Утро Рикардо

Падре Антонио сделал глубокий вдох и нерешительно переступил порог камеры смертников. Солдаты — их тут было предостаточно — проводили священника сочувственными взглядами. Впрочем, благоразумный Антонио при первой опасности был готов попятиться назад, чтобы снова оказаться по другую сторону крепкой двери с решетчатым окошком.

— Мы должны соблюсти эту формальность, святой отец, — сказал накануне начальник тюрьмы. — За делом Рикардо следят при дворе, поэтому все ритуалы должны быть соблюдены с предельной точностью.⠀⠀⠀

Голос тюремного начальника заметно срывался и подрагивал. Не мудрено! Поимка знаменитого преступника, его заточение в маленькой провинциальной крепости и скорый суд буквально всколыхнули сонный городишко. Ожидалось, что смертный приговор будет приведен в исполнение в самые ближайшие часы.

Ореол чудовищной славы Рикардо внес в размеренность местной жизни что-то тревожно-значимое. Казалось, даже воздух на несколько миль вокруг был пропитан напряженным ожиданием развязки.⠀⠀⠀

— Я бы попросил вас не называть формальностью последнюю милость к приговоренному, последнюю... перед лицом близкой смерти... возможность заблудшей душе спастись, — сказал в ответ начальнику падре Антонио.

В тот момент священник был бледен, но решителен и спокоен. Сейчас же, войдя в камеру смертников, он внезапно оробел, и звук ключа в замке заставил его сердце забиться быстрее.⠀⠀⠀

Антонио сразу увидел пленника. Тот сидел на грубом табурете боком ко входу — неподвижно и угрюмо. В предутреннем свете, льющемся из окна-бойницы под потолком, падре разглядел резкий профиль и космы полуседых волос — большая часть лица преступника была скрыта. Рикардо напоминал пойманного тигра, замершего в клетке в каком-то недоуменном оцепенении. На миг падре показалось, будто пленник настороженно к чему-то прислушивался.⠀⠀⠀

Колокол на тюремной башне пробил пять.⠀⠀⠀

Выждав несколько мгновений, падре призвал на помощь всех святых и сделал движение вперед. В ту же секунду его чуть не сбили с ног. Беззвучно подскочивший смертник схватил тщедушного Антонио в охапку и надежно закрыл ему рот широкой и жесткой от мозолей ладонью.

— Ни слова! Ради вашего Бога, молчите!

Падре в смятении подумал, что, при всем желании, говорить в таком положении он бы вряд ли смог.⠀⠀⠀

— Сейчас начнется... — священник почувствовал, как дрогнула рука Рикардо. — Если обещаете не шевелиться и молчать, я отпущу вас.

Теплый луч скользнул по лицу Антонио. Он зажмурил глаза и кивнул.⠀⠀

Рикардо тотчас ослабил хватку и, больше не обращая на падре внимания, вновь уселся на табурет.⠀⠀⠀

Несколько минут Антонио слышал только унылую монотонность просачивающейся с крыши воды и тяжелое дыхание узника.

Вдруг Рикардо встрепенулся, вскочил и поднял голову. Падре с изумлением увидел, как сумрачное лицо преступника вмиг преобразилось.

Издалека послышалась песня. Девичий голос быстро приближался, и через минуту незатейливая мелодия звучала уже прямо у крепостной стены.

Падре узнал голос. Это была маленькая Симонетта — работница тюремной кухни. На рассвете, все это знали, она навещала свой огородик на восточной стороне, а затем спешила в крепость с корзинкой зелени.⠀⠀

— Христос, приди, утри нам слезы,
Мы дети града неземного,
Ты нас возьми туда, где лозы
На солнце зреют утром новым...

Рикардо, замерев, напряженно слушал чистые звуки простенькой песенки, которые через решетку проникали в камеру и как будто наполняли ее светом. Вот издали донеслось последнее слово — и по темным щекам приговоренного потекли слезы.⠀⠀⠀

— Этот гимн пела моя мать, — проговорил Рикардо после тяжелого молчания. — Тогда, в иной жизни. Когда счастье еще жило со мной под одной крышей и светилось в мелочах…

Рикардо медленно подошел к падре Антонио и взглянул ему прямо в лицо.

— И разве случайно, святой отец, что мне даровано услышать эту мелодию и эти слова теперь, когда счет моим окаянным дням истек? Быть может, в этом есть надежда? — Приговоренный говорил медленно и веско, вкладывая в слова всю силу своей страстной души. Его глаза горели, кулаки сжимались.

Позже, вспоминая эту минуту, падре всегда благодарил Господа, давшему ему силы не опустить глаза.

Часы пробили половину, тотчас заскрежетала тюремная дверь. Камера наполнилась вооруженными офицерами и солдатами. Среди них был и начальник тюрьмы.

— По высочайшему повелению, приговор относительно государственного преступника, известного под именем Рикардо, должен быть приведен в исполнение немедленно! — мрачно продекламировал начальник и дал знак охране.⠀

Рикардо выпрямился, при этом в его глазах что-то вспыхнуло, затем погасло, губы дрогнули.

Когда смертника со связанными руками вывели на тюремный плац, он что-то тихонько напевал — это был народный гимн о надежде...⠀⠀⠀

"Помешался!" — подумал начальник тюрьмы и еще раз придирчиво оглядел виселицу: все в этом деле должно было быть безукоризненно.