Голубцы

На днях готовила голубцы. Давно не делала, а тут вдруг сподобилась. Захотелось побаловать себя и близких. Голубцы, конечно, не самое сложное блюдо, но затянутое по времени. Пока капусту разделаешь, пока зелень нашинкуешь, пока фарш правильный приготовишь, пока то да се... Но обо всех этих "то" и "се" думаешь только до того момента, пока не начнешь готовить. А уж если начала, то в голове уже совсем другие мысли крутятся.

Голубцы я готовлю по маминому рецепту. Она его считала укороченным. Мне он укороченным не кажется, но голубцы получаются гораздо вкуснее. Секрет в том, что мама голубчик делала очень маленьким, размером с палец. И в лист капустный она его не заворачивала полностью, а обертывала половиной капустного листа. Открытые с двух сторон голубцы лучше пропитываются бульоном, получаются более сочными. В фарш мама добавляла сырой рис и много разнообразной зелени для аромата. Аромат получается бесподобным.

И вот заворачиваю я свои голубцы в заранее отваренные капустные листья и вспоминаю давнюю историю.

Я тогда училась в восьмом или девятом классе. Не помню точно, но хорошо помню, что была пятница. По пятницам возвращался из командировок папа. Возвращался всегда с подарками и, соответственно, пятница была моим любимым днем недели на протяжении всего детства. Мама к папиному приезду готовила его самые любимые блюда. Я на маму сердилась, говорила, что это просто невозможно - каждую неделю есть борщ! Я любила папины приезды, но не любила борщ. И я тогда совсем не понимала, что наваристым борщом можно выражать свою любовь. И не понимала, что папа, нахваливая борщ, который он обязательно ел с горбушкой хлеба, натертой чесноком, совсем не борщ нахваливал, а признавался в любви маме.

Итак - пятница. Папа дома. Мама, помимо борща, еще и голубцы приготовила. Стахановский труд в те годы был в почете. Но мама к трудовым подвигам была готова только на благо семьи. На кухне, к папиному приезду, она могла отстоять и две и три смены. У нас в гостях моя подруга Маргарита. Накрываем на стол. Мама почему-то решила не выкладывать голубцы в большое блюдо, как она это делала обычно, а разложить всем по тарелкам. Видимо, стахановский труд ее, все-таки, доконал и она решила сэкономить силы на мытье посуды. Когда у нас в гостях была моя подруга, мама предпочитала мыть посуду сама. Если же посуду начинала мыть я, то Маргуша кидалась мне помогать и обязательно била пару-тройку рюмок или тарелок. Такая у нее была традиция. Но, тем не менее, помогала она всегда с удовольствием, а битая посуда только счастья нам прибавляла.

- Кому сколько голубцов? - вопрошает из кухни мама.

- Мне - шесть! - Первой отзывается Мара. Она знает, что у мамы голубцы маленькие, на два укуса.

- Мне - три! - папа доедает борщ и не видит выражения лица Маргуши, которую он очень любил.

- Мне - два. Я уже вашим борщом сыта по горло, - ворчу я.

Маргарита замерла. Что-то там себе подумала, подсчитала и всколыхнулась.

- Мне тоже два! - прокричала она. - Я просто пошутила.

- Ну и зря, - проговорил папа и улыбнулся. - С такими голубцами, как у нас дома, шутить не советую. Они у нас не залеживаются. Я, Маргуша, три голубца прошу для разгона. А потом - еще три. И еще три. Чтобы горяченькими были.

- Так сколько тебе голубцов? - спрашивает мама у Мары и ставит передо мной тарелку, в которой лежит четыре голубца. И в этом вся мама. Мое "два" ей всегда слышится как "четыре".

- Шесть, - выдыхает Маргарита. - Они же у вас маленькие, я знаю!

Мои сегодняшние голубцы уже завернуты, уложены в кастрюлю, переложены айвой. Томятся на маленьком огне. Большой огонь голубцам противопоказан. По дому разносится неповторимый аромат мяса, кинзы, мяты и айвы. И вспоминаю я под этот аромат ещё одну историю.

Я, папа и моя девочка после эвакуации из Баку оказались в Омске. В коммуналке. Мама осталась в Баку. В командировки папа уже не ездит. Подарков не привозит. Он работает в городе. Единственный наш кормилец. Я не работаю, я - кормящая мама. И вот решила я порадовать папу и приготовить голубцы. Любовь к стахановскому труду на кухне передалась мне от мамы по наследству.

Кухня общая, большая. Я прикатила на кухню коляску с ребенком, чтобы чувствовать себя спокойной. И вот поплыл по кухне аромат голубцов. Явно не хватает нотки айвы. Но какая айва в Сибири? Раздается папин фирменный стук в дверь. Папа всегда стучал особым образом. Я открываю дверь и натыкаюсь на слезы в папиных глазах.

- Представляешь, прослезился, - смущенно говорит папа. - На лестнице так голубцами пахнет! И запах похож на мамины голубцы. Только айвы не хватает.

- Где же я тебе айву возьму? Я без айвы приготовила.

- Ты? Это ты приготовила голубцы? - папа смотрит на меня с восхищением. Смотрит на меня, а в любви признается маме...

И вот я возвращаюсь в день сегодняшний. Голубцы готовы. Те, кого я балую, уже сидят за столом.

- Какие голубцы у тебя вкусные, ароматные. - Муж хвалит и смотрит на меня с восхищением. В любви признается. - Чем ты их приправляешь?

- Айвой, - произношу я. - Айвой и воспоминаниями.