Записки ведьмы

Что такое не везет и как с этим бороться? О, все очень просто! Так бывает, что день не задается с самого утра. К примеру сегодня, черный кот разбил хрустальный шар ведьмы, упала каминная полка, но самым страшным было не это. Гретхен отправилась за покупками, и теперь сидела на диване в отчаянии смотря на семнадцать хрустальных шаров разного размера. Кот на подоконнике закрыл лапой морду, старательно маскируя гомерический хохот под результат слишком тщательного вылизывания шерсти. Получалось плохо, потому что ведьма, не оборачиваясь, сняла домашний туфель и ловко запустила им в кота.

— Паразит ты! Надо же было мой любимый шар разбить… Я им сто восемьдесят лет пользовалась, между прочим, сейчас таких не делают!

Она потянулась к ближайшему шару, касаясь его ладонью и приказала:

— Покажи мне последний шабаш на Лысой горе.

Шар засветился, но вместо ритуальных песнопений и огней костров в нем появились несколько женщин в ярких костюмах, заиграла бодрая индийская музыка и начались танцы. Гретхен застонала, набрасывая на шар черную ткань. Тронула пальцами другой.

— Элги, мне нужна твоя помощь!

Но, вместо подруги из шара донесся громкий надтреснутый голос:

— Ась? Шо вы там говорите? Говорите громче! Мусик, это ты? Погодь, я слуховую трубку возьму…

С подоконника донеслось счастливое придушенное хрюканье, будто кот в мгновение ока превратился в поросенка. Гретхен бросила в него второй туфель и поспешно отключилась, не дожидаясь, пока старуха на той стороне найдет способ слышать.

Такая же история была с каждым из шаров. Вместо рецепта зелья трезвости они показывали рекламу какого-то страшного снадобья под названием «Алкозельцер». Вместо трансляции с совета ведьма — какой-то дурацкий сериал про девушку, которая все время говорила мужику, что ненавидит его, а потом вышла за него замуж.

Под хохот кота, ведьма Гретхен, подобрав под себя ноги и вооружившись суперклеем, тихо матерясь под нос, методично склеивала старый шар, обещая и фамильяру, и шару всеми возможными карами, если ничего не выйдет…

— У меня ничего не выходит!

Гретхен со стоном разогнулась, откладывая в сторону осколки шара. Часть из них была настолько мелкой, что склеить было невозможно, да и клей подходил к концу. Кот вопросительно мурлыкнул, тронув лапой оконную раму. Ведьма обернулась.

— И что теперь делать?

Внезапно глаза её вспыхнули, озаренные какой-то гениальной мыслью.

— Так, есть идея. Связаться с Элги я не могу, поэтому нам придется нанести ей внеплановый визит…

Сказано — сделано. Гретхен взгромоздилась на метлу, кот устроился на её плече, закрывая глаза — ведьма лихачила в воздухе всегда, и парочка вылетела через окно, испугав до смерти ворон, которые с истошным карканьем взметнулись вверх, кружась вокруг дома.

— Гретхен, дорогая, я не ожидала тебя сегодня, — Элги встретила подругу на пороге, кутаясь в роскошный шелковый халат с вышитыми летучими мышами, но приветливо отступила от входа, пропуская Гренхен в дом.

— У меня проблема. Этот паразит разбил мой хрустальный шар, а все новоделы это уже не то, — начала ведьма с порога, пристраивая остроконечную шляпу на вешалке и ставя в угол растрепанную метлу, — ты не одолжишь мне какой-нибудь старый?

Элги, пригласив гостей в гостиную, устроилась в бархатном кресле, беря в руки длинную сигарету, вставленную в мундштук.

— Гретхен, я бы с радостью… Но я продала запасной шар Безумной Марси, ты же знаешь, старуха охоча до раритетов.

Это был удар ниже пояса и Гренхен рухнула на диван, понимая что все пропало. Но уже через секунду подняла голову.

— Надо его украсть.

Элги поперхнулась дымом, кот вытаращил глаза, став похожим на черную лохматую сову.

— Ты с ума сошла? — вопрос прозвучал и повис в воздухе, но Гретхен и сама напоминала безумную сейчас, с всклокоченными волосами и горящими глазами.

— У старухи Марси миллион таких шаров, но она не расстанется ни с одним по доброй воле. Вариант один — ограбление.

Спустя час уговоров и криков, Элги, Гретхен и кот устроились кружком возле камина, на свитке записывая детали плана, получившего секретное кодовое название «Клуб злодеев»:

— Подлетим со стороны реки к дому. Только метлы, это слишком приметно, надо замаскировать, — Элги сосредоточенно выводила буквы на пергаменте, иногда покусывая кончик пера.

— Наложим на них чары невидимости. Хотя нет, давай превратим метлы в поросят с нетопыринными крыльями, а чары невидимости наложим на себя, — предложила Гретхен, вертя в руках волшебную палочку.

— Точно. А на себя давай наденем простыни, может старуха примет нас за приведений.

Кот закрыл лапой морду, выражая неодобрение.

Через час два поросенка бок о бок, тяжело взмахивая крыльями, летели над деревьями, изредка виляя из стороны в сторону. Невидимые ведьмы тихонько переговаривались, уточняя план ограбления века:

— Оставим метлы под окном кухни, там растет большой куст шиповника, никто не заметит в случае чего.

— Точно. Накинем простыни и заберемся в окно, если повезет, Безумная Марси даже не проснется.

Поросята приземлились в густой траве, усыпанной сухими листьями, невидимые ведьмы соскользнули на землю, разворачивая простыни с намалеванными углем глазами и ртом. В последний момент Гретхен внесла в план коррективы, пристроив под простыни по большому горбу из собственных ведьминских шляп и два горбатых приведения, сверкнув в свете луны полосатыми чулками, полезли в окно.

Кухня старухи была завалена грязной посудой, закопченными котелками, под потолком болталось чучело огромной летучей мыши, с балок свисали пучки сушеных трав, пахнущие пылью. Приведения огляделись, потом одно из них махнуло в сторону коридора, и горбуньи на цыпочках направились дальше. Пол под ногами поскрипывал, заставляя приведения нервно вздрагивать и замирать, проверяя каждую из дверей. Наконец, одна из них поддалась, Гретхен сунула голову в приоткрытую щель и едва сдержала радостный визг — на полках ровными рядами сияли хрустальные шары.

— Хватаем и бежим! — свистящим шепотом заговорила Элги, чувствуя как от страха у неё шевелятся волосы на затылке.

Но едва пальцы Гренхен сомкнулись на ближайшем шаре, как в глубине комнаты зажглись сияющие потусторонним огнём зеленые глаза и из темноты, басовито урча к ним направился засветившийся в темноте кошачий… скелет.

—- А-А-А! — заорала фальцетом Гретхен, прижимая к груди шар.

— А-А-А-А! — почему-то басом ответила ей Элги, и два горбатых привидения, столкнувшись в дверях, бросились наутек. Кошачий скелет огромными прыжками начал преследование. Коридор, кухня, окно… Забыв про метлы, привидения как кенгуру неслись сквозь запущенный сад, следом за ними гнался фамильяр Гретхен, решивший тоже замаскироваться и проследить, чтобы все прошло успешно, а за ними не торопливо летели два крылатых поросенка, привязанные к хозяйкам магией…Над рекой занимался рассвет.

Они добрались до дома без приключений даже не заметив, как пересекли реку и повалились за стол в кухне Элги. Гретхен осторожно поставила вновь обретенный шар в центр стола, пока подруга торопливо рылась в шкафах, отыскивая спрятанную бутылку коньяка.

— Не могу поверить, что на нас напал призрак кота…

В этот момент громко скрипнула задняя дверь, впуская взъерошенного фамильяра, укоризненного мяукнувшего. Ведьмы синхронно обернулись.

— Барсик, ты где шлялся?

Кот поперхнулся мяуканьем, а Гретхен всплеснула руками.

— Ты даже не представляешь, что с нами было… Мы забрались в дом, а потом на нас напало чудовище. Огромный скелет кота!

Элги, чуть не перевернув на себя котел с каким-то зельем, закивала, подтверждая, что все так и было.

— Огромный, размером с бегемота! И с клыками!

— Точно, у него ещё и крылья вроде были!

Кот, в совершенной растерянности переводил взгляд округлившихся глаз с одной на другую и едва, кажется, удерживался, чтобы не покрутить лапой у виска. Наконец Элги откопала заначку, Гретхен перестала нервно икать и подруги принялись лечить поистрепавшиеся нервы, а фамильяр отправился в ванную, смывать с себя боевую раскраску. Вот и помогай им после этого…

А на следующий день кот куда-то пропал. В тот вечер ничего не предвещало беды. Гретхен крутилась на своей маленькой кухне, напевая веселую песенку и не сразу заметила пропажу.

В большом горшке, прикрытом полотенцем, подходило тесто, пахнущее ванилью, а ведьма, сдвинув на затылок шляпу, мелко резала ярко-оранжевую тыквенную мякоть. Сама тыква, выскобленная и вымытая, стояла на подоконнике, улыбаясь зубастой улыбкой. Самхейн приближался неторопливыми шагами.

Совсем скоро в ночной темноте придут те, кто охотится в ночи. Совсем скоро на всех улицах зажгутся тыквенные фонари, отпугивая духов. Но сейчас в кухне было светло. В маленьком медном ковше закипала карамель, в которую щедрой рукой Гретхен была добавлена корица и яблочный сидр для аромата.

— Джекки, тебе сделать пирог с рыбкой? — она весело позвала фамильяра, помешивая карамель, но вместо привычного «мяу» ответом была тишина. Гретхен прикрутила огонь, чтобы ничего не пригорело, и заглянула в комнату. Пусто.

— Джекки! Ну куда ты пропал? — на крыльце тоже было пусто. И в подвале. На чердаке клубилась пыль, а кота не было…

Пришлось ей убирать продукты с плиты, надевать пальто и выходить в темноту, прихватив тыквенный фонарь… С дерева за ней наблюдали два светящихся глаза.

Ведьма стояла на перекрестке, недоумевая. Темные улочки крестом разбегались в разные стороны, живописное сухое дерево меланхолично шелестело голыми ветвями, отгоняя зеленоватых болотных светлячков.

— Вот же поганец! Куда его только понесло в этот час?

Гретхен повыше приподняла тыквенный фонарь, словно ожидая что кот появится как по волшебству. Точно, ведьма она или где?

Несколько пассов руками, неразборчивый речитатив заклинания и в пустых глазницах тыквы зажегся яркий синий потусторонний свет.

— Найди мне немедленно этого хвостатого паршивца! — приказала ведьма тыкве и почувствовала, как её повело влево. Теперь не она несла тыкву, а тыква вела её за собой. По сторонам улицы мелькали темные очертания домов, лишенные света в окнах, что было странно. Ещё более странным оказалось, что тыква вывела Гретхен за городскую черту и настоятельно тащила куда-то в лесную глушь… И что там интересно забыл кот?

Лесная тропинка, по которой торопливо шла ведьма, в свете, идущем от глаз тыквы, выглядела совершенно очаровательно. По бокам, среди кустов приятно светились гнилушки, сверкали алым глаза ночных обитателей, сновали болотные огоньки, поджидая случайных жертв… Но Гретхен торопилась дальше, пока не уткнулась носом в старую, ржавую ограду, отделяющую от леса парк. Собственно, кроме ограды, ничего не намекало, что это не продолжение, а начало чего-то нового. Тыква дернулась вправо, озарив приветливо хлопающие на ветру покосившиеся ворота. Где-то вдалеке слышался шум и сияли огоньки, прячась среди деревьев.

— Он там? — гневно вопросила Гретхен и, подобрав подол платья, решительно зашагала на звук.

В глубине парка прятался старый дом, с облупленными стенами и оборванными ставнями. В окнах горел яркий свет. Ведьма ступила на порог и дверь вдруг распахнулась. Яркий свет сотен свечей ослепил её, на несколько секунд лишая зрения. А когда Гретхен проморгалась, то обнаружила, что внутри происходит самый настоящий праздник. Только очень и очень странный.

Импозантные черти щеголяли позолоченными рогами и копытцами, кутаясь в белоснежные одеяния. На голове многих сверкали нимбы, кокетливо пристроенные между рожек. Мимо проплыли сразу две вампирши, скаля острые клыки, одетые в пышные розовые юбочки, украшенные кружевами и блестками. За их спинами трепетали шелковые накладные крылья. Три или четыре оборотня, с бокалами в мохнатых лапах вели светскую беседу. На их головах возвышались зеленые колпаки, а задние лапы оказались втиснуты в полосатые, красно-белые чулки. Слышалась веселая музыка, в нотах которой похоронный марш то и дело сбивался на разухабистую мелодию. Играли, кстати, скелеты, чьи кости были щедро перебиты цветочными гирляндами.

— Куда это вы в таком виде? — сбоку послышался сердитый голос и к ведьме подошел толстенький черт, на рогах которого криво висел нимб с барахлящей подсветкой.

— А что не так? — Гретхен растерянно оглядела себя. Приличное черное платье, сколотое на вороте симпатичной брошью в виде отрубленной руки, остроконечная шляпа с паутинной вуалью…

— Я понимаю, соблазн есть, но категорически запрещено являться на вечеринку в честь наступающего Самайна в таком виде! — черт обвел рукой силуэт ведьмы в воздухе. — Хорошо, что у нас заготовлены костюмы для опоздавших и таких, как вы!

Он махнул рукой в сторону полуистлевшего бархатного занавеса, прикрывающего вход в соседнюю комнату. — Бегите, переодевайтесь и добро пожаловать на бал!

Едва черт отошел, Гретхен склонилась к тыкве, зашипев:

— Ты зачем меня сюда притащила? И где хвостатый паршивец?

Тыква растерянно качнулась, не зная, какого из чертей предпочтет ведьма. Все хвостатые, как на подбор, а уж какие паршивцы!

Вечеринка была в самом разгаре. Гретхен заразилась общим весельем, переодевшись в веселенькое розовое платье и наложив морок на шляпу, чтобы подходила к костюму. Тыква скучала в углу. Наконец черт-распорядитель объявил полночь и музыка стихла.

— Недруги! Наступил Самайн. По нашей традиции сейчас мы выберем дежурного, который будет координировать нечисть, чтобы никто из людей не остался не напуганным. — Он обвел взглядом комнату и ткнул пальцем в Гретхен, которая старательно пробиралась через толпу гостей к дверям. — Вот! Эта милая леди, новенькая среди нас, серы ещё не нюхала!

Нечисть одобрительно зашумела, скелеты загремели костями. Ведьме на секунду показалось, что за окном кто-то глумливо мяукнул.

—- Ну… Эээ… А что мне надо делать? — судя по всему, отказаться бы не вышло ни при каком раскладе. Черт потер радостно руки.

— Так. Шестеро привидений уже отбыли в замок Ужаса парка развлечений. Будут выть, греметь цепями и дышать холодом. — Гретхен сидела на столе, потому что весь пол был покрыт развернутым свитком пергамента с планом праздника. Она поставила галочку, тоскливо смотря на количество пунктов. На подоконник вспрыгнул черный кот.

— Нашелся, подлец? Тогда вот тебе задание — собери всех воронов, пусть разучивают похоронный марш, будут каркать его с деревьев, пугая подвыпивших прохожих. Утром я с тобой разберусь…

Работы предстояло ещё море.