Дом на краю леса

Кирилл ехал на своём стареньком пикапе по глухой лесной дороге. Затянутое тучами небо изредка поблёскивало золотистыми лучами солнца. На улице стояло жаркое лето. В кабине машины было душно, мужчина приоткрыл окно. Струйка свежего воздуха просочилась через тоненькое отверстие, Кирилл облегченно выдохнул. Вдруг по окну застучали крупные, но редкие капли. Дождь ритмично тарабанил в лобовое стекло, звонко разбивался о металлическую крышу. Из открытого окна потянуло озоном, резкий запах дождя приятно ударил в нос, наступила долгожданная прохлада. Кирилл начал дышать чаще, жадно глотая прохладный воздух будто он вот-вот закончится. Водитель внимательно смотрел перед собой, контролируя машину на извилистой грязной дороге, которая вот-вот размокнет. Он не отрывал взгляд, дабы не врезаться в одно из сотен деревьев окружающих мужчину.

Спустя время, дорога перешла в широкую, почти идеально прямую тропу. Из-за широких ветвей деревьев выползли заброшенные дома. Большинство было разрушено: не хватало дверей, окон, иногда крыш и даже целых стен. Лишь изредка встречались хоть немного приличные и целые, но и в них вряд ли кто-то жил - всё слишком заросло. Мужчина доехал до своеобразного перекрёстка, и машинально затормозил. По центру развилки стоял знак, распустивший свои руки в две стороны. На левой было написано “Горный посёлок. 40км’, на правой же “Деревня Бесов рог, 5 км”. Из нагрудного кармана его старенькой, в коричневую клетку, рубашки Кирилл достал телефон. Связи, как ни странно, не было. На часах 21:23. Дождь прекратился, но небо всё ещё было укрыто серым сукном из туч. Лишь местами в его рваных дырках просвечивалось залитое огнём, пылающее оранжевым цветом небо. Солнце постепенно уходило за горизонт, а вместе с ним и хоть какая-то видимость.

На лес постепенно опускалась ночь, поэтому Кирилл, недолго думая, решил поехать куда ближе. Водитель, зажав сцепление, ударил по педали газа, завернул баранку направо. Спустя несколько минут, его встретил знак, надпись на котором гласила “Деревня Бесов рог”. Табличка не внушала радости от прибытия, скорее наоборот. Её погнутые углы, стёртые буквы, подломившаяся ножка пугали, и словно кричали: “Убирайся! Убирайся!”. Кирилл припарковал машину чуть поодаль за знаком. Заглушил двигатель, выключил фары. Мужчина открыл дверь из вышел из пикапа. Та громко хлопнула, как бы прощаясь с хозяином. В спину Кириллу дунул сильный ветер, его одежда словно от страха подскочила, поморщилась. Мужчина поёжился от пробирающего до костей холода. Пахло грязью и мокрой травой. На секунду показалось, что ветер насвистывает слово “уходи”, но он резко стих. Водитель побрёл по сырой тропинке, с каждым шагом прилипая к земле и цепляя на обувь тяжёлые комки грязи. Деревня казалась такой же заброшенной, как и предыдущая, что он видел на дороге. Целых домов было больше, но даже в них не виднелось никаких признаков жизни. Кирилл проходил покосившиеся крыши, упавшие окна, разрушенные стены, провалившиеся стрехи, всё глубже уходя в лес, где деревня продолжалась. Мужчина начал терять надежду найти хоть одну живую душу. Уходя всё дальше в чащу, он погрузился во мрак. И без того укутанные тёмным полотном последние бледные солнечные лучи не могли коснуться земли, сдерживаемые крепким поясом широких лиственных деревьев. Лес был истинно дремучим, мужчина уже плохо видел дальше, чем на расстояние вытянутой руки, поэтому он включил фонарик на телефоне. Между высокими деревьями намного реже, но всё ещё виднелись дома, однако и их шаткая структура не внушала никакого доверия. По ставням полз мох, стрехи угрожающе провисли и трещали, угрожая упасть на голову невнимательному проходимцу.

Наконец Кирилл остановился и глубоко вздохнул, втягивая ароматы мокрой листвы, хвои и грязи. Он уже было собрался развернуться и пойти назад, однако луч его тусклого фонаря осветил белый знак с чёрной надписью: “Деревня Бесов рог”. Надпись была перечёркнута красным крестом, встречая всех покидающих деревню. Кирилл окончательно решил вернуться назад, ведь пройдя всю деревню он не нашёл ни одного живого человека. Стоило ему только подумать об этом, как в окне стоящего рядом со знаком домика промелькнул чей-то силуэт. Мужчина пригляделся. В окне около входной двери на него смотрела пара глаз. Кирилл от неожиданности выронил телефон. Он не мог пошевелиться, страх сковал его железными цепями. Его ноги будто примёрзли к земле. Лишь сейчас мужчина заметил, насколько тихим был этот лес, практически мёртвым. Не было привычного пения птиц, сверчки не исполняли знакомые кантаты, будто враз позабыв весь репертуар. Возле уха надоедливо не жужжали комар и даже трава нарочито молчала. Кирилл стоял так несколько секунд, но всё же набравшись смелости и присел на колено, не отводя от обёрнутого тьмой домика свои глаза. Влажная земля неприятно пропитала штанину его брюк, по телу пробежала дрожь. Мужчина поднял телефон, лишь мельком взглянув на экран. Телефон разбился, угодив на маленький камешек, длинная трещина растеклась по всему экрану, будто иней на окне в самое холоднее зимнее утро. Но Кириллу сейчас не было дела до этого, он светил фонарём в окно, с удивлением рассматривая пустоту. Теперь там никого не было. За спиной, где-то вдали резко раздался рёв мотора, застучал двигатель машины. Мужчина, подпрыгнув, повернулся на звук, но тут его внимание привлёк тонкий, жалобный скрип двери. Кирилл снова обернулся к дому. На пороге стояла сгорбленная старушка, одетая в зелёно-серые лохмотья. Левой рукой она держалась за спину и томно дышала. “Спасибо, что вы пришли” - промямлила старушка - “Я тут совсем одна живу, и давно уже людей не видела”. Через мгновенье ее сморщенное лицо растянулось, потрескавшиеся иссохшие губы слились в доброжелательной, но мрачной улыбке. «Если вы заблудились, то можете остаться у меня на ночлег» - сказала она. «Да, спасибо большое» - успокоившись и с облегчением ответил Кирилл - «Я еду к родственникам, в другой город, искал где переночевать, но поблизости ничего кроме леса, заброшенных хижин, и-и-и еще раз леса». Мужчина нервно посмеялся. Откашлявшись, он добавил: «А как вы тут живете то совсем одна?». «Заходи в дом милок, поздно уже, да и холодно, вон дрожишь весь. Там я тебе и расскажу. Негоже на улице стоять в такую позднь» - медленно, проговаривая каждое слово ответила старушка.

Первое, что он почувствовал войдя в дом, это несносный спертый запах. Он машинально сжал нос двумя пальцами и спросил: «Бабуль, а вы дом то вообще проветриваете?». Старушка резко остановилась и ответила: «Посмотри на меня. Как жеж тут? Я хожу то едва ли». Она состроила обиженную мину, но будто наигранную и ненастоящую, ведь через мгновенье продолжила: «проходи за стол, милок, присаживайся». Мужчина послушно сел. «Кстати, у меня в машине есть немного воды, вам вообще кто-нибудь помогает? Я могу принести» - заинтересованно сказал Кирилл. «Да, помогают. За лесом есть семья. Сенька да Сашка. Они почти каждый день ко мне приходят. То дров принесут, то еды сумку» - рассказывала старушка. «Как же так, бабуля? Вы совсем одна, в лесу живете. У вас родственники, то есть хоть?» - поинтересовался Кирилл. «Есть. Раньше я жила с дочкой. Муж то умер давным-давно, года пятьдесят три мне было. А Ксюшка, дочь, покуда характер мой сварливый ей не в моготу терпеть было, выгнала меня на улицу. Мы жили в соседней деревне, лет пять назад. Ту то деревню ты и проезжал милок. Так вот ехали мы с Ксюшкой в город, проезжали вдоль поля неподалёку тут, она машину остановила да как начнёт меня выталкивать. Мол, из машины выходи, надоела ты мне карга старая. Возвращайся к мужу своему” - c каждым словом глаза старухи начинали блестеть всё яснее, и наконец горячая слеза стекла по морщинистой щеке - “И ведь знала же, что Димка умер. Я её с тех пор и не видела”. Кирилл поморщился и с ноткой раздражения выпалил: “Да уж, хорошая у вас дочь. Ничего не сказать”. Вдруг, из-за запертой двери донёсся приглушенный звук похожий на чей-то голос. Мужчина перевёл взгляд на горбатую старушку, покусывающую свою верхнюю губу. “Вы это слышали?” - спросил он у женщины. Та недоумённо посмотрела на него и поинтересовалась: “Что именно?”. Кирилл уже было ответил, но немного помедлил и сказал дрожащим голосом: “Н...н...ничего... Показалось наверное...”. Мужчина глупо улыбнулся. Тут же из-за двери послышался куда более отчётливый, более громкий звук: “Помогите”. На мгновенье Кирилл забыл как дышать, его сердце казалось вот-вот выпрыгнет из груди, стук в ушах оглушал. В голове мужчины неожиданно возникла страшная мысль: “А что если все истории старушки ложь? Что если эта сумасшедшая заманила меня домой, чтобы причинить вред?”. Кирилл вытянул дрожащую руку перед собой. Вся она была в грязи. “Извините бабуль, а где руки можно помыть?” - неуверенно спросил мужчина. “Давай я провожу милок” - сказала она. Не дождавшись ответа, кряхтя и охая, старушка встала со стула. Малюсенькими, почти пингвиньими, шажками она пошла в соседнюю комнату. Небольшое помещеньице около входа, в котором стояло грязное ведро и обыкновенный шаровый кран с большим баком для воды, висячим на стене. Женщина уже было включила воду, как Кирилл резко сорвался с места. Через секунду он уже захлопнул дверь в комнату, из которой доносился голос.

Комната казалась типичной гостиной. У стены стоял огромный книжный шкаф, однако он был почти пуст. Вплотную к нему был придвинут полный расписной посуды сервант. Потрёпанный диван, стоявший около окна, местами пожелтел, то и дело торчали ржавые пружины. Малюсенький квадратный телевизор покрылся пылью. Лишь одно было странно в этой комнате - большая крышка от подвала прямо в центре помещения. Всюда была рассыпана соль, а к цепи привязана головка чеснока. “Есть тут кто?” громко спросил Кирилл. В этот момент под собой он услышал тихий всхлип. Тут же люк c ужасным скрипом и звоном поднялся, и оттуда показалась голова девушки. От удивления Кирилл разинул рот. “В...в...вы н...наверное та самая дочь этой старухи? Ксюша?” - заикаясь протараторил Кирилл показывая пальцем на дверь. Девушка молча кивнула. По её щеке скатилась бриллиантовая слеза, пропадая во мраке подвала. Пленница приподняла люк ещё выше, из-за чего цепь, запирающая крышку, ещё громче забренчала и натянулась с характерным лязгом. “Где? Где этот чёртов ключ?” - прокричал Кирилл. “На комоде, позади вас” - всхлипывая ответила девушка. В это мгновенье скрипнула дверь, на пороге стояла скрюченная старуха с горящими от злости глазами. Не дожидаясь пока она попадёт в гостиную, мужчина захлопнул дверь перед её лицом, подперев дверь стулом, стоящим около комода. Он быстро нашёл ключ и склонился к замку. “Не смей! Не смей этого делать, идиот! Ты пожалеешь!” - раздался глухой крик старушки из-за спины. Та безуспешно пыталась открыть дверь дёргая ручку. Замок щёлкнул. Кирилл снял с крышки увесистую цепь и отбросил её в сторону. Та с грохотом и оглушающим звоном упала на пол. Он поднял крышку подвала и одним толчком отбросил её на пол. Затем протянул руку девушке. Их взгляды встретились. Кирилл машинально отдёрнул руку. Пленница была одета в рваные лохмотья, её дырки на одежде то и дело открывали окрашенное синяками тело. Волосы были растрёпаны. От долгого пребывания в подвале все её лицо было запачкано грязью. Но не это испугало мужчину. Её глаза. Они были чёрными. Бездонно чёрными. В них не было видно зрачков, не было ничего. Словно холст для чернил, они были полностью залиты чёрной краской. В них отражался силуэт Кирилла. Мужчина увидел своё испуганное лицо и немного пришёл в себя. На губах девушки была тёмная, запёкшаяся кровь. Пленница широко улыбалась, обнажая свои почерневшие зубы. Она смотрела на Кирилла голодными глазами. Точно так же хищник смотрит на свою добычу. В этот момент стул, подпирающий дверь, с грохотом повалился на пол. Старушка оказалась внутри комнаты. Её лицо исказилось. На нём смешались страх, тоска, гнев горечь и жалость. “Что же ты наделал?!” - прокричала старушка. В эту же секунду девушка схватилась обеими руками за шею Мужчина, и они упали обратно в подвал. В спешке поднимая выроненный ключ, старушка принялась закрывать на цепь крышку подвала. Внизу раздавались нескончаемые крики Кирилла. Он истошно кричал, плакал и вопил. Вскоре всё стихло, и старушка услышала знакомый язвительный смех. Заперев крышку подвала, женщина отпрянула назад и перекрестилась. Глухой удар поразил люк.

С трудом доковыляв до комнаты старушка обессилено грохнулась на кровать.

Рядом, на стене, висела пожелтевшая вырезка из газеты. ”Диавол посетил и нашу деревню Бесов рог (яко символично название-то), он завладел умами и душами жителей наших. Все бросаются человек на человека, забивая до смерти всем, что под рукой окажется. Слава господу богу нашему, что все не поякшавшиеся с силами нечистыми, успели из деревни поуезжать. Ну, или почти все…".