Дыхание старины

Василий и Вера с трепетной любовью держались за руки и с нетерпением шагали в сторону самого любимого террикона. Палящее солнце сильно высушило поле, и колючая трава царапала им ноги. Но пара не замечала этого. Молодые люди только что поженились и были безмерно счастливы.

— Веруська, бежим! — Вася отпустил её руку и рванул к террикону с повышенной скоростью.

— Стой! Ты растрясёшь наши припасы! — хохотала Вера вслед любимому.

— Догоняй, вечнозелёное растение. То есть вечноголодное существо! — задорно крикнул Василий, с наслаждением поддразнивая свою суженую.

За спиной улепётывающего от девушки парня отчаянно прыгал рюкзак, заботливо собранный мамой Веруси. Она проводила детей на пикник, вышла за двор, села на лавочку и предалась мечтам о внуках.

А дети добрались до террикона, поднялись на его кручу и отправились подбирать место, чтобы ещё раз отпраздновать свою свадьбу. На этот раз в уединении. Террикон был давно заброшен и порос юными пушистыми деревцами. Молодые выбрали уютную полянку и расстелили старенькое байковое одеяльце.

Мимо пролетела птичка с оперением цвета барвинка и уселась на верхушку ближайшего дерева. Утренний воздух наполнили волшебные нежные трели.

— Ах, какой дивный у неё голосок! — восхитилась Веруся и блаженно зажмурила глаза. — Это для нас свадебная песенка.

Девушка поднялась и попыталась рассмотреть птичку. Но та сидела высоко и была укрыта густой листвой. А вот если бы молодые успели её разглядеть в полёте, то они, возможно, смогли бы заметить у птички человеческое лицо.

Вера принялась разгружать рюкзак. Сначала увидели свет помидоры. Девушка достала два треснувших красных шара и вздохнула.

— Ну вот. Первых пострадавших от тряски требуется срочно отправить в объятия желудочного сока.

— Всё остальное вполне цело, — подбодрил девушку Василий. — Даже наши любимые яички всмяточку не треснули.

Последней из рюкзака была выужена большая плетёная бутыль с квасом.

— Холодненький! — вожделенно пробормотал Васёк.

— А как же! Он ведь только что из погреба! — важно похвалила дивный напиток его молодая жена и аккуратно налила шипящую прелесть в алюминиевые кружки. Вдруг она заметила за пузырьками что-то странное. Оно лишь на мгновение промелькнуло в глубине и тут же исчезло. Как будто Солнце и Луна на секунду закружились в вихре космического танца и унеслись в межзвёздные глубины.

«Мерещится всякое» — подумала Веруся. — Жаркое сегодня утро, припекло меня, наверное». Она накинула на голову ситцевый голубой платочек и пересела в тенёк от дерева.

Пока новоиспечённые супруги наслаждались природой, вкусными закусками и друг другом, на террикон взобралась ватага мальчишек.

— Надеюсь, они не будут бегать рядом с нами, — недовольно буркнул Василий. — Тут места много, гора большая.

Но подростки, как нарочно, расположились неподалёку и достали из мешка потрёпанную гитару.

— Вот только этого нам и не хватало, — расстроился Вася.

— Вась, что-то я никого из них не узнаю, — удивилась Вера. — Не местные, что ли?

— Да с чего бы чужаки сюда явились, да ещё такой большой компанией? — с сомнением в голосе ответил её муж. — Неужели своих терриконов нет в их родной местности?

— Может, наш самый красивый и удобный, — предположила Веруся. — Нам ведь именно он больше всех нравится. Вот и эта компания, наверное, тоже его облюбовала. Многие любят дальние походы.

— Да какие там дальние походы. У них ведь кроме гитары и воды ничего нет. Значит, местные.

— Да нет у нас таких, — возразила Вера. — В нашем-то маленьком городишке хоть один был бы знаком.

— Да ну их, Верусь, мы сюда пришли не для того, чтобы всё наше время посвятить рассуждениям, кто они такие. Не будем обращать внимания.

И тут один из пацанов встал и пошёл прямо к парочке. Молодые супруги насторожились. Но нет. Парень прошёл мимо, даже не повернув в их сторону голову, и забрался в густые кусты, растущие неподалёку. Оттуда зажурчало.

— Ну, это уж слишком! — тихо прорычал Василий и привстал.

— Не трогай! — взмолилась Вера. — Недалеко до беды. Ты один, а их много. Радуйся, что он хотя бы в кусты зашёл. Друзей-то ему чего стесняться? Чай, они не дамы. Если бы не мы, то он бы открыто это сделал. Пошли отсюда, всё равно мы тут уже часа два блаженствуем. А пойдём в кино?

— Отличная идея! — обрадовался Вася.

— Только я сначала забегу домой припудрить носик, — улыбнулась его любимая жена.

— У тебя самый прелестный носик! — отвесил Вася комплимент своей милой и стал собирать рюкзак.

— Уже не терпится распаковать свадебные подарки. Особенно зеркало, — продолжала ворковать Веруся. — У меня теперь будет большое зеркало! Ай да тётушка, вот спасибо ей! А я тебе уже рассказывала, что это необычное зеркало? Тётушка его из-за границы привезла, специально нам на свадьбу! Оно называется «трельяж». Посередине зеркало, а с боков к нему привинчены ещё две зеркальные створки. Они двигаются, и их можно сдвигать и раздвигать. Поставлю его на свой столик. Теперь я буду видеть свою причёску сзади!

— Нет, ты ещё не рассказывала, — ответил Василий и нежно потрепал жёнушку по щеке. — Твоя причёска всегда очаровательна! Сейчас придём и посмотрим, что это за трельяж такой. Очень любопытно.

Молодые собрались и побежали к склону. Легко спустившись с террикона по знакомой тропинке, счастливая пара отправилась к дому Веры. По пути им встретилась собачья свадьба.

— Гляди, тут тоже молодожёны бегают, — засмеялась Веруся.

— Давай обойдём, а то вдруг они учуют аромат остатков нашей колбасы, — предложил Василий. — Не отвяжемся потом.

— Им сейчас не до колбасы, — заметила Вера. — Вон та рыженькая сучка выглядит значительно аппетитней.

Василий сопроводил шутку супруги задорным хохотом.

Собаки, и правда, даже не собирались отставать от рыжей лопоухой моськи, продолжая её обхаживать с таким видом, как будто в рюкзаке у Васи лежал вовсе не благоухающий огрызок Краковской колбасы, а сухая ветка.

И вот молодожёны добрались до отеческого дома. Это была небольшая саманная постройка, но в ней были веранда и целых четыре комнаты. Маленькие, но очень милые, уютные и любимые. Посередине находилась кухня. Две проходные комнатки ответвлялись влево от кухни, а две другие — прямо. Дальняя из этих комнат была Верина. Справа в кухне было окошко, а возле него стояли железная дровяная печка и стол. Ещё хозяйство Вериной семьи включало летнюю кухню с погребком и банькой, сарай и большой огород с фруктово-ягодным садом. Самое главное место любого подворья пряталось там среди яблонь.

На подходе к дому влюблённая пара унюхала волшебный аромат и резво забежала в калитку. На летней кухне возилась мама. Пахло борщом и говяжьими котлетами.

— Идите кушать, гулёны неугомонные. У меня всё готово.

— Ой, спасибо, Евдокия Степановна, мы же на терриконе завтракали, — застеснялся Вася.

— Идите, идите, не капризничайте, — возразила мама. — Вот как отец с работы вернётся, да детвора прибежит, и не останется вам ничего. Идите, по черпачку борща налью и по котлетке с пшённой кашкой.

У Веры было ещё две младших сестры и братик-последыш. Они где-то болтались с раннего утра. Отец работал в шахте.

— Мама, да мы точно не голодные. Хоть и пахнет очень вкусно, но давай попозже. Сейчас моё новое зеркало распакуем и придём.

С этими словами Веруся вбежала в дом, нашла в куче подарков подходящую по размеру коробку и отнесла её в свою комнатку. Там девушка распотрошила почему-то итак потрёпанный и сильно состарившийся картон. Внутри лежал предмет, замотанный толстой истлевшей тканью. Вера удивилась.

— Васенька, ну где ты там застрял? — обернулась она к выходу. Но никого не увидела. — Наверное, с мамой заболтался. Ладно, я ведь и сама справлюсь.

Вера бережно достала содержимое и освободила от ветоши зеркало.

— Странно… очень странно, — ошарашенно пробормотала девушка. — Вася, иди сюда! — крикнула она уже громче и тревожней. Очень ей хотелось выйти во двор и найти застрявшего где-то там любимого, но жгучее желание внимательней рассмотреть зеркало её остановило. Створки трельяжа были закрыты, а дерево, из которого они были сделаны, оказалось страшно старым, потрескавшимся, и на нём виднелись следы гнили. Запах гниющего дерева сразу же стал распространяться по комнате. Вера взялась за створки, чтобы распахнуть их, но ей вдруг стало не по себе. Она отдёрнула руки и отошла на пару шагов от внушающего страх предмета. И в следующее мгновение уже бежала вон из домика. Её подгонял нараставший в груди кошмар. Во дворе никого не было.

— Мама, Вася, да где же вы? — в ужасе завопила Вера. Но ответила ей тишина. А из летней кухни почему-то уже совсем не пахло борщом и котлетами. Веру слегка затрясло.

— Так. Стоп. С каких это пор я такой мнительной трусихой стала? — вслух проговорила девушка. — Васе наверняка в туалет приспичило, а мама в погреб спустилась. Вот только я никак не ожидала, что тётя мне такое страшное, древнее зеркало привезёт. Дорогое, наверное, до ужаса. Я думала, что она новое в магазине купила. Всё нормально, это тётя такой сюрприз решила сделать — дыхание старины мне преподнесла. Нечего бояться.

После таких рассуждений Вера успокоилась, снова повеселела и отправилась на поиски мужа. Девушка бежала через сад и удивлялась: «когда это мама успела собрать весь урожай? Да и рановато ещё. Лето в разгаре. И листья почти осыпались. Как это?» Верусю снова охватило беспокойство. Но тут показался туалет, и Вера забыла про обобранный сад, томимая надеждой обнаружить в туалете мужа. Но Васи и там не было.

— Наверное, он в погребе помогает маме соленья доставать, — отчаянно гадала девушка.

Погреб оказался совершенно безлюдным. Но тут Вера услышала плеск воды в баньке.

— Уф-ф-ф, ну я и паникёрша. Мама, ты там? — Вера радостно прижалась носом к двери баньки.

— Да, доченька, купаюсь я, — услышала Вера мамин голос. Но он почему-то показался ей голосом человека, дожившего до глубокой старости.

«Да что за день сегодня?! Почему столько странных происшествий?» — мысленно спросила себя Вера. Ответа она не находила. В висках у неё застучало. В моральном изнеможении девушка села на стоявшую тут же железную кровать и сняла с подушек кружевную накидку. Покрывало снимать не стала, чтобы не испачкать постель пыльными следами своих утренних приключений. Вера утонула в пушистой перине и стала ждать, когда выйдет мама. Но забылась тяжёлым сном. Ей снилось, что она маленькая девочка, и бежит по бескрайнему лугу, сплошь поросшему высокой сочной травой. Её с задорным визгом старается догнать соседский друг Пашка, а навстречу пробирается через траву неведомая древняя старушка с палочкой. И она явно имеет намерение остановить Веру. Девушка очень её испугалась и проснулась в холодном поту. Когда она открыла глаза, на улице уже начало темнеть. Вера вскочила с кровати и кинулась к двери баньки. Там было тихо. Дверь открыта, в баньке пусто, сухо и холодно. В погребе снова никого не оказалось. Вера сняла крышку с кастрюли, стоявшей на русской печке, и обнаружила, что кастрюля была наполовину наполнена протухшим и жутко вонючим гороховым супом. Вера разглядела в нём позеленевшие пушистые шкварки. Гороховый суп со шкварками очень любила её давно покойная бабушка. А мама жареное сало не готовила никогда, предпочитая копчёные рёбрышки. Горнило печи оказалось наполнено холодным углём, а на нём шевелился толстый слой пыли. Девушка в диком ужасе принялась обегать всё подворье. Нигде никого не было. Ни мамы, ни Васи. Отец и сёстры с братом как будто и не возвращались вовсе. Даже Жучки не было, которая всегда была привязана к будке. Сгнившая верёвка валялась на земле, сама будка оказалась наполовину разрушена. Снова обежав стремительно темнеющий вечерний сад, Вера не заметила за одной из груш полупрозрачную белёсую фигуру. Она пыталась срывать созревшие ягоды крыжовника и с сожалением качала головой. Вокруг фигуры росла высокая красивая космея. Длинные серые волосы призрака переплетались с её разноцветными крупными цветками. Они колыхались на ветру, украшая старинное белое платье.

Когда Вера вернулась во двор, то посмотрела на дом и увидела, что его заботливо побеленные стены облупились почти полностью, а сам дом покосился и почернел. Вера вбежала внутрь и, конечно же, никого не встретила. Она зашла в свою комнату, и её взгляд упал на трельяж, одиноко лежащий на кровати. Рядом на столе всегда стояла фотография Вериной бабушки. Девушка взяла её в руки. На неё смотрела пожилая женщина с очень длинными седыми волосами. «Там твой гороховый суп» — в отчаянии подумала Вера, со страхом разглядывая фото, как будто боясь, что оно оживёт. Но, отогнав от себя глупые мысли, она поставила фото чуть ближе к краю стола, освободив место для трельяжа. Девушка с измождённым равнодушием взяла зеркало, поставила его на стол к стене и раздвинула створки. С одной из них свалился большой чёрный паук и резво спустился на паутине со стола на пол. Стекло, как и уголь в печи, было сплошь покрыто толстым слоем пыли. Вера оглядела комнату. Клубящаяся пыль была повсюду. Девушка медленно и тщательно поводила рукой по одной из створок, потом по другой, затем по центральному стеклу. Посмотрела на ладонь — она стала чёрной. Подняла глаза к зеркалу и увидела тёмные пятна, не пощадившие чудо цивилизации. Где-то там, за пятнами, еле просматривался её собственный силуэт. Вера чуть сдвинула створки, и стал угадываться зеркальный тоннель. Но что это там? Где-то в глубине тоннеля девушка ясно увидела своего Василия. Он уходил вдаль, становился всё меньше, и вот исчез совсем. Это видение пронеслось перед глазами Веры за несколько секунд, но мужа она узнала абсолютно точно. Девушка вернулась на кровать, упала лицом в подушку и горько зарыдала.

— Исчезнувший в зеркале муж… постаревшая за несколько минут мама… бабушкин гороховый суп… повсеместная разруха и забвение… я, кажется, схожу с ума. Я схожу с ума, — причитала Вера в подушку, щедро поливая её слезами. И снова она уснула, сама не заметив, как это случилось.

Её разбудило солнце, вплетая свои ясные лучики в слипшиеся от слёз ресницы. Счастливое на секунду пробуждение мгновенно сменилось страшными воспоминаниями из вчерашнего дня. Вера вскочила в постели, в панике оглядываясь по сторонам. Зеркало стояло на столе, пыли нигде не было, из соседней комнаты доносилось чьё-то дыхание и сопение. «Мама! Там спит мама! Это её комната! Мне всё приснилось!»

Вера спрыгнула на пол и с радостной улыбкой ринулась навстречу таким знакомым и родным звукам. И сползла по стенке вниз: мамина кровать была пуста. Перепуганная девушка покрылась мурашками, её зубы застучали. Она с трудом поднялась на ставшие ватными ноги, миновала кухню, веранду, выбежала из дома и побежала к калитке. Вера выскочила со двора и затравленно огляделась. Ничего необычного она не увидела. Вдоль дороги стояли соседские домики, утопающие во фруктовых деревьях. Созревающие яблоки и груши манили Верусю своими розовеющими и жёлтыми округлостями. По улице ехала телега, запряжённая гнедой лошадью. Вера хорошо знала и Лушу, и её хозяина. Дядя Петя сидел в телеге, наполненной сеном, и понукал свою лошадку.

— Доброе утро, дядя Петя! — радостно крикнула Вера и побежала к дороге навстречу телеге. Но лошадь бежала слишком быстро и громко, поэтому мужичок не услышал приветствия и не успел заметить появления девушки. Разочарованная Вера направилась к соседскому дому. Там, возле ворот, возился какой-то мальчуган лет пяти. «Гости, наверное, у соседей. Друг Пашка детьми ещё не обзавёлся», — подумала Вера.

— Эй, пострелёнок! — окликнула она мальчишку.

Паренёк повернулся на голос и расплылся в широкой улыбке.

— Привет, Веруська! Как ты похорошела!

В больших серых глазах пятилетнего мальчугана промелькнула похоть.

Вера от неожиданности потеряла дар речи и отшатнулась назад. Она узнала эту рубашку! Пашка всегда гулял в ней в детстве. Они очень дружны были малышами. И эти глаза… «ПАШКА!» — ударил в мозг Веры дикий кошмар. А Пашка неумолимо приближался. Но, на счастье Веры, со двора послышался звонкий голос тёти Вали.

— Пашка, домой! Сколько можно звать?! — помолодевшая лет на двадцать тётя Валя вышла за калитку, кивнула Верусе как незнакомке, подскочила к мальчишке, схватила его за шиворот и затащила во двор.

Плечи Веры затряслись от нахлынувшей на неё истерики, пальцы рук сильно задрожали. Она сжала кулаки и, в страхе оглядываясь на Пашкин дом, шатаясь, вернулась в свой двор. Заперев калитку на обе щеколды, несчастная девушка пошла в хату с твёрдым намерением разбить древнее стекло. Это оно во всём виновато! Это зеркало разрушило её жизнь! Оно отняло у неё близких людей, и методично сводит её с ума. «Вон оно, стоит всё там же», — мельком подумала Вера, вошла в дверной проём и на секунду перевела взгляд на свою смятую постель. Она увидела, что на кровати ворочается кто-то невидимый и скрипит ржавой сеткой.

— Показалось! Мне это показалось! — пытаясь побороть новый страх, в ярости крикнула Вера. — Ну, хотя бы с зеркалом я знаю, что делать! — с озлобленным смешком проговорила она. — Сейчас я ему устрою вселенский бой! — решила девушка и вернула взгляд на зеркало. Оно лежало на столе, его створки были закрыты.

— Я чётко помню, что не притрагивалась к трельяжу, — дрожащими губами пробормотала Вера. — Да я ведь только что видела его стоящим!

Скрепя трепещущее в груди сердце, девушка потрогала страшный предмет, потом подняла его и снова поставила на стол, раскрыв створки. Там, в зеркале, просматривался образ старика лет девяноста от роду. Старик внимательно смотрел на Веру пронзительным взглядом. Она дёрнулась, и зеркало упало сначала на стол, потом рухнуло на пол. Надеясь, что стекло разбилось, Вера подняла его. Но, к её большому разочарованию, трельяж остался целым.

— А ведь я и не слышала звона разбившегося стекла. Напрасно понадеялась, — в сердцах воскликнула девушка и подняла зеркало над головой для повторного удара.

Но через мгновение она пожалела, что желала зеркалу разбиться. В голове промелькнула мысль: «А ведь если его разбить, то Вася же может не вернуться оттуда! — шептала ей последняя надежда на чудо. — А что, если это зеркало — машина времени? Ведь все необъяснимые события стали происходить именно после того, как я открыла коробку! И эти события очень похожи на путешествие во времени! Я наверняка попадаю то в прошлое, то в будущее. Точно! Значит, надо как-то найти возможность вернуться в моё настоящее!»

Осенённая этой догадкой, Вера приободрилась. Ведь найти объяснение гораздо приятней, чем находиться в страшном неведении. Она и не подозревала, что в то время, когда зеркало было ещё запаковано, ей уже пела свадебную песню птичка с человеческим лицом.

Веруся смело открыла створки, стала тереть стекло руками и ощупывать зеркало со всех сторон. А вдруг получится включить? Но ничего не произошло. Потом она стала отчаянно всматриваться в глубину зеркальных коридоров, и увидела высокие каменные дома. Они были ей совершенно незнакомы. Не видела девушка никогда ничего подобного. Вере стало страшно находиться в помещении. Она опустила плечи и побрела к выходу, затем в сторону ворот. И вдруг услышала сильный грохот. Вера резко обернулась и увидела рухнувшую веранду и часть стены самого домика.

— Всё! У нас нет больше дома! — задыхаясь от ужаса, крикнула Вера. — Что же мне теперь делать? Пойду к Васе! Надеюсь, там всё в порядке, и я найду ответы на все страшные вопросы. А может, и самого Васю.

Семья Василия жила далеко. Идти надо было почти через весь пригородный посёлок Дзержинска. Но девушке ведь не привыкать бегать к любимому. По улицам ездили обычные телеги, запряжённые лошадьми, бродили жующие траву коровы, ходили люди. Большинство из них Вера знала. Она здоровалась и бежала дальше. Ничего странного не случилось. Вот и его домик. Веруся настойчиво постучала в калитку. На стук вышла незнакомая женщина в почтенном возрасте.

— Здравствуйте. Вы к кому?

— Здравствуйте, — неуверенно пробормотала Вера. — Мне бы Василия…

— Мужа нет сейчас дома, — приветливо ответила женщина. — Можете его подождать, он придёт примерно через час. Меня тётей Соней зовут. А вас?

— Вера… нет-нет, я тороплюсь, — чуть не плача, выдохнула девушка.

— Первую жену Васи Верой зовут, — улыбнулась ничего не подозревающая болтливая женщина. Может быть, что-нибудь передать моему старикашке?

— Спасибо, не надо, до свидания…

Почти теряя сознание, Вера помчалась назад не разбирая дороги. Но её остановила железная колея шахты. На ней стояли пустые угольные вагоны. Девушка очнулась и поняла, что она неосознанно прибежала не туда. Как они с Васей любили тут гулять! Невероятный, пленительный аромат железной дороги и угля всегда нравился им. Родной Донбасс! Этот запах ни с чем не спутать! Вера вдыхала полной грудью обожаемый с пелёнок воздух, и последние события стали ей казаться чем-то далёким, нереальным. Но девушка вспомнила разрушенный дом и остановилась в нерешительности. Идти туда смысла не было.

— Вернусь на террикон, — решила Вера. — Возможно, там кроется разгадка чудовищных происшествий.

Пока девушка добиралась до террикона, мимо неё пролетела птичка с человеческим лицом. На её головке мягко развевались белокурые волнистые волосы.

Вера поднялась на вершину и нашла то самое место, где ещё вчера она была так счастлива со своим любимым мужем. Пожжённая беспощадным солнцем трава была смята. Значит, пикник Вере не пригрезился. А вот лежат жопки съеденных помидор. Девушка подняла огрызки и опешила. Они были совершенно свежими! Ни прошедшие сутки, ни солнце, ни муравьи не тронули их! Два обкусанных кусочка выглядели так, как будто их обгрызли пять минут назад. В следующее мгновение до Веры донёсся свежий запах мочи. Девушка нервно подошла к кустам, где вчера облегчился подросток. На листьях висели жёлтые капли…

— Вася? Вася, куда ты спрятался, это не смешно, выходи! — безо всякой надежды на успех пропищала Вера.

— Ку-ку! — донеслось из-за исполинского камня, лежащего на терриконе поодаль. — Ку-ку! Верка, ты чего? С каких это пор ты стала бояться играть в прятки?

Муж подбежал к Верусе, и она вцепилась в него мёртвой хваткой.

— Вася, со мной что-то случилось. У меня были страшные видения!

— Наверное, квасу перебрала, — захохотал парень. — А твоя мама готовит очень ядрёный квас! Голова не болит?

— Нет. Я спала?

— Да, прикорнула ненадолго. Пока я мальчишек гонял.

— И они тебя не избили?

— Как видишь, нет. Стоило мне на них рявкнуть «А ну, пошли отсюда, зассанцы, не мешайте нам отдыхать», как они послушно собрались и ушли вон к тому дальнему склону. Немножко побренчали на гитаре, а потом вообще спустились вниз.

Вера повернула голову в том направлении, куда кивнул Василий.

— Ты знаешь, а ведь я начинаю понимать, что уже видела их раньше. Но этого не может быть! Оказывается, их лица мне всё-таки знакомы. Но из времён глубокого детства! Бегала у нас по улице такая компания, я вспомнила! Но это не логично! Они ведь не стали старше с тех пор! Я ничего не понимаю. Вась, а вещи-то наши где? Я на траве спала? — Вера не дождалась реакции на свои слова и повернула лицо обратно к мужу.

Но увидела пустоту. На терриконе Вера была совершенно одна. Если не считать птичку с человеческим лицом, тихо и скромно сидевшую на верхушке дерева. У Веры помутнело в глазах. На деревянных ногах она пошла в сторону спуска, не осознавая, что она делает. И шагнула с горы.

Девушка кубарем скатилась вниз и потеряла сознание. В её подсознании возникли новые видения. Вера оказалась в совершенно незнакомом городе. Она стояла во дворе возле высоких домов, и насчитала целых девять этажей. Это же те самые дома, которые она видела в зеркале! Открылась дверь, и с каменной лестницы стали спускаться какие-то люди в тёмных одеждах со стульями и табуретками в руках.

— Бабусю сейчас уже привезут, — крикнула одна женщина только что подошедшей к дому супружеской паре и их юному сыну. — Миша, помоги стулья расставить.

В руках у женщины был большой плоский прямоугольник, который она прижимала к груди.

«Кого-кого привезут? Бабусю? Какую бабусю? А я почему здесь нахожусь? Никого ведь не знаю тут» — отчаянно пыталась понять Вера. — «Но крикнувшая женщина почему-то очень похожа на моего Васю. Кто это? Его тётя? Да нет у него такой тёти. А вон та девушка наверняка её дочь. Она похожа на свою мать».

Тут же стоял мелкий мальчуган лет десяти. К дому подходили люди. Из-за поворота показалась большая чёрная машина. Вера никогда не видела такого транспорта. И вообще город выглядел фантастически. Таких больших домов и не бывает.

«Я точно сейчас в будущем!» — осенило Веру. — «Надо срочно искать, как включить машину времени».

Девушка была твёрдо уверена, что именно зеркало и есть машина времени. Только пока не понятно, как её включить снова. А как вообще вернуться домой? Вера хотела развернуться и побежать искать знакомые места, но ноги не послушались её. Она вообще не почувствовала ни рук, ни ног, как будто они отнялись.

«Нет! Машина времени это чушь! Сказки! Какая же я глупая! Я просто заболела! У меня жар и бред, поэтому я вижу такой долгий, сумбурный и тяжёлый сон. Но он такой реальный…»

Тем временем большая чёрная машина остановилась возле собравшейся небольшой кучки людей, из неё вышли водитель и ещё несколько мужчин. Они отворили заднюю дверь, достали оттуда гроб и установили на табуретках. Люди стали рассаживаться на расставленные вокруг стулья. Женщина с плоским картоном отняла его от груди и стала искать для него подходящее место. Это оказалась фотография бабушки, перевязанная чёрной лентой.

«Я уже давно поняла, что попала на похороны. К совершенно чужой какой-то бабусе» — раздражённо думала Вера. — «Но почему же я тут нахожусь, даже если это сон? Никаких похорон в последние лет семь ни у нас, ни у соседей не было, поэтому моё подсознание никак не должно было послать мне такое сновидение».

В это время рабочие похоронной службы открыли гроб и поставили крышку рядом. В гробу лежала та самая бабушка с фотографии. И ведь это она ковыляла по полю навстречу Вере в её недавнем сне!

— Эх, бабуся ты наша, Веруся! — запричитала женщина, похожая на Васю. Его глаза, его нос и его губы. — Видишь ли ты нас сейчас? С нами ли ты по-прежнему?

— Наверное, она теперь и нашу родину посетила, — предположила её дочь.

И грянул гром над головой Веры. И сверкнули в глазах молнии невероятной догадки. И тут Вера вспомнила. Вспомнила всё. Своё детство и юность, учёбу в педагогическом училище, свою скромную свадьбу в доме мамы, поход с мужем на террикон, и как потом 1941 год разлучил её с любимым Васей. Муж прошёл всю войну и участвовал во взятии Берлина, служа отечеству механиком в лётном отряде. Самолёты, которые он обслуживал, бомбили вражескую столицу. Василий вернулся с победой домой. Потом военная служба мужа помотала их по Союзу. И в Литве жили, и в Сибири, двоих детей нажили. Осели в Краснодарском крае. Но судьба распорядилась так, что супруги перестали понимать друг друга, стали часто ругаться и в результате развелись. Василий вернулся на Донбасс. Всё это мгновенно вспомнила душа.

Вера прожила трудную, но долгую и счастливую жизнь, и сейчас их с Васей потомки стояли над её гробом.

Похоронная процессия двинулась в путь. Людей было мало, и Вера нашла свободное кресло в дальнем уголочке катафалка. Смотреть на застывшую и сильно постаревшую себя ей не понравилось, Веруся покинула машину и плавно поплыла над землёй рядом с ней. Да, теперь у неё получилось плыть по воздуху. Во время похорон душа ходила рядом с дочерью, сыном, внуками, правнуком, и пыталась их утешить и погладить. Но рука проходила насквозь, не встречая препятствий. Когда похороны закончились, родственники и дружные с покойницей бабулечки медленно побрели обратно к автобусу. Душа осталась у могилы. Вся её жизнь вспоминалась ей снова и снова, и теперь Вера знала, что последние сутки жила и в настоящем, и в прошлом, и в будущем одновременно — времена сплелись воедино. А когда минуло три дня с момента остановки сердца, она поняла, что настало время уходить.

«Мне пора» — подумала она, — «Я чувствую, что мне пора».

На оградку села птичка. У неё было человеческое лицо и волнистые белокурые волосы. Она ласково посмотрела на Веру и взмыла ввысь, обернувшись милым ангелом.

В последний раз душа взглянула на свою могилу, мысленно попрощалась с бренным бытием, поднялась в небо за своим ангелом и пропала в бесконечности.