Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещён и влечёт установленную законодательством ответственность.
Штаб сорресов походил на воткнутую в небо и трясущуюся под его тяжестью иглу. На земле не было здания выше. Его матово-чёрная тень не зависела от положения солнца и была видна даже ночью: всегда на одном месте, словно бездонный провал, разрезающий серые пустынные пески.
До входного портала оставалось метров пятьдесят. Несмотря на сухой воздух, пот стекал ручьями по всему телу, включая ступни и глаза. Ноги вязли в песке. На плечи давил груз мешка весом в полсотни килограммов. Проклятые инопланетяне закидали мир подарками, а сделать нормальный траволатор от границы санитарной зоны до башни щупальца не дошли.
Интересно, почему? Ведь это им нужно, чтобы люди заносили детей в целости и сохранности. А если из-за резкого перепада давления у малыша случится инсульт?
В пяти метрах над землёй из ниоткуда появился вход. Язык платформы мягко лёг рядом. Оставалось сделать последний шаг.
— Наконец-то!
Я скинул пятидесятикилограммовый мешок сухого корма на платформу. Дёрнул плечами, и короб свалился рядом на песок. Размяв спину, я открыл крышку и достал смартфон.
— Так, корм Элит для средних котов из тунца и трюфелей, три упаковки, — сверяясь с заказом, я перебрасывал пакеты на платформу, — нежный барашек со стратачелой и соусом песта для пожилых котов, пять упаковок, есть. Один тренажёр охотничьих навыков «мышка на удочке», есть. Ну, вроде всё.
Достав полторашку воды, я сел на короб отдышаться. Иногда заказы сорресов были очень специфичны. Учёные выдвигали различные гипотезы, когда инопланетяне просили доставить то плейстейшн, то триста мешков фундука, то ортопедический матрас. Но гипотезы так и оставались домыслами без каких-либо доказательств.
— Ну, давай, поднимайся, — я пнул платформу.
Красная полоса вокруг неё продолжала пульсировать красным.
— Суки, не обманешь, — я сделал ещё глоток и поставил бутылку рядом с кошачьим кормом. За три года работы инопланетным курьером ни разу не удалось их налюбить.
Платформа не двинулась. Я поднял голову.
— Да всего-то два глотка сделал! Мне ещё назад полкилометра пердолить по жаре, имейте совесть!
Индикация нехотя позеленела, и грузовой лифт стал втягиваться обратно в другое измерение.
Я уже накидывал сумку доставщика обратно на плечи, как вдруг портал распахнулся вновь. Такого ещё никогда не было. Странно. Я опять сверился со списком. Но потом понял, что это другое. На платформе стоял молодой, но крайне измождённый европеоид с потухшим взглядом. Дрожащие руки прижимали к груди стопку листов А4.
— Буэнос диас, папаша.
Мужчина встрепенулся.
— Как вы узнали, что я, ммм…
— Известно как, сюда только с детьми пускают. Не переживайте, вы правильно сделали, ваш ребёнок будет там счастлив.
— Не уверен… — видно было, что он уже давно ни с кем не говорил по душам. Кажется, ему не помешало бы просто выговориться.
— Я постоянно думаю, что совершил ошибку, отдав сына семнадцать лет назад. Просто хотел увидеть его, узнать, как он, поговорить… ему был всего месяц…
На экране замелькали цифры, параметры, и на миг Робу захотелось, чтобы его сын не подошёл. Ведь уже были такие случаи. Но нет. Новая надпись подтверждала пригодность и спрашивала согласия. Роб приложил кончики пальцев правой руки к пяти кружкам на экране и ушёл не оборачиваясь.
Высшая раса – это хорошо, но бумажку, чтобы прикрыть задницу сорресам, ты подписать всё равно обязан. Вдруг засудят, да?
— Слушай, а как его звали?
— Миха…
Я прикинул в уме.
— Семнадцать лет назад? Михаэль Робертович? Так я его знаю! Он отлично устроился, капитан космолёта дальнего плавания первого ранга. Так что не переживайте, у него реально всё хорошо. Сорресы не врут. Меня самого родители отдали в восемнадцать, надо было исчезнуть с планеты на какое-то время, не важно. Год у них старшим электромехаником отработал. Так-то мне девятнадцать всего.
— А выглядите на сорок семь, — покачал головой Роберт.
— Это из-за временных парадоксов.
Мужчина вроде взбодрился, по крайней мере с глаз пропал суицидальный налёт.
— А вы сами зачем тут? Ведь все товары сорресам давно доставляют их роботы?
— Я работаю курьером для души. На самом деле я председатель литературного клуба, обеспеченный человек. Про «Пощады не будет» слышали что-нибудь?
Роб кивнул и протянул листы мне.
— Читал наверху пять минут назад. Похоже, это вам.
— Вообще, инопланетяне на конкурсы не допускаются. Но почитать могу. Ладно, пошли. Я тут знаю одну неплохую гостиницу. Пообедаем, почитаем рассказ. Расскажу тебе про Миху, как мы как-то на Антаресе по ошибке в библиотеку зашли, думали, что это бордель, даже почти договорились.
Очень странно, что рассказ до сих пор не дисквалифицирован, ведь видно, что писал не человек а соррес. А судя по тому, как автор психологически измывается над Михой и его отцом, этот соррес — самка 100%. Сперва о плохом. Исключая отсутствие оргии во время молодёжной тусовки мне не понравилось два момента:
Потом новоприбывшие устроили шумную вечеринку — проводы для малышки Лизи.
Крайне мало показано детей. Дело в том, что не смотря на могущество сорресов, им тоже нужны некие ресурсы. Человеческие дети. А для того, чтобы гарантированно эти ресурсы от землян получать, надо всего лишь дополнительно бесконтрольно увеличить рождаемость: под угрозой смертной казни запретить использовать средства контрацепции и подарить земляном абсолютно безвредную бесплатную эпидуральную анестезию для всех, включая мужиков. А также запретить аборты. Хм, аборты уже запрещены… цена презервативов космическая… похоже, сорресы уже среди нас! Ждём подарков.
И Роб действительно понял — его сын менялся: черты лица грубели, уши и нос становились больше, появлялись морщины. Миха молчал, и Робу оставалось только наблюдать за этими метаморфозами: стремительным взрослением, а потом старением.
Основные мысли высказаны и пора закругляться, но вот это внезапное ускорение времени говорит о том, что под конец автор забил на сюжет. Хотя что мешало Робу появиться на космическом корабле аккурат за десять минут до смерти Михи от старости? Постарел за 17 лет в гиперпространстве – бывает. Там даже особо ничего переписывать не надо, один абзац убрать.
Кстати, ведь можно было бы брать на управление не людей, а черепах. Они живут дольше, а из органов управления две педали и ручка. Вполне справятся.
Это все претензии. Вертели рассказ с Робом три дня, мусолили страницы, и выходит так, что самые интересные вещи (игрушки инопланетян, то, как люди пришли к мысли отдавать своих детей) остались за кадром, что заставляет мозг мощно включаться в рассказ и достраивать всю картину самому. Так что научно-фантастические допущения получаются правдоподобными. Ловко придумано. А, погоди, ещё кое что:
Они не хотели, чтобы их сжирал Астерий — звёздное пространство и время, слитые воедино.
Криво запараллелен миф о Минотавре. Так как в оригинале люди приносили детей в жертву чудовищу. Но если космоический Минотавр – это пространство-время, то соррес ничего своего в жертву не приносит. Никаких своих детей или бабушек. Он просто нашёл лазейку, чтобы слетать в отпуск в другую Вселенную и остаться целым.
Повествование – супер. Язык выше среднего, много интересных слов вроде сопульги и инаковости. И расставлены в правильном порядке. Антураж настоящего будущего, отличные знания внутреннего устройства инопланетных штабов. Впервые за сотни лет участия в конкурсах вижу настоящие правдоподобные диалоги будущего. Ну и центральная идея – огонь. Я записал её себе в блокнотик.
Слезодавильная составляющая меня не тронула. У меня из детей только кот, который отлично прокачивает цинизм сразу после первого обсосанного дивана. Но тут тоже всё сделано красиво и со вкусом.
Заказ выполнен, пришло время взять оплату. Я подошёл к куче подарков. Стал разгребать руками различные вечные фонари, непробиваемые резиновые лодки, полуорганические живые блёсны на щуку и прочую ерунду.
— Секс-робот Никита у меня уже есть, носки-непотейки подарили в прошлом году, ага, вот оно!
Со дна кучи я вытащил маленький плюс. Тебе фартануло, автор. Посмотрим, проскочишь ли ты остальных экспертов первого тура.
Кста, а если в подсудную упадёт рассказ, то ctrl+c, ctrl+v будет с поправкой на соседей? Или человеческая рецензия отдельно напишется?
Upd: вопрос снят. Отзывы в роли жюри читнул.
Чего мне не хватило:
— истории жизни отца; с момента его расставания с сыном прошло 17 лет! вскользь сказано про смерти Анны, про её сестру Марию… что делал отец всё это время? как он жил? чем он жил? зачем ему сын через 17-то лет! почему он чуть не заплакал первый раз со смерти Анны? он всё ещё переживает? а если он ей так дорожил, почему он отдал сына — единственную связь с ней?
— вытекающий далее вопрос: почему люди отдавали инопланетянам детей? на Земле стало жить настолько плохо, что люди считали, что лучше — где угодно, только не на Земле? допустим, но стоило бы это как-то показать, в тексте этого нет, как и вообще хотя бы краткого описания будущего.
— подобное «сосуществование» людей и инопланетян описано как само собой разумеещеся, что неправдоподобно; наверняка нашлись бы военные, готовые без конца стрелять в этот «штаб» (почему штаб?) из танков, или какие-нибуль радикалы-экстремисты, нашлись бы религиозные фанатики, которые хотели бы жечь инопланетян на кострах, и те, что хотели бы молиться на инопланетян, и много других персонажей… но мы читаем только про пустую пустыню (извините за тавтологию), и какое-то апатичное равнодушие людей: ну захотим — отдадим ребёнка, захотим — построим гостиницу и в ней же посадим андроида, подаренного инопланетянами (изучать андроида мы, конечно, не будем, и андроид сам про своих создателей знать ничего не будет); странно в общем.
— что делал Миха 17 лет?! получается, что он 17 лет ждал, чтобы его наконец посадили управлять полётом (замечание Пощады не будет про стремительное старение сына тоже весьма к месту)
— рассказ заканчивается слишком стремительно: весь текст — это размеренное описание, ожидание отца, тут раз: абзац — и он на корабле, диалог — и все умерли; наверное, это вяжется с вопросом, что делал сын 17 лет, потому что если непонятно, что можно делать 17 лет на живом корабле, то непонятно и что делать там герою рассказа 5 минут, то есть это вопрос недоработанности самой концепции происхождения и существования этих инопланетных существ; мы ведь даже и не пониманием, зачем им эти перемещения через космос, если они сами не опускаются на планеты.
Возможно, построение рассказа не вокруг какого-то яркого действия, а вокруг вопроса «Зачем инопланетянам земные дети?», на который в конце должен быть дан ответ, и не лучший ход, но рассказ всё равно неплохой, я думаю, его можно доработать согласно замечаниям, так сказать, прорисовать чуть более мелкими штрихами, насытить, и он станет значительно лучше. Успехов в трудах, продолжайте писать.
Да, по поводу прогнозов на финал.
Рассказ имеет шансы. Сейчас на логику плевать всем с высокой телебашни. И даже некоторым членам профжюри.
Но чернушной концовкой в стиле Филиппа Дика вы, автор, срезали процентов тридцать успеха. Так что не удивляйтесь, если рассказ вылетит в трубу. Удивляйтесь, если пройдёт.
Оценки читательской аудитории литературного клуба “Пощады не будет”
Трэш – 0
Угар – 0
Юмор – 0
Внезапные повороты – 1
Ересь – 0
Тлен – 100
Безысходность – 100
Розовые сопли – 2
Информативность – 1
Фантастичность – 6
Коты – 0 шт
Капсулы – 16 шт
Сорресы – 1 шт
Соотношение потенциальных/реализованных оргий – 1/0
Скорость полёта среднего сорреса – ~18 Мпарсек/c.
Штаб сорресов походил на воткнутую в небо и трясущуюся под его тяжестью иглу. На земле не было здания выше. Его матово-чёрная тень не зависела от положения солнца и была видна даже ночью: всегда на одном месте, словно бездонный провал, разрезающий серые пустынные пески.
До входного портала оставалось метров пятьдесят. Несмотря на сухой воздух, пот стекал ручьями по всему телу, включая ступни и глаза. Ноги вязли в песке. На плечи давил груз мешка весом в полсотни килограммов. Проклятые инопланетяне закидали мир подарками, а сделать нормальный траволатор от границы санитарной зоны до башни щупальца не дошли.
Интересно, почему? Ведь это им нужно, чтобы люди заносили детей в целости и сохранности. А если из-за резкого перепада давления у малыша случится инсульт?
В пяти метрах над землёй из ниоткуда появился вход. Язык платформы мягко лёг рядом. Оставалось сделать последний шаг.
— Наконец-то!
Я скинул пятидесятикилограммовый мешок сухого корма на платформу. Дёрнул плечами, и короб свалился рядом на песок. Размяв спину, я открыл крышку и достал смартфон.
— Так, корм Элит для средних котов из тунца и трюфелей, три упаковки, — сверяясь с заказом, я перебрасывал пакеты на платформу, — нежный барашек со стратачелой и соусом песта для пожилых котов, пять упаковок, есть. Один тренажёр охотничьих навыков «мышка на удочке», есть. Ну, вроде всё.
Достав полторашку воды, я сел на короб отдышаться. Иногда заказы сорресов были очень специфичны. Учёные выдвигали различные гипотезы, когда инопланетяне просили доставить то плейстейшн, то триста мешков фундука, то ортопедический матрас. Но гипотезы так и оставались домыслами без каких-либо доказательств.
— Ну, давай, поднимайся, — я пнул платформу.
Красная полоса вокруг неё продолжала пульсировать красным.
— Суки, не обманешь, — я сделал ещё глоток и поставил бутылку рядом с кошачьим кормом. За три года работы инопланетным курьером ни разу не удалось их налюбить.
Платформа не двинулась. Я поднял голову.
— Да всего-то два глотка сделал! Мне ещё назад полкилометра пердолить по жаре, имейте совесть!
Индикация нехотя позеленела, и грузовой лифт стал втягиваться обратно в другое измерение.
Я уже накидывал сумку доставщика обратно на плечи, как вдруг портал распахнулся вновь. Такого ещё никогда не было. Странно. Я опять сверился со списком. Но потом понял, что это другое. На платформе стоял молодой, но крайне измождённый европеоид с потухшим взглядом. Дрожащие руки прижимали к груди стопку листов А4.
— Буэнос диас, папаша.
Мужчина встрепенулся.
— Как вы узнали, что я, ммм…
— Известно как, сюда только с детьми пускают. Не переживайте, вы правильно сделали, ваш ребёнок будет там счастлив.
— Не уверен… — видно было, что он уже давно ни с кем не говорил по душам. Кажется, ему не помешало бы просто выговориться.
— Я постоянно думаю, что совершил ошибку, отдав сына семнадцать лет назад. Просто хотел увидеть его, узнать, как он, поговорить… ему был всего месяц…
На экране замелькали цифры, параметры, и на миг Робу захотелось, чтобы его сын не подошёл. Ведь уже были такие случаи. Но нет. Новая надпись подтверждала пригодность и спрашивала согласия. Роб приложил кончики пальцев правой руки к пяти кружкам на экране и ушёл не оборачиваясь.
Высшая раса – это хорошо, но бумажку, чтобы прикрыть задницу сорресам, ты подписать всё равно обязан. Вдруг засудят, да?
— Слушай, а как его звали?
— Миха…
Я прикинул в уме.
— Семнадцать лет назад? Михаэль Робертович? Так я его знаю! Он отлично устроился, капитан космолёта дальнего плавания первого ранга. Так что не переживайте, у него реально всё хорошо. Сорресы не врут. Меня самого родители отдали в восемнадцать, надо было исчезнуть с планеты на какое-то время, не важно. Год у них старшим электромехаником отработал. Так-то мне девятнадцать всего.
— А выглядите на сорок семь, — покачал головой Роберт.
— Это из-за временных парадоксов.
Мужчина вроде взбодрился, по крайней мере с глаз пропал суицидальный налёт.
— А вы сами зачем тут? Ведь все товары сорресам давно доставляют их роботы?
— Я работаю курьером для души. На самом деле я председатель литературного клуба, обеспеченный человек. Про «Пощады не будет» слышали что-нибудь?
Роб кивнул и протянул листы мне.
— Читал наверху пять минут назад. Похоже, это вам.
— Вообще, инопланетяне на конкурсы не допускаются. Но почитать могу. Ладно, пошли. Я тут знаю одну неплохую гостиницу. Пообедаем, почитаем рассказ. Расскажу тебе про Миху, как мы как-то на Антаресе по ошибке в библиотеку зашли, думали, что это бордель, даже почти договорились.
Очень странно, что рассказ до сих пор не дисквалифицирован, ведь видно, что писал не человек а соррес. А судя по тому, как автор психологически измывается над Михой и его отцом, этот соррес — самка 100%. Сперва о плохом. Исключая отсутствие оргии во время молодёжной тусовки мне не понравилось два момента:
Потом новоприбывшие устроили шумную вечеринку — проводы для малышки Лизи.
Крайне мало показано детей. Дело в том, что не смотря на могущество сорресов, им тоже нужны некие ресурсы. Человеческие дети. А для того, чтобы гарантированно эти ресурсы от землян получать, надо всего лишь дополнительно бесконтрольно увеличить рождаемость: под угрозой смертной казни запретить использовать средства контрацепции и подарить земляном абсолютно безвредную бесплатную эпидуральную анестезию для всех, включая мужиков. А также запретить аборты. Хм, аборты уже запрещены… цена презервативов космическая… похоже, сорресы уже среди нас! Ждём подарков.
И Роб действительно понял — его сын менялся: черты лица грубели, уши и нос становились больше, появлялись морщины. Миха молчал, и Робу оставалось только наблюдать за этими метаморфозами: стремительным взрослением, а потом старением.
Основные мысли высказаны и пора закругляться, но вот это внезапное ускорение времени говорит о том, что под конец автор забил на сюжет. Хотя что мешало Робу появиться на космическом корабле аккурат за десять минут до смерти Михи от старости? Постарел за 17 лет в гиперпространстве – бывает. Там даже особо ничего переписывать не надо, один абзац убрать.
Кстати, ведь можно было бы брать на управление не людей, а черепах. Они живут дольше, а из органов управления две педали и ручка. Вполне справятся.
Это все претензии. Вертели рассказ с Робом три дня, мусолили страницы, и выходит так, что самые интересные вещи (игрушки инопланетян, то, как люди пришли к мысли отдавать своих детей) остались за кадром, что заставляет мозг мощно включаться в рассказ и достраивать всю картину самому. Так что научно-фантастические допущения получаются правдоподобными. Ловко придумано. А, погоди, ещё кое что:
Они не хотели, чтобы их сжирал Астерий — звёздное пространство и время, слитые воедино.
Криво запараллелен миф о Минотавре. Так как в оригинале люди приносили детей в жертву чудовищу. Но если космоический Минотавр – это пространство-время, то соррес ничего своего в жертву не приносит. Никаких своих детей или бабушек. Он просто нашёл лазейку, чтобы слетать в отпуск в другую Вселенную и остаться целым.
Повествование – супер. Язык выше среднего, много интересных слов вроде сопульги и инаковости. И расставлены в правильном порядке. Антураж настоящего будущего, отличные знания внутреннего устройства инопланетных штабов. Впервые за сотни лет участия в конкурсах вижу настоящие правдоподобные диалоги будущего. Ну и центральная идея – огонь. Я записал её себе в блокнотик.
Слезодавильная составляющая меня не тронула. У меня из детей только кот, который отлично прокачивает цинизм сразу после первого обсосанного дивана. Но тут тоже всё сделано красиво и со вкусом.
Заказ выполнен, пришло время взять оплату. Я подошёл к куче подарков. Стал разгребать руками различные вечные фонари, непробиваемые резиновые лодки, полуорганические живые блёсны на щуку и прочую ерунду.
— Секс-робот Никита у меня уже есть, носки-непотейки подарили в прошлом году, ага, вот оно!
Со дна кучи я вытащил маленький плюс. Тебе фартануло, автор. Посмотрим, проскочишь ли ты остальных экспертов первого тура.
Критика)
Upd: вопрос снят. Отзывы в роли жюри читнул.
А это рассказу случайно так повезло или группа Ваша подсудная?
Чего мне не хватило:
— истории жизни отца; с момента его расставания с сыном прошло 17 лет! вскользь сказано про смерти Анны, про её сестру Марию… что делал отец всё это время? как он жил? чем он жил? зачем ему сын через 17-то лет! почему он чуть не заплакал первый раз со смерти Анны? он всё ещё переживает? а если он ей так дорожил, почему он отдал сына — единственную связь с ней?
— вытекающий далее вопрос: почему люди отдавали инопланетянам детей? на Земле стало жить настолько плохо, что люди считали, что лучше — где угодно, только не на Земле? допустим, но стоило бы это как-то показать, в тексте этого нет, как и вообще хотя бы краткого описания будущего.
— подобное «сосуществование» людей и инопланетян описано как само собой разумеещеся, что неправдоподобно; наверняка нашлись бы военные, готовые без конца стрелять в этот «штаб» (почему штаб?) из танков, или какие-нибуль радикалы-экстремисты, нашлись бы религиозные фанатики, которые хотели бы жечь инопланетян на кострах, и те, что хотели бы молиться на инопланетян, и много других персонажей… но мы читаем только про пустую пустыню (извините за тавтологию), и какое-то апатичное равнодушие людей: ну захотим — отдадим ребёнка, захотим — построим гостиницу и в ней же посадим андроида, подаренного инопланетянами (изучать андроида мы, конечно, не будем, и андроид сам про своих создателей знать ничего не будет); странно в общем.
— что делал Миха 17 лет?! получается, что он 17 лет ждал, чтобы его наконец посадили управлять полётом (замечание Пощады не будет про стремительное старение сына тоже весьма к месту)
— рассказ заканчивается слишком стремительно: весь текст — это размеренное описание, ожидание отца, тут раз: абзац — и он на корабле, диалог — и все умерли; наверное, это вяжется с вопросом, что делал сын 17 лет, потому что если непонятно, что можно делать 17 лет на живом корабле, то непонятно и что делать там герою рассказа 5 минут, то есть это вопрос недоработанности самой концепции происхождения и существования этих инопланетных существ; мы ведь даже и не пониманием, зачем им эти перемещения через космос, если они сами не опускаются на планеты.
Возможно, построение рассказа не вокруг какого-то яркого действия, а вокруг вопроса «Зачем инопланетянам земные дети?», на который в конце должен быть дан ответ, и не лучший ход, но рассказ всё равно неплохой, я думаю, его можно доработать согласно замечаниям, так сказать, прорисовать чуть более мелкими штрихами, насытить, и он станет значительно лучше. Успехов в трудах, продолжайте писать.
Написано хорошо, но есть кое-где огрехи мелкие типа «направился к входу»…
Да, сдезодавилка редкостная. Причём слезодавилка-безнадега.
Но здесь упущен один очень важный момент, который мгновенно переводит этот рассказ в категорию — «Не верю! ©»
Это причина, по которой люди отдают НЁХ маленьких детей. Ладно бы ребёнок ГГ был болен неизлечимо, а НЁХ обещала здоровье.
Или Земля катилась в тартар в военном и голодном клубке.
А так, ради какого-то аморфного «счастья»?
Автор, ведь у вас и так все люди счастливы по сюжету! Они даже не работают за деньги и жрут от пуза…
Здесь явная логическая несовместимость.
И да — никто не уйдёт обиженным. По пять монет за стакан желудочного сока?
У Стругацких логично всё. А у вас автор — просто слезодавилка с детским объяснением мотивации родителей, отдающих детей, предположим, на мясокомбинат для консервов чисто по первому трёпу. Без проверки.
Думаете, родители на это способны?
Если в придуманном вами мире родители стали идиотами, нужно было объяснить, почему так получилось.
Или вы считаете, что отец не в состоянии сам воспитать ребёнка? Да ещё с помощью сестры? Но он же по сюжету не алкаш и не наркоман. Ведь он же любит сына. На этой любви рассказ выстроен…
Эх, автор, а вы детей любите?
Короче: рассказ этот — алогичный бред.
Рассказ имеет шансы. Сейчас на логику плевать всем с высокой телебашни. И даже некоторым членам профжюри.
Но чернушной концовкой в стиле Филиппа Дика вы, автор, срезали процентов тридцать успеха. Так что не удивляйтесь, если рассказ вылетит в трубу. Удивляйтесь, если пройдёт.