Линия жизни. Глава 100. Карловы Вары, или Переходим к водным процедурам август 1997 года

16+
Автор:
Владислав Погадаев
Линия жизни. Глава 100. Карловы Вары, или Переходим к водным процедурам август 1997 года
Аннотация:
Не знаю, как реагировали на это реалити-шоу другие посетители, но, когда я обернулся к Ирине, собираясь сказать: гляди, мол, чё деется − натолкнулся на такой взгляд, что и про бабу голую позабыл.
Текст:

Да, права была бабушка, когда говорила, что я ещё не раз вспомню ту бражку из оцинкованного бака, которой отравился летом шестьдесят первого, после операции на глаз. Изжога периодически меня навещала. Да и Ирине − после поездки во Францию − я обещал, что больше без неё за границу не полечу, ну, вот и доказывал, что слово держать умею.

В этот раз мы полетели не группой, а индивидуальным туром − без сопровождающего, и вот теперь, после прохождения всех формальностей в аэропорту города Прага, потерянно оглядывались по сторонам в поисках представителя чешского турагентства. С радостным облегчением заметили пробегающего мимо человека с листком бумаги, на котором большими буквами была написана моя фамилия. Естественно, окликнули, а когда он остановился, я ткнул пальцем сначала в бумагу, потом − себе в грудь и представился:

− Погадаев.

Молодой человек удивлённо посмотрел на меня и на чистом русском спросил:

− А где ваш багаж?

Вопрос, конечно, интересный. Как позже объяснил нам наш гид − да мы и сами имели возможность наглядно убедиться в этом − обычно отдыхающие брали с собой на курорт вместительный чемодан, а то и сразу два. У нас же весь багаж − один на двоих − умещался в небольшой спортивной сумке, поэтому мы недоумённо пожали плечами:

− Вот он.

До места домчались со скоростью гоночного болида, за что впоследствии между собой прозвали нашего водителя Шумахером. Время от времени оборачиваясь назад, я с тревогой наблюдал за реакцией Ирины: такая езда была для неё в новинку.

В трёхзвёздочном санатории «Кривань» к нам снова обратились на русском. Русских, а, точнее, русскоязычных отдыхающих здесь тоже хватало, так что персонал прекрасно владел языком Пушкина и Тургенева.

Санаторий «Кривань» принадлежал чешским профсоюзам и, несмотря на своё несколько совковое внутреннее убранство, располагал новейшими технологиями лечения, которые следом за ним осваивали и другие здравницы города-курорта. Это мы позже узнали от врача, много лет практиковавшего в «Кривани», а теперь вынужденного подрабатывать таксистом − обслуживать индивидуальные экскурсии.

Да, именно так! По мнению многих, те изменения, которые происходили в СССР, оказывали на наших бывших друзей по социалистическому лагерю только положительное влияние. На самом же деле это было далеко не так: ругали они свою новую власть нещадно. Уровень жизни падал, и вот результат: квалифицированный специалист подрабатывает таксистом, чтобы свести концы с концами.

В свободное от процедур время мы с Ириной с воодушевлением гоняли по экскурсиям, всё больше влюбляясь и в этот прекрасный город, и в Богемию, и в эту чудную страну. Романтическая Прага покорила нас раз и навсегда, как и сказочный Локетский замок неподалёку от Карловых Вар. А в Марианских Лазнях чуть было не купили целый дворец! Он был давно заброшен и продавался за бесценок.

* * *

Время утекало незаметно. Впервые за шесть лет мы могли позволить себе не расставаться ни на минуту. Исключение составляли лечебные процедуры и походы по магазинам. Про магазины я расскажу чуть позже, а вот лечебные процедуры послужили причиной если не конфликта, то серьёзной размолвки между нами.

В программу лечения мне включили сауну. Так как на первом же приёме я объяснил доктору, что приучен к этому удовольствию с детства, он, несмотря на наличие в анамнезе гипертонии, разрешение всё-таки дал. Хорошая баня находилась в Лазне, буквально в паре шагов от нашего санатория, и дважды в неделю я в обязательном порядке посещал это заведение.

Ирина к бане была почти равнодушна, и в санатории ей вполне хватало душа, но вот вынести спокойно моё двухчасовое пребывание в общей сауне, где мужчины и женщины греются вместе, она не могла. Объяснил, что все посетители одеты в плавки и купальники. Тогда любимая решила лично сопроводить меня в Лазню, тем более, там имелся лечебный бассейн с термальной водой и гидромассажем.

Ничто не предвещало грозы.

Мы заходили в сауну, благо, их там было несколько, а потому скопления народа не наблюдалось, затем спускались в бассейн − продлить удовольствие. И так − несколько раз. Но всё удовольствие закончилось, когда из бурлящей минералки, аки Венера из пены морской, вышла женщина. Приземистая, полноватая, на улице мимо такой пройдёшь − не заметишь, но зато − в чём мать родила. Я и рот разинул: дикий же, к европейским ценностям не приученный. Тем временем дамочка встала под душ − прямо у бортика бассейна − и давай крутиться: то одним боком извернётся, то другим. Не увидеть её было невозможно, разве что завязать глаза, вот только нечем…

Не знаю, как реагировали на это реалити-шоу другие посетители, но, когда я обернулся к Ирине, собираясь сказать: гляди, мол, чё деется − натолкнулся на такой взгляд, что и про бабу голую позабыл. Лицо моей милой окаменело, словно высеченное из мрамора, мокрые кудри извивались змеями. Чисто Медуза Горгона…

Разумеется, водные увеселения пришлось срочно сворачивать, ну, а уже по прибытии в номер я заметил на глазах любимой слёзы. Ей почему-то показалось, что я задержал свой взор на том месте, что находится ниже пупка и выше колен незнакомой купальщицы намного дольше положенного по регламенту:

− Зачем ты на неё пялился?

− Да глянул от неожиданности и сразу отвернулся, − сделал я честные глаза.

− Неправда! Я же смотрела на тебя, ждала, когда ты, наконец, отвернёшься…

К счастью, сердиться на меня долго Ирина не умела, а потому примирение произошло довольно быстро. Жаль, что ненадолго.

* * *

Повод для следующей размолвки нашёлся достаточно скоро. И опять оказался связан с водными процедурами. На этот раз мы отправились в открытый бассейн отеля «Термал». Кстати сказать, на фоне невысоких нарядных старинных зданий курортной зоны он выделяется, как грязное пятно на праздничном платье − вот такой памятник эпохе социализма.

День был жарким, и народу хватало. Ирине кишащий посетителями бассейн не понравился, она быстро вышла, переоделась и стала ждать меня на открытой солнечной галерее, время от времени выискивая взглядом среди купающихся. И вдруг потеряла! Побежала к раздевалке, обратно к бассейну, потом к выходу на улицу − нет, как нет…

Оставалось только ждать!

Когда пару часов спустя она в слезах прибежала в «Кривань», намереваясь с помощью администрации санатория организовать спасательную экспедицию, я уже собирался отправляться на поиски любимой. Не знаю, как мы не встретились, но, не увидев Ирину у выхода из бассейна, я со спокойной душой и чистой совестью отправился в отель, полагая, что она давно уже там. Обнаружив пустой номер, решил подождать: если я пойду ей навстречу, мы снова можем разминуться, а так должна же она сообразить и, в конце концов, вернуться домой. Беспокойства я не испытывал, а потому прилёг с книгой на кровать и, понятное дело, задремал…

Фильм «Хатико» сняли гораздо позже, а вот рассказ «Честное слово» Леонида Пантелеева, автора широко известной книги «Республика ШКИД», был написан в сорок первом году и хорошо знаком всем советским детям. Трогательная и поучительная история про мальчугана, который не мог нарушить данного слова и оставить пост, где его во время игры забыли старшие пацаны.

Вот эту-то историю я со смехом и напомнил Ирине, сравнив её с маленьким героем рассказа. Что было дальше − догадаться нетрудно: град упрёков вперемешку со слезами…

Кстати, не знаю, как это получилось, но волосы у неё на макушке за эти несколько часов буквально поседели. Ирина уверяла, что это − от пережитого волнения, я же предположил, что от длительного пребывания под палящим солнцем, чем заслужил новую порцию упрёков, но теперь уже вперемешку со сдавленным хихиканьем…

Мир был восстановлен…

* * *

«Богемское стекво» − визитная карточка Карлсбада − завораживало Ирину, как сороку − блестящий фантик. Я, правда, сразу сказал, что таскаться по магазинам не буду: мне и алюминиевой кружки хватит, на что получил ласковую улыбку и заверение:

− Не беспокойся, я всё сделаю сама!

И сделала, да ещё как! Заметив, что стоимость одних и тех же изделий в разных магазинах существенно разнится, к чему и у нас в России уже начинали потихоньку привыкать, она прошлась по торговым точкам, выписала артикулы понравившихся изделий, сравнила цены и купила всё намеченное с минимальными затратами. Приобретённое богачество мы упаковали в две огромные коробки, и меня терзали нешуточные сомнения, а пустят ли нас со всем этим добром в самолёт?!

Накануне отъезда Ирина отправилась на очередную экскурсию. Хрустальный завод «Мозер» − всемирно известный бренд. У меня от этого хрусталя уже искры летели из глаз, а потому я предпочёл приятно провести время у телевизора. Дав Ирине кроны − вдруг присмотрит что-то подходящее для себя − предупредил, чтоб для дома ничего не покупала: размер багажа и так превышает все допустимые пределы.

Проводив любимую нежным поцелуем, уселся перед телевизором и сам не заметил, как задремал. Разбудил меня стук входной двери. На пороге стояла возбуждённая Ирина:

− Владик, давай скорей! Помоги занести коробки: они большие, я одна не справлюсь!

− Какие коробки?! − подскочил я как ужаленный.

− Ну, посмотри! Тебе точно понравится!

Задыхаясь от возмущения, я выскочил из номера. В коридоре было пусто.

Вот такая шуточка…

Я выдохнул.

Спустившись на рецепшен, мы заказали трансфер. Когда объяснили менеджеру, что у нас две большие коробки, поняли, что придётся доплачивать за микроавтобус.

И вот мы в аэропорту. Подкатив две тележки к стойке регистрации, сообразили: будут проблемы, а потому нужно искать какое-то нестандартное решение. И оно нашлось. Само собой. Я показал одному из работников службы регистрации на груз, он в ответ многозначительно покачал головой. К счастью, плюс ситуации заключался в том, что и этот чех хорошо понимал по-русски. Я объяснил ему, что именно находится в коробках, и выгреб из кармана все оставшиеся кроны − довольно приличную сумму, которую Ирина так и не смогла истратить. Вопрос был решён. Наши огромные коробки погрузили на транспортёр, а нам вручили корешки грузовых квитанций.

* * *

Поскольку прямых рейсов до Екатеринбурга тогда ещё не было, прибыли в Москву, в Шереметьево-2. Коробки наши долетели в целости и сохранности, по крайней мере, ничего не было порушено, не брякало и не звякало.

Встречал нас Ярослав с командой. Увидев багаж, парни присвистнули и отправились добывать подходящий транспорт: в легковушку мы бы не уместились при всём желании. В итоге зафрахтовали какой-то микроавтобус и отвезли нас на Казанский вокзал. Там купили билеты на завтрашний день, сдали багаж в камеру хранения, посидели, как водится, в ресторане и отправились ночевать в гостиницу «Ленинградская» − одну из семи знаменитых высоток столицы.

Обстановка там была самая что ни на есть «сталинская» − хоть кино снимай − но запомнилось не это, а звонки в номер с предложением интим-услуг. Причём, услуги предлагали вне зависимости от того, кто из нас снимал трубку телефона.

Не прошло и двух дней, как мы прибыли в Екатеринбург, и уже через неделю люстры были развешены, а посуда расставлена по местам. По стенам, переливаясь всеми цветами радуги, заскакали солнечные зайчики, отражённые от хрустальных подвесков. Моя новая квартира была полностью готова к проживанию, только мебель завести.

* * *

Четырнадцатого сентября Олегу исполнилось восемнадцать − день, которого я так ждал. Поздравить Олежку пришло немало ребят-боксёров. Мы с Маратом уединились в сторонке, чтоб не мешать молодёжи. Олежка был в прекрасном настроении, глаза просто горели: совсем недавно он выиграл первенство Уральского Региона, проходившее в спортклубе «Салют» Каменск-Уральского. В областной газете снова вышла заметка, автором которой был Станислав Силыч Белоголовый − ветеран спорта, судья республиканской категории и бывший тренер по боксу ДСО «Локомотив», а по совместительству − внештатный корреспондент городских и областных газет, постоянно освещавший всё соревнования по боксу и кик-боксингу.

За всё время после посещения клиники Назарлиева Олег ни разу не был замечен в употреблении наркотиков, и напряжение дома как-то спало: не стало уже того тотального контроля, той подозрительности, что уже достаточно плотно обосновалась в нашей пока ещё существующей юридически семье. Но решение о том, что я уйду, как только полностью обставлю квартиру, предназначенную жене, было принято окончательно.

Олег, как и старший брат, теперь тоже подрабатывал в «ЭСКИЗ-РЕГИОНЕ» в свободное от учёбы и тренировок время: помогал Игорю.

+3
19:55
484
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Владимир Чернявский