Время пришло

Дверь кафе с грохотом захлопнулась, потревожив многострадальный колокольчик. Настя подлетела ко мне, не дав ни поздороваться, ни извиниться за то, что начала есть без нее.

– Вик, ты уже видела? Просто в голове не укладывается!

– И тебе доброе утро, Насть. – проглотив вымоченные в сливочном соусе макароны, сказала я. – Я видела только то, что ты опаздывала на полчаса, а в меню слишком аппетитные картинки.

– Да кому это сейчас важно? – Настя нависала надо мной, видимо не собираясь садиться. – В Америке ядерка бомбанула!

Если кто-то из посетителей кафе до этого еще пытался не обращать на нас внимания, теперь все взгляды точно были прикованы к моей взбудораженной подруге.

– Что значит бомбанула? – я замерла, так и не донеся стакан с кофе до рта. – У нас война?

– Да нет. Они сами. – Настя суетливо сунула мне в нос телефон.

“Страшнейшая авария произошла на складе ядерного оружия в штате Невада. По неустановленным на данный момент причинам в 8 часов утра по нашему времени прогремел ядерный взрыв, который спровоцировал цепную реакцию и мощнейшие выбросы радиации. На данный момент нельзя точно оценить ущерб и потери, но можно уверенно сказать, что они превышают те, что были при сбросе бомб на Хиросиму и Нагасаки, а также произошедшие при аварии на Чернобыльской АЭС”.

– Срочно, переключите на новости! – мужчина в светлом костюме нетерпеливо тормошил официанта.

– Сейчас 10:18, все новости уже прошли. – лениво отмахивался тот, стараясь не уронить поднос с цезарем.

Настя все же плюхнулась на место рядом со мной и что-то быстро печатала.

– Подожди, – ко мне в мозг закралась тревожная мысль. – Невада, это же относительно близко к океану?

– Вроде да. – ответила подруга, не отрываясь от печатания.

– Но это разве не спровоцирует цунами?

Настя замерла на мгновение, потом повернулась ко мне:

– Ну, технически, если и спровоцирует, там же океан. Может пока будет идти по нему – ослабнет. Плюс, есть же еще Камчатка и Япония, на них чуть что удар придет первыми. Ну и до нас от моря около 250 километров, так что не дум…

Стол резко дернулся, заставив всю посуду тяжело звякнуть, а нас замереть. Я физически почувствовала, как время замедлилось и все стало восприниматься как в киношном слоу мо. Мужчина в светлом костюме медленно потянулся к своему телефону, официант начал падать, а стаканы с соком и чаем картинно потянулись к земле, оставив большую часть напитков внутри. Настя оторвала взгляд от телефона, на котором женщина с зализанными волосами видимо зачитывала новости.

Второй толчок запустил время в ускоренном режиме. Падающие с подноса стаканы с грохотом разбились, оставляя после себя желтоватые лужи, официант шмякнулся на колени, чудом не угодив на осколки, а люди вскочили со своих мест. Настя схватила меня за руку и потянула к выходу. Я автоматически схватила свой телефон, не успев сделать более широкий жест, чтобы забрать и сумочку.

На улице творилось буйство. Набережная, которая в обычное время была полосой спокойствия, с неспешно перемещающимися мамочками с колясками, бегунами и пенсионерами, сейчас напоминала супермаркет в черную пятницу. Только вот убытки явно будут больше, чем просто спущенные на покупки деньги. Люди падали, выбегали из прибрежных магазинов, стоял странный гул, в котором смешивались крики, треск, звон колоколов соборов и шум воды. Люди, которые пытались отбежать от зданий, включая нас, напоминали пьяных выпускников, которые стараются удержаться на ногах. Земля ходила ходуном, не давая шанса не подвернуть лодыжку. Оглушающий треск не особо привлекал внимание, так как раздавался с разных сторон. Краем глаза я заметила, как несколько стоящих в относительной видимости высоток на секунду как будто подпрыгнули, а после скрылись из вида за качающимися деревьями.

И вдруг наступила тишина. Конечно, какие-то звуки все равно были – сирены машин, плач, возгласы людей. Но по сравнению с шумом рушащихся зданий и криков паники – стало тихо.

– Что за хрень? – спросила Настя, медленно оглядываясь.

Я посмотрела на подругу. Обычно суетная и обладающая темпераментом холерика, она была не похожа на себя. Замедленные движения и опустошенные глаза делали Настю похожей на брошенного плюшевого мишку. Хотя, если осмотреться, то все, кто сейчас был рядом с нами, были не в лучшем состоянии.

– Ну теперь мы знаем, как ощущается землетрясение. – сказала я глупость, которая первой пришла мне на ум.

– Вы не пострадали? – бросил реплику пробегающий мимо парень в милицейской форме.

– Да вроде нет. – кинула ему вслед Настя.

Служитель порядка кивнул и направился ближе к кафе из которого мы выбежали. И только сейчас я заметила, что рядом со входом, который покосился и почти развалился, лежат бетонные глыбы, из-под которых виднелся светлый костюм. Медленно встав и стараясь не опираться на подвернутую лодыжку, я инстинктивно сделала несколько шагов в ту сторону. Чем ближе я подходила, тем ярче виднелись бордовые пятна, которые показывались не только рядом со входом в кафе, но и по всей набережной. Тяжело сглотнув, я огляделась и, кажется, перестала дышать.

Рядом со всеми зданиями в видимости лежали люди, обломки, стекло и части тел. Я не могла сфокусироваться на чем-то конкретном, но общее ощущение безысходности прошибло меня с копчика до пальцев ног. Беспокоящая до этого момента боль в лодыжке перестала существовать, а подошедшая подруга стала восприниматься как счастливый лотерейный билет.

– Насть, спасибо, что так быстро среагировала. – я посмотрела на нее мокрыми глазами. – Если бы ты, как и я замешкалась, то…

– А как иначе. – тихо ответила та. – Жаль, что не было возможности подтолкнуть к выходу больше людей.

В кармане назойливо пыталась обратить на себя внимание вибрация.

– Да, бабуль. Я в порядке. До вас не дошло? – спросила я, ответив на звонок.

– Милая наша, мы тебя очень любим! – ее взволнованный голос пробивался сквозь бешеный шум.

– Я вас тоже люблю. Я в порядке. Ты где, почему так шумно?

– Дедушка тоже передает, что очень любит. Береги себя и помни нас.

– Бабушка, что происходит? – по шее поползли неприятные покалывания. – Вы в порядке?

– Мы тебя лю…

Я медленно посмотрела на телефон, который оборвал сигнал. Сразу перенабрала бабушкин номер, но услышала лишь: “Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети”.

– Вика, что случилось? – Настя положила мне руку на плечо.

– Я не знаю. Бабушка звонила. Как будто попрощаться…

Подруга нахмурила брови.

– Где они живут? В Магадане вроде?

Я молча кивнула, все еще силясь понять, что случилось. Настя застучала пальцами по экрану и вдруг замерла.

– Вик, мне так жаль. – она посмотрела на меня влажными глазами. – Там цунами…

Я не стала смотреть в развернутый ко мне экран телефона с видео на котором здоровенная волна надвигалась на снимающего. Медленно, стараясь не переносить полный вес на все еще ноющую ногу я подошла и села на край набережной. Наша достопримечательность – река Амур все так же плавно текла, источая спокойствие и умиротворение, как будто закрывая глаза на страдания людей, части которых проплывали по ее водам. Быстро унося обломки, вещи и несколько тел, река бежала, словно пытаясь очиститься.

– Быстрое сегодня течение, не правда ли? – раздался рядом спокойный мужской голос.

Я автоматически посмотрела на говорящего, но была слишком опустошена, чтобы ответить на эту попытку завести беседу и просто смотрела на воду.

– Простите, видимо вы в шоке. Один из методов помощи людям в нашей ситуации – это переключение внимания. Что я и попытался сделать. – продолжал незнакомец. – Я, кстати, Андрей.

– Вика. – отрешенно ответила я, проигнорировав протянутую руку.

– Ну что же, очень приятно, Вика. Вы позволите вас осмотреть?

Я перевела взгляд на собеседника. Обычное, ничем не примечательное лицо мужчины средних лет, с доброй усмешкой. Чего он ко мне привязался? Вон позади нас сколько людей, которым правда нужна помощь.

– Вы врач? – спросила я.

– Не совсем. – пожав плечами ответил Андрей. – Я скорее заинтересованное лицо и учитель географии. Однако много читал о природных катаклизмах и о том, как оказывать при них помощь.

– Ну тогда идите и…

Мощный толчок на мгновение подбросил меня, вынудив рефлекторно попытаться ухватиться за обрушающийся от нового землетрясения выступ. Мои ногти отчаянно цеплялись за падающий бетон и обнажившуюся землю, но через мгновение я погрузилась под воду. Вынырнув и сделав спасительный глоток воздуха я поняла, что меня быстро уносит. Лицо нещадно хлестала вода, обломки набережной и проплывающих рядом зданий царапали ноги и руки.

– Вика!

Я чудом извернулась и увидела плывущего за мной Андрея, сражающегося с железной балкой, за которую он видимо зацепился падая в воду. Попытавшись поплыть против течения к нему я быстро осознала, что это бесполезно. Быстрый и сильный поток воды не давал ни шанса, становясь смертельной ловушкой из-за сыплющихся с берегов обломков, камней и тел. Зацепив собой пару трупов я ухватилась за какой-то деревянный кусок, видимо бывший раньше дверью. Позволяя оставлять голову над водой, течение уносило частички города и его жителей все дальше.

Не знаю, через сколько времени, но давление реки стало ослабевать. Меня нагнал Андрей и подгребая наш импровизированный плот, мы проплыли мимо сопровождающего нас мусора и тел и смогли встать на ноги.

– Вот уж незапланированное путешествие. – вздохнул мужчина, выбравшись на берег и выжимая свою майку.

Я лежала на спине, с касающимися воды ногами и пыталась отдышаться.

– Есть идеи как далеко нас забросило? – спросил мой попутчик, копаясь в карманах.

Я приподнялась на локтях и осмотрелась. Не то, чтобы ориентирование на очевидно сельской местности был мой конек, но я узнала село Сикачи-Алян. Бывала там пару раз в подростковых походах. Правда сейчас поселение выглядело очень печально – разрушенные дома, покосившиеся деревья. Чуть поодаль стоял столб дыма, который не предвещал ничего хорошего.

– Вик, как вы относитесь к концу света?

Я ошарашено повернула голову.

– В смысле?

Андрей не отреагировал, все его внимание было направлено в телефон.

– Андрей? Что вы имеете в виду.

– Ну… Дело в том, что при движении тектонических плит, вызванном землетрясениями, могут провоцировать новые трещины и давление, из-за которого могут начинаться извержения вулканов…

– Можно без всего этого? – я устало вздохнула. – Что-то еще произошло?

– Да. – Андрей поджал губы. – По всему миру проснулись сотни вулканов, включая находящийся недалеко от нас – палеовулкан Мицуевский.

– Это невозможно. Вы же не хотите сказать, что этот столб дыма это…

– Нет. Тут скорее что-то просто загорелось. Хотя при всеобщей панике и повторяющихся землетрясениях пожары очень опасны, так как все спасательные структуры заняты другим.

– Так нам угрожает тот вулкан?

– Прямо сейчас нет. Он достаточно далеко, скорее всего лава и дым до нас не дойдут. Но проблема не в этом. А в том, что все указывает на то, что земля больше не собирается нас содержать.

Мужчина спокойно сел на берег реки, которая все еще проносила множество нелицеприятных вещей. Я впервые внимательно посмотрела на собеседника. Его лицо было расслабленно, даже в какой-то мере выглядело умиротворенно, хотя у меня в груди сердце отплясывало чечетку, а дыхание все никак не могло выровняться.

– Почему вы так спокойны?

Андрей повернулся ко мне.

– Чему быть, того не миновать, как говорится. Ни вы, ни я никак не можете повлиять ни на землетрясения, ни на извержения, ни на цунами. Вряд ли у вас есть доступ в какой-то секретный бункер, который поможет пережить все природные катаклизмы. А это значит, что и от паники и волнения проку не будет. Мы ничего не можем изменить.

– Подождите, но ведь вот мы, живые, сидим, вроде в безопасности. Как и миллионы людей по всему свету. – я вскочила на ноги.

– Надежда не постыжает. – Андрей снисходительно улыбнулся. – У вас есть идеи куда пойти, что поесть, где лечь спать с гарантией, что очередной катаклизм вам не навредит?

Я собиралась ответить, но осеклась.

– Моя семья погибла в пожаре. – продолжал мужчина. – Жена и двое маленьких детей. Вы примерно того возраста, какого сейчас была бы моя старшая дочка. Какой-то пьяный мужик хотел закурить возле заправки. Огонь перекинулся на струю бензина и все взорвалось. Мои родные в этот момент были в машине, пока я вышел оплатить бензин. Они погибли мгновенно, а я отделался ушибами от взрывной волны и парой ожогов. Я ничего не мог сделать. После этого я увлекся экологией, изучал природные катаклизмы и поражался, насколько же слаб и глуп человек. С нашими нынешними ресурсами и продвижением науки мы могли бы помочь земле справится с той нагрузкой, которую сами на нее возложили. Но нет. Сильные мира сего занимались другими вопросами, которые по их мнению были важнее, чем спасение человечества.

Вдалеке, выше по течению реки раздался странный шум. Мы синхронно повернули головы, а Андрей, немного прислушавшись, вдруг рассмеялся.

– Вот тебе на! Никогда бы не подумал, что увижу такое своими глазами.

Я испуганно смотрела на горизонт, на котором появилась темная полоска воды.

– Цунами в реке, многие не верили, что это возможно, спорили. – продолжал мужчина. – А вот оно. Еще одно доказательство, что земле мы надоели.

По реке Амур к нам приближалось смертоносное явление, которое, как я думала, не существует. Я схватила Андрея за локоть.

– Бежим! Вставай, ну же!

– Нет, Вика, я никуда не побегу. Да и вероятно, это бесполезно. Но удачи тебе.

Я подскочила и бросилась в противоположную от реки сторону. Шум воды становился все ближе, от чего адреналин в моей крови зашкаливал так, что я бежала, в буквальном смысле не чувствуя ног. Слева я заметила языки огня, которые очень быстро распространялись по селу. До меня доносились крики людей, одни сдавленные, другие пронзительные, но мозг отказывался их воспринимать, реагируя только на приближающийся шум воды. Где-то внутри пульсировала мысль: “Куда ты бежишь?”, но я гнала ее прочь, повинуясь порыву просто продлить свое существование.