Сине-оранжевый

Вывеска на углу то загоралась, то гасла, освещая проплывающих рядом китов фиолетовым неоновым светом. Из-за этого казалось, что в его спальне вечная непрекращающаяся дискотека. Мартин завязал галстук, взглянул на себя в зеркало, понял, что это не лучшая его рубашка, и вышел из квартиры, не заперев дверь.

Он почувствовал, как на лоб упала и медленно скатилась холодная капля воды. Мартин поглядел на трубы, что змеились под ветхим потолком. Его квартира находилась на переходе между двумя зданиями. Откуда-то дул сквозняк. Монотонный гул океана сразу заткнул собой все остальное.

Коммуникатор в ухе запищал.

— Доброе утро, Мартин.

— Доброе, Дженни. Что-то случилось?

Это были его первые слова за утро, и он удивился, насколько его голос постарел.

— Так, ничего особенного. Пару вопросов надо будет обсудить, когда будете в администрации. Еще в третьем тоннеле серьезная протечка.

— Техникам сообщила?

— Бобби пил всю ночь, так что он вне игры. А Лилли уже знает.

— Отлично, что-нибудь еще?

— Да, кстати… У нас кофеварка сломалась.

— А я тут при чем?

На сыром полу мелькали разноцветные блики, пробивавшиеся через стеклянные ниши сверху. Отсюда коридор вел прямо к Пересечению районов.

— До тебя Майк вечно ее чинил, так что… сам понимаешь, это как бы негласно входит в обязанности администратора. То есть в твои обязанности.

— Что, правда?

— Конечно. Это такая утвердившаяся традиция, что ее пора уже официально вносить в документ.

Кажется, Дженни говорила вполне серьезно.

Мартин спустился по лестнице и вышел к огромному атриуму с панорамным окном, за которым виднелся Централ Билдинг, смешавшийся с водорослями, вокруг которого то и дело кружили косяки всяких рыбешек.

— Пусть ее починит тот, кто будет после меня настоящим администратором, — ответил он.

Дженни устало вздохнула.

— Мартин, ты временно исполняющий обязанности уже… второй год?

Ребристое брюхо кита нависло над стеклянным куполом атриума, и Мартин на секунду подумал, что солнце решило сегодня зайти за горизонт пораньше, чтобы отсрочить все будущие страдания.

— Именно.

— Ну так пора бы уже смириться со своей участью, точнее должностью.

— Ладно-ладно, я посмотрю. Но только один раз. Итак, если на этом все, то я уже подхожу к—

— Подожди, еще кое-что. — Было слышно, как Дженни перелистывает бумажные странички, это продолжалось секунд десять, пока она не продолжила. — О, вот оно. Сегодня прибывает представитель центральной администрации, чтобы это не значило, — сухо добавила Дженни.

— Совсем про это забыл, — хмыкнул он.

Кнопки лифта, с четвертой по последнюю, были вдавлены и не работали. Сверху автоматически горела надпись: «Неполадки. Будет доступно позднее». Мартин нажал на третью кнопку, и лифт заскрипел.

— Мы готовы? — неуверенно спросила Дженни.

— Ну как сказать, все нужные документы я подготовил.

Дженни неуверенно спросила:

— Обдумал, что будешь говорить?

— Уже давно.

— Отлично. На крайний случай покажем ему наш бар и угостим чем-нибудь.

— Сомневаюсь, что после двадцатичасовой дороги его будет так просто уломать.

— Ладно, подарим месячный абонемент в массажный салон Гарри. После этого он размякнет.

Лифт доставил его на третий этаж, к подвесному скелету кита. Там и сям от стекол темных витрин магазинов отражались вывески снаружи, чей свет попадал через толщу воды.

— Он будет здесь всего неделю, Дженни. И меня пугает, с каким остервенением он захочет залезть здесь в каждую дыру и записать каждый недочет, — серьезно сказал Мартин, — с корпоратами такого уровня шутки плохи.

— Ну, — сардонически посмеялась Дженни, — что ж, для того, чтобы увидеть весь этот п***, не нужно быть детективом.

Мартин как раз проходил мимо одного из запечатанных шлюзов в старую секцию города. Уж это им утаить не удастся.

— Да, дело плохо, — сказал Мартин.

— Я бы сказала жестче, но, боюсь, все бы тут так сказали. Интересно, частенько ли эти стерильные крысы бывают в такой дыре, как наша? Ставлю сломанную кофеварку на то, что он обосрется, когда увидит подтекающие стены кое-где, — посмеялась Дженни, — и сбежит после первого дня. И конец городку.

— Они ведь отправляют полевых сотрудников, Дженни, насколько я знаю. Не каких-нибудь зачуханных землероек, которые днями сидят в офисе. Думаю, они видали и не такую жопу, — уверенно сказал Мартин.

Дженни усмехнулась.

— Ну… тут я даже не знаю.

Она замолчала на секунду.

— Послушай, Мартин, я знаю, что мы хотим все тут сохранить. И работаем в поте лица для этого, но раз уж они к нам послали своего человека, и если он намерен выполнить свою работу так, как положено, то мы обречены, ничего тут не поделаешь. Сворачиваем все и прощай Нерея. На этот раз с концами.

Проспект был устелен синевой океана, просачивавшейся через огромные панорамные окна от пола до потолка. Бар прямо напротив был еще закрыт.

— Так, Дженни, этот человек еще даже не прибыл. И мы не знаем все нюансы. Разберемся по ходу дела.

— Мартин, я просто хочу сказать, ты надеешься на свое умение договариваться даже с самой вредной селедкой, но, мне кажется, это… не тот случай.

— Как скажешь. Я уже почти добрался до штаба. Увидимся.

— Увидимся, Мартин.

≋≋≋

В баре громко играла музыка.

В штабе, что находился на той же улице, стоило только пройти двадцать метров до угла и подняться по широкой лестнице, за главным массивным столом сидел Мартин Бойл и ремонтировал кофеварку, не забывая при этом материться. Ему все не удавалось при помощи отвертки и скотча правильно соединить нужные проводки.

— Да что ж с этой хренью не так?

— Решил после работы взять вторую работу? — в помещение вошел высокий мужчина в серой кофте и с кофе в руке.

— Нет, просто сказал Дженни, что починю кофеварку.

Мужчина поглядел на часы. Полшестого.

— Человек с поверхности прибывает в семь?

— В девять, — ответил Мартин, копаясь с кофеваркой.

Он вдруг посмотрел на своего собеседника, потом перевел взгляд на дымящуюся кружку в его руке.

— А, кофе? — спросил мужчина, демонстративно подняв кружку. — В баре есть еще одна кофеварка. А этой сто лет в обед. Не знаю даже, на кой она тут стоит. — он отпил кофе.

На короткий момент стало так тихо, что было слышно, как щелкают мониторы и гудят свое последнее десятилетие лампы на потолке.

— И на кой х** спрашивается я это чиню? А, Джеки?

— Тот же вопрос.

Мартин посмотрел на переклеенную синим скотчем кофеварку перед собой, потом на кружку кофе, встал, бросил отвертку, и пошел к выходу.

— Джеки, будь добр, выкини эту рухлядь н***, — сказал Мартин Бойл, перед тем, как уйти.

— Принято, босс. — пожал плечами Джеки.

≋≋≋

Мартин поглядел на часы. Лазурная площадь. 20:47. Гул океана тут слышался отчетливее. Длинных зеленых водорослей за стеклом было не разглядеть — лишь острые скалы и уродливые рыбки.

Лучи солнца, касающиеся верхушек города, уже исчезли, океан помрачнел, и только несколько крупных зданий в центре еще светились. Включая один единственный бар, горевший ярко-розовым.

Лазурная площадь должна, очевидно, быть самой ухоженной и людной, как центральное место Нереи, но, оглядевшись вокруг, Мартин понял, что последний раз тут был полгода назад. Со всеми делами у него вылетело из головы хоть немного прибрать то место, которое первым видит прибывающий в Нерею.

Площадь разделяла неухоженная клумба. Пустые лавочки по обе стороны, мусор под ними и несколько не горящих ламп сверху — насколько все это бросается в глаза? Может, он настолько привык, что на фоне всех остальных проблем эта кажется совсем незначительной? Наверное, так оно и есть. Нерея не то место, где нужно заботиться о неухоженной грядке.

Вдруг загремело. Было слышно, как работают затворы снаружи. Эвакуационный батискаф пристыковался и шлюз тут же с грохотом открылся. Сверху, из выемки между переходами стыковки закапала вода. Батискаф внутри был совсем небольшой и управлялся автоматически, возя людей туда-сюда — со дна на платформу и обратно.

Это была девушка лет двадцати семи, на плече блестел корпоративный значок.

Он еще не успел разглядеть ее эмоции на лице, но уже успел подумать:

«Б***ь, Дженни была права — нам жопа».

Он решил, что казнь больше нельзя откладывать.

— Полагаю, координатор по переселению, — громко спросил он, его слова эхом прошлись по большой зале. — Добро пожаловать в Нерею, — твердо произнес он.

Захотелось откашляться, но он сдержался.

Девушка сошла на площадь и медленно огляделась, задержалась на крупной трещине на стекле. Потом посмотрела на Бойла, молчание продлилось бесконечные секунды, но Мартин успел уловить, что все уже как-то не заладилось.

Желтая лампа над выходом позволила разглядеть прибывшую. Взлохмаченные рыжие волосы, зеленая куртка с заплатами и темные джинсы.

«Нынче такой дресс-код у корпоратов?» — подумал Бойл, одетый примерно так же, только вместо зеленой куртки была рубашка с пятном от кофе — «может, она новичок, и на этом я ее поймаю?»

— Когда мне сказали, что это один из старинных городов в Атлантике, я представляла слово «старинный» немного по-другому, — начала она.

«Так, хорошо». Мартин сжал губы.

— Бойл, Мартин Бойл. Старший администратор Нереи — лучшего города в Атлантике. — он протянул руку.

— Грейс Рид, корпорат-представитель с поверхности. Мне предстоит провести аудит и оценить имеющиеся варианты.

«Начала с софизмов» — подумал Бойл, но промолчал.

Они пожали руки.

— А мне предстоит вам в этом помочь. Надеюсь, справимся. И проблем не будет.

— Я тоже надеюсь, — неуверенно сказала она.

Корпорат поглядела на трубы, что шли под панорамными окнами. Одна из них подтекала. Коридоры слева и справа были запечатаны. Под ботинками собралась лужа морской воды.

— Честно говоря, я ожидала больше людей.

— Лазурная площадь в последнее время не пользуется популярностью, мисс Рид.

— А что же тогда пользуется?

Мартин помолчал, пригладил рубашку.

— Бар.

— А еще?

— Ну, сад, например, всякие там библиотеки. У нас их несколько. За сто лет многое накопилось. Нерея, знаете, настоящий кладезь всего, что люди хотят сберечь.

Рид смотрела на него со всепоглощающим вниманием. Но потом Мартин понял, что она лишь старается упростить себе работу и лишний раз не упускает ни слова из того, что он говорит о Нерее.

— Так значит, вы… — она включила планшет и мгновение что-то искала, — не Майкл Коллинз? Просто он—

— Ой, да, он умер, два года назад. Я исполняющий обязанности главы города. Временно.

— Два года уже исполняете, получается.

— Так уж вышло. Но это все формальности.

Она потерла переносицу. Глубоко вдохнула. Целая палитра запахов плесени и ржавчины. Смесь соленой воды и выгоревших проводов.

— Надеюсь, за неделю управимся? — спросила она.

— О, мисс Рид, все необходимые документы собраны. А если вы вычеркнете ненужный аудит и просто позволите делать нам дальше свою работу, то избавите от головной боли и себя, и меня. Нерея стояла тут век, простоит и еще столько же.

— Посмотрим, мистер Бойл. Вы не против продолжить завтра? Просто я—

— Конечно, мы подготовили для вас квартиру. Наслаждайтесь видом и музыкой. Кафе и рестораны работают до одиннадцати. Кроме бара — он до часу. В общем… на этом пока все?

— Думаю, да, мистер Бойл. Спасибо за прием.

Она попыталась оттереть слякоть с ботинок, которую принесла из батискафа. Нерея промокла насквозь, но таскать воняющий кусок рыбьего позвоночника повсюду все равно не хотелось.

≋≋≋

Электронный замок щелкнул, и дверь открылась. Гостиная, спальня — все в холодных тонах. Или это океан отражался? Грейс прошла к кровати и упала на нее. Двадцать часов. Она уже поняла, что будет. За неделю она привыкнет к Нерее, он ей и надоест, и приестся, а потом придется еще двадцать часов ехать обратно, к огням и шуму. Она прислушалась. Ее квартирка была на углу зданий, недалеко от какого-то оживленного проспекта, где гуляли люди, и были открыты несколько тихих кафе. Но никакого шума до нее не доносилось.

Океан усыплял своим гудением. Что-то постоянно скрипело. Грейс решила, что это вода давит на переборки. Иногда что-то потрескивало, где-то работали насосы. Слышалась музыка, которая играла на улицах. Джаз. В квартире тоже был проигрыватель, на котором можно выбрать композицию. Грейс нажала наугад. Заиграл саксофон.

В минибаре оказалась пара бутылок виски. Можно просидеть весь остаток вечера здесь, подумала Грейс. А можно пройтись до кафе и нормально поужинать. Саксофон продолжил играть в пустой квартире.

≋≋≋

Штаб представлял собой громадный стол с голографическим интерфейсом города и возможностью приблизить каждую его улочку. Вот только сейчас он выглядел как самый обычный стол — на нем валялись книги, чертежи, разные бумаги, было несколько кофейных круглых отпечатков.

Было рабочее утро, но Мартин попросил всех удалиться. Грейс оперлась о край стола и перелистывала страницы папки, задерживаясь на каждой не более десяти секунд. На Бойла она ни разу не взглянула, и только закончив с документом, обратилась к нему:

— В Нерее пятнадцать основных районов. Из них тринадцать отключены, — сказала она.

— Да, это из экономии, — откашлявшись, ответил Бойл, — да и незачем. Полагаю, вы заметили, что население тут небольшое.

Грейс пожала плечами.

— Да, мне бросились в глаза неработающие вывески. Их трудно не заметить. А еще я тут увидела, что у вас что ни день, то где-то что-то затопляет. Нет, если в Нерее так принято, то ладно, но вообще-то—

— Мы ремонтируем по мере сил, — резко вставил Бойл, — и… контролируем износ конструкций. Здесь, в центре. За все мое время во главе города не было ни несчастных случаев, мисс Рид, ни сбоя в подаче кислорода и воды. Одним словом, все контролируется.

— Контролируется? — Грейс усмехнулась. — У вас двести тоннелей затоплено, под воду ушли целые районы, — Рид говорила скорее с печалью, чем со злостью. — А что с субмаринами, они стоят без дела?

— Мы пользуемся одной, когда моряки уходят ловить рыбу, а еще когда надо забрать грузы с платформы на поверхности. Нам этого достаточно.

Она выпрямилась и подошла к столу.

— В лучшие годы в Нерее проживало пятьдесят тысяч человек, мистер Бойл. Сколько сейчас? Две тысячи. Честно говоря, я была поражена, когда увидела, во что превратилась жемчужина Атлантики за каких-то… двадцать лет? Даже меньше. Что стало с торговым центром? Теперь он дом для рыб.

— Он дом для рыб, мисс Рид, уже семь долгих лет. — Сейчас Бойл чувствовал особенно сильно, как постарел он сам. И его мысли. — С тех пор, как крыша атриума не выдержала. Заменить ее тогда уже не представлялось возможным. Да и тот, кто принимал решение, умер давно.

— Кстати, об управляющих, — Рид обошла стол и взглянула на сломанную кофеварку и на брошенный инструмент рядом с ней, — если уж вы тут всем заправляете, то могли бы делать это официально. По устаревшим данным старшим администратором до сих пор является Майкл Коллинз.

— Мисс Рид, у нас тут не мегаполис с миллионами жителей. Тут отвыкли от многих формальностей. Вместо этого мы каждый день работаем, все друг друга знают, а вы, со своим корпоративным мышлением, лезете к нам на дно.

Мартин представил себя мальчишкой, защищающимся от нападок взрослых. Все это не принесло бы мальчишке никакой пользы. Так и Бойл чувствовал, что проигрывает, не успев начать спор.

Она покачала головой.

Было слышно, как толща воды давит на всю эту конструкцию. Гудела вентиляция.

— Что с водоочистной станцией?

— Ее мощностей многовато для двух тысяч. Мы сдаем ее в аренду. Продаем питьевую воду.

— В городе было сорок парков.

— Теперь четыре.

— А что… какого черта случилось с Парадайз Хорс? Почему оно рухнуло на соседнюю конструкцию?

— Коррозия, мисс Рид. Морская вода не слишком-то благоприятна для всего этого.

— Все служебные тоннели затоплены.

— Все, тянущиеся в отдаленные районы. Транзит все еще работает на девяти ветках.

— У вас громадная трещина в стекле на Лазурной площади. Да тут, б***, все затопит к х***, если не завтра, то в ближайший понедельник.

— Мисс Рид, успокойтесь. По регламенту трещина может быть не более двадцати сантиметров. А эта явно меньше.

— Да, но на глубине не ниже ста двадцати метров, мистер Бойл. Ста двадцати.

Мартин замялся. Вентилятор в штабе крутился на полную, в пепельнице от окурка вверх поднималась белесая струйка дыма.

— Мистер Бойл, взгляните правде в лицо—

— Нет, мисс Рид, — он резко ее остановил, — это вы взгляните. Вы здесь не нужны. Вы делаете это по указке людей сверху, которым, собственно, самим плевать на это место. А нам нет. Мы здесь живем. Я здесь вырос. Видел возвышение и падение своими глазами, — Бойл говорил почти шепотом, голос его скрипел. — Это не то же самое, что прочитать быстренько статью и решить, что знаешь теперь всю подноготную. А теперь я в кресле администратора, мисс Рид, «официально». У меня есть шанс что-то сделать, и я работаю каждый божий день, как и все здесь, на благо города. Мы все еще отвозим морепродукты на продажу, растим детей и живем нормальной жизнью. Да, город теперь развалина. Все разъехались. — Он приблизился к ней и посмотрел прямо в глаза. — Но нам, мисс Рид, некуда уезжать. Каждый из нас прожил здесь всю жизнь. И вот что я вам сейчас посоветую — запишите, что у нас тут все соответствует вашим регламентам, что здесь все в порядке, как оно и есть, и уезжайте. Забудьте это как ночной кошмар и возвращайтесь в свой уютный офис. Вы нихрена не знаете о Нерее. Никакие «правила» сюда не подгонишь. Нет таких рамок у вас. Город стоял десятилетия, а вам одной стоит поставить галочку в своем планшете, и вы перечеркнете судьбы сотен людей, которые здесь прожили всю жизнь. Куда они пойдут? Что будет с их заведениями? Может, Нерее изначально нужно было оставить у себя всего две тысячи людей, которых она в силах содержать. Вместо полусотни тысяч. Вы малы, чтобы принимать такие серьезные решения, мисс Рид. Вы лишь одно звено железной цепи, которое спустилось так далеко впервые в своей жизни. Просто уезжайте. Никто вас тут не ждал. Да и наверху тоже. Но там, по крайней мере, уютнее.

Она сжала планшет в руках и поглядела на Бойла.

— Вы что, пытаетесь лично удержать весь город, чтобы он не развалился?

— Да. И получается.

Она покачала головой.

— Нет, мистер Бойл. Не получается.

Мартин больше ничего не сказал и вышел.

Вентилятор вдруг затих. В комнате стало прохладно.

≋≋≋

Мартин плохо спал. И настроение не улучшилось с утра, когда он узнал, что его ожидает Грейс с тем, чтобы осмотреть Нерею.

Она ждала его на Лазурной площади все в той же зеленой куртке.

— Издалека вы похожи на туристку, которая черт знает что забыла в Нерее, — сказал он, стараясь выглядеть дружелюбно.

— В каком-то смысле так и есть.

— Решили все-таки нас добить?

— Ваша тирада вчера была излишней. Я понимаю ваш настрой, но и работу бросить не могу. К тому же, все это, — она показала на трещину в стекле, — опасно.

— Нам этого говорить не надо. Мы работаем по мере сил. Поверьте, у нас есть опытные стекольщики. И мы заметим, если что-то пойдет не так.

— Мистер Бойл, сколько вы еще сможете поддерживать работу Нереи?

— Грейс, могу к вам так обращаться? Послушайте, вся работа здесь, везде, налажена. Уже многие десятилетия. У нас есть четкий план действий. Есть… специалисты. Нерея — автономный город, не принадлежащий пиджакам в городских офисах. Если я не прав, пускай лично приезжают. Сделать они ничего не смогут. Только отправить вас. Вы — то звено, через которое я могу повлиять на кого-то на поверхности.

— Хватит уже называть меня звеном, мистер Бойл.

Огромный кит проплыл прямо за стеклом, шлепнув плавником.

— Я, старик, и в моих силах лишь попытаться вас как-то переубедить. Это все, что мы имеем. Все, что я могу.

По лицу Грейс бегали зеленые блики от ветвящихся водорослей снаружи.

— Что ж, мы уже как пять минут должны осматривать Нерею. — Она посмотрела на свои наручные часы. — Приступим?

От площади они прошли всю улицу с панорамным стеклом. Отсюда открывался вид на здание верфи и самые высокие небоскребы, какие только были в городе. Остальные здания были приземистее, смешиваясь со скалами и черной смесью, исходящей из геотермальных источников.

Грейс, казалось, уже привыкла к этому вечному гулу, который заполнил собой весь город, — постепенно он смешивался с тишиной, пока не затихал в голове окончательно. Все находилось будто под пленкой, и звуки снаружи слышались глухо, как будто их источник был очень далеко. Усиливавшийся в некоторых местах запах водорослей смешивался с подгоревшими кабелями, что тянулись по коридорам огромными черными трубами.

Все время что-то поскрипывало и подтекало. У окон постоянно скапливались лужи, которые собирались из-за капающего конденсата на трубах.

— Лифты отключены, поскольку задействованы только три этажа, — ответил Бойл, — зато железнодорожные ветки в полном порядке. Этого более чем хватает.

Грейс кивнула. Синие отблески танцевали на их спинах. Прямо у стекла серебрился косяк мелких рыб. Какие именно, ни Грейс, ни Мартин не разбирались.

Дул сильный сквозняк, и Грейс поправила воротник, потерла локти и посмотрела на Мартина, который, казалось, был готов ответить на любой ее вопрос.

— Взглянем на парк?

— Если хотите.

Двухэтажный парк с кленами и дубами светился из-за пробивающегося зеленого света снаружи.

— Нет пения птиц, но нет и людей, машин. Только океанское завывание и собственные мысли, — сказал Мартин.

На траву падал сквозь океанские глубины солнечный свет.

Парк был самым высоким местом в городе. И когда Грейс подошла к панораме, то увидела целую палитру Нереи — косяки рыб, киты, которые лавировали чуть ниже между огромными закрытыми универмагами, и темень в самом низу, где располагались горячие источники.

— Мне бы с таким видом работать, — вздохнула она.

— Боюсь, вам не разрешат в Нерее устроить свой офис, Грейс, но, знайте, мы с радостью примем вас, если вас выгонят оттуда, — ответил Бойл.

— Учту, — усмехнулась Грейс.

Внезапно все задрожало. Послышался громкий удар о стены. Эхо удара прокатилось по улицам. Через несколько секунд все затихло, но вода по трубам понеслась сильнее.

— Что… что случилось? — в страхе спросила Грейс.

— Кажется, один из китов случайно врезался.

— Вы уверены?

— Нет, но обычно это они.

≋≋≋

Лифт опускался долго. Грейс успела два раза поглядеть на часы. В лифте было светло, но, когда раздвинулись двери, она первым делом увидела тусклый синий свет внутри коридора и белесый снаружи, что освещал голые острые скалы не дальше пяти метров. Порой можно было заметить редкую плоскую рыбину, которая поедала какую-то травку в расщелинах.

— Это центр мониторинга инфраструктуры, — сказал Мартин, — если по-простому, это техническая сторона Нереи, без которой ни один вентилятор и ни одна автоматическая дверь бы не заработали.

Они прошли широкий коридор с аквариумом и зашли в большое помещение, где работали люди за компьютером. Грейс насчитала примерно двадцать человек.

— Ниже только геотермальные источники. Ну и тепловые станции. Дальше есть серверная и сборочный цех, но сейчас он нам не нужен.

Здесь было прохладно и чище, чем наверху, заметила Грейс. К Бойлу подошел какой-то человек.

— Грейс, я вернусь через пару минут, — сказал Мартин. — Если есть вопросы, можете спросить у кого-нибудь из них. Вы же все-таки с проверкой здесь.

— Ладно.

Грейс, сама, не понимая, зачем она здесь, подошла к панораме и посмотрела на морское дно. Черные курильщики выбрасывали тонны темной смеси, смешивавшейся с океаном.

— Эй, ты ведь с поверхности? Корпорат? — Грейс услышала за спиной женский голос.

За компьютером сидела девушка, терпеливо ожидая ответа от Грейс.

— Конечно, она не корпорат, Джилл, посмотрю на ее форму. Разве разрешили бы им так ходить? — встрял какой-то паренек в очках.

— Если ты так думаешь, то тебе давно пора выйти на свежий воздух, посмотреть, как люди живут, — ответила ему Джилл.

— Ну, вообще-то разрешают, — сказала Грейс.

— Ну что я тебе говорила. Антиутопист.

— Могу спросить? Сколько вы здесь работаете?

— О, я заключила договор на целый год. Еще и полгода не прошло, — сказала Джилл, — так что, если закроешь эту дыру, то придется искать новую работу. Грустненько, но ничего не поделаешь.

— А я здесь уже второй год. Поначалу тоже хотел уйти, поработав немного, но потом как-то остался, — сказал парень.

— Полагаю, вам тут нравится?

Джилл кивнула.

— Тихо, спокойно.

— Жить можно.

— Значит, вы не хотите, чтобы я закрыла Нерею?

— О, нет, однозначно хотим, — сказала Джилл.

— Это точно.

— Здесь постоянно что-то идет наперекосяк, — добавила Джилл, — помимо нашего отдела, есть еще второй. А в «полноценной» Нерее таких отделов должно быть пятнадцать. И вот мы стараемся поддерживать умирающее тело.

— Которое все равно умрет, — сказал парень.

— Именно. Здесь нечего ловить. Мартин это понимает, но он ведь тут вырос. В общем, рано или поздно ошибок накопится так много, что и разобраться с ними будет нам не под силу.

— Спасибо, что сказали честно, — хмыкнула Грейс.

— Мы обязаны сказать именно так. Иначе мало ли что здесь может произойти. Мартин хоть и думает, что все контролирует, но мы не так сильно уверены, как он. И это, конечно, лишь наше мнение.

— Что ж, это ценная информация, — сказала Грейс.

— Всегда рады.

Они повернулись к компьютерам и вернулись к работе. Мартин уже ждал ее у выхода, листая папку с документами.

≋≋≋

В баре веселилась куча народу. Играл тихий эмбиент. Мартин сел за стойку. Он только что вернулся после обхода с Грейс.

— Как там дела у нашего «представителя центральной администрации»? — спросил бармен.

— Даже не знаю, — ответил Мартин. — Тяжело мне с ней дается. Но я уверен, мы к чему-нибудь да придем.

— Да о чем с ней можно договориться? Они все уже решили там. А сюда отправили сошку для подстраховки. Чтобы все выглядело по документам, — выкрикнул кто-то.

— Может, оно и так, — тихо сказал Мартин, — но больше сделать не в моих силах. — Он сделал глоток из стакана.

— Да, Мартин, не в твоих, — посмеялся Бобби, — но в наших общих силах. Понимаешь? — шатаясь из стороны в сторону, он сел на стул. — Мы могли бы… припугнуть, скажем, так, немного прижать к стеночке.

Мартин молчал.

— Скажем ей, что объединимся и подадим на нее в суд. А чтобы не пыталась что-то выкинуть, приставим нож к горлу. Один корпорат и целый город. Кому поверят? А, Марти? Юридически она ничего не сможет с этим поделать. Никак. Им нужно было для подстраховки отправлять сюда юристов, а не каких-то зачуханных крысят, которые едва глазки разлепили. Согласны ведь все? Лишим ее работы. А если она найдет какую лазейку, то мы ее того… — он взял тако и разломил его надвое. — К рыбам. Как тебе, Мартин, наш генеральный план, точнее мой, придуманный только что при помощи пива? — Несколько человек согласно кивнули.

Повисла тишина. Мартин допил и повернулся к Бобби. Все смотрели на него.

Гавайская рубашка Бобби была гладкой и выглаженной. Лишь несколько пятен от пива украшали красные пальмы. Через секунду к ним добавились капли крови. Весь бар вздрогнул в один миг.

Бобби схватился за нос, стараясь сдержать кровь.

— Мартин, ты е***?! Зачем нос-то разбивать?

Мартин схватил его за шиворот и притянул к себе. Затем оттолкнул, так что он упал, и повернулся к толпе.

— Грейс лишь выполняет свою работу. Нечего ее винить в том, что Нерея такая развалина. Мы делаем, что должно. И она тоже. Во что вы хотите превратиться? В этих корпоратских крыс? Да, именно их копиями вы и станете, если будете целым городом угрожать одному человеку, который здесь не по своей прихоти. Готовы жизнь сломать невинному человеку за атлантическую помойку на дне? — Вентилятор в комнате включился, разгоняя табачный дым, который заполнил собой все вокруг. Чтобы я не слышал подобное ни от тебя, ни от кого другого в этой комнате! На этом все.

Он встал и покинул бар. Было слышно, как работает робот-пылесос, чистящий стекла на улице.

≋≋≋

Грейс любовалась китами на Пересечении районов. Это была самая большая улица с огромными стеклами и поездом, который работал круглосуточно. Киты кружились, будто входили в неуправляемый штопор, маленькие плоские рыбы плавали, прижавшись к стеклу.

Она уже не чувствовала того тяжелого влажного воздуха с соленой взвесью, что так сильно сбивал мысли в первый день.

Выше, ближе к потолку, образовалась целая колония каких-то люминесцентных существ, поселившихся на окне по ту сторону мира. Грейс присела на лавочку, надела наушники и включила специальный плейлист, который подготовила воскресным утром как раз для такого случая.

Мартин пешком дошел до Пересечения от штаба и, планируя повернуть на улицу, где располагалась его квартира, заметил Грейс. Он легонько похлопал ее по плечу, стараясь не напугать, но она все равно вздрогнула.

— А, это вы, мистер Бойл. А я хотела перед сном расслабиться. — она демонстративно мотнула наушниками. — Что-то хотели еще спросить? Завтра разберем ремонтные цеха и доки, если вы об этом.

— Нет, я просто шел домой и… ну, увидел вас. Можно присесть?

— Конечно.

Она придвинулась к краю, Бойл сел на другой. Они сидели молча, Грейс сняла наушники и уставилась на рыбок.

— Зарисовать бы всю эту красоту, да только, когда собиралась, не думала, что буду вот так сидеть в тишине и покое.

— Забавно, — усмехнулся Мартин, — я настолько привык к этой тишине, что даже и представить теперь сложно другую Нерею.

— А к вам сюда спускаются, ну, скажем, туристы? Заглядывают какие-нибудь потерявшиеся в бурю бедолаги?

— Бывает. Один раз, кажется, года четыре назад, мы спасли двух исследователей, чья субмарина пошла ко дну рядом с нами. И я первым увидел — возвращаюсь, значит, домой, ужасно уставший, смотрю — на каменном горизонте что-то горящее быстро вниз летит.

— Круто. Наверное, красиво горела?

— Не то слово. Или вот, например, за неделю до вашего прихода нам какая-то лодка продырявила отсек. Соединительный.

— Не может быть.

— Да, прямо носом. Сама осталась цела и уплыла. Мы через пару дней отыскали о ней информацию. Оказывается, это было рыболовное подводное судно, которое угнали, и на борту был какой-то там преступник.

— Вы заявили о возмещении ущерба?

— А зачем? Тот тоннель потому и прорвало, потому что он был готов к этому и сам с минуты на минуту развалился бы на куски. Людей там, конечно же, не было.

— И все же свой шарм здесь имеется, — сказала Грейс. — Так глядишь, спасете какого-нибудь миллиардера, который любит на своей субмарине в одиночку покататься, а он вам отстроит… Нерею два.

— Было бы неплохо.

Они посмеялись. Где-то вдалеке лязгнул поезд транзитной линии. Грейс обернулась и оглядела улицу.

— Кажется, раньше здесь стояли ювелирные магазины, и был какой-то аттракцион для детей, не помню какой. И народу было тьма, — сказала она и поглядела на Мартина, предвосхищая его вопрос. — Да, в детстве я была в Нерее. Вместе с мамой. Мало что помню. Но мне больше всего понравился парк аттракционов.

— Надо же, мисс Грейс, оказывается, скрывала страшную тайну. — Мартин призадумался. — Какой именно? Может, если его до сих пор не затопило, мы сможем в него заглянуть.

— Кажется, Розовые… мечты, или Розовый… пони? Что-то, начинающееся на «розовый».

— Может, Розовые паруса? — спросил Мартин.

— Да, точно они.

— Это совсем рядом. Розовые паруса тут, два поворота и подъем по лестнице. Заглянем?

Он поднялся. Грейс замешкалась.

— Мартин, только… не против, если вас по имени буду звать? В общем, я не смягчусь и не изменю финального решения из-за—

— Нет-нет, я и не думал. Просто хотел развеяться, прогуляться. Сто лет там не был, так что я хочу на него взглянуть также, как и вы, Грейс.

— Что ж, идемте.

≋≋≋

Бойл вскрыл щиток, сорвав замок. Ключ наверняка где-то уже давно пылился в штабе, и искать его ему не хотелось. Зажегся свет. Панель на двери засветилась. Мартин подошел и набрал пять нулей.

— Безопасно, — ответила Грейс.

— В парке нет ничего ценного. Разве что кто-то сам снимет аттракционы и утащит.

Яркий желто-оранжевый свет осветил четырехэтажный атриум с куполом.

— Вот это да! — восхитилась Грейс. — Даже таким заброшенным выглядит красиво.

Везде стояли карусели, электрические большие лошади и быки, в седле которых надо продержаться ровно минуту. В разных концах атриума располагались тиры, в которых предлагалось стрелять по щупальцам.

— П***, не верится, что здесь когда-то ходили толпы людей и веселились. Когда он закрылся?

— Больше двадцати лет назад. Здесь произошел несчастный случай — какой-то десятилетний мальчик упал в аквариум и утонул.

Грейс взглянула на цилиндрический гигантский аквариум по центру, посеревший и пустой. Ко дну крепились трубки, которые затягивали мусор и выбрасывали в океан. Грейс помнила, что когда-то он был ярко-лазурный и весь переливался в красивых рыбах и медузах.

— Полагали, что закрыли временно. Но в итоге…

— Понятно, грустно все это. — Она запрыгнула на платформу карусели и села на лошадку. — И как только все могло так перемениться за каких-то двадцать лет?

Мартин достал из внутреннего кармана куртки фляжку и отпил из нее.

— Не за двадцать. Предпосылки были давно. Джазовый век Нереи закончился через… лет тридцать после основания. Еще примерно столько же здесь возникали и закрывались разные бизнесы, приходили крупные рыболовные компании, основывались океанические общества. Потом как-то поутихло.

Грейс легка на спину на лошадке, подложила руки за голову, а ноги сложила ей на пластиковую гриву. Рыжие волосы разметались по пластиковому крупу.

— Поутихло? Как это? — спросила она.

— Океан изучен почти полностью. Города — маленькие отдельные мини-человечества. А сейчас вообще весь спектр интересов сместился на космос. Сама понимаешь.

— Ну да. Но чтобы совсем забыть, это как-то… даже не знаю.

— Нерея стоит на отшибе всего океанического бизнеса. Есть Восторг, и еще Аполлон, которые куда перспективнее.

— Им повезло, потому что там до сих пор идет добыча горных пород. Вот уйдут от них все компании, так по п*** пойдет вся их сладкая жизнь, я уверена.

Они замолчали. Было слышно, как скрипит стеклянный купол. На полу стелился неоновый фиолетовый свет, который смешивался с карнавальным желтым.

— Можно личный вопрос, Мартин?

— Э-э, конечно. Наверное.

— Хотите леденец?

— Это вопрос?

— Да, но еще не личный. Это я просто так.

— Ладно, хочу, — сказал Мартин.

— У вас есть дети, семья?

Грейс поглядела на Мартина. Он не выглядел сбитым с толку таким вопросом.

— Да, в каком-то смысле.

— В каком-то? Только не надо говорить, что вы имеете ввиду ваш дружный коллектив, — прошипела Грейс, — меня от этого блевать тянет.

— Нет. Есть. И жена, и дети. На поверхности. Уехали давно.

— Надо же. То есть они вас броси… — Грейс вдруг остановилась.

— Нет, это было наше общее решение. Они выросли. С женой мы были в последние месяцы больше как коллеги, но продолжали любить друг друга. И все же понимали, к чему все идет. Так что, когда встал вопрос, я уверенно сказал, что остаюсь в Нерее. Они не задали никаких вопросов. В глубине души они знали, что я так отвечу. И не стали мучить ни меня, ни себя.

— Вот это история, — хмыкнула Грейс. — Хотите еще леденец?

Мартин кивнул.

— Я как-то и не думала, что действительно решаю судьбу целого города со своей большой историей и маленькими драмами. Скорее, для меня это был просто факт. — Она пожала плечами, лежа на лошади. — Вот б***!

— Что?

— К куртке жвачка прилипла.

— Дай-ка ножиком попробую. Садись.

Грейс присела на лавочку.

— Мэр города носит с собой нож?

— Сама понимаешь, времена сейчас тяжелые. Да и Нерея не лучшее место… Приходится надеяться только на себя.

— Конечно. Кстати… Стеклянный тоннель тоже затоплен? Я помню, там можно было прокатиться на деревянной лодке.

— К огромному сожалению, — ответил Мартин, отрывая жвачку от куртки.

— Черт, лучшие всегда уходят первыми, — сказала она.

— Готово. — Мартин убрал нож и оперся о декоративный фонарный столб. — Как раз нет. Этот тоннель затопило, наверное, месяц назад или чуть меньше. Тебе не повезло.

— Да уж. Досада. — Грейс задумалась, собираясь с силами.

Мартин понял, что Грейс вспомнила о своей работе.

— Слушай, я понимаю, как дорога тебе Нерея… Можно сказать, ты женат на городе, да? — она неуверенно спросила. — В общем, окончательное решение, думаю, ты и сам видишь. Я не могу сказать, что все нормально и со спокойной душой отчалить из Нереи. Потому что это не так, Мартин. Совершенно не так.

— Грейс—

— Нет, послушай, я не собираюсь брать такой груз ответственности. Если здесь все рухнет в один момент… а я буду… Так нельзя, Мартин. Ни при каких условиях я не оставлю Нерею открытой. Все это, — она развела руками, — давно должно было развалиться и потеряться среди дна. Но ты до последнего боролся… Я очень, очень хотела бы все оставить как есть, но не могу. Извини.

Она посмотрела на Мартина, сжав губы.

— Я понимаю, — ответил он. — Мы оба делаем то, что должны, Грейс.

≋≋≋

Грейс ворочалась. Она посмотрела на будильник. Три часа. Стало жарко, одеяло липло к коже. Она подошла и врубила кондиционер. В этот момент в дверь постучали. Грейс тут же открыла. На пороге стоял Мартин Бойл. Похоже, он не ходил домой.

— Быстро же. Ты что, не спала?

Грейс стояла в широкой футболке. Рыжие волосы разбросались по плечам. Мартин был все в той же куртке и с тем же уставшим выражением лица, только теперь к нему примешивался… дикий энтузиазм?

— Мартин, по-моему, нам стоит меньше видеться, — без эмоций сказала она.

— Послушай, у меня есть идея, что нам делать с Нереей.

— Неужели? — спросила она, сложив руки на груди. — Ладно, Мартин, три часа ночи и ты—

— Нет, я серьезно. Я сейчас отыскал всю нужную документацию и ознакомился с процессом. Мы можем… можем подать заявление на смену статуса. Город станет исследовательской станцией. А… потом… потом мы… поскольку ты уже здесь, то подтвердишь, что Нерея соответствует статусу, и раз станции, проверенные лично корпоратами, не обязаны соблюдать… их этот… как там… стандартный регламент, то все пройдет удачно.

Грейс потерла переносицу.

— Мартин—

— Нет, Грейс, ты не дослушала. У нас будет десять дополнительных лет. Конечно, придется как-то провести какие-то формальные океанические исследования, чтобы сохранить статус, но, я уверен, мы что-нибудь придумаем.

— Мартин, одумайся! — она схватила его за плечи. — Не прокатит.

— Почему? Я… я думал… Я все проверил и—

— Нет, дело не в этом. Я не буду этого делать, Мартин. Просто не буду. От этого ничего не поменяется, разве ты не понял? Я не боюсь, что меня уволят, если Нерея рухнет. Я не хочу жить, думая, что из-за меня могут погибнуть люди. Нерея развалится и кому какое дело, да? Хватит, Мартин. Завтра я поднимусь на платформу и закрою Нерею. Успеешь за полтора месяца попрощаться и осмыслить всю свою жизнь. Все, Мартин, иди спать.

— Эти полтора месяца понадобятся для всех жителей Нереи, чтобы переосмыслить прошлое и попытаться принять реальность, Грейс.

Грейс постаралась закрыть дверь так, чтобы это не выглядело грубо, но из-за внезапного сквозняка она хлопнула ею со всей силой.

Мартин посмотрел на сжатые до боли папки с бумагами в руках. Подошел к ближайшей урне и выбросил их.

≋≋≋

Грейс шла в штаб, уткнувшись в свой свитер с дельфинами в солнцезащитных очках. Купила его вчера. Она опустила взгляд себе под ноги.

Последний день.

Посреди пути вдруг из ниоткуда возникла стремянка.

— Осторожней! Грейс. Хочешь помочь?

Грейс посмотрела на Мартина наверху. Он пытался починить вывеску бара. А точнее букву «Б», которая не хотела нормально гореть.

— Почему бы и нет. Что я должна делать?

— Видишь вон тот провод? Подключи его.

Грейс и Мартин зашли в штаб. Грейс расписалась в ведомостях, подтверждая, что она тут была. Затем не глядя подписала форму об осмотре всех «структур и подразделений» города. Идти смотреть на доки ей не хотелось. И Мартину тоже. Она сходила в бар позавтракать, потом Мартин показал ей демонстрационные залы, где через стекло можно было увидеть течения, а через широкий проход был музей с костями разных тварей.

Вечером они еще раз обсудили, как будет проходить закрытие. У Мартина останется не так много времени, чтобы позаботиться обо всех, кто живет в Нерее. Грейс говорила, что по договору помощь в этом почти минимальна, и никакого массового расселения жителей на поверхности не будет.

Они посидели в баре со всеми и разошлись к полуночи.

≋≋≋

Батискаф ушел в десять утра. Мартин видел, как он поднимается к солнечной поверхности, когда шел через Пересечение районов в штаб. Он специально старался подольше задержаться дома и прийти, когда Грейс уже отчалит. Все прощания для них прошли еще вчера.

Он вдруг остановился и посмотрел через стекло на Лазурную площадь на той стороне огромной пропасти. Трещина. Мартин решил осмотреть ее. Он миновал штаб, спустился по лестнице и прошел длинную улицу. Повернув за угол, он увидел Лазурную площадь.

И зеленую куртку в заплатах.

Грейс стояла и смотрела на рыбок.

Он подошел к ней.

— Думаю, у тебя есть веская причина сейчас стоять здесь, — спросил Мартин, чувствуя какую-то тихую радость в груди.

— Я тут подумала… — сказала она, не оборачиваясь. — По регламенту, пока я не ступила на платформу на поверхности, проверка не считается завершенной. Формально, я могу оставаться здесь, сколько надо.

Она посмотрела на трещину. Казалось, солнечные лучи преломляются и падают Грейс на плечи сквозь трещину. На пол через трубы каждые пару секунд капала холодная соленая вода.

— Если что, в моей смерти винить будут вас, потому что никаких доводов у них больше не окажется.

— Наверное, ты права, — усмехнулся Мартин.

— Присядем? Надоело стоять.

Они сели за кованый столик как раз под трещиной, которая, казалось, стала немного больше за время пребывания здесь Грейс.

— Кофейку бы сейчас.

— Пора бы с ней что-то делать, не находишь? — спросила она.

Мартин замолк, глянул на трещину, которая возвышалась прямо над ними.

— Вот теперь действительно пора. Пожалуй, на Лазурную площадь лишний раз лучше не заглядывать.

— Это точно.

Из динамиков по всей Нереи заиграла музыка, как и делалось каждое воскресенье.

Это была Beyond the Sea Бобби Дарина.

За окном лавировали киты. К стеклу снаружи прилипли всякие непонятные морские штуки.

— Обожаю эту песню.

— Сто лет ее здесь не слышал. Кажется, в последний раз ее играли, когда мне было слегка за двадцать.

— Боже, ну ты и старик.