Выжившие

1

Она увидела их первыми. Стараясь быть тихой, перемещалась от дерева к дереву, а четверо в камуфляже сливались с местностью, и держать их всех в поле зрения было сложно.

Эри сделала несколько осторожных шагов вперёд и поискала глазами каждого по очереди. Трое обернулись почти одновременно. Три автомата нацелились ей в грудь. Эри судорожно вздохнула. Четвертый быстро подошёл вплотную и поднял вверх ладонь. Серо-зеленые глаза внимательно просканировали её лицо и фигуру. Эри про себя назвала его Главным

– Я без оружия, – она поспешно подняла руки вверх. – И у меня для вас кое-что есть.

– Дальше, – негромко сказал Главный.

Эри сглотнула.

– Но взамен мне тоже кое-что нужно.

– Дальше, – нетерпеливо повторил Главный.

Эри осторожно перевела взгляд на троих с автоматами за его спиной. Бестрасстно смотрят и ждут. Один взмах руки Главного, и её прошьют насквозь. Особенно если она случайно дернётся, чтобы почесать потную от волнения ладонь.

– Можно опустить руки?

– Нет.

Эри вздохнула.

– Я знаю, где скрываются Хорьки, и могу показать. Привести вас туда.

На лице Главного не дрогнул ни один мускул. Не заинтересован? Плохо. Эри прокручивала их разговор тысячу раз и не знала лучшего варианта, кроме как сразу сказать, чем может быть полезна этим людям.

Один из автоматчиков повел прикладом и переступил с ноги на ногу. Эри вздрогнула и опустила взгляд.

– В глаза смотри, – жестким тоном скомандовал Главный. – И говори, что тебе там нужно.

Эри послушно уставилась ему в глаза. По ним ничего невозможно было прочесть. В них не было интереса, но она всё ещё жива.

– Лекарство. На востоке, где были склады "Фармэкса". Там могло кое-что остаться. Я бы попыталась туда добраться сама, но…

– Но поняла, что тебе нужен проводник? – иронически спросил Главный и склонил голову набок. – Ты очень самонадеянна, если думаешь, что я поверю в твою сказку.

Эри замотала головой, пытаясь уговорить себя, что вовсе не устала держать руки вытянутыми.

– Я говорю правду. Я отведу вас к бункеру, там где сейчас их лидер. Сами вы его не отыщете.

– Отыщем, рано или поздно.

Эри поняла, что сделка их не интересует. Она так и думала, что это дохлый номер, но не могла не попытаться. А теперь они её не отпустят. Ну что ж, смерть просто придет за своей жатвой чуть раньше, чем планировалось.

Но не успела Эри cмириться с судьбой, как Главный грубо схватил ее за руку, так что она машинально опустила и вторую. Автоматчики держали её на прицеле, пока он тащил Эри за собой в военный джип.

Это мог быть как хороший, так и плохой знак.

– Побеседуем про Хорьков чуть позже, – сказал Главный, и больше не произнес ни слова. Эри ловила на себе заинтересованные взгляды автоматчиков и старалась не думать о причинах этого интереса.

Джип трясло на кочках и в салоне было тесно. Она сидела прижатой к плечу одного из автоматчиков и даже дышать старалась неслышно. Как бы не ненавидела Эри этих людей, но сейчас на их стороне явное преимущество.

Дорога до базы длилась, казалось, целую вечность. Никто не стал завязывать ей глаза, да и в общем в секрете местонахождение базы военных никто не держал, ведь штурмовать их стали бы только безумцы. “Безумцы-самоубийцы” подумала Эри и поежилась.

– Приехали, – коротко обозначил Главный и вышел из джипа первым.

Военная база сейчас уже утратила свой былой статус – теперь это было просто место для размещения солдат, которые были основной движущей силой конфликта с Хорьками. Если Хорьки – военная элита при правительстве – после взрыва ЦСУ предпочли спрятаться, то военные шли напролом и ничего не боялись. Искали врага открыто и очень радовались каждому найденному. Все это Эри знала по слухам.

Военные должны быть рады предложению сотрудничать. Должны были БЫ – если бы Эри не была из числа лояльных Хорькам людей, а значит, врагом.

На базе её засунули в какое-то помещение, которое больше напоминало сарай. Главный исчез, не произнося ни слова, чтобы появиться ближе к ночи. У Эри не было часов, и о скорой смене суток она догадалась лишь потому, что её начало одолевать желание спать. Главный выглядел как обычный гражданский. Отросшие темные волосы – армейской стрижкой это могло бы быть наверное с полгода назад. Еле заметный шрам на левой щеке. И глаза, которые по-прежнему внимательно смотрели.

Главный закрыл за собой дверь и бросил на старую дурно пахнущую кровать рядом с Эри упаковку с какими-то непонятными надписями. Эри скосила глаза на неё:

– Что это?

– Сухпаёк.

Она почти ничего не ела за весь день, и вчера тоже, но голод вообще не давал о себе знать. Да и просить еду у военных – ни за что. День вполне можно потерпеть.

– Ешь.

Эри молча смотрела на упаковку, а потом перевела взгляд на Главного.

– Мы договоримся? – спросила она.

– Тебе здесь никто не верит.

Чего и следовало ожидать. Но она все-таки хотела попытаться и попыталась.

– Но ты же можешь им приказать, – парировала Эри, решив не сдаваться.

Главный иронически улыбнулся. Улыбка ему не шла. С ней он выглядел совсем жутко.

– Почему ты решила сдать Хорьков?

– Потому что я хочу жить, а без лекарства из лабораторий "Фармэкса" это невозможно. Я верю, что там оно должно быть.

– Значит, заражена.

Ни грамма любопытства. Не вопрос, а сухая констатация факта. В организме Эри действительно поселились последствия применения биологического оружия военных. Прощальный подарок группы смертников из уничтоженного ЦСУ. После появления первых тревожных симптомов отрицать мутацию в организме стало сложно, как бы ни хотелось.

– Да.

Главный снова улыбнулся своей жуткой улыбкой.

– Как печально. Значит, ты жила в зоне поражения. Возможно, ты из семьи приближенных к корпорации лиц? А значит, с большей вероятностью ты это заслужила.

– Такого никто не заслуживает, – сквозь зубы произнесла Эри, проигнорировав реплику про приближенных. – То, что ваши военные сделали в ЦСУ – бесчеловечно.

– Да? – поднял бровь Главный. – Тебе напомнить, кто начал первым? Кто отдал приказ о взрыве, наплевав на чужие жизни?

– Говорили же, нужно остановить угрозу. Просто не было выбора.

– Не рассказывай мне о выборе, – прошипел он. – Есть выбор только между остаться человеком и перестать им быть.

Эри усмехнулась.

– Думаешь, ты сейчас очень похож на человека?

Он оказался рядом уже в следующий миг, и щеку больно обожгло. Пощёчина. Эри непозволительно расслабилась.

– Не тебе судить. Их там оставили на смерть. Так что тебе повезло, я с удовольствием пущу ему пулю в лоб, а ты будешь смотреть. И выходим мы завтра утром.

Щека горела, но Эри не позволяла себе прижать к ней ладонь. Он скажет ещё и не такие гадости просто потому что получил в свое распоряжение трофей, на котором можно сорвать зло за все неудачные вылазки в поисках лагеря предусмотрительно обустроивших себе убежище Хорьков. Но если сыграть на желании мести, то возможно, с ним все же получится договориться. Ей придется выслушать всё, что он скажет, но специально обходить острые темы – нет. У нее есть свое мнение, и она не будет молчать.

– И многих ты уже убил?

– Ты думаешь, я считаю?

Снова эта жуткая не улыбка – ухмылка. Превозмогая саднящую боль, Эри заставила себя продолжать:

– Мы не выходим завтра утром. Мне нужны гарантии, что ты не убьешь меня вместе с ними, просто потому что тебе так захочется. Я хочу жить, мне нужно сраное лекарство. И моя жизнь, я думаю, стоит того, чтобы обменять её на жизнь того, кто тебе так нужен?

В глазах Эри это был более чем равноценный обмен. Военные получат голову лидера Хорьков. Человека, который тогда отдал тот самый приказ. Они звери, и питаются не только своими сухпайками, но и ненавистью к тем, кто обрек их товарищей на заведомую смерть. А значит, с ними можно договориться.

– Ты не в том положении, чтобы ставить условия, – ответил Главный.

– А ты не найдешь его без меня. Или возможно тебя убьют раньше.

Логика – вот что нужно. “Мужчины – рационалы, они мыслят логически” говорил ей Олли, которому тоже пришлось повзрослеть раньше времени. Не играй на эмоциях, оперируй логическими аргументами.

– Я не буду сотрудничать без лекарства, – твердо повторила Эри.

– Ты можешь соврать про местоположение бункера. Мне тоже нужны гарантии.

“Тупик” устало подумала Эри. Возможно, голова лидера Хорьков ему нужна не так уж сильно, как ей самой – проклятое лекарство. Возможно, он и его люди действительно рано или поздно найдут лагерь сами. А вот она сама к складу “Фармэкса” вряд ли пробьется. Только не через зону, которую контролируют такие же военные.

– Ладно, – вдруг сказал Главный. – Вот как мы поступим. Ты показываешь на карте, где бункер, я отправляю туда разведчика. Одного, в одиночку он всё равно ничего сделать не сможет. Если он там – мы отправимся к складам. Это все, что я готов тебе предложить.

Эри помедлила и ответила:

– Я согласна.

***

2

Разведчик вернулся к вечеру. Всё это время Эри провела взаперти. Утром ей выдали еще один сухпаек, к которому она не притронулась из-за отсутствия чувства голода, и бутылку воды. В сарае было душно, пить хотелось ужасно, потому Эри решила, что здесь она готова пойти на компромисс.

Потом её вывели из сарая и доставили в "штаб". Роль штаба у военных выполняла комната с голыми бетонными стенами, небольшая и тоже душная. Здесь горел тусклый свет, который давала лампа на потолке, посередине стоял стол, на котором лежала карта. Здесь же был Главный, и сюда Эри привел один из его подручных, который назвал его по имени – Шел.

– Есть две новости, хорошая и плохая, – разведчик озадаченно приглаживал взлохмаченные темно-рыжие волосы.

– Начинай с хорошей, – велел ему Шел. – Бункер на месте, там где она сказала?

– Да, на месте.

– Какая плохая новость?

Эри напряглась.

– Я видел мутантов, – озадаченно произнёс разведчик. – Они… Ну… Их прямо много. Отвратительное зрелище…

Эри поёжилась, и это не укрылось от Шела, который бросил на неё быстрый взгляд. Потом жестом велел разведчику выйти, и рыжий покинул “штаб”.

– Значит, вот как… Подарок сработал, – задумчиво протянул он и прищурился. – Ты полагаешь, что на складах “Фармэкса” хранится то, что может тебе помочь. Сколько доз ты планировала оттуда стащить?

– Не я, а ты, – парировала Эри, глядя на руку, которая теперь ныла от грубого обращения. – Я даже не вооружена.

Шел бесцеремонно дернул её за подбородок и поднял голову вверх.

– Смотри в глаза, когда я с тобой разговариваю. Сколько доз?

– Сколько там найдется.

– Нет. Только одну, для себя.

– Хотя бы две!

Шел медленно покачал головой.

Эри нервно облизала губы. Это даже звучало отвратительно. Олли рассказывал ей, что видел странного человека, похожего на зомби, но она не восприняла эти рассказы всерьез. А ведь мутанты правда существуют. Уже существуют – последствия нажатой смертниками в Центре сдерживания угрозы красной кнопки. Да и Хорьки прячутся не зря…

– Пожертвовать другими, чтобы спасти себя, – вполне в вашем духе, – продолжал Шел, глядя куда-то вперед. – Каждый из вас ценит только свою жизнь. Но на твоё счастье, сейчас наши цели совпадают. Я оставлю тебя в живых, если убью грёбаного Хорька. Но только тебя. Никто больше не получит ни одной дозы.

Эри поняла, что проиграла бой, но победа в войне может все ещё остаться за ней. Одна доза, для себя лично – это ужасно мало. Она могла бы спасти хотя бы Олли.

– Две. Пожалуйста.

Шел задумчиво посмотрел на неё.

– И как далеко ты готова зайти ради того, чтобы получить две?

– Насколько будет нужно.

– Кто же этот второй счастливчик?

Эри покачала головой:

– Это неважно. У нас договор, и я выполню свою часть.

Возражать ему было страшно, но Эри вдруг почувствовала себя очень храброй. Если не она, то никто. Нужно делать все, что скажут, но… Как же это сложно.

– Мы выходим завтра утром?

– Да. И есть ещё кое-что, что ты должна знать, – вкрадчивым тоном продолжил Шел. – Если я пойму, что заражен, я найду тебя и убью. Но ты очень хочешь остаться живой, а значит, не будешь делать глупостей.

Потом Шел молча отвел её обратно в сарай. Эри опустилась на кровать и вздохнула. Долго смотрела на валяющийся рядом сухпаек, пока не разорвала упаковку и не начала есть.

***

3

Эри проснулась с гудящей головой и вспомнила, что заснуть смогла только под утро, словно кто-то решил, что спать ей больше не требуется. Короткий сон был кошмаром – она уже стала мутантом, которого убивал Олли, а у нее даже не получалось произнести ни единого слова.

Эри села на кровати и принялась ждать. Снова вернулась мыслями к мутациям и о том, что в ее организме спит то, что вот-вот проснется. И у Олли тоже. Было неизвестно, сработает ли вакцина, и есть ли она вообще – ведь официально нет, иначе бы ее уже раздавали всем зараженным. Но все что смогло правительство – попросить подождать, и “выход из сложившейся ситуации обязательно найдется”. Чушь! Достать антидот срочно самой – единственный шанс не превратиться в то, что она видела во сне.

Выброс биооружия во взорванном Центре сдерживания угрозы произошел почти три недели назад. Эти центры создавались как опорные пункты противодействия биологической угрозе. И когда президенту доложили, что ситуация вышла из-под контроля, и вирус может легко оказаться на свободе, он распорядился решить проблему. Хорьки решили её по-своему. Был отдан приказ взорвать Центр сдерживания угрозы, и Эри понимала, почему Шел теперь одержим местью. Военных оттуда не эвакуировали, хотя по протоколу требовалось сделать именно это, но… Что такое пожертвовать парой десятков людей в ЦСУ, чтобы спасти сотни тысяч? С учетом того, что официальной вакцины от мутаций нет.

Шел не понимал и не принимал этой логики, и чем дольше думала об этом Эри, тем больше осознавала… Нет, она не хочет это понимать и принимать. Военные – такие же предатели. Не выполняли свой долг и приказ, а устроили саботаж. Из-за их прощального подарка она скоро станет чудовищем. И разница между ними будет лишь в том, что Шел сохранит человеческий облик, оставаясь монстром внутри.

Отчаянные времена требуют отчаянных мер, говорил ей отец. Эри вздохнула. Вспоминать о нём было так больно. Она бы сказала ему сейчас, что в последнее время вся её жизнь состоит из боли. И страха. "Мы так боялись будущего, а оно всех переиграло и оказалось настолько жутким, что и представить себе нельзя". С этой мыслью Эри тоскливо уставилась на дверь и стала гипнотизировать её взглядом. И Шел её тоже пугал. Даже без своей жуткой улыбки он был воплощением ненависти, распространяя её вокруг себя. Но без его помощи никак.

Она по-прежнему не имела понятия, сколько сейчас времени. Появившийся в сарае Шел, не утруждая себя приветствием, коротко приказал следовать за ним. Эри послушалась.

За его спиной был рюкзак, а второй он держал в руке – его получила Эри. Она не стала спрашивать, что там. Подозревала, что запас еды, воды, аптечка и может быть, выделенный ей спальный мешок. Часть пути они преодолеют на машине, сказал ей Шел, после блокпоста пойдут через лес, снова выйдут на дорогу и отправятся прямиком к складам.

Машина ехала по пустым дорогам. За все время пути они встретили едва ли десяток других автомобилей – все гражданские. После объявления военного положения почти всё население уехало в другие штаты.

В горле пересохло – постоянно хотелось пить. Постоянная жажда, сопровождающаяся першением в горле – один из симптомов. Эри читала об этом в буклете “Фармэкса”. Она помнила, как корпорация получила государственный заказ на изготовление препарата, который бы нейтрализовывал мутационные процессы в организме. Вести разработку биологического оружия военным лабораториям, которые контролировали, те кого называют Хорьками, позволили только на таких условиях. Готовишь яд – позаботься о противоядии для своих. Так и началось их сотрудничество.

Эри полагала, что среди людей в ЦСУ просто нашлось несколько тех, кто поднял бунт против отдавших приказ Хорьков. Остальные прекрасно понимали, что другого выбора нет и, скорее всего, военные уже заражены. Выпускать их в мир опасно.

Глупо. Бессмысленно. Но это произошло, и теперь заражение нужно принять как факт. По радио иногда освещали ситуацию с "Фармэксом", но обсуждениями делу не поможешь. Теперь из-за распыленного биооружия в зоне поражения взорванного ЦСУ они вынуждены будут умереть – точно так же, как те военные. Конечно, уже находились смельчаки, которые пытались штурмовать склад "Фармэкса", пытаясь добыть хоть какое-то противоядие, после чего там выставили мощную охрану из военных. Именно для этого Эри и нужен был проводник. И лучшего союзника, чем собственно военный, придумать было нельзя. Корпорация ведь точно разрабатывала чёртову вакцину, она просто обязана там быть, и Эри её достанет, потому что не собирается умирать.

Шел был идеальным собеседником – почти всегда молчал. Лишь изредка его рация ловила какие-то закодированные непонятными словами отрывки переговоров.

Первый блокпост на выезде из города они преодолели без проблем – военные всегда доверяли своим. Эри знала, что они контролируют каждое шоссе, которое ведет на восток. Днем Шел выделил ей еще один сухпаек, и Эри сочла голодный обморок большим злом, а потому послушно сжевала безвкусную еду военных и выпила почти литр воды.

Ко второму блокпосту добрались к вечеру. Эри напряглась, заметив как они на нее смотрят. Парни на военной базе наверняка уже узнали, что Эри заражена, что и спасало её от посягательств. Но здесь… Здесь были люди, такие же жестокие и бескопромиссные. Эри закашлялась и поймала на себе угрожающий взгляд Шела.

– Цель посещения зоны? – равнодушным голосом спросил военный на блокпосту, держащий в руках автомат.

– Едем навестить её родных, – рука Шела неожиданно легла на плечо, и Эри вздрогнула. Потом заставила себя улыбнуться военному. – С ними нет связи, волнуемся.

Легенда сработала, поняла Эри, когда военный скользнул по ней взглядом, коротко кивнул и спросил:

– Вооружены? Тут эти твари иногда бродят. Начали их замечать по вечерам, они в это время особенно активны. По утрам спят что ли.

Эри снова стало жутко. Захотелось закрыть глаза и отключиться от мира, в котором людей называют "тварями" и готовы по ним стрелять. Да и людей ли ещё? Слова военного окончательно убедили её в том, что превращение в отвратительного вида существо неизбежно. Если она не успеет…

– Всё в порядке, мы будем осторожны, – серьёзно ответил Шел и убрал руку с плеча Эри. – Каждая тварь получит пулю в лоб.

Ей почудилось или он имел в виду совсем другое?

Миновав блокпост, они оставили машину в лесу, и Шел замаскировал её ветками. Если оставлять как есть – скорее всего, позаимствуют. После короткого кивка Эри последовала за ним.

– Как ты нашла бункер? – спросил он через некоторое время.

– Случайно, – буркнула Эри, внимательно глядя по сторонам и постоянно улавливая какой-то шум. – Пара человек вышли… Не знаю, на разведку. Просто откуда-то, как из-под земли. Оказалось, у них там убежище.

На самом деле бункер нашёл Олли, который то и дело шатался по округе. Шестнадцатилетнему мальчишке хотелось понять, как выглядят мутанты, которых всем велено было бояться. И выслеживая одного, замеченного случайно, он и наткнулся на тщательно замаскированный дот. Правда звучала бы убедительнее, но Эри не собиралась рассказывать о своем маленьком друге. По лицу Шела не было понятно, поверил ли он.

Судя по карте, дорога пешком предстояла долгая. Эри полагала, что у него есть какой-то план, который позволит пробраться на склад. И как оказалось, план действительно был, но не такой, каким бы хотелось его видеть.

– По периметру будет охрана. Ты берешь на себя задачу её отвлечь, я проникаю внутрь.

Ясно, какие методы отвлечения он имеет в виду. Эри тяжело вздохнула. Здание "Фармэкса" было не очень большим – смесь стекла и бетона с табличкой-названием на самом верху. Но не успела Эри понять, что чувствует по поводу того, что оказалась так близко к вакцине, как поняла – что-то не то.

Сумерки ожили и в них стали двигаться непонятные тени. Тени приближались к зданию, и одна из них попала под луч прожектора. Эри не сдержала короткий вскрик. Мутанты и впрямь выглядели отвратительно. От человеческого у них остался только облик – две ноги, две руки. Но походка больше напоминала перемещение обезьяны – неловкая, шаткая. Мутанты странно качали головами, словно пытались что-то вытряхнуть из ушей и очень резко вращали ими, глядя по сторонам.

Из тени сбоку здания появилось несколько военных, охраняющих склад – видимо, прожектор связан с системой сигнализации внутри. Заметив мутантов, военные вскинули автоматы, и тело первых врагов прошили пули. Эри закрыла глаза, но тут же открыла их снова. Словно разозленные убийством товарищей, остальные мутанты зарычали и бросились вперед. Раздались короткие крики и ругательства солдат.

– Надо же, нам повезло, – тихо заметил Шел, и под непонимающим взглядом Эри пояснил: – сейчас они друг друга выкосят, и мы спокойно зайдем.

Эри перевела взгляд на поле боя у здания “Фармэкса”. Двое мутантов зажали военного у стены, и он отчаянно кричал. Крик отдавался в ушах, и казалось впечатывался в мозг. Эри не сомневалась, что обречена еще долго слышать его и видеть эту сцену в кошмарах.

Она сама не поняла, что следующий звук издала сама – не сдержалась и всхлипнула. А потом ладонь Шела закрыла ей глаза.

***

4

Ночь выдалась холодной, но Эри внезапно перестал раздражать холод – как раньше, когда каждую зиму она неизменно носила термобелье.

– Ты уверена, что заражена? – спросил Шел.

После увиденного боя он стал еще более суровым и молчаливым. Эри должна была бы стыдиться своей истерики, но ей было все равно. Пусть думает, что хочет.

– Да, первые симптомы были, как о них и писали в методичке... И не только у меня.

Шел промолчал. Ей показалось, он что-то постоянно обдумывает.

– А дальше?

– Что? – не поняла Эри.

– Какие симптомы, не описанные в методичке, появились у тебя сейчас?

Что-то в его голосе ей не понравилось. Он звучал слишком… обеспокоенно?

– Я всегда ненавидела холод, а теперь перестала на него реагировать. Боль… После пореза было вообще не больно. Ну… – Эри задумалась, всё ещё не понимая, для чего ему знать. – Ещё не хочется спать. В твоем лагере… я еле заснула. Дома в последние ночи тоже спала урывками.

Теперь Шел настороженно смотрел ей в глаза.

– Голод? Жажда?

– Почему ты спрашиваешь?! – не выдержала Эри.

– Отвечай на вопросы.

– Голода почти не чувствую. Могу есть, но без удовольствия. Сильная жажда была раньше, сейчас нет.

На этом Эри решила, что свою манеру допрашивать он может засунуть себе куда подальше. Уткнулась подбородком в колени и затихла.

Они укрылись у одного из зданий неподалеку, где открывался хороший обзор. Шел напомнил ей, что со слов военных на блокпосту, мутанты агрессивны в темное время суток и сказал, что им придется дождаться утра. Глядя на бродящих вокруг выживших монстров, Эри была вынуждена согласиться. Нужно подождать, пока они уйдут в поисках других жертв. А еще подумала, что теперь её очередь задавать вопросы:

– Почему они агрессивны? Почему нападают?

– Понятия не имею, – ответил Шел, но Эри каким-то шестым чувством поняла, что он лжет.

По заявлениям представителей "Фармэкса", мутагенный вирус был описан как изменяющий ДНК, но с долгим инкубационным периодом. Успокаивающие методички напечатали специально для проживающих в зоне поражения – после того как в ЦСУ нажали "красную кнопку". Об угрозе заражения и мерах противодействия транслировали ездящие по городу машины. Потом они исчезли. В методичке Эри прочитала про первые симптомы, но там действительно не было ни слова про то, другое – как и про агрессию. Никто не верил, что мутанты могут нападать на людей. Их даже видно поначалу не было. Но военные на блокпосту не солгали.

Спать по-прежнему не хотелось, несмотря на то, что Эри сильно устала за день. Это можно было бы списать на адреналин, но почему-то ей казалось, что что-то не так.

Что-то не так.

Эри вздрогнула и посмотрела в сторону здания "Фармэкса". Шел проследил за её взглядом, увидел шатающегося одинокого мутанта, и спросил:

– Умеешь стрелять?

– Я не буду стрелять. Это ведь люди.

– Это враги. Во врагов можно.

– Да, именно так ты и заглушал свою совесть? – разозлилась Эри. – Можно стрелять, если враг. Плевать, что он человек!

Шел мог бы возразить, что мутанты не люди, но промолчал. "Он все понимает", подумала Эри. Чёртов солдат, повернутый на мести, не желающий принимать правду. И он пристрелит её, если она вдруг мутирует раньше, чем сработает вакцина.

По иронии каждую ночь после взрыва ЦСУ она боялась засыпать, потому что не знала, какой проснется. Прислушивалась к тревожным симптомам и пыталась не впадать в панику – может обошлось? Пока однажды не стало поздно.

Шел достал из рюкзака спальный мешок, но что-то подсказывало Эри, что спать он тоже не будет.

– Твой в твоём рюкзаке, – коротко сказал ей Шел и влез в спальник.

Стало тихо, но в этой тишине Эри слышались какие-то странные звуки. Он достала спальник и разложила его, хотя ей не хотелось ни спать, ни согреться.

Рассвет не наступал безумно долго. Эри, которая смогла только чуть задремать под утро, с тревогой прислушалась к своему организму – слава богу, ничего нового. Только наконец захотелось лечь и как следует выспаться. Потом они свернули спальники и Шел объявил, что им пора.

В лучах предрассветного солнца здание "Фармэкса" выглядело безобидно. Эри видела, что там у стен лежат трупы военных их охраны, и ее затошнило. Шел грубо потянул её за собой, не давая рассматривать тела. Но кое-что Эри все таки успела заметить, и теперь желудок сжимало болезненными спазмами.

Шел, сжимая в руке пистолет, осторожно пробирался к дверям. Неужели тут настолько слабая охрана? Это могло означать, что склад уже опустел, и охранять стало нечего. Эри видела, что он прошёл мимо центрального входа и обогнул здание. Ищет запасной выход? Шел обернулся и махнул рукой.

Запасной выход обнаружился далеко от главного – неприметная дверь, выкрашенная в черный. Шел достал из рюкзака какую-то железку, засунул в замочную скважину, и через несколько секунд дверь открылась с ужасным скрипом.

– Так громко, – поморщилась Эри, а Шел послал ей удивленный взгляд, но ничего не сказал.

Внутри было темно и пахло сыростью, но тихо. И вдруг Эри снова услышала тихий шум.

– Там кто-то есть! – громко прошептала она.

Шел обернулся на её шепот и послушно двинулся в указанном направлении, держа пистолет наготове.

В большой комнате, напоминающей лабораторию, источником звука оказался вжавшийся в угол человек. Учёный, предположила Эри.

– Не стреляйте, не стреляйте, не стреляйте… – лихорадочно забормотал он.

Шел опустился перед ним на корточки и положил пистолет позади себя.

– Спокойно, дружок, видишь, я убрал оружие? Ну-ка расскажи, где хранится вакцина?

– Я остался один, – невпопад заявил человек, обхватив голову руками. – Они приходят! Здесь страшно, страшно, страшно!

– Ещё бы, – спокойным голосом заявил Шел и начал объяснять как ребенку: – Так где хранится вакцина, которую разрабатывали как противодействие биооружию?

Учёный рассмеялся безумным смехом.

– Вакцины нет!

Эри похолодела. Ей показалось, что она сейчас упадет. Неужели, это правда, и противоядие никто не изготавливал? Но Шел не сдавался:

– Да нет, дружок, она должна быть. Корпорация же вела разработки. Ну хотя бы для тех элитных хорьковских задниц? Уж они-то должны были подстраховаться.

Учёный вдруг вскинул руку и указал куда-то в направлении Эри.

– Там! В шкафу!

Эри обернулась. За стеклянными дверцами шкафа, покрытыми трещинами, лежала какая-то документация. Она аккуратно достала толстый журнал с надписью "Отчеты" и положила на стол. Шел поднял пистолет с пола, встал рядом и начал листать.

– Дата испытаний… Испытаний! – он ткнул пальцем в записи. – Значит, уже есть что испытывать.

– Нет, – тихо ответила Эри. – Тут указан июль нынешнего года. А сейчас апрель. По состоянию на апрель только велась разработка. Её всё-таки ещё просто не существует.

Учёный снова засмеялся смехом безумца.

Шел озадаченно смотрел на даты, потом начал лихорадочно листать журнал. Эри осела на стул с другой стороны стола, не в силах переварить услышанное. Если нет вакцины, то нет и спасения. Как это может быть?

Внезапно лицо Шела помрачнело ещё сильнее. У Эри не было сил узнавать, что там нашел. Наверняка что-то ужасное. Она ощущала себя лопнувшим воздушным шариком. Осталась одна никчемная оболочка.

– Ладно, – Шел с шумом захлопнул журнал и бросил его на стол. – Здесь указано, что была изготовлена первая тестовая партия.

– Её взорвали, – неожиданно разумным голосом произнес ученый из своего угла, но Шел будто не услышал.

– Мы уходим, пойдем и получим кое-какие ответы в другом месте. Идём.

Эри встала и под скуление ученого поплелась за ним. Ноги были как будто каменные. Но далеко она не ушла, вышла за пределы здания и осела на землю.

– Идём, – обернулся Шел.

– Я не хочу, – еле выговорила Эри.

– Ты мне кое-что должна. Я выполнил свою часть сделки.

– Вакцины и правда нет.

– Я довел тебя в точку, в которую тебе было нужно, и что вакцины здесь нет – не моя проблема. Ну же, вставай!

Даже то, что он сейчас начнет злиться, Эри не трогало. Даже если в итоге пристрелит – наверное лучше так, чем превратиться в чудовище. Эта же участь ждёт и Олли. Сейчас он наверное тоже страдает от непонятных симптомов. "Страшно, страшно, страшно" эхом отбилось в голове слова учёного. Зачем его оставили там одного? Сторожить архив?

Шел присел перед ней на корточки.

– Идём, вакцина точно есть у них. Та самая тестовая партия. Такую элиту не смогли оставить без защиты, и мы у них её заберем.

Он говорит о Хорьках, поняла Эри, глядя в серо-зеленые глаза. Сменил тактику с угроз на уговоры, надо же.

– Ты сказал, что убьешь его, а я буду смотреть. Но ты не дал мне смотреть на них… Ночью.

– Потому что они и впрямь отвратительны, – Шел не отводил взгляда. – Идем, ты теряешь время.

– Не… могу.

На неё вдруг навалилась жуткая апатия. Не хотелось ничего, даже существовать.

– Мутанты активны ночью и затихают по утрам, – негромко сказал Шел, все так же сидя на корточках перед Эри. – Твоя нечувствительность к боли и холоду, отсутствие голода и усталости… А обостренный слух? Ты услышала человека, который находился за несколько комнат от нас. Понимаешь, в кого они тебя превращают?

– Они? – еле ворочая языком, переспросила Эри. – Биологическое оружие распылили такие, как ты. Убийцы!

– Ты злишься, значит, возвращаешься, – невозмутимо ответил Шел. – Теперь я дам тебе передохнуть полчаса, но потом нужно спешить. Иначе сюда наверняка придет подкрепление. Согласна?

Эри молча влезла в спальный мешок и отключилась.

Когда они вышли к блокпосту, её снова затошнило. Военные были мертвы. Сколько же тут было мутантов, чтобы они смогли справиться с вооруженными людьми?

Шел не стал комментировать увиденное, а лишь сказал, что им нужно поторопиться. К вечеру мутанты снова станут агрессивнее, но к тому времени они уже должны будут добраться до машины.

Так и вышло.

А потом Шел взял курс на точку, которую обозначал на своей карте. Местонахождение бункера Хорьков. Эри смотрела в окно и пыталась думать о чем-то хорошем. Но вместо этого снова и снова возвращалась мыслями к смертникам в ЦСУ. Чувствовала, как внутри растет и растет ненависть.

Когда они оказались у бункера, Шел что-то сказал в рацию – короткая закодированная команда. Эри подумала, что еще немного, и здесь появится его отряд. А потом он решил последнюю задачу по-своему: достал из рюкзака какую-то штуку и положил около вентиляционной решетки поодаль. Потом нагнулся и крикнул прямо туда:

– Мне нужен ваш главный или следующая будет с газом! Остальные сидят внутри и не высовываются.

Эри наблюдала, затаив дыхание. Он вышел почти сразу – высокий мужчина с проседью в волосах. На лице Шела снова появилась жуткая улыбка.

– У меня есть несколько вопросов к тебе, мразь.

– Кто вы и что вам нужно? – спросил Хорек, и Эри поразилась его хладнокровию.

– Ответы, я же сказал. Честные, иначе лишишься какой-нибудь части тела. Вопрос первый: вакцина от мутации существует?

Судя по тому, как был сверхъестественно спокоен этот человек, Эри подумала, что он как будто ждал, что кто-то задаст ему этот вопрос. Ведет себя как типичный политик. Нужно успокоить бунтующих в зоне заражения здесь и сейчас и дать им ложную надежду, а что дальше – неважно. Только он не подозревает, что сейчас находится на волосок от смерти.

– Вакцину разрабатывали, но на данный момент версий, которые бы можно было массово использовать для гражданского населения нет, – произнес Хорек.

Эри вздохнула. Ничего нового. Что ещё тут узнавать?

– А теперь расскажи ей, – Шел кивнул в сторону Эри. – Для чего на самом деле вы создавали биологическое оружие?

Эри заморгала и затаила дыхание. Хорек внимательно посмотрел на нее, потом перевел взгляд на Шела и спросил:

– Вы заражены?

– Отвечай на вопрос.

Отвечай на вопрос, смотри в глаза… Идеальная тактика допроса. Хорек снова бросил быстрый взгляд на Эри, а потом начал медленно говорить:

– Вирус был разработан как средство быстрой адаптации солдат к экстремальным условиям, но вышел из-под контроля. Вместо улучшения он начал превращать людей в нестабильные, агрессивные формы жизни. То, что мы называем мутантами. Процесс мутации занимает разное время, все зависит от иммунитета человека.

– И что вы сделали с этим?

– Мы провели первые испытания на лабораторных мышах. Именно они показали эту нестабильность. Потом мы смоделировали ситуацию с реальным выбросом биологического оружия в воздух и поняли, что последствия будут катастрофическими и когда мы поняли, что движемся не туда. А потом… – Хорек запнулся. – Случилась утечка, и мы решили взорвать ЦСУ, чтобы уничтожить угрозу, пока она могла быть локализована.

– Скорее, замести вашу утечку под ковер, только вот вместе с военными, – вкрадчиво подсказал Шел, и по спине Эри пробежала дрожь.

– С вероятностью девяносто девять процентов они уже были заражены, а это непозволительный риск, – бесстрастно ответил Хорек.

Шел пару секунд смотрел на него, а потом резко оказался рядом и ударил наотмашь. Хорек прищурился, и на секунду Эри показалось, что он сейчас ударит в ответ. Но нет. Шел заговорил снова – ещё резче и злее:

– Вы же позаботились о своих задницах, да? И у вас точно есть эта экспериментальная вакцина из тестовой партии, так что мне нужны две дозы.

– Три, – охрипшим голосом вдруг произнесла Эри и закашлялась.

– Две дозы и прямо сейчас, – не обращая внимания на её реплику, сказал Шел.

Хорек подумал и кивнул. Эри подумала, что должна чувствовать облегчение, но вместо него не было ничего. Хорек достал небольшой передатчик и попросил принести требуемое. Через несколько долгих минут появился еще один человек, который вложил ему в ладонь два флакончика.

Эри до последнего думала, что ничего не получится. И даже держа в руках эти флакончики, все еще не могла поверить. Но Шел не дал ее мыслям развернуться, взял за свободную руку и вложил туда свой пистолет.

Время, казалось замерло, и эти секунды растянулись до вечности. Эри направила пистолет прямо в лицо Хорьку.

– Кем я могла бы стать?

Наконец-то его невозмутимость уступила место настоящему страху. Эри ощущала его кожей. Странные волны, как будто накатывающая легкая вибрация.

– Нестабильной формой жизни, – ответил Хорек.

– И агрессивной.

Ей показалось, что она услышала громкий вздох за спиной. Хорек помедлил и ответил:

– Вирус поражает центры самоконтроля. Для этого все и делалось.

Эри издала смешок. А потом еще один – громче. А потом бросила пистолет и пустилась бежать.

***

5

Отгоняя от себя мысли о том, что вакцина экспериментальная, Эри думала о том, теперь нужно добраться до Олли пока не стало поздно. Сосредоточилась на образе своего маленького друга и старалась держаться за него изо всех сил. Добралась – перемещаясь, преимущественно по ночам – в ту точку, где все началось. Далеко от военной базы. Пряталась от мутантов, которые встречались всё чаще. Как будто внутри людей срабатывал невидимый таймер.

А потом вернулась обратно.

– Какого черта тебе снова нужно? – вместо приветствия спросил Шел, заметив ее у базы, где Эри терпеливо ожидала его появления.

– Ответы на вопросы. Желательно честные. Прострелить я тебе ничего не смогу, но просто… Хочу понять.

Шел промолчал, но зашагал вперед. Долго не останавливался, но Эри упорно следовала за ним.

– Они пытались создать суперсолдат, – наконец нехотя заговорил он. – Таких, которым не страшен холод, голод, не нужен сон и возможно даже радиация их не возьмет. Со суперслухом. И очень агрессивных. Это биооружие нужно было не для внешнего врага. Оно предназначалось для нас же.

– И в ЦСУ его активировали.

– Если бы я знал.

В этой короткой фразе звучало очень много невысказанного. Но Эри не была уверена, что сочувствует ему. В последнее время она вообще разучилась понимать свои эмоции. И вряд ли это действие вируса.

– Там в отчетах на их складе были описаны возможные последствия, – продолжал Шел. – Если бы случилось то, что они смоделировали. Они пытались избежать этого.

Если бы ЦСУ не взорвали – работа велась бы и дальше, и ситуация была бы еще хуже. С легкой руки правительства, отчаянно боящегося более сильных и лучше вооруженных врагов, люди начали превращаться в агрессивных мутантов. Наверняка они оба сейчас это понимали. Что толку обсуждать очевидное?

– Ты убил его?

Эри сверлила его взглядом, но Шел упорно не смотрел в глаза.

– Нет, – наконец ответил он.

И снова между ними повисла долгая пауза.

– В ЦСУ были не только военные, но и обслуживающий персонал, – сказала Эри. – Я понимаю, что такое кого-то потерять… Там.

Шел недоверчиво посмотрел на нее:

– Почему ты не сказала?

– А ты бы поверил? Какая теперь разница. Это прошлое, и нужно принять его и… Жить дальше. Может быть, сделают полноценную вакцину. А может быть, будет уже поздно и все мы превратимся в чудовищ или они нас убьют.

– Может быть, – ответил Шел и не стал убирать руку, когда ее, ту самую, закрывшую ей глаза от мутантов, накрыла ладонь Эри. – Может быть.