Инструкция по эксплуатации планеты

Тогда…

Маленькая Астра во все глаза смотрела на подарок отца. Ничего прекраснее она в жизни не видела! Желтая, бархатная сердцевина, обрамленная белыми шелковыми листочками. Зеленый стебелек, замысловатые листья, в небольшом пластиковом горшочке. И все это так пахнет! Свежестью, травой! Не тот химический запах, что Астра чувствовала, когда они с папой ходили в искусственный парк, а такой – настоящий, живой.

- Это ромашка, - отец смотрел, улыбался. – Ухаживай за ней, и она долго проживет.

- Ромашка… - с придыханием повторила Астра волшебное слово, и запомнила его навсегда. Самый-самый лучший день рождения!

***

От той жизни осталось лишь воспоминание.

В зеркале давно не было маленькой девочки. Теперь отражение смотрело одним левым глазом, на месте правого – уродливый шрам, тянущийся к тому, что осталось от уха. Впрочем, не самое страшное явление для современного мира. Не хватает рук: работай ногами, потерял ноги это твои проблемы, хочешь жить - ползи. В сравнении с подобными увечьями у Астры полный порядок.

- Астра, - в палатку заглянула улыбающаяся мужская голова Эрла. Мысли исчезли.

- Две минуты, - отозвалась Астра, и голова скрылась на улице.

Погода стремительно портилась. Палатка лагеря, дырявая, нещадно потрепанная ветром, ходила ходуном, грозно и шумно трепыхался брезент. Природа кричала: «Хватит прятаться! Убирайтесь прочь! Этому месту пора сгинуть в песке! Если не провалите, песок поглотит и вас».

Астра натянула на лицо шарф, надела очки, с резиновой, плотно прилегающей, оправой и покинула временное пристанище.

Солнце уходило за горизонт, температура спала с плюс шестидесяти до почти комфортных тридцати, к ночи станет приятно холодно.

- Смотри, как разошлась! – с восторгом кричал Эрл, стараясь быть громче самого ветра.

- Снова сквозь бурю придется, - Астра не разделяла восторга.

Мотоцикл Эрла завелся с полуоборота, он ринулся вперед, навстречу бури. Экономная топливная система заполнена до половины, этого надолго хватит. Эрл всегда жизнерадостный, полный жажды приключений и надежд. Астра, оседлав свой мотоцикл, последовала за ним, как и всегда.

***

Тогда…

- Внимание. Вводятся новые нормативы расхода воды. Электроэнергия будет подаваться на два часа в день, - голос раздался по общему каналу оповещения. – Главная новость дня: началась добыча урана из ядра Земли.

Астра-подросток слышала голос сквозь сон и плотнее закуталась в одеяло. Первый день после летних каникул.

- Пора вставать, моя принцесса, - добрый голос отца. Последнее, что он сказал.

- Еще пять минут…

Нарастающий гул пронесся по квартире. Гул становился сильнее, ощутимее, превращался в лавину нарастающего низкочастотного звука.

Шкафы открылись от безумной тряски. Зазвенели фужеры, чайный сервис, подаренный на Рождество, слетел из серванта, разлетелся в дребезги. Мир пошел ужасной вибрацией, громкой, страшной. Астра сбросила одеяло и закричала от ужаса.

***

В комнате было душно и жарко. Воздуха не хватало то ли от жары, то ли от напряжения. По лбу отца сбегала струйка проступившего пота.

- Сегодня ты выйдешь замуж, - прозвучало как приговор из уст вождя Уолтера. Он был непреклонен в решении. Всегда суровые седые брови еще больше сошлись к переносице, на лице, покрытым глубокими шрамами от оспы, полная сосредоточенность.

Райса была завидной невестой, она это понимала: глубокие темно-карие глаза, пышные каштановые волосы, светлая кожа, не испорченная солнцем и песком. О ней всю жизнь хорошо заботились. Только ощущала она себя не желанной невестой, а дорогой кобылой, которую продают. Если была бы жива мать, она никогда бы этого не допустила, но Райсу некому защитить.

- Лучше я умру.

Уолтер ее не слушал, он принял решение, дочери осталось смириться и принять судьбу.

- Скоро прибудет твой жених.

- Ты продаешь меня, как скот, - Райса не плакала, просто констатировала факт.

- Будь добра, приготовься, - сдержанный и отстраненный голос, будто они обсуждали не судьбу единственной дочери, званый ужин.

Уолтер вышел из комнаты. Вслед в дверь разбилась хрустальная ваза.

Райса едва сдерживала слезы. За крохотным окном начиналась буря. Райса ненавидела ветер, только ветер и песок видела она в этой жизни, но сейчас только он остался последней надеждой. Может, жених сгинет в этой чертовой непогоде. Мечты и желания пусты, как песок, которому нет конца. Ее жизнь скоро закончится, уйдет в туман, в песчаную тьму, поглотившую горизонт.

***

Тогда…

Небо окрасилось в нереальные, сюрреалистические цвета и оттенки: оранжевый, синий, розовый. Мир сошел с ума. Красно-желтые тучи плотным клубом сгустились над остатками города, яркие вспышки молний разрезали небесное полотно. Астра непостижимым чудом смогла выбраться из-под развалин собственного дома, лицо застилала кровь.

***

Буря шла мимо поселения, она осталась лишь смертоносной полосой на горизонте. Ни один человек в здравом уме не сунется в бурю. Интересно, Райса смогла бы туда убежать?

Три джипа на высоких колесах въехали в маленький поселок. Мало кто из местных жителей видел такие машины с мощными двигателями, способными бороздить пустынные просторы и днем, и ночью. Райса тоже таких не видела. Все поселение собралось, чтобы посмотреть. Все пятьдесят три человека. Двигатели шумно ревели, борта в потрепанных, некогда ярких, наклейках, сильно запыленные.

Шесть человек, вышли из стальных коней, во главе с будущим женихом Витором-свирепым. Витору на вид было лет сорок, может, сорок пять, сложно определить возраст, солнце не пожалело его кожу, сделало ее темной, загоревшей, она казалась сухой и тонкой. Для такой кожи совершенно не подходили светлые голубые глаза, они казались чужими на темном лице, слишком живыми, подвижными. На фоне Витора молодая красавица невеста – годный трофей. Прозвище Витор-свирепый получил, будучи бесстрашным воином. Хотя, были и другие слухи… Витор не знал жалости, и никому не следовало переходить ему дорогу, о большем Райсе было неоткуда узнать.

Надо отметить, что жених оказался вполне симпатичным, подтянутым и высоким, но Райсу все равно тошнило от одной мысли о своем долге.

Как и было обещано, Витор-свирепый привез в дар вождю и его племени три солнечных батареи, десять аккумуляторов, запас антибиотиков, целую коробку и, добавил от себя несколько рулонов нежнейшей ткани. Теперь Райса точно знала, сколько она стоила.

- Здравствуй, Райса, - Витор был не так уж неприятен. – Очень рад познакомиться с тобой. Дочь вождя, действительно, прекрасна.

- И я рада нашему знакомству, - ответила Райса как можно дружелюбней. Отец, стоявший рядом, одобрительно кивнул.

Свадьба была прекрасна. Ее устроили в спортивном зале бывшей школы, это помещение хорошо сохранилось, большие оконные проемы, а бетонные стены сохраняли прохладу и спасали от дневной жары. Здесь проводили самые важные события и праздники: похороны матери, выпускной бал. Райса надела красивое темно-синее платье, доставшееся от мамы. Все гуляли, пили, шумели. Редко в поселении закатывались подобные праздники с морем еды. Жених сидел во главе стола, рядом с Райсой, они перекинулись парой слов, не больше. Из колонок разносилась музыка. Были танцы, пара драк, и снова еда, музыка, разговоры.

День превратился в ночь. Все растворилось. Исчезли гости, исчез праздник. Райса и Витор шли по ночной улице к дому Райсы: небольшое одноэтажное строение из ракушечника, но все же ее собственное. Витор сильно выпил, шатался. Райса пила не меньше, она хотела, чтобы все закончилось, как можно быстрее. А собственно, что закончилось? От прежней жизни не останется ни следа, завтра она уедет со своим мужем. Все было словно в тумане.

Райса знала, что ее ждет и все же… Впервые она увидела истинную натуру Витора-свирепого. Едва закрылась за ними входная дверь, Витор схватил ее за руку, рывком притянул к себе. Взгляд масляный, похабный, ожидающий. Райса не задумываясь влепила ему пощечину. Но Витор лишь улыбнулся, и врезал наотмашь пощечину ей в ответ. Сильную, болезненную, в голове загудело. Слезы проступили на глазах:

- Я не твоя собственность. Я твоя жена.

- Нет. Ты моя собственность. Я заплатил за тебя большие деньги и теперь буду делать все, что захочу. Скоро ты родишь мне много наследников.

Ночь была темной, небо заволокли облака такой плотной завесой, что не было видно ни единой звезды. Луна и то спряталась, не решаясь показываться. Кромешная, беспросветная мгла.

Было жестоко и больно. Райса плакала, впервые в жизни она почувствовала боль унижения. Она знала, что муж может быть жесток. Она могла принять, что ее будут бить. Но стать лишь трофеем, не человеком, вещью… это оказалось слишком. Она всхлипывала, дрожала всем телом и чувствовала себя опустошенной.

- Ну хватит, хватит, - то ли с жалостью, то ли с раздражением говорил супруг. - Все будет нормально. Ничего страшного не произошло. Поспи. Рано утром нам отправляться в дорогу. Солнце пережидать в пути.

Лучше сгинуть в песке, в буре, чем так жить. Райса затихла, она боялась вызвать в нем гнев. Сердце бешено колотилось в груди, отдавалось в ушах, громко, быстро.

Когда Витор уснул, Райса незаметно проскользнула на улицу. Все спали, все по домам, в тепле и уюте… Маленький поселок посреди бесконечной пустыни. Здесь редко бывали гости, один колодец на поселение, обеспечивающий водой. Небольшая ферма водорослей, главным богатством было несколько свиней и кур – вот и все, чем жили здесь люди. Но ведь так не во всем мире, Райса надеялась на это. Она читала книги, много книг, раньше была другая жизнь, она кипела, бурлила и мчалась вперед, а не застряла здесь, в пустоте, в песке. Именно в этот момент Райса осознала, что больше дома у нее нет. Неважно, что ждет ее там, дальше, за пределами поселения, в котором она провела всю жизнь. Здесь нельзя оставаться, она не позволит связать свое будущее с Витором-свирепым, никогда. Сердце бешено колотилось, Райса не делала ничего подобного. Ночь была темной и холодной. Молодая жена побежала прочь, во тьму, в пустыню.

***

Тогда…

Кровь текла из рванной раны. Астра видела только одним глазом, что на месте другого было страшно представить.

- Помогите… - прошептала она, и боль разнеслась по лицу, кровь забежала сильнее.

Вокруг не было ни единой живой души. Только руины, бесконечные руины домов, обломки, бетон, арматура, и все это месиво уходило далеко за горизонт. Больше не существовало ничего, кроме обломков, шатающихся, смешанных, опасных. Сухое грозное небо затянуто плотными тучами, молнии сверкали вдалеке и ни единой капли дождя.

***

Буря осталась позади, продолжила путь на Север, заметая песком все, до чего могла дотянуться. Астра и Эрл вырвались к Северу и могли немного передохнуть. Мотоциклы прилично перегрелись, даже дополнительно установленная система охлаждения и защитные блоки плохо справлялись с жарой и песком.

Астра сняла респиратор и сделала глубокий вдох. Кожа на лице покрылась потом, неприятный запах резины стоял в носу.

- Не стоит так часто ездить через бурю, - она открыла предохранительную крышку, защищавшую мотоцикл. Песок все равно умудрялся пробиться через щели, если в ближайшее время не заняться техникой, она выйдет из строя.

Эрл лег на спину, на жаркий песок, раскинул в сторону руки, и уставился в глубокое синее небо без единого облачка. Солнце было еще высоко, оно жадно грело, испепеляло. Закат наступит только через два часа, тогда и можно продолжить путь. Сейчас стоило развернуть палатки и настроить портативную охладительную систему, заряда аккумуляторов должно хватить.

- Зато мы сократили большой кусок. Впереди крюк, припасов может не хватить.

- Покажи.

Эрл нехотя поднялся и достал карту из огромного рюкзака, привязанного к мотоциклу, величиной почти с его рост.

Карту он развернул на песке: старая, потрепанная, на сгибах не читаема совсем.

- Придется сделать круг. Видишь эту точку, - Эрл ткнул пальцем в неприметный с виду квадрат. - Здесь была еще одна атомная станция. Радиус заражения, скорее всего, примерно до этой линии. Но лучше не рисковать, сделаем крюк побольше, - он обвел рукой большое пространство.

- Это огромный крюк.

Но Эрл только улыбнулся, по-доброму, спокойно. Он всегда такой, казалось, его ничто не могло расстроить:

- А ты куда-то торопишься?

- Не хотелось бы сдохнуть от голода в дороге. Ты уверен, что мы найдем его?

- Ты все еще не веришь, - Эрл засмеялся. Это был приятный смех. Он хотел что-то еще добавить, но выражение лица резко изменилось.

- Смотри, что это там?

Вдалеке Эрл что-то заметил. Что-то явно было живым.

- Погнали, посмотрим.

***

Темное синее платье с коротким рукавом не могло защитить от солнечных лучей. Солнце повсюду, в каждом пустынном уголке, уходило за горизонт и жарило, жарило, жарило. В горле пересохло, голова гудела и готова была разорваться, в глазах больно щипало. Песок норовился заполнить глаза, разодрать, щипать. Без защитных очков не стоило выходить на улицу. Райса понимала, что долго не протянет. Нельзя было так опрометчиво бежать, хотя бы переоделась, взяла припасы… тогда проснулся бы муженек, и о побеге можно забыть. Что ж, она сбежала от судьбы…

Солнце, как его много. Что ж, видимо суждено сгинуть в песке под палящими лучами и не дожить даже до спасительного заката.

Песок повсюду – бесконечная желто-белая пустыня. Идти неудобно, требуется тратить силы. Только движение и поддерживает жизнь в этой проклятой пустыне, в которой на десятки, а может, и на сотни, километров нет ни единой живой души. А куда она, собственно, пытается дойти? Какова вероятность в этом безмолвии найти спасительную жизнь? Райса понимала, что практически никакой. Но она жива. Она идет и будет продолжать месить чертов песок, пока есть силы. Пройдет еще километр, два, три, двадцать три.

«А потом?»

Потом она устанет. Райса остановилась, замерла. Ноги станут ватными. Дрожь от усталости и обезвоживания будет пробивать тело. Навалится усталость, захочется спать, остановиться на пару минут, передохнуть, закрыть глаза… Мышцы расслабятся...

Завывание ветра останется прежним, но станет далеким, одолеет дремота, просто, чтобы восстановить силы. Когда Райса поддастся, все станет неважным, далеким, несуществующим, она просто уснет. Не самая плохая смерть из возможных - уснуть вечным сном.

Райса не смогла бы испугаться, даже если бы захотела. К ней навстречу ехали два мотоцикла. От незнакомцев можно ожидать чего угодно, а бежать некуда. Она обернулась на звук, сердце остановилось. За ней уже ехали машины, эти гигантские монстры Витора-свирепого и его команды.

***

Тогда…

- Если будешь себя плохо вести, пустынные призраки заберут тебя в бурю. Твои легкие забьются песком, и ты задохнешься.

- Я не хочу в пустыню! – маленькая Райса рыдала навзрыд.

Эта страшилка-легенда всегда срабатывала, когда дети бедокурили. Райса до ужаса боялась пустынных призраков. По правде говоря, взрослые тоже их боялись, ведь обычные люди не могут выжить в песчаной буре, только призраки.

***

Астра и Эрл не поверили собственным глазам, когда поняли, что перед ними живой человек, посреди пустыни, совершенно один. Но картина стала понемногу проясняться, когда появились машины. Значит, не совсем одна.

К безумной незнакомке, а только безумцы могут так бродить по пустыне, подъехали почти одновременно: с одной стороны двое путников на мотоциклах, с другой стороны три машины.

Райса думала, что умрет от ужаса, прямо здесь, сейчас. Она смотрела на мотоциклистов, чьи лица замотаны плотными шарфами, а глаза спрятаны под очками, и единственное, что смогла выдавить из себя:

- Пожалуйста… спасите меня…

В этот момент из машины показался Витор-свирепый:

- Это моя законная жена. Езжайте, куда ехали.

Райса не сдвинулась с места, она продолжала смотреть умоляющими глазами на мотоциклистов. Было непонятно, о чем они думают, когда не видно лиц.

Вновь раздался голос Витора, холодный и жестокий:

- Хватит, дура! Я тебе ноги отрежу если не вернешься сейчас же.

А ведь он отрежет, Райса в этом не сомневалась.

Эрл посмотрел на Астру, потом на преследователей:

- Она не хочет идти с тобой.

- Вам какое дело. Это моя собственность.

Райса уже не могла сдерживать слез, они стекали по щекам, пересохшим от солнца:

- Пожалуйста… не отдавайте меня ему.

Одна секунда могла решить все. Эрл протянул руку, схватил ее за плечо:

- Прыгай.

Все произошло мгновенно, едва Райса оказалась за спиной мотоциклиста, как они сорвались с места. Раздался оглушительный выстрел, один, второй, третий. Райса прижалась к своему спасителю всем телом и крепко зажмурилась. Мотоциклы мчались на пределе возможностей. Они подскакивали на кочках, ловко переезжали через какие-то обломки. Райсе пришлось крепко обнять водителя, чтобы не слететь на очередном ухабе. Едва она открыла глаза, как вновь пришла в ужас, осознав, куда они едут. Они мчались прямо в песчаную бурю.

- Впереди буря… - то ли с надеждой, то ли предупреждением попыталась сказать она.

- Буря наш дом. Не бойся, жить будешь!

***

Тогда…

У Астры поднялась температура. Она понимала, что правого глаза больше нет, рана гноилась. Спрятавшись в развалинах дома, она ждала смерти, потому что ничего другого быть не могло. Она устала, хотела плакать, единственного любимого папы больше не было. Никого больше не было на этом свете, только она, посреди руин, прячась от молний и ветра.

***

К ночи буря начала стихать. Райса чувствовала, как все тело было покрыто царапинами. Жгло каждый сантиметр непривыкшей кожи, а руки тряслись от усталости и нервов. Лицом она уткнулась в спину водителя и старалась дышать как можно реже, крохотный респиратор, который было велено достать из кармана водителя и надеть, едва справлялся с песком. Райса ощущала жжение в носу и горле. Наконец-то этот безумный заезд закончился и, вырвавшись из бури, мотоциклы остановились.

Когда заглушили железных коней, наступила тишина, никто не торопился спешиваться. Астра смотрела вдаль, позади лишь буря и пустыня.

- Не думаю, что они нас найдут. Буря замела следы. Я не видела на машинах дополнительной защиты от бурь.

Водитель не ответил.

Райса вдруг ощутила, как падает мотоцикл. Она падает вместе с ним, а сверху ее придавливает тяжелое тело.

- Эрл! – Астра заорала не своим голосом, слова застряли в горле, она бросила мотоцикл и ринулась на помощь.

Эрл не ответил. Помощь была уже не нужна. Он упал замертво. Ни слова, ни единого прощального слова. Вот, только недавно они говорили, смеялись – и тишина, навсегда. Ветер еще дул порывами, поднимая небольшие горстки песка.

Райса с трудом выбралась из-под тела, ее перепачкало кровью, мотоцикл больно придавил ногу. Астра перевернула Эрла, на спине огромное красное пятно.

- Попал, сука.

Эрл держался до последнего, сколько мог. Если бы он сказал, если бы они остановились. Нет, Астра в глубине души понимала, что ничего не смогла бы сделать с такой раной, никто не смог бы. Это понимал и Эрл. Эрл… никогда не мог пройти мимо нуждающихся. Он слишком добрый для этого конченного мира.

Райса была в ужасе, ее буквально парализовал страх. А ведь на его месте могла оказаться она. Немного в сторону прошла бы пуля и все, ее мертвое тело также лежало бы на песке. Астра подняла мотоцикл, поставила на подножку, словно бы ничего и не произошло, посмотрела на перепуганную до смерти попутчицу.

- Меня зовут Астра. Тебя как?

- Райса… - Райса едва стояла на ногах, бледная, как сама смерть, платье в крови, ободрано, сама в порезах от бури, еще немного и сломается.

- Он мертв, - Астра говорила спокойно и уверено. - Управлять сможешь?

Пересохший и распухший язык во рту не хотел слушаться, песок драл горло, Райса не могла оторвать взгляд от мертвого человека, который спас ей жизнь.

- Его надо похоронить…

- Забудь. Его похоронит буря. За рулем сможешь быть?

- Я? Да… смогу, - все еще немного заторможено говорила она. Нет, это было слишком, слишком!

Астра сняла маску с Эрла. Глаза открытые, все такие же светло-серые, но теперь - мертвые. Размотала с лица шарф и протянула их. Райса хотела сказать, что ни за что не оденет вещи с мертвого человека, но одного взгляда одноглазой Астры хватило, чтобы не посметь сказать и слова.

- Нельзя было мне сбегать. Витор может отомстить отцу и всей деревне… Чем я думала…

- Возьми себя в руки. Ты сделала выбор. За твой выбор Эрл отдал жизнь. Если вернешься – будешь еще большей дурой.

Сопротивление пало.

Астра протянула бутылку с водой. Никогда еще Райса не пила с такой жадностью. Вода была горячей и противной, с кисловатым привкусом, но она физически не могла от нее оторваться, пока не выпила бутылку целиком до последней капли.

- Через пару километров наша остановка, город. Замотай лицо и голову. Твоя кожа что, совсем солнца не видела?

Райса пожала дрожащими плечами.

- Мне нельзя было выходить на солнце слишком часто. А то потеряла бы товарный вид.

Тело Эрла Астра накрыла одеялом, ветер иногда приподнимал его край и показывалась оголенная рука.

Они сели на песок, Астра достала припасы. Для Райсы все это было дико и жутко, она не могла перестать смотреть на мертвую руку из-под покрывала, которая показывалась снова и снова, стоило ветру подуть чуть сильнее. Теперь такой будет ее жизнь?

Райса держала открытую банку просроченной тушенки и кусок не лез в горло.

- Не представляю, как вы здесь выживаете…

Астра выглядела совершенно спокойной, казалось, происходящее ее не трогало вовсе. Она ела свою порцию, не обращая внимания на труп, лежащий неподалеку. Наверное, Райса никогда не сможет этого понять.

- Ты видела старый мир?

- Да, мне было пятнадцать лет, когда пришел Конец старого мира.

Она рискнула поковырять алюминиевой ложкой теплую тушенку с расплавившимся от жары жиром, но так и не смогла отправить ее в рот.

- Я не видела старого мира. Родилась через два года после того, как он умер. Так что, я не видела ничего кроме песка и бесконечной пустоты. Тебе повезло больше.

Астра промолчала, сложно было назвать везением то, что ей пришлось пережить.

- Знаешь, я ведь никогда не выходила из поселения. Я вообще не представляю, как выглядит мир за его пределами.

- Увидела? – прозвучало жестко. Астра не ждала ответа. - Взамен на этот мир - иметь крышу над головой, быть в тепле и заботе – не худшая плата.

Райса посмотрела на свои руки: красные, кожа обгорала, все в царапинах.

- В целом, думаю ты права. Так было, пока меня не выдали замуж.

***

Тогда…

Старый мир умирал. Это понимали все. Мир задыхался. Слишком много людей.

Астра и папа жили в маленькой квартире, состоявшей из одной комнаты, она же кухня, и санузла. Дома были длинные и высокие, разрушались в первую очередь. Астра пряталась в остатках старого дома, гроза не стихала целую вечность. Землетрясения снова и снова сотрясали планету, но с каждым разом становились слабее, или, затуманенному разуму так казалось. По правде, она плохо помнила последующие дни. Астра много раз теряла сознание от лихорадки и уже не могла даже пить. Дальше только обрывки воспоминаний: чьи-то руки, заботливые и сильные, ласковый голос, который то и дело твердил, что все будет хорошо. Она не верила, разве может в этом мире быть что-то хорошее? Все хорошее умерло. Но голос твердил, снова и снова, что надо быть сильной, надо жить. Ее не бросали эти руки ни на мгновение, а как только Астра приходила в себя на короткий миг, голос снова твердил: «Все будет хорошо». Наверное, она ему поверила. Разве можно не верить этому доброму и заботливому голосу.

***

Жара становилась невыносимой. Солнце поднялось высоко как раз к тому моменту, когда путники достигли города. Чем ближе становился город, тем больше поражал его масштаб. Райса была впечатлена, это не тот маленький поселок, в котором она провела жизнь, это настоящий город, состоящий из руин прошлого мира. На руинах возводились новые дома, обломки становились стенами, появлялись импровизированные двери, оконные проемы с занавесками.

Не было никакой ограды или забора, но, когда пришло время спешится, навстречу незнакомцам вышли трое людей с оружием. Райса ожидала чего угодно, Астра кивнула ей, что, мол, все в порядке и бояться не стоит. И действительно, когда двигатели были заглушены, а техника оставлена, трое людей разошлись. Райса хотела спросить, в чем дело и что вообще происходит, но пока не рискнула. На окраине первой оказалась разрушенная многоэтажка, Райса поняла это по торчащим сваям, в их поселении таких не было, но она видела на старых фотографиях, какими были дома прошлого. У одной из таких свай сидел человек на разваленном, выцветшем кресле, в тени навеса, на его коленях мирно покоился автомат. Не стоило сомневаться в том, что в случае необходимости этот человек, не колеблясь, пустит его в дело.

Астра сняла с лица шарф и очки:

- Мы ищем великого путешественника по имени Эверли.

Мужчина смотрел глубоко, выжидающие, прикидывал, оценивал, а потом произнес:

- О вас спрашивали. Как спадет жара, проходите через город, - он махнул в сторону. - Видишь дом на отшибе, там найдете путешественника. Отдохните в прохладе.

- Спасибо, - Астра отвязала мешочек с пояса и бросила его человеку, несколько алмазов, они везде в ходу. Тот поймал, не отрывая взгляда от ее целого глаза. Было в этом незнакомце что-то хищное и жуткое, чего боялась Райса.

Здесь было много жителей. Райса не видела столько людей в одном месте. Все торопились закончить свои дела и разойтись по домам, когда приближался пик жары.

Они шли вдоль центральной улицы за своим провожатым, мотоциклы были загнаны на подземную парковку, на удивление хорошо сохранившуюся, всего в одном месте дыра от разрушений.

- Почему нас так легко пропустили?

- Еще не догадалась?

- Пустынные призраки?

Астра утвердительно кивнула.

Это было действительно так, во многих городах их с Эрлом принимали спокойно, повезло, что и в этом тоже. Конечно, дело не в везенье, скорее всего хорошая репутация Эверли, с которым им предстояло увидится, он был одним из первых, кто прославил пустынных призраков – смелых путешественников, которые отдавали свои жизни, в поисках новых мест, пригодных для проживания.

Дом оказался действительно прохладным и приятным, разделенным на две небольшие комнаты с кроватями. Райса поверить не могла, что наконец-то она сможет отдохнуть, хотя бы немного.

Она рухнула на кровать без сил, не хотелось ничего, только спать. Благодарные ноги гудели от усталости, тело разом отяжелело до такой степени, что казалось она никогда не сможет подняться.

- Куда вы направлялись?

Астра прошла в другую комнату.

- Мы шли на Север.

- Думаешь, там что-то могло остаться? – глаза закрывались.

- Думаю, там может быть даже снег.

- Снег?

- Кто знает. Может, сказки.

- Я бы хотела увидеть снег.

Райса не думала, что сможет уснуть, но все же усталость забрала свое, и она быстро погрузилась в сон.

Ей снился снег, холодный, пушистый. Как странно, когда человек никогда в жизни не видел снега и так отчетливо мог ощущать его во сне. Кажется, ей снилась мама, она улыбалась и радовалась вместе с ней восхитительному белому снегу. Он был таким фантастическим, таким прекрасным! Не было ненавистной жары. Она ловила снежинки руками, радовалась, как ребенок. Давно ей не было так весело, давно Райса не была такой счастливой.

Внезапный удар по голове заставил проснуться. Нет, не по голове, а головой об пол. Райса в ужасе пыталась понять, что происходит. Ее сбросили с кровати.

- Доброе утро. Женушка, - прозвучало у самого уха, до ужаса, до мурашек.

Райса заорала не своим голосом:

- Нет! Не трогай меня!

Ее никто не слушал. Дружки Витора посмеивались, наблюдая за расправой. Витор схватил ее за волосы, волоком потащил на улицу, швырнул.

- Теперь-то хрен убежишь.

В следующее мгновение удар ботинком вышиб из груди воздух. Снова раздались смешки и одобрительные посвистывания его команды.

- Сука, ты ведь не думала, что я тебя так просто оставлю.

Снова удар ногой, теперь по спине. Так он заслужил свое прозвище? Избивая слабых и беззащитных? Райса усмехнулась, сквозь боль и слезы. Витор замер на какое-то мгновение. Это дало возможность отдышаться, подтянуть к себе ноги и принять сидящее положение. Райса стерла кровь с разбитой губы.

- Ты слышал легенду о пустынных призраках?

- Какого черта?! – то ли с ненавистью, то ли с полным непониманием выпалил Витор-свирепый, он желал видеть страх в ее глазах, он желал выбить этот страх! Но его не было.

Райса изменилась в лице, страх исчез, полностью, теперь в ее глазах полыхала ненависть. Витор это видел. Что-то в ней разительно поменялось, только он пока не мог понять, что именно.

- Пустынные призраки вселяют надежду в наш мир, - Райса продолжила, не ожидая ответа. Она поднялась на ноги, это стоило ей большого труда. - Они не боятся умереть в пустыне.

Астра всадила нож в шею Витора-свирепого. Он не увидел, как она оказалась позади него, вынырнула, точно призрак из-за обрушенной стены дома. Одним точным движением: воткнула нож в шею и выдрала. Кровь хлынула из перерезанных сосудов, пошла горлом. Витор не ожидал удара, он схватился рукой за рану, силился что-то сказать, но вышло лишь бульканье.

- За Эрла.

Все кончено.

***

- Витор-свирепый, слышали о таком? – незнакомец в кресле убрал мешочек в карман. Видимо, плата его вполне устроила.

Райса замерла от ужаса, ее пробил холодный пот, она умоляющим взглядом посмотрела на Астру. Астра напряглась.

- Настырный гаденыш.

- Что мы будем делать? Прости, что все из-за меня так…

- А дело теперь не только в тебе. Это личное.

Пришлось быстро придумывать план. К счастью, Витор-свирепый многим успел перейти дорогу в этом городе.

***

Раздались выстрелы. Райса зажала уши руками. Люди Витора-свирепого не успели воспользоваться своим оружием. Жители расстреляли их. Несколько выстрелов решили исход событий. Все будут знать, что Витора-свирепого убили пустынные призраки. Машины и все добро достанется жителям города, по праву.

Тот самый незнакомец, который поведал о том, что Витор-свирепый разыскивает пустынных призраков, отблагодарил Астру и пожал ей руку:

- Витор-свирепый давняя заноза в заднице. Хорошо, что появился повод от него избавиться.

Райса не могла поверить в то, что все закончилось, этот мир был безумен, но, кажется, она понемногу начинала в нем разбираться и понимать. Каждый выживал, как мог.

Они с Астрой прошли через город, он будто вымер. После перестрелки жители попрятались по домам, и теперь все вокруг казалось таким же пустым и мертвым.

Дом путешественника действительно находился на отшибе, чуть в стороне от города: низенький, неприметный, поглощаемый со временем песком, как и все в округе.

Дверь оказалась открыта. Астра не могла поверить, наконец-то они дошли. Эрл так сильно этого хотел. Он столько раз рассказывал, как его дядя Эверли путешествовал, как до катастрофы, так и после, сколько городов видел, самых разных, самых удаленных, казалось бы, где совершенно не может быть жизни, он то и дело ее находил. Астра видела Эверли однажды, много лет назад, когда они с Эрлом следовали на Восток, а Эверли на Север. Он считал, что там есть жизнь. Встретившись с этим человеком, Райса поняла, в кого был Эрл. Такой же полный надежд и верящий в мечту. Когда дорога на Запад не увенчалась успехом, дальше все было заражено и мертво, Эрл решил следовать по стопам Эверли на Север. Эрл верил, что однажды его дяде удастся найти конец пустыни, где больше нет песчаных бурь, где человечество сможет вернуться к прежней жизни. Эверли был таким же пустынным призраком, как Астра и Эрл.

Когда открылась дверь, Астра и Райса остановились в нерешительности. Вместо великого путешественника, они увидели глубоко старика, калеку, лежащего на кровати.

Это было одним из самых больших разочарований в жизни Астры. Что ж, еще одно разочарование, разве не из этого и состоит жизнь?

- Проходите, - Эверли тяжело дышал, каждый вдох давался ему с огромным трудом.

Нет, стариком он не был, он был глубоко больным человеком, поэтому и казался таким старым на первый взгляд.

- Ты ли это, Астра?

- Да, - она подошла, осторожно села на край кровати и взяла его руку обеими руками. - Что с тобой произошло?

Он отмахнулся, но получилось как-то нелепо, и рука его тут же упала обратно на кровать.

- Неисправный дозиметр. Когда я понял, что попал в зону заражения было слишком поздно.

Лучевая болезнь, самая коварная вещь на умирающей планете. Без дозиметра слишком опасно ехать в неизвестные места.

- Мне жаль.

- Столько пройти и так глупо теперь умирать. Мне не хватило сил на последнее путешествие. Там должна быть жизнь, ДОЛЖНА! Мне никто не поверил. Никто не захотел идти по моей тропе.

- Тебе верил Эрл.

- Эрл, мой маленький племянник. Он всегда верил в меня. С детства любил мои истории. Он с вами?

Астра на миг замолчала, заколебалась, но ответила:

- Он погиб.

Казалось, Эверли постарел еще лет на десять. Он ничего не сказал в ответ, только погрузился в размышления или воспоминания. У Эверли была лихорадка, его тело покрывал пот, запах стоял в помещении удушающий.

- Континенты рушились. Моря и океаны выходили из берегов. Реки обернулись вспять! Пришла великая катастрофа.

Никто и никогда с уверенностью не сможет теперь сказать, почему это произошло. Астра склонялась к версии, что Земля просто устала от людей, от бесконечной и беспощадной эксплуатации. Возможно, причиной стала первая экспериментальная добыча урана из ядра Земли, этот шаг должен был помочь справиться с перенаселением. Возможно, именно этот шаг стал последним, и планета не выдержала пытки.

Человечество пыталось бороться с взбушевавшейся стихией, но все попытки были тщетными. Люди надеялись отстроить города, вернуть жизнь в привычное русло, вернуть свое будущее. Они еще не осознавали, что будущего больше нет. И его не будет ни сегодня, ни завтра.

Будто блохастый пес, Земля в одно мгновение хорошенько встряхнулась, и блохи-люди ее сосавшие не пережили такой встряски. Большая часть людей.

- Теперь я сам умирающая Земля... – каждое слово давалось для Эверли тяжелее предыдущего.

- Так есть ли еще мир?

- Как бы я не хотел вас разочаровывать. Но от прежнего мира ничего не осталось. – мысли Эверли часто путались, одна мысль обрывалась, начиналась другая. - О, это был прекрасный мир. Люди не ценили свою землю. Мы своими руками уничтожили дом. Вокруг рушилось все. Гигантские здания трещали, стонали и – разваливались, будто карточные домики, погребая под собой сотни людей. Мир не будет прежним.

Астра протянула ему стакан воды, когда Эверли закашлялся. Рука его тряслась, едва могла удержать стакан:

- Ты знаешь, сколько было населения планеты перед катастрофой?.. – силился говорить Эверли, хрипя с каждым выдохом.

- Шестьдесят миллиардов, вроде бы.

- А сколько сейчас?

- Никто не сможет назвать точной цифры. Думаю, не больше миллиона на планете.

- Думаю, еще меньше… Я лишь отголосок навсегда ушедшей эпохи. Эпохи умирающего мира. Все уходит в песок. Рассыпается.

Астра слушала. Ей было жаль Эверли. В чем-то он был прав, он действительно рассыпается и уходит в песок.

На какое-то мгновение повисла тишина, долгая, задумчивая пауза, каждый погрузился в мысли.

- Мир не умер, - все тем же спокойным и уверенным голосом произнесла Астра.

Эверли посмотрел на нее, осознанно и ясно. Может, что-то увидел в этом красивом голубом глазе, может смог поверить словам или очень хотел. Эверли улыбнулся.

- На столе. Возьми.

На столе лежала карта, сложенная в несколько раз. Это карта была гораздо больше той, что была у них с Эрлом, на ней отмечены новые города и опасные зоны, ведущие дальше, на Север.

- Здесь отмечены все точки, докуда я смог дойти. Пройти через пустынный рубеж здесь, - он ткнул пальцем в последнюю зону. - У меня уже не хватило сил. Если где-то и осталась жизнь, то только там.

Астра взяла протянутое сокровище.

- Спасибо тебе, - она пожала ему руку, худую, иссохшую, кости, обтянутые тонкой кожей.

- Найдите мир.

- Мы найдем.

Райса тронула Астру за плечо, прошептала:

- Астра, я не хочу его оставлять.

- Не переживай, доброе дитя. Здесь мое место. Идите с миром.

- Мы можем для тебя сделать хоть что-то?

- Докажите всем, что этот мир не умер и живите.

Они ушли, закрыли за собой дверь, понимая, что больше никогда не вернуться сюда, никогда не увидят этого человека. Эверли скоро умрет здесь, один. Обратную дорогу через город к мотоциклам шли в полном молчании.

Астре не составило труда расплатиться за топливо и припасы. Она также позаботилась о том, чтобы за Эверли присматривали и обеспечили ему комфорт. По правде – все сбережения с Эрлом были потрачены.

Через несколько дней мотоциклы были готовы к путешествию. Астра протянула последние две пары золотых сережек с красными рубинами Райсе.

- Это зачем?

- Тебе лучше остаться в городе. Здесь безопасно и ты не пропадешь.

- Я поеду с тобой.

- Это плохая идея.

Кажется, Райса начинала понимать, какая Астра на самом деле. Нет, она не была жестокой или бесчувственной в этом суровом мире, она просто очень старательно прятала все свои чувства.

- Тот человек.

- Какой?

- С которым ты была, когда мы встретились. Эрл, если я правильно поняла…

На секунду Астра напряглась, плечи замерли, окаменели. То не боль, то бездна, бесконечная, черная бездна, чуть тронь и сожрет целиком.

- Он был тебе дорог?

Бездна зашевелилась, поползла черными ручищами к горлу, душить.

Эрл на десять лет старше Астры, ей тогда было пятнадцать, ему двадцать пять. Он спас ее после катастрофы, вылечил раны и заботился долгие годы. Двадцать лет, двадцать лет они прожили вместе, шли по пустыне, мчались сквозь бури, сотни бурь было на их долгом пути.

- Он был моим миром.

Астра не получила то, чего искала, того, ради чего они с Эрлом проделали весь путь. Может, она всегда в душе знала, что все зря и напрасно. В душе она уже давно сдалась, просто отказывалась это признать, но уже просто не могла перестать идти дальше и искать.

Астра еще раз предложила Райсе остаться в городе, все-таки здесь она будет в безопасности. Райса упорно отказывалась.

Путь оказался невероятно длинным. Возможно, дорога на Север действительно плохая идея, глупая мечта. Дальше на их пути не было ни единого поселения. Невыносимо жаркие дни сменялись холодными ночами. Райса быстро училась всему: как спасаться от жары под навесом, как пользоваться охладительной системой мотоциклов, чтобы переждать пекло. Как добыть воду, казалось бы, где ее совершенно не может быть: кусты, кактусы, в ход шло все, что попадалось на пути. Но вскоре даже эти крохи закончились. Шли дни, много дней. Запасы подошли к концу. Топливо тоже заканчивалось, даже несмотря на современную топливную систему последних дней, как объяснила Астра, запаса хватило примерно на месяц.

Может, Райсе стоило пожалеть о том, что она выбрала этот путь, в никуда, но она не жалела, ни на минуту. Она знала, что Астра тоже благодарна ей, за то, что Райса не бросила ее, хоть вслух, конечно, никогда не скажет.

Однажды они достигли холмистой местности. Песок здесь был тверже, переходил в небольшие нагромождения, больше похожие на каньоны, и после пересечения одного из них, наверху следующего что-то показалось.

- Ты видишь? Что там?

- Быть такого не может… - проговорила Астра одними губами.

Они ринулись туда, где на вершине что-то было, шумело то ли ветром, то ли песком.

Река! Настоящая, бьющая ключом вода. Они не верили собственным глазам. За очередным барханом все изменилось. Райса бросилась к воде: холодная, ледяная вода! Как в самых смелых мечтах! Ничего похожего на грязную теплую воду в колодце. Но было нечто, чего Райса не знала. Она в жизни не видела ничего подобного, ничего столь прекрасного.

- Что это?

Астра упала на колени, слезы появились на единственном левом глазе.

- Ромашки…

Астра никогда и ни с чем не смогла бы их спутать. Это были именно они, как та, в далеком детстве, что подарил папа.

Здесь было так много зелени, живая, сочная трава, она простиралась повсюду, уходила далеко за горизонт. Настоящий оазис посреди мертвой пустыни, а может, Астра даже боялась предположить, пустыня - закончилась?

Мимо промелькнула и скрылась в траве мышь-полевка, это было первое живое существо за долгие годы скитаний. Это жизнь, настоящая жизнь.

- Думаешь, дальше что-то есть?

- Я думаю, дальше мы увидим гораздо больше.