О старых ведьмах, странных розах и погоде, которая вечно все портит

Пузатый чайник негромко шумел, вздрагивая на плите. Бока его сияли медью, дно погромыхивало о металл конфорки, и эта мерная дробь задавала ритм новому дню. Вскоре она стихла, а из носика, увенчанного трубочкой-флейтой, вырвался пар. Вместе с ним по кухне разлилась незамысловатая мелодия: три дырочки на флейте — три ноты. Достаточно громко, чтобы не прозевать закипание, но куда приятнее обычного свиста.

Айви пропела знакомый мотив, вторя чайнику. Кажется, ей было девять, когда дед заменил крикливый свисток своим изобретением. Переставив чайник на подставку, она повернула латунный вентиль — стрелка манометра на боку плиты неспешно опустилась влево.

Ну вот и завтрак почти готов. Яичница доходила под крышкой: яркая, с поджаристым беконом. Оставались тосты.

Айви нарезала хлеб: один ломоть для себя, три — дедушке. Он любил с утра похрустеть от души, говорил, это помогает настроиться на рабочий лад. Четыре ноздреватых квадрата легли в тостер. Рычажок под пальцем с легким щелчком ушел вниз.

Залив кипятком чайные листья, Айви достала масло из прохладной ниши под окном, после сунулась в буфет за сладким. Уголки ее губ опустились: любимого розового варенья почти не осталось. И где теперь его брать — непонятно. Нет, простое варенье из розовых лепестков можно хоть сегодня купить на другом конце города в бакалее. Но зачем ей простое, когда хочется того самого из лавки тетушки Пемброк? Со вздохом Айви выставила на стол остатки варенья, а следом — медовый сироп.

За кухонной дверью раздались шаги дедушки Артура, тихие, неторопливые. Сегодня еще чуть более замедленные. Значит, вчера он сердце не смазывал. Айви закусила губу и отвернулась к окну.

Облака почти лежали на крышах. Серое небо обнимало дремотный маленький район: извитые улочки, уютные лавочки, стремящиеся ввысь трубы и бронзовые шпили, над которыми выгибались низкие виадуки для прогулок.

На подоконнике боком сидел почтовый голубь из латуни, покрытый эмалью. Янтарный глаз наполовину прикрывало металлическое веко, словно птица дремала. Вокруг шеи тянулся аккуратный медный кантик, с гравировкой, где было указано имя «Пидж», шестизначный номер и клеймо семьи Ривет. Голубя смастерил дедушка Айви.

Она подошла к птице, повернула трижды ключик в скважине по центру спины, и голубь склонил голову. Янтарный глаз с интересом косился на хозяйку. Пидж требовал завтрак.

Айви налила в блюдце ложку редукторного масла, затем достала маленький пузырек с наклейкой в виде розы и пипетку. Открутив крышку, она добавила в масляную лужицу ровно одну каплю вязкой жидкости. По кухне разлился тонкий аромат роз. Пидж издал радостный скрип и потопал к блюдцу. На обычной смазке «№4» для шестеренок этот негодник начинал барахлить. И если проблем с возвращением к Риветам у него не случалось: все голуби дедушки были настроены на поиск хозяина, а не конкретного дома, то с адресами получателей происходила сущая ерунда. Однако стоило добавить розовое масло тетушки Пемброк — и все тут же чудесным образом налаживалось: капризная птица начинала работать как часы.

— Кушать подано! — сказала Айви с усмешкой.

Тем временем в кухню вошел дедушка — аккуратно причесанный в чистой рубашке, но от Айви не укрылось, что усы он сегодня не подкрутил.

Разложив завтрак по тарелкам, они принялись за трапезу. Когда с яичницей было покончено, Айви спросила:

— Как спалось сегодня?

— Все… хорошо, дорогая, — отозвался он медлительно.

Айви скрыла тяжелый вздох за глотком чая. И вот как его оставишь? А ведь ей так хотелось съездить летом на курсы реставрации старинных книг в столицу.

— Не забудь сегодня смазать сердце, пожалуйста, — попросила Айви.

Мистер Ривет кивнул, намазывая желтое сливочное масло на хлеб.

— Дедушка, я серьезно! А то завтра я налью масло прямо тебе в чай!

Дед слабо улыбнулся в усы.

— Доедай варенье, — сказал он, — мне что-то сегодня не хочется сладкого.

— Мне тоже, — соврала Айви.

Голубь на подоконнике, покончив с угощением, принялся ходить туда-сюда. Латунные лапки цокали о дерево.

— От леди Флоры с утра не было вестей? — спросил мистер Ривет.

— Нет… — Айви спрятала взгляд на дне чашки. Мелкие чаинки кружились в золотисто-коричневой жидкости.

Она не меньше деда ждала вестей от тетушки Пемброк. Но механическая голубка —Палома, которую мистер Ривет собрал для леди Флоры, не появлялась уже давно.

— Может… — дед запнулся. — Может, я все-таки был слишком резок с ней, Айви?

За последние неполных два месяца они возвращались к этому разговору чуть ли не раз в неделю.

— Нет, дедушка! — горячо возразила Айви. — Ты просто проявлял заботу. И не сказал леди Флоре ничего, за что стоило бы переживать!

— И все же, она до сих пор не вернулась…

Айви не удержалась и потянулась к остаткам розового варенья. Из открытой банки в кухню просочился густой сладкий аромат, который мгновенно унес ее мысли в прохладный мартовский вечер. Тогда они в последний раз собрались втроем за чаем в гостях у тетушки Пемброк. Традиционные субботние посиделки с ванильным тортом и розовой пастилой закончились неожиданно.

— Вынуждена буду покинуть вас на месяц! — заявила леди Флора так буднично, словно речь шла о покупке новой брошки. Но для них ее слова прозвучали как взрыв парового котла.

Мистер Ривет с Айви так и застыли. Леди Флора продолжила протирать чашки, слегка фальшиво напевая песенку — как всегда немного резкая, в пышном домашнем платье и огромном тюрбане, украшенном медной розой.

— Флора, ты меня пугаешь! Что-то случилось? — осторожно спросил мистер Ривет.

С момента появления в их жизни тетушка Пемброк никогда не уезжала так надолго. Да к тому же так внезапно.

— Не так страшна ваша старая ведьма, мастер Ривет, чтобы уж прямо пугать! — возмутилась она, кокетливо всплеснув руками. Сиреневая прядь выбилась из-под тюрбана, и леди Флора принялась заправлять ее обратно. Длинные рукава расшитого розами платья взметнулись, опрокидывая пустой молочник.

— Куда ты поедешь? Одна? — не унимался дед, подхватывая фарфор на лету.

— О, да вы никак ревнуете, мастер Ривет?! Смею вас заверить, я еду совершенно одна! Кстати, приготовила кое-что для вас!

С этими словами она достала из секретера пузатый флакончик розового масла.

— А сад?! — вмешалась тогда Айви.

— А что сад? За месяц с ним ничего не случится! Тем более, приедет моя племянница. Она присмотрит! Только не докучайте ей, она жуткая бука.

— Племянница? — переспросила Айви.

— Внучатая!

— Но твоя метеопатия… Флора… Твое хрупкое здоровье… — пытался спорить дедушка.

— Хрупкое?! Артур! Что вы такое говорите?! Вы что, считаете меня увядшим цветком? Засушенной розой, которой место только в гербарии?!

Дедушка пытался оправдаться, Айви спорила, но леди Флора больше не желала ничего слушать. Она буквально впихнула деду в руки флакон розового масла, а Айви — большую банку варенья, после чего решительно принялась теснить их к двери.

— Прекратите! Я вернусь через месяц! Пришлю Палому, сразу как приеду! — сказала леди Флора тоном, не терпящим возражений. А после захлопнула дверь своей лавочки у них за спиной.

Через месяц… А прошло почти два…

Айви закончила размазывать тонкий слой варенья по тосту. Та самая банка теперь стояла совсем пустая.

— И все-таки, ты здесь ни при чем! — тихо, но твердо сказала Айви. — Леди Флора скоро вернется! Вот увидишь.

— Спасибо, милая… Прекрасный завтрак! — сказал дед, покончив с чаем и тостами, — Подождать… когда ты допьешь чай, Клепка?

Айви улыбнулась:

— Нет, дедушка, не нужно. Я почти закончила, иди.

Он потрепал Айви по светлым кудряшкам, как маленькую, и спустился вниз, в часовую мастерскую.

Айви осталась на кухне одна. От тоста она откусывала крохотные кусочки, чтобы растянуть удовольствие.

Покончив с едой, она взяла с подоконника стилограф, выдернула узкий листок из стопки и размашисто написала:

«Доброго дня, мистер Бамбл!

Дедушка починил ваш термометр для карамели. Занесу ближе к обеду! Отложите нам, пожалуйста, пару медовых рогаликов с корицей.

Айви Ривет».

Записку она спрятала в латунную капсулу, на груди Пиджа.

— Лети к лавке булочника, на Стилстрит, — скомандовала она, распахивая окно.

Небо хоть и поднялось повыше, но надеяться на солнечный денек не приходилось. Ладно хоть не поливает!

Голубь послушно упорхнул, а Айви принялась собираться на улицу.

***

Часовая мастерская мистера Ривета расположилась в доме с табличкой «Гирлайн 22» на востоке города. Время здесь текло размеренно. Ни гомон центра с его вечной суетой, ни шум запада, где днем и ночью гудел порт дирижаблей, досюда не долетали. Единственное, что нарушало покой этого места, — шуршащая линия монорельса, впрочем, довольно тихая.

Нужды в ней у Айви сегодня не было. Ехать на другой конец города за лакомством, которое все равно окажется не «тем самым», — затея сомнительная. Лучше уж пройтись пешком до чайной мануфактуры братьев Смоук в пяти кварталах от дома: их апельсиновый джем вполне неплох! А еще там продавались жареные орешки в сахаре!

— Хорошего вам дня, Айви! — пожелали ей на прощание братья.

После мануфактуры Айви заскочила в швейное ателье — забрала новую летнюю жилетку для дедушки и перчатки для себя.

— Как там мастер Ривет, мисс? — спросил портной — мистер Кипер.

— В порядке! — отводя взгляд, ответила Айви.

— Передавайте привет!

— Обязательно!

Айви поспешила на выход. Дедушка и правда был в порядке, если не считать тоски по леди Флоре. Интересно, где же она так задерживается?

Хронометр в нагрудном кармане тихо звякнул. Надо же, всего одиннадцать. Выходит, с покупками удалось справиться быстро.

Айви свернула к книжной лавке, но та сегодня не работала. Таблички за стеклом гласили: «переучет и поставка книг» и «ищем реставратора».

Эх! Как бы все-таки попасть на курсы реставрации в столицу?!

Она чувствовала, что эта вакансия буквально-таки ждет ее. Но пока тетушка Пемброк не вернулась, о поездке и думать нечего: больше некому доверить дедушку.

Айви нехотя отошла от витрины. Идти прямиком на Стилстрит смысла сейчас не было: рогалики там всегда выпекались ровно к часу дня. Не раньше!

Пока Айви размышляла на ходу, как бы скоротать время в ожидании, ноги сами понесли ее к центральному виадуку.

Давно же она здесь не бывала! Ступени гремели под каблучками, едва слышно гудел металл опор, шуршал вдалеке монорельс. Айви поднялась на мост, вытащила из сумки мешочек орехов. Почти как в детстве: хрустящие ядра в сладкой глазури и панорама крыш.

Солнце так и не показывалось. Вообще весна нынче выдалась на удивление облачной, словно небо накрыли плотным войлочным ковром. Айви попыталась найти хоть один малюсенький просвет в этом сером полотне, но не смогла. Зато на горизонте обозначился транспортный дирижабль — редкий гость на востоке.

Она отвела взгляд: чуть больше десяти лет назад один такой же серебристый гигант не долетел до порта. С тех пор у Айви был только дедушка, а у дедушки — механическое сердце.

Отгоняя тихую грусть, Айви ускорила шаг и вскоре оказалась на махонькой смотровой площадке. Вид открывался чудесный: черепица крыш, медные трубы и стеклянный купол сада тетушки Пемброк.

Десять лет назад Айви попала сюда впервые: они с дедушкой только переехали в этот район и пошли изучать окрестности. На площадке играл одинокий музыкант, да так, что дедушка заслушался. Айви от нечего делать глазела по сторонам, потом посмотрела вниз и замерла, обнаружив настоящее чудо: большой купол из прозрачного стекла, закрывающий россыпи цветов. Она стояла, словно завороженная, а там, под куполом, пожилая женщина в вычурной шляпке сновала среди роз с лейкой. Дедушка, заметив, что Айви подозрительно долго молчит и не вертится, тоже взглянул вниз.

«Никогда прежде таких не видел», — сказал он тогда.

С тех пор они стали приходить сюда каждые выходные. Ели орехи, глазели на сад под куполом, подолгу молчали. Потом заметили, что при саде открыт маленький магазинчик. «Розовая лавка тетушки Пемброк», гласила надпись на блестящей вывеске, и они не задумываясь заглянули туда после прогулки.

Вот так в их жизни и появилась леди Флора: шумная, веселая, чуть взбалмошная, влюбленная в розы, такая, что сперва дедушка даже растерялся, а после несмело улыбнулся.

Айви убрала орешки в сумку. Теперь вместо леди Флоры в саду хозяйничала ее племянница — Лили. Когда она только появилась, Айви попыталась выяснить, куда же все-таки уехала тетушка, но та лишь развела руками. Лили вообще оказалась замкнутой: на вопросы отвечала односложно и, кажется, совсем не стремилась общаться с кем-либо. Права была леди Флора, как есть бука! Айви заглянула в сад раз, другой и решила больше не докучать.

С высоты виадука она наблюдала, как племянница леди Флоры направляет собранную мистером Риветом поливальную машину между рядами роз. Поливалка ползла медленно. Немудрено, дедушка ведь раньше смазывал ее каждый месяц, а теперь машина работала на старом масле уже больше положенного — так и сломаться недолго. Айви вздохнула, оглядывая сад. Среди кустов роз притаилось множество дедушкиных изобретений: фигурные часы, поливальные машины, рыхлилки и… Айви не поверила своим глазам — на краю большого вазона сидела почтовая голубка… Палома!

Айви быстро-быстро заморгала, но голубка никуда не исчезла. Именник с такого расстояния, конечно, не разглядеть, но Айви готова была биться об заклад, что это именно та самая птица.

Часы в кармане звякнули, оповещая, что наступил полдень.

На плечо ей приземлился Пидж, радостно скрипнув шестеренками.

— О, явился! — она с нежностью потрепала птицу по металлическим перьям. — Молодец, шустрый.

Ответная записка от пекаря обнаружилась в капсуле:

«Мисс Ривет!

Моя благодарность мастеру Ривету. Выберу для вас два самых пышных и сладких рогалика. И шоколадное печенье в придачу. Буду ждать после часа!

Мистер Бамбл».

Пидж зацепился механическими лапками за камзол Айви, всем своим видом показывая, что устал и домой поедет только на плече у хозяйки.

— Не прибедняйся. У тебя завода еще на два дня, — сказала Айви строго.

Пидж снова скрипнул, на этот раз жалобно.

Пора было спешить в булочную. Очень хотелось сразу броситься к дедушке и рассказать о Паломе, но раз уж пообещала занести термометр, надо выполнять. К тому же свежие рогалики еще больше подсластят момент!

Айви последний раз взглянула на неподвижную голубку и поспешила на Стилстрит.

***

— Дедушка! Дедушка Артур! — закричала Айви прямо на пороге мастерской, размахивая пакетом с рогаликами.

Мистер Ривет тотчас выглянул из-за ширмы, отгораживающей его рабочее пространство.

— Чего кричишь, Клепка?

— Тебе привет от дядюшки Кипера, рогалики и печенье от мистера Бамбла! А еще я видела Палому.

— Палому?! — воскликнул он. — Значит, Флора вернулась!

Глаза дедушки за стеклами очков сверкнули нежностью.

— Пойдем к ней сегодня вечером! — тут же предложила Айви.

— Хм… — протянул мистер Ривет, приглаживая усы, — Подожди, Айви. Возможно, Флора устала с дороги. Думаю, скоро она сама пришлет нам письмо, и мы спокойно придем в гости, когда позовут. Кстати, завтра как раз суббота.

Однако, ни вечером, ни с утра никакого письма не пришло.

Айви встала затемно и тихонько сидела на кухне с книгой, то и дело поглядывая за окно и ожидая птицу. Прошел час, другой, занялся рассвет, но Палома так и не прилетела.

В восемь Айви принялась готовить завтрак. Фасоль пеклась в духовке, колбаски шкворчали на сковороде… А вестей от леди Флоры все и не было.

В половине девятого на кухню, куда более бодрой походкой, чем вчера, зашел мистер Ривет. Усы его были подкручены, и даже брови причесаны. Но стоило ему бросить взгляд на Айви, как он сразу все понял.

— Палома не прилетала, да? — тихо спросил он.

Айви с виноватым видом взглянула на дедушку и покачала головой.

— Но я точно ее видела! Там, в саду!

Мистер Ривет ничего не ответил и принялся за тосты. Айви с грустью заметила, что фасоли и колбаскам он даже не прикоснулся. Его утренняя бодрость куда-то испарилась, плечи опустились.

— Дедушка! Ну давай сходим туда, а? К лавке тетушки Пемброк, — взмолилась она жалостно. — Проверим.

Мистер Ривет задумался.

— Если что, даже заходить не будем! Просто одним глазком посмотрим, открыта лавка или нет!

При Лили на двери неизменно висела табличка «Закрыто». Но если леди Флора вернулась, то лавочка наверняка должна снова ожить! И, зная деятельный характер тетушки, ожить немедленно!

Посомневавшись немного, мистер Ривет все же кивнул.

Айви радостно подпрыгнула. Едва дождавшись, когда дедушка допьет чай, она побежала собираться. Уже на пороге ей пришлось развернуться и снова влететь в мастерскую.

— Айви?! — удивленно окликнул ее дедушка.

— Редукторное масло захвачу! — крикнула она, не оглядываясь. — Там поливалка еле ползает.

Прихватив масленку и шляпу для дедушки, Айви снова выскочила на улицу, и они направились к лавке тетушки Пемброк.

— Может быть там вообще сидела не Палома, а какой-то другой механический голубь, — рассуждал мистер Ривет по дороге. — У внучатой племянницы леди Флоры ведь может быть своя птица.

— Нет! — упрямо отрезала Айви. — Дедушка! Неужели ты думаешь, что я бы не узнала твою работу? Пусть даже издалека.

Мистер Ривет разводил руками, словно говоря: «вот дойдем и проверим».

Увы, у входа их ждало разочарование: на двери лавки тетушки Пемброк, как и прежде, красовалась табличка «закрыто».

— Что ж… Видимо, леди Флора не вернулась, — вздохнул мистер Ривет.

Айви увидела, как плечи дедушки поникли окончательно.

— Дедушка…

— Пойдем домой, Айви…

— Нет! — воскликнула она решительно. — Я точно видела Палому!

Поймав растерявшегося мистера Ривета за руку, она буквально потащила его за собой, с упрямством локомотива.

Так они обогнули стеклянный купол, чуть поднялись по улице, и Айви торжествующе воскликнула:

— Сам смотри!

Все на том же большом вазоне сидела голубка — серые эмалированные бока, янтарные глазки, медный ободок на шее.

Дедушка несколько раз поднял и опустил очки, а затем даже встал на цыпочки, всматриваясь сквозь стекло, и, наконец, признал:

— Это и правда Палома!

— Вот! А я говорила! Но где же тогда леди Флора?!

Мистер Ривет растерянно всматривался в сад, словно надеясь отыскать тетушку Пемброк среди кустов.

Айви тоже приглядывалась, но отсюда ничего не было видно.

— А может… Она просто принесла какие-то новости для Лили от леди Флоры?! — осенило Айви.

Густые брови мистера Ривета сперва взлетели почти до шляпы, а затем озадаченно сошлись на переносице.

Голубка все так же неподвижно сидела на месте.

— Давай постучимся! — принялась убеждать Айви.

— Хм… — засомневался дедушка.

Айви не стала дожидаться, пока это «хм» перерастет в решительное «нет» и выудила из сумки масленку.

— У меня с собой вот что! — напомнила она. — А поливалка вообще-то еле ползает. Давай предложим Лили помощь с поливалкой, а заодно спросим о Паломе?

Мистер Ривет протер очки полой пиджака — он делал так всякий раз, когда решался на что-то трудное.

— Пойдем! — потребовала Айви.

И дед, с видом человека, которого ведут на казнь, двинулся вслед за ней.

Айви стремительно миновала главный вход и остановилась перед неприметной дверцей, ведущей прямо в сад.

Крохотный звонок — тоже дедушкино изобретение — притаился прямо у дверной ручки. Айви решительно нажала на кнопку и сад огласила трель механического соловушки.

Ответом ей была тишина. Айви надавила второй раз, затем третий, четвертый, а потом услышала деликатное покашливание за спиной.

Она обернулась. Рядом с дедушкой стояла Лили, настороженно глядя на них исподлобья.

Айви подавила неловкость и, широко улыбнувшись, воскликнула:

— Привет!

Лили поздоровалась в ответ, продолжая вопросительно взирать на них. В глазах ее смешивались недоверие и что-то еще, только Айви никак не могла понять, что именно.

— Дело в том, что у нашей, то есть, вашей тетушки Пемброк, — затараторила Айви, — контракт с мистером Риветом, — она кивнула в сторону дедушки. — На обслуживание садового инвентаря! Вообще-то технику нужно смазывать раз в месяц. Но раньше мы не хотели тебя беспокоить — думали, что леди Флора вот-вот вернется. Как и обещала.

Айви замолкла, демонстративно крутя в руках масленку.

Лили молчала, ковыряла носком ботинка камень на мостовой, словно раздумывала, а потом выпалила:

— Вообще-то я тоже так думала.

***

Под стеклянным куполом пахло влажной землей и цветочной зеленью. Там и тут красовались плотные бутоны роз, все никак не желающие раскрываться, видимо, из-за недостатка солнца.

Айви, мистер Ривет и Лили стояли возле поливочной машины. Мистер Ривет казался сосредоточенным, Лили, наоборот, растерянной. Айви с трудом могла устоять на месте и мучила Лили вопросами:

— То есть, ты получила письмо?!

— Ну, да. От леди Флоры. Она писала, что дело срочное, отлагательств не терпит и займет буквально месяц. Моя бабушка сказала, что обязательно надо ехать. Что она сама бы поехала, но не может в этом году. Ну, я и взяла билеты на ближайший дирижабль. За розами-то приглядеть не трудно: у моих стариков свой сад огромный, больше этого, правда, без купола. Но он южнее и в пригороде.

— И когда ты приехала, ее здесь не было?!

— Нет! Тут меня ждал только ключ под ковриком и несколько листов с инструкциями, как что делать в течение месяца.

Мистер Ривет закончил смазывать поливалку и с сочувствием посмотрел на Лили.

— Вообще непонятно, как машина дотянула до этого дня, юная леди. Я начинаю подозревать, что вы на себе таскали такую тяжесть! Она же еле плелась!

Лили пожала плечами:

— Да я дома лейки постоянно таскаю, и ничего. У нас такой техники нет.

Дед вздохнул и перешел к рыхлилке.

— И за все это время тетушка о себе знать не давала? — допытывалась Айви.

— В том и дело, что нет. Я уже и родителям написала, и бабушке. Бабушка мне не ответила, а родители сказали подождать до приезда бабушки. Но сколько ждать? Мне в июне в город надо. Я хочу в ботанический сад столичный наняться на лето. Все надеюсь, что леди Флора выйдет на связь.

Айви украдкой вспомнила свою мечту: курсы реставраторов тоже проходили в июне. Впрочем, сейчас не до курсов. Она быстро отогнала от себя эту мысль и воскликнула:

— А Палома?!

— Палома? — переспросила Лили. — Тетушкин голубь?

— Да! Она же прилетела!

— В смысле прилетела? — Лили нахмурилась пуще прежнего. — Когда я приехала, она уже была тут.

Айви с дедушкой удивленно переглянулись.

— Ох, Флора… — мистер Ривет схватился за голову. — Как?! Как она могла уехать и оставить почтового голубя?!

Лили пожала плечами.

— Что моя бабушка, что леди Флора они… — Лили замялась, подбирая слова. — Всегда были дамами довольно… необычными! С них станется.

Айви не могла устоять на месте, пытаясь переварить услышанное.

Извилистые плиточные дорожки тянулись по саду. Она вышагивала по ним, размышляя, что же все-таки случилось с леди Флорой. Мысли путались. Ей ужасно не хотелось верить, что с тетушкой Пемброк что-то не так. Пусть уж лучше окажется, что она и правда обиделась на дедушку Артура, или просто капризничает и сердится, или очень занята. Только бы с ней все оказалось в порядке. Увлекшись своими рассуждениями, Айви неожиданно влетела лицом прямо в розовый куст.

— Ой! — пискнула она.

— Эй! — воскликнула Лили. — Осторожно! Это редкий, капризный сорт!

Айви потерла уколотый нос, разглядывая растение. Она бывала в саду тетушки Пемброк не единожды, но этот куст видела впервые. Высокий, темно-зеленый, сплошь покрытый острыми шипами. Ветки его венчали тугие фиолетовые бутоны.

Лили придирчиво оглядела куст, но, убедившись, что Айви ему не навредила, успокоилась.

— Ну, считай повезло! А то с этой розой возни как с королевской особой! — пожаловалась она Айви. — Вот ты когда-нибудь встречала цветы, которые надо поливать фиалковым ликером, м?

Айви помотала головой — такого с ней не случалось.

— А этот надо. И благовониями окуривать. И классическую музыку включать по субботам… Ой…

Лили подпрыгнула и кинулась к старому граммофону.

Под куполом разнеслась мелодия вальса.

— А ты не шутишь? — спросила Айви.

Лили махнула ей рукой и убежала куда-то в сторону стеллажей с инструментами, а вернулась уже с кипой листов.

— Читай, — бросила она Айви.

Инструкция и впрямь оказалась диковинной. Сперва шли стандартные пункты про полив, удобрение и прищипывание. А после — про ликер, благовония, музыку. Под конец и вовсе оказалось, что каждый вечер к корням требуется укладывать грелку и вслух зачитывать свежую газету от первой до последней страницы.

— Убедилась? — хмыкнула Лили.

Айви кивнула в ответ.

— Но, с другой стороны, а чего еще ждать от роз старой ведьмы, — махнула рукой Лили.

— Зачем ты так? — спросила Айви.

— А что? — спросила Лили. — Мой дед только так бабушку и леди Флору называет: две ведьмы.

Айви засмеялась. Сама леди Флора часто называла себя так, чтобы позлить мистера Ривета, но в целом Айви в это не верила.

— И ты ему веришь?

— Не знаю, — Лили пожала плечами. — Может, и верю. Но роза эта и правда необычная, я же в цветах понимаю. И эта прям… ведьмина! Ты взгляни, какой куст колючий!

Айви задумалась. Темные бутоны среди острых шипов и мелких узорчатых листьев сами собой наталкивали на мысли о колдовстве. Может, дедушка Лили прав? Вот взять, к примеру, масло тетушки Пемброк: оно ведь точно непростое! И механизмы, и дедушкино сердце не дадут соврать. А ведь она никогда не пробовала добавить тому же Пиджу какое-нибудь другое розовое масло…

Тем временем мистер Ривет закончил с садовой техникой и подошел к часам. Узкие, изящные, увенчанные множеством медных соцветий, они были подарком леди Флоре на пять лет их знакомства с дедушкой.

— Хм… — протянул он.

И в этом «хм» улавливалось странное волнение. Айви тоже подошла поближе к часам. Стрелки замерли на шести утра.

Она перевела взгляд на второй циферблат, который показывал дни и месяцы. Двадцатое апреля… Выходит, часы встали ровно через месяц и один день с даты их последнего совместного чаепития здесь.

Мистер Ривет потрогал ключ, но тот не поддавался, пришлось открутить одну стенку.

Айви наблюдала, как он поджимает губы, рассматривая шестеренки сквозь карманную лупу. Лили тоже подошла к ним.

— Я пыталась их завести, но бестолку!

— Что там, дедушка? — спросила Айви.

Мистер Ривет сосредоточенно хмурился, но в глазах за тонкими стеклами очков уже горел профессиональный азарт, словно часы бросили ему вызов.

— Не знаю, — сказал он. — Пока не знаю. Инструменты понадобятся. Леди Лили, вы не против, если мы побеспокоим вас еще завтра? Ваша тетушка очень дорожит этими часами.

— Ладно, — согласилась Лили.

— Слушай, Лили, — сказала Айви. — Если тебе правда очень нужно уехать — мы с дедушкой присмотрим за садом.

— Но вы же не садовники…

— Напишешь нам инструкцию, — улыбнулась Айви.

— Надо подумать… — протянула Лили, с сомнением глядя на них.

***

С утра Айви привычно готовила завтрак. На этот раз сырники с цукатами. Обжаренные на сковородке до румяной корочки, сейчас они доходили в духовке до идеальной консистенции.

Традиционный чай и пара тостов были уже на подходе.

— Доброе утро, — сказал мистер Ривет, появившись на кухне, — ну что, Клепка, придерживаемся плана?

Айви кивнула. Вчера они решили, что в воскресенье пойдут чинить часы. А в понедельник, когда откроется жандармерия, сходят туда и оставят заявление о пропаже леди Флоры. Конечно, если с ней все в порядке, она будет страшно ругаться потом. Но что, если нет?! Думать о том, что с ней все-таки что-то произошло — не хотелось. При всех ее небольших чудачествах леди Флора была для них очень важна. И сейчас Айви жалела, только о том, что они не додумались начать искать ее раньше.

Сырники удались на славу. Пышные, нежные, совершенно восхитительные в обрамлении рыжего цитрусового джема из лавки братьев Смоук. На белой тарелке с голубым краем они напоминали солнце.

Айви взглянула в окно. Серая хмарь сегодня показалась ей не такой плотной.

Пидж сидел на подоконнике, его завод закончился вчера вечером. Неподвижная фигурка напоминала о Паломе. И тут Айви в голову пришла мысль.

— Дедушка! — воскликнула она, подпрыгивая.

Дедушка чуть не подавился сырником и с укоризной взглянул на нее.

— Ключ! — закричала Айви. — У тебя есть запасной ключ от Паломы?

Мистер Ривет удивленно приподнял брови:

— Был… в мастерской. Но за… — дедушка оборвал себя на полуслове, кажется, поняв, что задумала Айви.

— Клепка, ты гений! — Воскликнул он, протирая очки. — Мы заведем Палому и отправим ее к хозяйке. С письмом.

— Да! — воскликнула Айви. — Она же должна найти леди Флору.

Собрались они быстро. Мистер Ривет захватил с собой саквояж с инструментами и раскладной стульчик. Айви вызвалась нести корзину с масленкой, ветошью и запасными шестернями.

Пока они шли, ровно на минуту выглянуло солнце, и Айви с непривычки даже зажмурилась, таким ярким и теплым показался ей этот луч.

В десять утра они вошли в сад тетушки Пемброк.

Лили встретила их на пороге. В руках она сжимала две аромапалочки:

— Пачули и сандал, — разводя палочки в стороны, объяснила она. — Все по инструкции.

Вернувшись в сад, Лили принялась кружиться вокруг розы, окуривая ее благовонным дымом.

Мистер Ривет пошел к часам. Айви помогла ему расстелить ветошь на плитках, принесла пару ящиков, и дедушка с головой погрузился в работу. Из саквояжа одна за другой выныривали отвертки, крохотные ключики и тонкие, словно иглы, щипчики.

— Подай-ка масленку, Айви, — крикнул ей дедушка.

Она как раз закончила наливать масло в мисочку для Паломы и отдала масленку дедушке. В ответ он протянул ей запасной ключ от птицы и, подбадривая, сжал руку в кулак.

Айви взяла ключ, сняла голубку с вазона. На серой эмали виднелись следы земли и немного пыли, клювик чуть приоткрылся. Похоже, ее и правда давно не заводили. Айви протерла Палому платочком.

— Надеюсь, ты не заржавела, — покачала головой она.

Ключ повернулся в прорези четыре раза. Пружинка внутри с тихим гулом набрала силу.

Птица скрипнула, встрепенулась, расправляя механические крылья, и внимательно посмотрела на Айви.

Работает!

Айви поставила перед голубкой миску. Подумала и добавила туда капельку розового масла.

Голубка склонила голову и принялась за угощение.

Лили тем временем закончила окуривание и теперь с любопытством наблюдала за работой мистера Ривета.

Внезапно солнце снова пробило войлочные тучи, заливая сад ярким светом.

— Ой, ослепнуть можно, — зажмурившись, сказала Лили. — Я уже за это время и забыла, что небо бывает светлым.

Айви тоже стояла и щурилась. Мистер Ривет надел шляпу, чтобы очки не бликовали и не мешали работе.

— Я вам сейчас не нужна? — спросила Лили.

Айви пожала плечами, дедушка даже не отвлекся, увлеченный механизмом.

— Тогда я за свежей газетой для этой особы сбегаю, — сказала Лили, кивая в сторону розы.

— Погоди! А можно мы заведем Палому? — спросила Айви.

— Зачем? — спросила Лили.

Айви принялась объяснять, как работают голуби мистера Ривета.

— То есть, Палома может найти ее и передать ей весточку где угодно.

— Надо же… — удивилась Лили. — Эх, знать бы раньше! Давно бы уже попыталась с ней связаться.

Голубка как раз расправилась с маслом.

Письмо для леди Флоры они с дедушкой приготовили за завтраком:

«Уважаемая леди Флора! Мы очень ждем вас. И очень скучаем. Наверно, у вас и правда много важных дел, но вас здесь очень не хватает! Пожалуйста, возвращайтесь скорее. Или хотя бы пришлите весточку нам! Обнимаем вас крепко. Любим. Ждем ответа! Айви и Артур Ривет».

Лили быстро черкнула пару строк от себя на обороте.

Айви свернула записку в тугую трубочку и поместила в капсулу на груди Паломы.

— Лети к хозяйке, Палома! — велела она.

Лили приоткрыла дверь и встала на пороге, ожидая птицу.

Та взмахнула механическими крыльями, очертила круг под стеклянным куполом и приземлилась на капризный розовый куст.

— Палома, ну ты чего?! — воскликнула Айви.

Птица продолжала с трудом балансировать на кусте. Ветки гнулись под ее тяжестью.

— Дедушка! Палома почему-то не летит! — воскликнула Айви.

— Подожди, Клепка. Я, кажется, нашел, что сбоит в часах. Буквально секунду. Закончу — посмотрю, что там с ней.

Лили разочарованно выдохнула.

— Розу мне не сломайте! — крикнула она, покачав головой, и ушла за газетой.

Мистер Ривет тем временем подцепил что-то внутри часов и повернул.

— Ага! — торжествующе воскликнул он. — Нашел! Кажется, наша леди Флора или сама лазила в механизм или сюда лазил кто-то другой. Смотри!

Айви с любопытством подошла ближе. Дедушка держал на ладони крохотную выточенную из камня розочку размером чуть больше горошины.

— Кто-то установил ее в один из пазов, — объяснил дедушка. — Она туда прекрасно подошла, но, видимо, в процессе съехала вбок и застопорила механизм.

Дедушка показал паз Айви, затем аккуратно вложил туда розочку.

— Ну-ка, проверим, сказал он, запуская часы.

Ключ повернулся легко. Дрогнули стрелки, неспешно закрутились шестеренки, побежала по циферблату тонкая секундная стрелка.

— Работают! — довольно заключил мистер Ривет. — Сейчас остановлю и уберу эту штуку.

— Дедушка, подожди, посмотри сперва Пало… — начала было Айви и тут за ее спиной зашелестел капризный розовый куст.

Темно-зеленые листья дрожали, а тугие фиолетовые бутоны начали раскрываться один за другим с тихими хлопками.

Палома, возмущенно скрипнув шестеренками, вспорхнула с ветки и приземлилась на землю возле куста.

Куст продолжал неистово трястись, усыпая Палому и все вокруг крупными лепестками.

— Айви! — воскликнул дедушка, весьма резво для его лет подпрыгивая с места.

— Дедушка! — закричала она в ответ и добавила, — Кажется, Лили нас прибьет.

А порядком осыпавшийся розовый куст окутало мягкое фиолетовое свечение. Он стал стремительно тянуться вверх, менять форму, сужаться… Сияние со звоном рассеялось и вместо куста их взглядам явилась…

— Леди Флора! — закричали они хором и тут же испуганно замолкли, а мистер Ривет на всякий случай отвернулся и теперь делал вид, что его очень занимает пейзаж снаружи.

Дело в том, что тетушка Пемброк явилась перед ними, так сказать, в первозданном виде, который нарушал лишь тюрбан на голове и несколько розовых листьев на теле. Выражение ее лица при этом недвусмысленно намекало, что она несколько смущена и очень возмущена.

— Айви! — воскликнула она, делая страшные глаза. — Милая, ну что ты встала столбом принеси мне… что-нибудь.

Обычно бойкая Айви совершенно растерялась и не знала куда метнуться.

— Скатерть! Штору с кухонного окна! Да хоть половую тряпку, если уж на радостях ты забыла, где у меня тут шкаф! — продолжала командовать тетушка.

Айви наконец вышла из ступора и кинулась к старому деревянному шкафу.

— Молю вас, мастер Ривет, помните, что вы истинный джентльмен, и не смейте сейчас оборачиваться, — потребовала леди Флора, пока Айви отчаянно дергала намертво заевшую дверцу шкафа.

— Айви, милая! Там сверху есть маленькая защелка, просто поверни ее, не нужно ломать мебель.

Айви наконец справилась со шкафом и, схватив нечто пышное ярко розового цвета, кинулась к леди Флоре.

Это оказалось какое-то совершенно невероятное платье, щедро украшенное страусиными перьями.

Леди Флора ловко натянула его, умудрившись с первого раза найти в этом розовом облаке рукава, поправила тюрбан и величественно разрешила:

— Оборачивайтесь, мастер Ривет. Теперь можно!

— Флора! — глупо и счастливо улыбаясь пробормотал он.

— А что «Флора»? Ну что «Флора»? — возмутилась тетушка Пемброк, радостно сверкая глазами.

В этот момент входная дверь отворилась, впуская под купол Лили.

— Пошла за газетой, а кошелек тут оставила, вот я растяпа… — она замерла, наконец, заметив, что все усыпано фиолетовыми лепестками. Перевела взгляд с лепестков на мистера Ривета и Айви, а потом на леди Флору и ошарашенно воскликнула:

— Тетушка Пемброк?!

— Верно, детка! Я тоже рада тебя видеть, Лили! Ты подросла.

***

Пока Лили с Айви бегали за угощением, мистер Ривет и леди Флора успели собрать все лепестки, заварили свежий чай и накрыли на стол.

— Леди Флора! — не выдержала Айви, едва все расселись по местам. — А теперь объясните нам, что это было?!

— Это была… погода! — леди Флора недовольно наморщила нос, — И, надо сказать, прескверная! Ну где?! Где это видано, чтоб за два месяца случилось всего три, — леди Флора негодующе вскинула руки, звякнув браслетами, — три солнечных дня?!

Она картинно склонила голову набок, всем своим видом демонстрируя крайнее возмущение. Остальные затаенно ждали продолжения.

Выдержав паузу, леди Флора неторопливо отхлебнула чаю и продолжила.

— Ну, ладно погода! Погода это полбеды. Но ваши часы, мастер Ривет!

— Кто-то запихнул туда каменную розу, и она застопорила механизм, — встряла Айви.

— Ну что значит «кто-то запихнул»?! — возмутилась тетушка Пемброк. — Я! Я ее туда аккуратно установила и завязала на часы колдовство сезонного цветения! Чтоб расцвести быстрее. Но в нужный день солнце показаться не пожелало, а потом они встали! Встали, Артур!

— Ты могла просто сказать мне, Флора, — дедушка сокрушенно всплеснул руками. — Я бы установил эту штуку так, чтобы она не мешала работе механизма.

— Установили бы! И потом каждый день ходили бы смотреть на колючий куст и поливать его вонючим куриным удобрением?! Какие ужасные вещи вы говорите, мастер Ривет!

— Флора…

Леди Флора сверлила дедушку взором.

— Почему ужасные? — снова влезла Айви, — Вы думаете дедушка не смог бы за вами хорошо ухаживать?

— Потому, юная леди, что ни одна приличная дама не желает предстать перед благородным джентльменом в виде растрепанного колючего куста с грелкой у корней! — отрезала леди Флора, кокетливо поправляя тюрбан.

Айви открыла было рот, но тут же благоразумно его закрыла, решив больше не перебивать. Ведь главное, что с леди Флорой все хорошо! И она вернулась. Как и шансы поехать на курсы реставраторов.

— И вот! — тетушка патетически закатила глаза. — Стою я одна, в самом центре собственного сада, изо всех сил тянусь к свету и с ужасом понимаю, что все заложенные мною сроки давно прошли! И никак… понимаете, совершенно никак не могу донести это до Лили! Торчу кустом и не превращаюсь обратно. Солнца нет, часы стоят! Так можно было и до середины лета простоять! Я ведь поздно цветущий сорт, между прочим.

— Тетушка, ты могла бы просто нормально все объяснить заранее! — наконец включилась в разговор Лили. — Хотя бы написать, что никуда ты не уехала и нуждаешься в особом уходе. Неужели ты думаешь, что я бы тебе отказала?

— Есть вещи, о которых не принято говорить в приличном обществе, — леди Флора чопорно поджала губы.

— И… часто с тобой такое происходит, Флора? — осторожно уточнил мистер Ривет.

— Раз в двадцать лет! — с вызовом заявила она.

— А как же ты раньше справлялась? — спросила Лили.

— Просила твою бабушку! Мы всегда были в курсе маленьких тайн друг друга! — отмахнулась леди Флора.

— А-а-а, — протянула Лили. — Ну, да, в этот раз бабушка как раз сама собиралась в поездку на месяц… — Лили вдруг осеклась, поперхнувшись чаем. — Подождите-ка?!

Леди Флора наградила племянницу выразительным взглядом:

— Я же говорю, юная леди, есть вещи о которых не принято трепаться на каждом углу.

— Но как же…

— У нас совпали циклы цветения, — пояснила тетушка Пемброк, разводя руками. — Но я тебе об этом не говорила. Вернешься домой — сама с ней все обсудишь. Благо, твой дед садовник — так что она без присмотра не осталась.

Лили озадаченно замолчала, пережевывая третий рогалик подряд.

— Значит, ваше масло и вправду волшебное! — не выдержав воскликнула Айви.

— Ну… — хитро улыбнулась тетушка Пемброк, — волшебное-не волшебное, но кое что в этой жизни починить может.

Она коснулась кисти мистера Ривета и он в ответ бережно накрыл ее руку своей.

— Флора-Флора, — покачал головой он.

— Ну что «Флора»?! Опять «Флора»! — шутливо заворчала она. — Ну виновата. Простите. Я и так уже наказана, между прочим! Вы, мастер Ривет, сегодня подвергли меня просто таки колоссальному смущению.

Айви прыснула от смеха в чашку, вспомнив появление леди Флоры из розового куста, а мистер Ривет, зардевшись, отвел глаза.

— Краснеете, Артур, — кивнула леди Флора. — И правильно! Потому что как порядочный джентльмен вы после такого просто обязаны на мне жениться!

Дедушка подпрыгнул на стуле, как ужаленный, и кинулся к своему саквояжу под звонкий хохот Айви и Лили.

— Мастер Ривет?! — оскорбленно воскликнула Флора, захлопав ресницами.

Но дедушка уже спешил обратно к столу, сжимая в пальцах наспех скрученное колечко из медной проволоки. С абсолютно счастливым видом он встал перед тетушкой Пемброк на одно колено.