Я не хочу, мам!

Мальчик тринадцати лет лежал на дачном диване, обижаясь на маму.

— Верниии меня в город! Не хочу на дачу! — Кирилл звонко пропищал, ударяя руками по дивану.

Мама мальчика решительно отводила глаза от разбалованного ребенка, игнорируя его вопли. Мальчик продолжал крикливо бить диван и драть ковер, нервы женщины подошли к концу. Она выхватили телефон из рук сына и выставила Кирилла за дверь со словами:

— С мамой так не разговаривай! Иди провейся от городской пыли.

И с грохотом хлопнула ветхой дверью, настолько сильно, что она чуть не слетела с петель.

Кирилл пытался пробраться в дом через окна, выбить дверь и даже умоляющем тоном задобрить разозливщуюся львицу, но у него ничего не вышло. В конце концов он отчаялся, а из его глаз градом покатились слезы. Он не представлял жизнь без виртуального мира.

С невероятной злостью мальчик бежал куда глаза глядят, разрывая любые ветки по пути, но ноги не были готовы к такой нагрузке, поэтому добежав до большого булыжника, Кирилл плюхнулся на твердую гладь.

  «И что мне теперь делать!» — подумал мальчик, глядя по сторонам. Он не знал где очутился, потому что в первые оказался в треклятом месте. Над ним возвышались аристократичные деревья. Они протягивали зеленые ветви вдаль, будто приглашая чужака зайти вглубь. Их крона в начале могла показаться обычной, зеленой, но опытный глаз без проблем заметит отблеск желтизны с солнечной стороны. Также на светло-зеленых листьях висела переливающаяся роса, создавая стеклянный узор. Мальчик, не в силах противостоять эффекту волшебства, подобрался ближе к коричневым друзьям.

Его настолько увлек «стеклянный узор», что он позабыл о насущных проблемах.

Но рука протянутая к чëрствой коре дрогнула, Кирилл вспомнил о своей жгучей обиде.

— Не зазовете вы меня вдаль, лесники проклятые! — Заорал он, ударяя ногами по траве, но вдруг поскользнулся на ней и упал. Однако мальчику показалось, что трава обвилась вокруг его ног, выражая недовольство, и желая отомстить. Кирилл хотел было разразиться нецензурной лексикой, но посмотрел в бесконечное, голубое небо. Облака приобретали вид стрелки, указывающей направление.

Мальчик опять предался волшебству леса ведь он редко видел настолько ясное небо, без единой тучки. Кириллу казалось, что весь мир сжался до одного вечного неба. Люди умирают, времена меняются, технологии растут, но природа остается все такой же нарядной. Сегодня лес оделся празднично, а завтра захочет сменить окрас на более траурный.

Возле белокурых волос Кирилла пробежала белочка и случайно запнулась о прядь, выронив орешки. Она фыркнула и шепотом произнесла:

— Разлегся тут, пройдоха! Пройти не дает.

И побежала дальше, а Кирилл смотрел ей в след. Мальчик потрогал гладкий, холодный лоб и убедился, что солнечный удар ему не грозит долгие годы. Говорящее животное подняло интерес в молодом сердце парня.

«Ладно! Я только глазком взгляну, что там вдалеке». — он поднял свое детское тельце и пошел. На пути, что достаточно странно для леса, не было преград. А уши ласкали нежные звуки птиц. Спустя несколько часов набрел главный герой на поляну, около которой деревья водили хоровод. Кирилл понял, что это тупик, но вместо паники его накрыло умиротворение. Мальчик лег на мягкую

 и теплую, словно плед траву и посмотрел на дуб. А там шептались птицы:

—  У нас гость!

— Гость! Гость!

— Зазывайте соловьев!

Кирилл закрыл глаза, но неожиданно открыл их.

«Птицы. говорят». — Эта мысль повергла мальчика в шок, он подумал, что слух изменяет ему, однако в сию минуту запели соловьи. Кирилл начал бежать в сторону леса, но на его пути встали разъяренные белки, а в руках у них красовались толстые бронированные желуди, от внушительного вида которых любой железный щит преклонил бы колено. Тяжелые лесные пули были стремительно нацелены попасть в голову чужеземцу, но деревья заслонили или мальчика. Он инстинктивно повернул голову и увидел как деревья тускнеют, трава становится грязно-зеленой, а из клюва соловьев доносится не то скрежетание, не то пение.

— Вы чего...? — спросил мальчик дрожащим голосом.

— К нам так редко заходят! — начал соловей. — а если и заходят то сразу убегают. Останься пожалуйста, у нас столько номеров!

Мальчику не показалось удивительным, что остальные люди молниеносно сбегали из леса, после обстрела «рыжего отряда».

Кирилл смотрел на поникший пейзаж, деревья расступились перед ним являя дорожку к отступлению. Помимо интереса у мальчика сжималось сердце от голоса и вида лестных жителей, все в этом месте плакало: роса стекала тяжелыми слезами и билась о жесткую траву, поэтому Кирилл смиренно сел на землю.

— Никуда я не уйду! Покажите ваши зеленые просторы, чистое небо и яркое солнце.

Соловьи продолжили спокойно напевать песню, взлетая то вверх, то в низ, а воздух повинуясь порывам пернатых обдавал ветром не только соловьиных друзей, но и дубовых приятелей.  Листья качались на деревьях в танце, а роса падала на лицо Кириллу, проделывал сложный мерцающий маршрут. Белки смотрели с  неописуемой агрессией, но одному бельчонку удалось выскользнуть из под внимательного надзора строгих родителей. И сев на траву, возле человеческого детеныша, бельчонок начал жонглировать желудями.

  Глаза мальчика горели при виде лесной красоты, перед каждой росинкой он открывал рот, дабы уловить хоть каплю чуда и запечатлеть в своей голове фотографией «волшебный момент». Когда оркестр закончил представление, Кирилл не стал хлопать, чтобы не спугнуть наваждение и светлую ауру. Через две минуты мальчик встал на хлипкие ноги, а из его глаз текли слезы.

— Как вам одиноко и печально! — он всхлипнул, а после разрыдался.

Деревья в согласие опустили ветки с листьями, а потом вновь подняли их, выражая свой ответ. Соловьи решили улететь, оставив мальчика один на один с его размышлениями, а родители бельчонка подбежали к нему, и ругаясь повели к своему дуплу.

— А нам нет! — послышался веселый голос с верху.

Кирилл ошарашенно поднял голову и увидел улыбающиеся облака. Его челюсть опустилась до самой травы, а глаза стали с блюдце. Единственный ответ, который его паникующий мозг мог сформулировать звучал так:

— Почему, вам нет?

Настолько искренне по детски прозвучал данный вопрос, что облака залились хохотом.

— Слышал, Боб! «Почему нам нет». Хахаха! 

— Хватит смеяться Доб, давай лучше устроим свое представление?

Облака переглянулись и сделали пушистую лестницу ввысь.

— Взглянешь на небо, ковбой? — спросил Боб, а мальчик очнувшись взбежал по пушистым ступенькам. Перебивая друг друга облака рассказывали мальчику свою историю появления и показывали просторы неба. Оказывается в голубом пространстве у каждого облака есть свои таланты: Кто-то может становиться собакой, стрелкой, человеком, а кто-то устраивает состязание по бегу. Самые серьëзные облака сдерживают капли дождя и лучи солнца, чтобы они не сожгли красивый лес. У каждого облачка был свой темперамент, что сильно сближало их с людьми. Кирилл полетал на Бобе, устроил состязание по бегу с Доби, поговорил с серьезными облаками, которые не отличались многословием и просто провел круто время. Когда на улице потемнело облака должны были ложиться спать, поэтому попрощавшись с мальчиком они улетели.

  Прилетев на траву, Кирилл понял, что в лесу темно и он не сможет найти дорогу домой. Но с паникой нашлось и решение. Деревья отступили, представляя короткий путь домой, а чтобы мальчик смог увидеть куда идет светлячки решили помочь ему. Их зеленое свечение было нереальным, а тишина леса окутывала беспокойную душу мальчика, успокаивая его. В конце пути светлячки образовали светящуюся многослойную арку, а деревья отбросили листья на прощание.

  Эпилог.

Кирилл постучался в хлипкую дверь и ее сразу же отворила женщина, постаревшая от страха на лет двадцать.

— Сына, сына! Ты живой! Боже, мой... — мама Кирилла начала обнимать его и целовать. — я хотела идти тебя искать, всех на уши подняла, а ты живой, здоровый!

Кирилл скривился от поцелуев, но от объятьев не отбивался.

— Маа, но со мной все в порядке, ты же видишь! — он улыбнулся. — да и к тому же, можем с тобой остаться на все лето здесь?

Кирилл покраснел и слегка смутился от абсурдности своей просьбы.

— То есть? — Игриво спросила мама.

— Ну... Здесь так хорошо! Воздух, пейзаж и все такое! Не устраивай допрос. Хочу отдохнуть от телефонов и загрязненного воздуха.

Мама посмотрела на сына недоверчиво, но радостно кивнула и еще раз обняла его.

— Конечно, останемся! Но для начала расскажи, что с тобой приключилось!

 Они зашли в маленькую дачную каморку. С утра из каждого уголка здания вылетала пыль, на стенах висела паутина, а на белой пряже, как на троне сидели короли по поеданию мух. На кухне бегали усатые враги, а возле  высохших цветов летали труженики по перевозу пыльцы, которые наводили страх огромным жалом. Но после возвращения Кирилл увидел значительные изменения. Паутина больше не висела, а «короли по преданию мух» оказались обычными, задавленными заботливыми тапочками, пауками. Усатые друзья еще бегали по кухне, но уже не в счастье, а в горести, потому что отрава доставляла им огромные муки. Труженицы  разлетелись по медовым гнездам, не представляя более угрозы.

  Женщина заботливо усадила Кирилла за стол, который накрыла праздничной скатертью. На стул добрая мама положила мягкое покрывало, так как печки в домике не было, а дни стояли холодные. Помимо этого она заварила горячее какао с маршмеллоу и положила на тарелку свежие шоколадные печенья. Кирилл судорожно хватался то за какао, то за печенья, утоляя жажду, голод и согреваясь от ледяного леса. После сытного ужина мальчик протер грязный рот и укрылся пледом, а мама решила, что может начать спрашивать Кирилла.

— Так расскажешь, где пропадал? — Спросила Марья, положив засыпающую голову на подпирающие, как подушка руки.

Мальчик почесал голову, подумал, но и решил, что вряд ли его мама поверит в «волшебный лес», а то может и в дурдом сдать.

— Мам, ты вряд ли поймешь! — отмахнулся Кирилл и заткнул рот печеньем от напряжения.

От Марьи не укрылось напряженное состояние сына, поэтому она решила вызнать правду любой ценой.

— Если сейчас не расскажешь, куда ты запропастился, то я отдам тебя на съедение волкам.

Кирилл подавился от серьезности маминого высказывания и ища поддержку посмотрел в ночное небо. Россыпь звезд глядела на него, как на букашку, а луна смеялась над его жалким видом. Красавицу луну в блестящей сорочке нельзя сравнивать не с солнцем, не с людьми, она дарит спокойствие и в сложные моменты жизни отбирает его, заставляя тосковать о прошлых ошибках.

И сейчас Кирилл смотрел на Луну с тоскливой задумчивостью и лошадиным спокойствием.

— Так вышло мам, что когда ты меня выгнала из дома, я сломя голову бежал наперекор шипастым ветвям и извилистым дорогам и добежал до волшебного места. Там соловьи от одиночества поют, деревья ветвями танцуют, а облака бегут по небу развлекаясь, и сдерживают луч от солнца. И белки злые косо на меня смотрели, орехами, как пулями пронзали. В конце концов дорогу вместо электрических фонарей была усеяна светлячками. Я по небу ходил и с деревьями общался, а также белка жонглировать меня учила.

Лицо Марьи сменялись от удивленного до мрачного, как будто она пытается вспомнить то, что забыла секунду назад.

И вдруг на ее лице промелькнула улыбка, оно светилось счастьем.

— Точно. Точно! Когда я была маленькой! — у нее выступили слезы на глазах, но она их мигом стерла. Взяла под руку Кирилла и выбежал с ними на улицу.

— Мам, мам! Куда мы бежим? — на бегу спрашивал Кирилл, хватая ртом заледенелый воздух и ëжась от холода. Он был не в восторге, потому что после домашнего уюта они очутились в холодной камере пыток.

— Когда я была маленькой то разговаривала с белками, танцевала с деревьями и прыгала по облакам! — Она радостно прокричала, но вдруг остановилась и потускнела. — однако прошло уже много лет с тех пор как родители заставили переехать в город. Я обещала, что не забуду жителей леса и буду их навещать, но... Не выполнила его.

Хоть она и сбавила шаг, но продолжила идти, и так спустя некоторое время мама и сын дошли до волшебного места.

— Выходиииитееее, это я, ваш друг, Марья!

Мама Кирилла оглушила мальчика своими криками, но сколько бы она не просила вылезти жителей леса наружу ничего не получалось. Она в отчаянье уселась на траву и заплакала.

— Это я виновата! Бросила вас. — она продолжила плакать, а Кирилл в утешение положил ей руку на плечо, но резко его взгляд переместился на зеленый свет.

Он похлопал маму по плечу и указал на светлячка. В начале Марья отказывалась смотреть, но потом подняла голову и тут резко все поле озарилась зеленым свечением. Прилетело бесконечное количество светлячков. Марья встала и начала, как маленькая бегать по траве и радоваться волшебству, она знала, что попала домой. А мальчик любовался небывалой красотой, которую не одна компьютерная графика не передаст.

— Сынааа! — Марья подбежала и радостно обняла сына. Кирилл никогда не видел такого башенного счастья у нее в глазах.

Их обвил зеленый кокон из светлячков, и когда семья расцепила объятья они резко отлетели — это значило, что лес простил ее и принял сына.

  Они лежали вдвоем и гадали какое созвездие показывают желтые точки на небе, а луна смеялась над глупостью мальчика, который не знал созвездие малой медведице.

   И все таки природа — это лучший друг человека. Промелькнула мысль в голове, засыпающего мальчика.