли дети, они в один голос ему заявили:

— Папа, а можно мы после школы поступим в университет имени нашего президента? На сайте о вузе столько хорошего написано, имеется много вакансий и есть возможности пройти практику в ведущих странах Европы, в США и Канаде.

— Нет. — Подумав, уверенно вымолвил Александр.

— Но почему? Университет же назван в честь президента нашей страны!

— Даже если в честь самого Эйнштейна. — Покачал головой их отец. — Пансионат ли это для одарённых детей, или президентский вуз, в них нет человечности. Потом люди вырастают какими-то зомби, которые не заводят семьи, пугаясь конкуренции, и которые совершают суицид тогда, когда понимают, что нашлись люди гораздо лучше и востребованнее их. Да, возможно вы станете супер-пупер специалистами. Но где гарантия, что вы не станете чиновниками-коррупционерами? Теми людьми, которых специально готовят к таким «руководящим» должностям. Выучатся, а завтра возьмут взятку и послезавтра не обернутся, когда в подворотне изверги будут грабить и бить беременную женщину. Я не хочу, не хочу, чтобы вы стали такими же животными. Дорогое образование? Будете подрабатывать летом и вообще в свободное время, да и я на что? Буду пахать, не покладая рук. Может, на грант пройдёте. И поступите в нормальный вуз. Например, в технический, потому что бездарного офисного планктона сейчас куда не кинься, пруд пруди... Экзамен должен быть в ваше будущее, а не в никуда!