Иван да Марья

- Ба, что-то еще по списку осталось? – спросил я, расплатившись и пряча сдачу в карман.

Только что купленные пару килограммов лука заняли свое место в бабушкиной хозяйственной тележке. На дне сумки на колесиках уже лежали сетки со свеклой, морковью и перцами. Я отошел от прилавка и, потянув тележку за собой, вновь влился в неспешный поток приехавших за город на осеннюю ярмарку людей. День сегодня был такой солнечный, как будто лето передумало и решило вернуться в сентябре. Солнце приятно нагрело воздух, и я успел пожалеть, что надел утром теплую байку.

- Еще картошка нужна, - Ба, осторожна ступая и аккуратно опираясь на трость, двигалась чуть позади меня. – Все, не могу больше идти. Нога разболелась.

Краем глаза, я заметил, что она остановилась.

- Давай поищем скамейку, - я подошел ближе и взял ее под руку. – Обопрись на меня. Я потом сам за картошкой схожу.

Ба перехватила трость другой рукой и перенесла вес на меня. Сколько я себя помню, у нее всегда болело колено на правой ноге. Но сегодня она и так держалась молодцом, мы успели обойти пол ярмарки, прежде чем она начала жаловаться.

Неторопливый людской поток вынес нас к желтой передвижной бочке с разливным квасом. Возле бочки стояли квадратные пластиковые столики и стулья, на один из которых я посадил Ба.

- И свежей рыбки еще купи, - сказала Ба, сделав глоток из влажного стакана с квасом, когда я поставил его на столик перед ней. – Карпа вечером пожарим.

Я кивнул и, оставив тележку с овощами рядом с Ба, нырнул обратно в толпу.

Дотащив мешок с картошкой до машины и хорошенько пропотев под неожиданно жарким солнцем, я закрыл багажник и недовольный поплелся обратно на ярмарку за живой рыбой.

Я издалека глянул на Ба, сидящую на тот же месте, где я ее оставил, а затем обошел все ряды еще раз. Живой рыбы нигде не было.

Я мысленно уже пил приятный прохладный квас из бочки рядом с Ба, когда вдруг мой взгляд привлек голубой грузовик с цистерной, стоящий чуть поодаль от ярмарки. Если там продают живую рыбу, то клиентоориентированность у них на нуле.

- Почем рыба? – громко спросил я, подойдя ближе.

Продравшись минутой ранее через разделяющие меня и грузовик кусты, я действительно увидел на нем надпись «Живая Рыба». Значит, я нашел то, что искал. Но, какого черта, мне пришлось лезть через заросли? И где продавец?

- Помогите! – вдруг откуда-то раздался приглушенный женский голос. – Спасите!

Я замер.

- Меня кто-нибудь слышит? – продолжил женский голос, за которым послышался гулкий стук, как будто колотили в металлическую дверь.

В следующую секунду я понял, откуда идет звук. Из цистерны с надписью «Живая Рыба».

- Я вас слышу! - я бросился к машине и в одно мгновение залез на ступеньку вдоль длинной стороны цистерны.

- Помогите! – женский голос казался совсем рядом.

- Да, сейчас, - я пыхтел, навалившись на люк сверху и пытаясь его открыть. Костяшки пальцев побелели от напряжения, а спина еще больше вспотела.

В следующее мгновение замок поддался, и крышка люка ушла наверх. В открывшемся отверстии тотчас возникло бледное лицо светловолосой девушки с широко распахнутыми прозрачно-голубыми глазами. Она одновременно глубоко с шумом вдохнула и резко встала, опершись на руках на край люка.

Мне потребовалось пару секунд, чтобы осознать, что девушка голая. И что я, не таясь, ошалело глазею на ее голую грудь.

- Что случилось? – сипло спросил я, отворачиваясь. – Как вы тут оказались?

- Меня похитители, - по плеску воды за спиной я понял, что девушка вылезает из цистерны. – Мне нужна одежда.

- Что? Как? – слова закружились в моей голове, но от волнения никак не складывались в осмысленные фразы. - Держите!

Я одним движением стащил с себя байку и, не глядя, протянул руку с ней куда-то себе за спину, сам оставшись в футболке.

- Помогите мне сбежать, - девушка спрыгнула на ступеньку рядом со мной, и я перевел на нее глаза.

Длинные мокрые волосы оставили темные влажные следы на моей байке, которое ей было как платье. Как очень короткое платье. Я отлепил взгляд от ее худых острых коленок и вернул его на ее лицо. Ее светло-голубая и как будто прозрачная радужка мгновенно приковала мое внимание. Разве бывает такой цвет глаз?

- Вы можете подождать здесь? – я дернулся, отводя глаза. – Я подгоню машину ближе.

- Нет, я не могу ждать! – девушка начала озираться по сторонам. – Они могут вернуться в любую минуту!

- Кто? – я обвел глазами ближайшие кусты и деревья. – Кто вас похитил?

- Я не знаю! - девушка вцепилась мне в руку. – Я не вернусь в эту бочку!

Глаза девушки молили меня о помощи. Как же нам пройти до машины, не привлекая лишнего внимания?

- Идите за мной, - придав голосу побольше уверенности, я спрыгнул со ступеньки и широким шагом направился через лес.

Сзади меня хлопнула, закрываясь, крышка люка. Вероятно, девушка решила скрыть следы побега.

Следуя примерной карте в голове и стараясь держаться одновременно и рядом, и немного поодаль от ярмарки, мы быстро дошли до парковки и остановились у края леса.

- Моя красная во втором ряду, - тяжело дыша, я указал на свою машину. – Буду здесь через минуту. Садитесь назад.

Не дожидаясь ответа, я вышел из тени деревьев и, специально неторопливо преодолев расстояние до машины, скользнул на водительское кресло.

- Большое спасибо! – сдавленно пискнула девушка, шустро залезая и ложась на заднее сидение, когда я подъехал к ней.

Я плавно надавил на педаль газа, и машина выехала с парковки на дорогу.

- Куда вас отвезти? – спросил я, бросив взгляд в зеркало заднего вида. – Где вы живете?

- Я не из этих мест. И, думаю, дома мне будет небезопасно.

- Помните чьи-то номера? – управляя машиной одной рукой, другой я полез в карман джинсов за телефоном. – Или может сразу в полицию позвонить?

- Нет, в полицию не надо, - твердо ответила девушка. – Мне бы пару дней переждать в спокойном месте, а потом я решу, что делать дальше.

- Вы связаны с криминалом, да? – вдруг нехотя осознал я. Обычных людей же так просто не похищают средь бела дня!

- Нет, - я заметил лицо девушки, возникшее в салонном зеркале заднего вида. – Поверьте мне.

Я смотрел на ее бледное лицо и, казалось, такие испуганные голубые глаза. Я не знаю, в какую неприятность она попала, но ей точно сейчас нужна защита. Да и вряд ли она колумбийский наркобарон или торговка оружием.

- Вы можете пожить у меня, - неожиданно для самого себя предложил я. – Ба все равно пока на даче…

Ба!

Меня резко бросило в жар, и я почувствовал, как мое лицо запылало. Как я мог про нее забыть?

- Мне надо позвонить, - пробормотал я, открывая на телефоне список недавних вызовов.

Девушка на заднем сидении молчала.

- Ба, привет, - я старался сохранить спокойствие. Говорить Ба правду не вариант, придется импровизировать. – Извини, мне пришлось уехать, меня срочно вызвали на работу. Картошку тебе потом как-нибудь на неделе завезу, рыбу я не нашел. Давай я тебе такси ко входу закажу, поедешь домой.

- Привет, - голос Ба звучал удивленно. – Даже не могу представить, что у тебя на работе случилось.

- Я потом тебе расскажу.

- Хорошо, - по вздоху я понял, что Ба поднялась со стула, на котором, вероятно, все это время и сидела. – Я дойду до автобусной остановки, не надо такси.

- Ба, извини, - еще раз повторил я, чувствуя, что уколы совести беспощадно жалят меня словно комариная туча.

- Да, ладно, - я услышал, что Ба улыбается. – Все равно дел у меня никаких. Пройдусь.

- Ба? – послышалось за моей спиной, когда я отложил телефон.

- Это моя бабушка, - я чувствовал раздражение на самого себя и на ситуацию. – Я должен был отвезти ее назад на дачу.

- Вы вывезете меня к себе? – девушка проигнорировала мою последнюю фразу. – Еще далеко ехать?

- Примерно полчаса.

- У вас есть вода?

- Конечно – наклонившись вперед, я достал из бардачка поллитровую бутылку с питьевой водой и протянул ее назад.

Почему я не предложил воду сам? Неизвестно, как долго она просидела в той цистерне.

- Еще есть? – кажется, прошло всего мгновение, и на переднее пассажирское сидение рядом со мной вернулась пустая бутылка из-под воды.

- Больше нет. Но можем заехать на заправку, нам по пути.

- Хорошо.

- Хотите еще пирожок? Кофе?

- Только воды.

Я чуть прибавил газу и обогнал пару машин, ехавших передо мной. Во что я ввязался? Кто эта девушка? Почему ее похитили и держали в цистерне?

Я периодически поглядывал в салонное зеркало заднего вида, но девушка лежала на сидении и ее не было видно. Мы в тишине доехали до заправки, и, выходя, я на всякий случай закрыл машину.

Я шел назад с магазина с легким внутренним облегчением от того, что пока я был внутри, на заправку не заехала ни одна другая машина. Вероятно, мы все-таки сбежали незамеченными. И никто не пытался украсть эту девушку еще раз.

- Я все же купил пирожки. И кое-что сладкое, - садясь на водительское кресло, я мельком глянул назад. Девушка продолжала лежать и, кажется, стала бледнее. Черты ее лицо заострились, как будто за это время она еще потеряла в весе.

Я положил пакет с едой на пол между передними и задним сидениями, и девушка мгновенно запустила в него руки. Поворачивая ключ в замке зажигания, я слышал, как шикнула, открываясь, бутылка минералки и как жадно, почти захлебываясь, она из нее пьет. Сколько же времени она провела без нормальной воды? Хорошо, что я все-таки купил перекусить. Может быть она ужасно голодна, но стесняется просить? Каким чокнутым надо быть, чтобы засунуть человека в цистерну?

Мы вернулись на дорогу, и девушка за моей спиной протяжно рыгнула, выпуская лишний воздух после минералки.

- Смешная вода, - кажется, девушка сзади хихикнула, и я не смог сдержать улыбки от ее непосредственности. Хорошо, что после пережитого стресса она еще может пошутить про обычную минералку.

- Меня Ваня зовут, - почему-то, наконец, решил представится я. – А вас?

- Марья, - девушка вновь начала шелестеть пакетом. – Можно на «ты» и просто Маша.

- Рад знакомству, - вырвалось у меня, и я немного смущенно добавил. – Несмотря на такие обстоятельства встречи.

- Да, я тоже, - судя по звуку, Маша снова полезла в пакет. – Еще далеко?

- Минут 10, если не застрянем в пробке на въезде.

- Как пахнет! - восторженно протянула Маша, и я услышал шуршание обертки от шоколадки.

Маша, громко откусив шоколадку, начала быстро ее пережевывать. Шоколадка так звонко похрустывала, что я невольно словил себя на мысли, что сам был бы не против съесть несколько кусочков. Кажется, в рекламе шоколада надо снимать людей, которые до этого долго ничего не ели.

Под хруст шоколада мы доехали до дома. Закрыв за собой на замок входную дверь квартиры, я мысленно выдохнул. Теперь это точно такая же одна из многих дверей в доме. И если вдруг сюда будут ломиться, то соседи вызовут полицию. А в худшем случае, даже я сам смогу это сделать, предварительно забаррикадировав дверь комодом.

- Здесь ванна, - скинув кроссовки, я сделал шаг вперед в коридор и щелкнул выключателем, зажигая свет внутри ванной. – Я думаю, ты захочешь принять душ.

Я вошел внутрь и повернул кран с горячей водой.

- Дом старый, поэтому горячую воду надо немного подождать, - как будто извиняясь, пробормотал я. – Обычно хватает пары минут. Потом можно мыться.

Маша мгновенно возникла рядом со мной и через секунду залезла в ванну. Холодная вода из крана лилась ей на ноги, но ей это не доставляла никаких неприятных ощущений. Ее лицо засветилось улыбкой.

- Я принесу тебе полотенце, - я отвел глаза и направился к выходу в коридор. – Потом позовешь, я просуну тебе его в дверь.

Как понять этих женщин? Даже ледяная вода в душе их не пугает, если очень хочется помыться.

Я вышел и прикрыл за собой дверь. Вытащив из шкафа в комнате полотенце, я прошел на кухню и сел с ним на стул. Из ванны раздавались звуки льющейся воды. Если я когда-то и представлял, что приведу домой девушку, пока Ба будет на даче, то точно не так.

Кто она? Что она сделала? Почему похитители держали ее в цистерне? Хочу ли я узнавать что-то о ней или, когда она уйдет через пару дней, сделать вид, что ее никогда и не было?

Громкий стук во входную дверь вырвал меня из моих мыслей. Сердце мгновенно бешено заколотилось в груди, а сам я замер. Нас нашли!

Аккуратно ступая, я медленно двинулся из кухни по коридору. Вода в душе продолжала литься, а в дверь все также с силой стучали.

- Ванюша, ты дома? – из-за двери вдруг послышался взволнованный голос соседки снизу. – Откройте! Вы меня заливаете!

Она вновь забарабанила изо всех сил.

Я в недоумении перевел взгляд на закрытую дверь ванной. Заливаем?

- Маша, - тихонько позвал я, прижавшись вплотную к двери, за которой мылась Маша. – У тебя там все хорошо? Мы соседей топим.

Из ванны, как и раньше, доносился только звук льющейся воды. Соседка продолжала колотить во входную дверь.

- Маша, - чуть громче позвал я. – Ты меня слышишь?

Насколько я буду плохим, если ворвусь сейчас к малознакомой голой девушке, которую недавно похищали? Или мне надо сначала открыть дверь соседке, а потом вместе с ней стучаться в ванную?

- Маша, извини, что влезаю к тебе, - я приоткрыл дверь и, закрывая глаза прижатой к ним ладонью, просунулся внутрь. – Соседка говорит…

Я не закончил свою фразу, потому что почувствовал, что носки, надетые на моих ногах, мгновенно стали мокрыми.

- Что за…, - начал я, убирая руку от глаз и опуская их на плиточных пол ванной.

Мой взгляд уткнулся в медленно разливающую вокруг лужу.

- Маша, - я поднял глаза на лежащую в наполненной ванне Машу. Вода доставала ей до подбородка и выливалась через край. – Это что такое?

Мысленно я уже оправдывался перед затопленной соседкой. Сколько теперь будет геморроя с ремонтом!

Я сверлил Машу взглядом, ожидая непонятно какого ответа от нее. И она смотрела на меня своими широко раскрытыми прозрачно-голубыми глазами.

Вдруг непонятное движение в противоположном углу ванны привлекло мое внимание.

Из воды торчал большой рыбий хвост.

- Что за…, - мгновенно среагировав, я вывалился спиной в коридор. Я часто моргал, не веря глазам, и, как будто надеясь, что сейчас видение исчезнет. От внезапного удивления и испуга я, кажется, не мог вдохнуть. Я панически хватал ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег.

В следующее мгновение Маша легонько взмахнула своим чешуйчатым хвостом, и я, инстинктивно спасаясь, начал пятится.

- Ваня, я могу все объяснить, - мягко сказала Маша и ее голос зазвучал чарующе, словно она пропела свою фразу.

Я посмотрел на нее, и ее голубые глаза как будто навалились на меня, давя на грудь и лишая кислорода. Я еще чаще хрипло задышал и невыносимо медленно отвел взгляд. Дернувшись всем телом, словно сбрасывая оцепенение, я резво поднялся с пола в коридоре и рванул на кухню.

Я трясущимися руками шарил в ящике для столовых приборов, судорожно пытаясь схватить нож. Что она такое? Она может достать меня здесь? Она умеет ходить на хвосте? Или она может приползти за мной на кухню на руках?

Я выдернул себя из мыслей и перевел взгляд на вход на кухню. Из ванны все еще раздавался шум воды, но в дверь в коридоре уже не стучали. Наверное, соседка решила, что все-таки никого нет дома. В следующее мгновение я услышал приближающиеся к кухне шаги и, вцепившись в первый попавшийся нож, выставил его перед собой.

- Ваня, извини, что напугала тебя, - в дверях на обычных человеческих ногах появилась Маша. Она вновь надела на себя мою байку и вода, стекающая с ее мокрых волос, снова оставляла на ткани длинные темные ручейки и капала на пол. - Я не причиню тебе вреда.

- Ты кто? – двумя руками крепко сжимая нож, я отступил к окну подальше от входа. - Что тебе от меня надо?

- Мне ничего от тебя не надо, - Маша медленно убрала мокрую прядь волос за ухо. – Сам подумай, если бы я хотела как-то тебе навредить, то у меня было много возможностей это сделать раньше. Я могла стукнуть тебя по голове, когда ты шел впереди меня по лесу или попытаться угнать машину, пока ты ходил в магазин на заправке.

Она села на ближайший к двери стул и закинула ногу за ногу.

- Ты уже сам все понял, - спокойно сказала она, глядя мне в глаза. – Я русалка.

- Это какая-то шутка? – я нервно улыбнулся. - Какой-то трюк с хвостом?

- Нет никакого трюка, - губы Маши тронула легкая улыбка.

- Раз ты русалка, то почему тогда у тебя сейчас нет хвоста?

- Потому что около половины моего тела должно быть в воде, чтобы он появился. Примерно, по пояс.

- И что ты умеешь?

- Плавать, - Маша рассмеялась. – Для чего еще нужен хвост?

- А почему мне было тяжело дышать там в ванной?

- Ты разнервничался, наверное.

- У тебя нет никаких русалочьих чар? - я с недоверием смотрел на Машу.

- Кажется, кто-то перечитал слишком много страшных сказок, - она вновь громко рассмеялась. – Чего только люди о нас не сочиняют.

- А что тогда правда?

- Мы живем в озерах, плаваем в глубине или на поверхности, ловим и едим рыбу. Иногда гуляем на берегу. Раньше, бывало, мужчина увидит русалку с ногами на пляже, думает, голая женщина. И с какими-нибудь нехорошими мыслями за ней в воду бежит, догоняет. Русалка от него раз и на глубину уплыла, только своим хвостом махнула. А места же разные бывают. Иногда тяжело дно нащупать, обратно выплыть к берегу. Вот такие мужчины потом слухи и распространяют, что девушки с рыбьими хвостами их чарами одурманили и с собой в пучину забрать хотели, - Маша грустно вздохнула. – И потом ты сразу оказываешься поганым и тебя боятся. Вот, как и ты, например, сейчас.

- Мне жаль, - я растерялся и отложил нож в сторону. Она сама выглядела напуганной, когда я спас ее. И она действительно мне ничего плохого не сделала. Почему я решил, что она опасная? – Извини.

- Да, ладно. Я же привыкла, - Маша мне ободряюще улыбнулась. – Зато ты теперь знаешь, как все на самом деле.

Мы смотрели друг на друга, и я чувствовал, что во мне просыпается детский восторг. С ума сойти, настоящая русалка! И здорово, что она оказалась не злодейкой.

И в следующую секунду, ругая себя последними словами за забывчивость, я сорвался с места и полетел в ванную. Вода, преодолев порог, разлилась уже и на линолеуме в коридоре. Шлепая по луже, я вбежал внутрь и перекрал краны. Затем, быстро сунув руку через толщу воды, достал пробку из сливного отверстия ванны. Моя майка вслед за носками мгновенно стала мокрой. Я сорвал с крючков висящие на них полотенца, и, бросив их под ноги, начал собирать воду с пола.

Минут через 10, когда видимые мне последствия потопа были устранены, я босиком вернулся на кухню. Маша продолжала сидеть на том же месте, где я ее оставил.

- Прости, я не знакома с вашими домами, - Маша виновато опустила глаза. – Вода везде – это плохо, да?

- Я с этим разберусь, - уклончиво ответил я. Надо будет что-то придумать, чтобы объяснить ситуацию Ба и решить вопрос с затопленной соседкой. Сейчас мне это показалось таким неважным. У меня в квартире русалка!

- А как ты оказалась в той цистерне? – я сел напротив нее на стул. – Если ты, конечно, можешь рассказать.

- Я уже говорила, меня похитители, - Маша сделала паузу, - похитили из моего озера и везти на свадьбу с каким-то водяным.

- У вас таким обычаи? – я удивленно поднял брови.

- Нет, - Маша раздраженно покачала головой. – Иногда выжившим из ума водяным не хватает красивых девушек рядом, они просят леших найти им русалку в соседних озерах и доставить к ним. Я вышла на берег, а они меня схватили, в цистерну засунули и куда-то везли. Потом ты меня спас.

- Они будут тебя искать?

- Если проверят цистерну перед тем, как приедут на место, - Маша довольно улыбнулась. – Может быть они еще не поняли, что я сбежала, люк-то остался закрытым. Пусть потом шевелят мозгами, куда и когда я делась. Испарилась, как утренняя роса.

Я улыбнулся вместе с ней.

- Ты можешь быть тут столько, сколько тебе понадобится. И если тебе нужна ванная, я покажу, как ей пользоваться.

- А что это такое? – Маша вдруг показала на что-то за моей спиной. – Как огромная арка.

Я обернулся и посмотрел в направление, куда она указывала. В окне вдалеке был виден полукруг колеса обозрения, нижняя часть которого скрывалась за домами и деревьями.

- Это аттракцион в парке, - произнес я и, уже в середине фразы осознав, что скорее всего мои слова будут ей не понятны, добавил. – По металлическому кругу поднимаются и опускаются кабинки с людьми. Можно посмотреть на город с высоты.

- Он же выше деревьев, да? – Маша восторженно продолжала смотреть мне за спину. – Как такое возможно?

- Там специальное устройство, - я потерялся в словах. Как ей объяснить?

- Хочу туда, - Маша встала со стула. – Отведешь меня?

- А как же твои похитители?

- Они вряд ли ожидают, что я ушла так далеко. В город мы обычно не суемся, потому что здесь слишком много людей. И воды почти нет.

- Ты уверена?

- Я никогда такого не видела и может никогда больше не увижу! - затараторила Маша. – Я дальше своего озера никуда не выбиралась. А там такое гигантское колесо! Это может быть будет лучший момент в моей жизни!

- А в метро ты когда-нибудь была? – я не смог сдержаться улыбку, глядя на ее горящие от предстоящих впечатлений глаза. – У нас тут есть подземный поезд. Поезд – это длинная машина, которая едет по рельсам. А рельсы – это…

- Ты издеваешься, да? – перебила меня Маша. – Какой подземный поезд?

- Я тебе покажу, - я сдержанно улыбнулся, стараясь не рассмеяться в голос. Маша так обаятельно надулась, когда решила, что я над ней подшучивая. – Надо только найти для тебе одежду.

Оставив Машу на кухне, я двинулся в комнату к Ба и, открыв шкаф, начал пересматривать висящие там платья. Как хорошо, что Ба хранит наряды со своей молодости уже, кажется, миллионы лет. И еще лучше, что мода возвращается.

Через полчаса мы с Машей вышли из подъезда в сторону ближайшей станции метро. Она убрала свои длинные волосы под плетенную шляпу Ба с небольшими полями. Найденное в шкафу винтажное голубое платье развевалось на ветру. Маша так быстро шагала в моих старых подростковых кедах, в которых я ей помог завязать шнурки, что мне пришлось ускориться. Конечно, это не босиком по колючей траве в лесу ходить. Я нес за спиной рюкзак, доверху заполненный бутылками с водой. На первое время этого запаса должно Маше хватить, а потом можно и в магазин зайти.

Тихий двор закончился, и мы оказались на оживленной улице среди идущих по своим делам других людей. Глаза Маши засветились восторгом вперемешку с ужасом. Она старалась сдерживать себя и не слишком навязчиво пялиться на окружающих людей и проезжающие мимо машины.

- Нам вниз, - сказал я, замедлившись и указывая на ступени подземного перехода, когда мы подошли к метро.

Маша, кажется, не услышала меня, она повернула голову и провожала восхищенным взглядом отдаляющийся и громыхающий на десятки метров вокруг себя мусоровоз. Я аккуратно подхватил Машу под локоть и потянул за собой вниз по лестнице.

Когда из туннеля раздался звук приближающего состава, Маша мгновенно нашла мою руку и крепко ее сжала. Я обхватил ее в ответ и опустил голову, пряча улыбку. Мое сердце защемило от умиления. Она и жадно хочет приключений, и в то же время так напугана новым. Такая робкая и такая смелая.

- Ваня, воды… - прошептала вдруг Маша, когда мы, проехав одну станцию метро, поднялись на поверхность.

Все это время она цепко держала меня за руку и молчала. Маша по инерции сделала еще шаг и, выпустив мою руку, начала клониться в бок. Тотчас среагировав, я одной рукой подхватил ее за талию, а другой полез в боковой карман рюкзака за пластиковой бутылкой. Она, казалась, совсем невесомой. Ее голова уткнулась мне в плечо, шляпа съехала в сторону. Ее глаза были закрыты. Я приоткрыл ей рот и, на секунду замешкавшись, начал заливать туда воду. Может ли русалка захлебнуться? К моему огромному облегчению, она начала глотать.

Маша допила поллитровую бутылку и ощутимо потяжелела в моих руках. Я потянулся за второй, и она открыла глаза.

- Ты меня напугала, - я выдохнул. – Ну его, это метро, обратно поедем на такси.

- Мне не понравилось под землей, как темница какая-то, - сухо пробормотала она и отстранилась от меня. – Ни воздуха нормального, ни воды.

В ее голосе не было укора, но я почувствовал себя виноватым. Никчемный из меня массовик-затейник. Притащил девушку, спасенную из заточения в тесной бочке, в замкнутое пространство под землей. Почему я не подумал, что это паршивая идея?

Маша пригладила волосы и, вернув шляпу на место, огляделась. Вокруг был все тот же шумный город со спешащими людьми и машинами. Кажется, никто даже не обратил внимания, что она минуту назад теряла сознание.

- Скатерть! –вдруг вскрикнула Маша и, рванув с места, побежала к витрине книжного магазина, расположенного рядом с выходом из метро.

Что ж, я рад, что силы вернулись к ней.

- Мне нужна эта скатерть! – громко зашептала Маша, когда я подошел к ней, указывая пальцем на застеленную на журнальном столике за стеклом узкую и длинную салфетку с яркими узорами.

Сверху на салфетке лежали стопки разных книг.

- Маша, скорее всего она не продается. Эта салфетка как украшение, - я обвел взглядом экспозицию в витрине. – Здесь книги продают.

- Это не просто салфетка, это волшебная салфетка! - Маша заговорщицки понизила голос и заглянула мне в глаза. – Это скатерть-самобранка!

- Как в сказках? – я вновь посмотрел на лежащую салфетку. – Ты уверена?

- Уверена! – с жаром прошептала Маша. – Сколько таких в моем озере перестирали!

- Таких? В смысле она не одна единственная?

- Конечно, нет. Русалок же тоже много разных по озерам живет!

- А какие у вас есть еще волшебные предметы?

- Потом расскажу, - Маша махнула рукой. – Надо скатерть сначала достать.

- Зачем она тебе? – я вглядывался в салфетку и не мог понять, чем она такая особенная. На вид несовременная, местами вытертая, узор какой-то с завитушками стародавний. Кажется, у Ба в шкафу только такие потрепанные жизнью салфетки и лежат.

- Она может не только накормить, но и напоить. – Маша медленно произнесла слова, словно хотела разжевать мне информацию. – Понимаешь? Напоить. С ней я смогу отходить далеко от берега, потому что вода всегда будет со мной. И она не закончится, не разольется, не высохнет. Это как носить десяток озер в кармане, которые весят как маленькая тканевая скатерка.

Я смотрел на ее разгоряченное лицо и не мог отогнать от себя мысль, что она очень красивая. Ее голубые глаза так ярко сверкали.

- Ты можешь мне? – нетерпеливо спросила Маша, когда пауза затянулась.

- Да, - я сглотнул, отгоняя оцепенение. – Но скатерть не продается. Нам ее не отдадут.

- Никто здесь не знает ее ценности, - Маша хитро улыбнулась. – Мы можем сами забрать ее.

10 минутами спустя, я вышел из книжного магазина и, не бросив ни одного взгляда на витрину, неспешным шагом дошел до угла здания. Повернув, я так же неторопливо и не привлекая внимания двинулся ко входу в парк, который виднелся в конце улицы. Мое сердце лихо стучало в груди и на душе было неспокойно. Если у Маши получилось украсть скатерть, пока я отвлекал продавца…

- Спасибо! – радостно шепнула Маша мне на ухо, бросившись мне на шею из-за ближайшего дерева.

Я неловко обхватил ее руками, чувствую, как ее дыхание приятно защекотало мне шею. Маша разжала объятия, и я увидел в ее руке скрученную как ковер скатерть. На витрине она казалось обветшалой и тонкой, а на деле оказалось добротной и объемной.

- Я думал, она меньше, - я улыбнулся, глядя на довольную Машу.

Моя внутренняя тревога отступила. Так бы эта скатерть и дальше лежала под книгами, а так для хорошего дела пригодится.

- Я тоже, - Маша перехватила скатерть и закинула ее на плечо. – Надо испробовать.

Маша направилась к стоящей под деревом лавочке.

- Какая красота! – Маша нежно разглаживала скатерть.

У меня в кармане джинсов завибрировал телефон. Я отвел взгляд от Маши и, вытащив его, посмотрел на экран.

- Привет, Ба, - я отошел в сторону, оставляя Машу под деревом.

- Ванечка, ты когда будешь дома? – Ба звучало взволнованно. – Мне звонила соседка снизу, сказала, что мы ее заливаем.

- Мы с ней все проверили, у нас сухо, - соврал я и скривился. А что мне было еще сказать, чтобы Ба не беспокоилась?

- Да? – Ба удивилась. – А ты разве не на работе? Она сказала, что ей никто не открыл, когда она стучала.

- Сначала не открывал, потому что переодевался, - меня бросило в пот от своей кривой лжи. Все-таки не частно я вру Ба. – Перед работой заехал домой, надо же было после грязных мешков с картошкой хотя бы майку сменить.

- И протечка не у нас? Она сказала, у нее с потолка капает.

- Я не знаю, зачем она тебе звонила. Может, поругаться хотела. У меня не было времени ее слушать, я на работу опаздывал. Особенно после того, как мы все под ванной и под туалетом исползали. Везде сухо.

- Странно, - кажется, Ба задумалась.

- Ба, извини, - я решил, что пора заканчивать. – Если больше ничего срочного, а пойду работать.

- Хорошо.

Я нажал на кнопку окончания разговора и обернулся на Машу. Она словно почувствовал мой взгляд подняла на меня глаза и отрицательно покачала головой.

- Не работает. Не понимаю, в чем причина, - грустно сказала она, когда я подошел ближе, и, заметив мой вопрос в глазах, добавила. – Это точно скатерть-самобранка.

- Ты говорила, что их стирали в твоем озере? – мое сердце сжалось от ее печального вида. – Идея так себе, но может ее надо сначала намочить?

- Точно! – Маша вскрикнула и вскочила на ноги. – Она же сколько лет, наверное, пылилась! Ее надо постирать! Где здесь поблизости вода?

- В парке есть речка, - я указал рукой на вход в парк. – Но, во-первых, это будет очень заметно. Во-вторых, у нас уже давно так не делают. У всех есть стиральные машинки, у меня дома тоже.

- Едем обратно к тебе! – Маша начала лихорадочно скручивать скатерть.

- Машинка никуда не денется, - я осторожно дотронулся до ее руки. – Ты же хотела на колесе обозрения покататься. Тут до него идти осталось 5 минут.

Маша посмотрела на мою руку, лежащую поверх ее руки, а затем перевела взгляд на парк впереди.

- Договорились, - она улыбнулась. – Сначала в парк.

Закрытая кабинка колеса обозрения медленно ползла вверх. Маша прилипла к стеклу и неотрывно следила за уходящими вниз кронами деревьев. Скрученная скатерть лежала рядом с ней на сидении кабинки.

Пока мы дошли до аттракциона и выстояли очередь, она выпила две двухлитровые бутылки воды. От этого сейчас ее глаза оживленно блестели, а на бледных щеках как будто бы проступил еле заметный румянец. Конечно, благодаря этой скатерти-самобранке она сможет жить обычную жизнь и… может быть, остаться рядом со мной, если захочет. Я не мог спрятать свою улыбку, глядя на ее реакцию. Чем выше скользила кабинка, тем более восхищенным становился ее взгляд. Сколько всего интересного она еще не видела и сколько всего она еще не знает. Наверное, сейчас даже стирка скатерти в машинке ее сильно удивит.

- А что там такое? – Маша показала пальцем куда-то в сторону.

- «Супер 8», - ответил я, проследив за ее рукой. – Поезд несется по рельсам с огромной скоростью и иногда делает крутые виражи.

- Я хочу туда, - глаза Маши загорелись еще ярче.

- Точно? – я улыбнулся. – Там обычно вопят от страха.

И словно в подтверждении моих слов с той стороны раздался приглушенный расстоянием между аттракционами и стеклами нашей кабинки слившийся воедино из множества голосов долгий искренний крик восторга и ужаса.

- Да-а-а, - протянула Маша, словно передразнивая только что услышанный звук. – Хочу!

Одним часом и еще одной литровой бутылкой воды позже, мы с Машей сели на лавочку в тени деревьев. Все это время я охранял скатерть, а она успела прокатиться и от души поорать на поезде в «Супер 8», бешено покрутиться в каких-то чашках на «Вальсе», адски раскачаться как маятник на «Ладье», неистово порулить машинкой на автодроме и безудержно наскакаться на батуте.

- Похоже на розовое облако, - прокомментировала Маша, улыбнувшись и взяв из моих рук моток сахарной ваты на палочке.

Она сняла шляпу и ее волосы беззаботно рассыпались по плечам. Она убрала прядь за ухо, и я с трудом отвел взгляд от ее красивых тонких пальцев. Она вся сияла от полученного удовольствия, и мне так нравилось смотреть на нее.

- Поверь, это еще и очень вкусно, - я достал из рюкзака купленную вместе с сахарной ватой бутылку минералки. – И я взял тебе, как ты выразилась у меня в машине, смешной воды.

- Как это есть? – Маша лизнула кусочек ваты, а затем неудачно тыкнула носом, пытаясь откусить. – Сладко, но неудобно. Или я не умею.

Она снова неуклюже коснулась носом ваты и рассмеялась.

- Можно так, - я потянул кусок ваты пальцами, надеясь отщипнуть немного, но вместо этого размотал большое сахарное полотно.

– В твою инструкцию надо добавить фразу: «с первого раза может и не получиться», - Маша улыбнулась.

- Я, честно, последний раз сахарную вату ел в детстве, когда меня Ба в парк приводила, - я начал запихивать оторванный кусок в рот. – Так что прошу учесть, как смягчающее обстоятельство, перерыв между тренировками длинной в 20 лет.

- Ты всегда с бабушкой жил? А где твои родители? – Маша оторвала пальцами кусок ваты себе.

- Я родителей не помню, - спокойно ответил я. – И я не расспрашивал Ба, потому что думаю, для нее может быть тяжело вспоминать прошлое.

- У тебя хотя бы бабушка есть, - Маша отдала мне палочку с сахарной ватой и забрала у меня бутылку минералки, а затем, повернул крышку, сделала глоток. – Я вообще в озере одна сижу. Скукота.

- Ты…, - начала я и, немного помолчав, сбивчиво продолжил. – Ты бы хотела остаться у меня? Я могу поговорить с Ба, уверен, она не откажет. Мы можем не рассказывать, кто ты на самом деле. Придумаем, что тебя обокрали на улице, обманули или из дома выставили. Тебе не обязательно возвращаться назад в озеро, живи в городе. Ты не думай, я ни на что не претендую, пока ты сама не решишь. Просто хочу помочь. Мы можем ходить с тобой в парк на «Супер 8», я покажу тебе фильмы на большущем экране в кинотеатре. Ты пробовала попкорн? Ты можешь и одна везде гулять, не обязательно ждать меня с работы. А ты видела дельфинов? И платья ты можешь купить какие хочешь, туфли. А в отпуск можем слетать в Египет, там есть древние каменные пирамиды. А какое там море красивое! Я тебе все покажу…

Я замолк под взглядом Маши, которая неотрывно смотрела на меня, словно раздумывая над моими словами. Или мне хотелось в это верить.

- Поедем домой скатерть стирать, - наконец, сказала она, поднимаясь со скамейки.

Она залпом допила минералку и вновь убрала волосы под шляпу. Потом взяла скрученную как ковер скатерть-самобранку и, закинув ее на плечо, медленно двинулась к выходу из парка. Я забрал рюкзак и пошел за ней, по пути сражаясь с остатками липкой сладкой ваты.

- Если пойдем пешком, то я покажу тебе место с самой вкусной шаурмой в городе, - расправившись с ватой, я выбросил палочку от нее и догнал Машу. – Черт, надо было тебя уже давно покормить! Ты голодная? Ты когда в последний раз нормально ела? Тебе можно мясо? Или я могу взять шаурму с креветками.

- Что такое шаурма? – Маша улыбнулась. – Так же вкусно, как и та сладость в машине?

- В миллион раз вкуснее, - я улыбнулся в ответ. – Нежнейшее жареное мясо закручивают вместе со свежими овощами и разными соусами в тонкий лаваш, а потом подпекают на гриле.

- После таких слов, мы точно должны пойти пешком, - в голосе Маши слышалась ирония.

- Я серьезно. Шаурма — это не еда, это произведение искусства, которое, минуя желудок, попадает сразу в душу.

- Я доверюсь тебе, - Маша подмигнула. – Куда надо идти?

Получасом позже мы с ней завернули в мой двор. Каждый из нас по дороге уже съел по классической шаурме стандартного размера. Мне было тепло внутри от наполненного живота и от счастливого лица Маши, которая на ходу доедала вторую порцию. Хорошо, что я сразу взял несколько, а не ограничился двумя, а то бы пришлось возвращаться. На ее щеках и носу были остатки соуса, и она, остановившись перед входом в подъезд и отправив в рот последний кусок, с причмокиванием облизала пальцы и без стеснения вытерла лицо тыльной стороной ладони.

- Я чуть-чуть отдохну и съем третью, - она глубоко вдохнула. – Если ты, конечно, ее не хочешь.

- Не хочу, - я улыбнулся.

Она как ребенок, который дорвался до конфет. Как будто, если не съесть все сразу, то они куда-то пропадут.

Маша забрала у меня пакет с оставшейся шаурмой и я, поправив скатерть-самобранку на плече, вытащил ключи от дома. Надеюсь, соседка не караулит нас под дверью.

Я вошел в подъезд и прислушался. Тишина. Никого не встретив, мы поднялись в квартиру и я, внутренне успокоившись, закрыл за собой дверь на замок. У меня еще есть время подумать, как объяснить все Ба.

- Поставим пока на быструю стирку, - я, поочередно наступив на задники кроссовок, снял их и вместе со скрученной скатертью прошел в ванную. – Если не будет работать, то потом постираем на программе поинтенсивнее.

Я всунул внутрь машинки скатерть и, не добавляя порошка, выбрал режим на панели управления. Маша, справившись со шнурками на кедах, стянула их и зашла в ванну. В руках она все так же держала пакет с шаурмой.

- Думаю, без отжима, - я нажал на кнопку «старт». – Высохнет потом на балконе. Все-таки раньше сушили в естественных условиях.

Маша, соглашаясь, кивнула. Интересно, знает ли она, что такое «балкон»?

Машинка загудела, набирая воду.

- Так и должно быть? – взволнованно спросила Маша, переведя взгляд на меня.

- Да, - я кивнул. – Она наполнится водой и будет стирать минут 10.

Машинка затихла и барабан за стеклянной дверцей закрутился, потянув по своей траектории намокшую скатерть. Маша присела и, не моргая, начала следить за движением барабана. Я постоял немного рядом, а затем вышел в коридор и снял рюкзак. Он стал ощутимо легче. Недопитой осталась только одна бутылка с водой.

- Маша, скатерть никуда не денется, - я заглянул в ванную. – Тебе твою шаурму погреть?

Маша отвела взгляд от машинки, посмотрела на пакет в своей руке и, улыбнувшись, поднялась на ноги.

- Мороженое будешь? – Я направился на кухню, зная, что она идет за мной. – А горячее тебе можно? Я могу заварить травяной чай. Ба всегда летом какие-то цветочки собирает и сушит. Меня ее чай потом на ноги ставит за день, если вдруг простуду где-то подхватил. Но есть и просто вкусные чаи, не лечебные.

- Сначала шаурму доем, - мы пришли на кухню, и Маша отдала мне пакет. Вероятно, она сняла и оставила шляпу в коридоре и ее светлые волосы вновь были мило разбросаны по плечам. – Что такое мороженое?

- Сладкий замороженный десерт. Если шоколадное, то почти так же вкусно, как и шаурма, - я вытащил ее из пакета и поставил греться в микроволновку. – Не бойся, она тоже гудит и крутиться.

Маша кивнула и уставилась на катающуюся по кругу подсвеченную шаурму. Я полез в морозилку за мороженым.

- Осталась последняя пачка, - покопавшись среди пакетов с заготовленными Ба домашними пельменями, блинчиками, сырниками и лотков с куриными ногами, я наконец нашел, что искал. - Если тебе понравится, я сбегаю в магазин за углом и принесу еще.

Микроволновка, пискнув, отключилась, и Маша, не взглянув на меня, бесстрашно открыла дверцу и взяла разогретую шаурму.

- Может быть горячо, - предупредил я, сдерживая улыбку. Это какая должна быть манящая шаурма, чтобы даже подозрительное гудение и резкий писк незнакомого устройства не портили аппетит.

Маша, откусив сразу огромный кусок, начала жадно его пережевывать. Я положил на стол перед ней пачку найденного шоколадного мороженого, и, налив для Маши стакан воды, сел напротив. Завтра можно будет сходить в кафе за пиццей и молочными коктейлями. Или пожарить картошечку дома, а потом зайти в кофейню за какао и овсяным печеньем. А ведь она еще и чипсы не пробовала! И лимон, и горчицу!

- Необычно и холодно, - разделавшись с шаурмой, Маша осторожно коснулась языком мороженного, а потом, словно прислушавшись к своим внутренним ощущениям и решившись, откусила от него кусочек. – Хочу еще!

Она, смакуя, расправилась с половиной стаканчика, а затем выпила стоящую перед ней воду.

- Еще два таких же, - мечтательно пробормотала она, набрасываясь на остатки мороженого. - Или лучше три.

- Скоро вернусь, - улыбаясь, я поднялся на ноги. – Сначала только скатерть развешу, чтобы ванную тебе освободить. Только, пожалуйста, смотри, чтобы за края вода не выливалась, иначе мы снова соседке потоп устроим.

Маша кивнула.

Я вышел из кухни, оставив Машу доедать мороженное. Перекинув постиранную скатерть через натянутые на балконе в моей комнате бельевые веревки, я дополнительно закрепил ее сверху прищепками. Будет грустно и смешно, если ветер унесет ее.

Закрыв Машу в квартире на ключ, я бодрым шагом направился в ближайший магазин. Чипсы, лимон и горчицу можно и сегодня попробовать.

Предвкушая разнообразие эмоций на лице Маши, когда она откусит от купленного мною чеснока, я поднялся на свой этаж и резко остановился. Дверь в квартиру была приоткрыта.

В ту же секунду меня словно окунули в бездонный колодец с ледяной водой. Дыхание перехватило. Страх, паника и замешательство заскользили по моей спине, противно защекотали в груди. Они нашли ее!

Внутри стало нестерпимо больно, словно из меня выдрали кусок. Я дернулся, готовый бежать куда угодно и искать Машу, но вдруг услышал голоса из квартиры.

Я замер и аккуратно пристроил пакет с продуктами перед дверью, чтобы он не зашелестел в самый неподходящий момент и не выдал меня.

Насколько крепкие эти ребята лешие? Они смогли скрутить одну хрупкую русалку и запихнуть ее в цистерну. Как легко им будет схватить меня? Надо бы глянуть на них прежде, чем они меня заметят.

Я прошмыгнул в квартиру. Дверь в ванную была открыта настежь и на линолеуме в коридоре снова разлились длинные лужи. На полу в ванной в лужах лежали сброшенные с полок шампуни и крема Ба, упавшая мыльница с мылом и стакан с зубными щетками и пастой. Стены и потолок были в мокрых пятнах и каплях воды. Сама чаша ванны была наполнена. Они силой вытащили ее прямо из воды?

Я почувствовал, как страх уступает место ярости. Я стиснул зубы и сжал кулаки. Они опять сделали беззащитной девушке больно? Что им не сидится в своем лесу!

- А вот и сообщник, - неожиданно раздалось позади меня, и, прежде чем я сообразил, мои руки быстро сковали за спиной.

Я отчаянно рванулся всем телом, пробуя наручники на прочность, но они лишь сильнее впились в мои запястья.

- Не надо глупостей, - сказал тот же мужской голос, и я почувствовал мощную руку на своем плече. – Идем на кухню.

- Я буду кричать! – тяжелая рука толкала меня вперед, и я насколько мог упирался ногами. – Спасите!

- Ваня, прости меня, - из кухни послышался тихий голос Маши.

- Маша, тебе не за что извиняться! – крикнул я, пытаясь вырваться, но неизвестная рука держала цепко. – Я ни о чем не жалею и помог бы тебе сбежать еще раз!

Коридор закончился, выводя на кухню. За кухонным столом в том же голубом платье, в котором я ее оставил, сидела Маша. Мокрые спутанные волосы закрывали ей пол лица. Ее руки тоже были скованны за спиной. Рядом с ней, занимая полкухни, стоял высокий широкоплечий мужчина. Он был насколько рослым, что, кажется, волосы на макушке доставили до потолка. Мышцы на его теле бугрились под одеждой.

Нормальные такие лешие в природе уродились!

Увидев меня, Маша грустно улыбнулась и отвела взгляд. От ее потерянного вида у меня сжалось сердце.

- Маша, как ты? – я хотел броситься к ней, но все та же тяжелая рука не пустила. –Они тебя обижали?

Маша молчала и смотрела в пол.

- Вы нелюди, напали на девушку! – закричал я, чувствуя отчаяние. – Она вам ничего не сделала!

- Нам нет, - спокойный голос зазвучал за моей спиной. – А у других ты спросил?

Еще один широкоплечий мужчина, обойдя меня, вошел на кухню. Дойдя до Маши, он коснулся ее плеча своей широкой ладонью и с легкостью поднял с стула, поставив на ноги.

- Забираем двоих, - скомандовал он, посмотрев повыше моей головы, и я понял, что и меня держит мужчина такой же комплекции.

- Илюша, что здесь происходит? – голос Ба раздался рядом с моим ухом и я подскочил от неожиданности. Только Ба здесь не хватало! – Что вы делаете в моем доме?

- Ба, я тебе сейчас все объясню! – я в очередной раз попытался сбросить с себя ручищу, и снова ничего не получилось.

Ба, не обратив на меня никакого внимания, уверенно прошла на кухню и остановилась рядом с держащим Машу мужчиной. Она ступала удивительно твердо и была без своей обычной трости. Она строго смотрела на него снизу вверх и, кажется, вообще не испытывала ни капли страха.

- Бабушка Яга, извините, мы не знали, что это ваша квартира, - мужчина как будто немного смутился. – Русалку ловили.

- И в чем твоя провинность? – Ба перевезла взгляд с мужчины на Машу.

Маша, услышав обращение к ней, кажется, удивленно посмотрела на Ба исподлобья.

- Совсем в своем озере распоясалась, пятерых молодцев и трех девиц заманила к себе и схоронила с начала этого года, - ответил мужчина, нахмурившись. – Проглядели мы. Может от этого безнаказанность свою почувствовала.

- А тут вы все как оказались? – Ба отвела взгляд от Маши и скрестила руки на груди.

- Ей этот парень помог сбежать из нашей передвижной темницы, - мужчина указал на меня. – И здесь ее укрывал.

В этот момент все на кухне посмотрели на меня.

- Это мой внук, - начала Ба.

- Все было не так! – я резко присел и скользнул в сторону, прижавшись спиной к стене кухни.

Третий высокий и широкоплечий мужчина, рука которого все это время держала меня за плечо, никак не среагировал на моей освобождение. Он остался стоять в дверях, почти полностью преграждая собой проход в коридор.

Я обвел всех взглядом. Мои мысли словно на безумной карусели кружились у меня в голове, и я не мог схватить ни одну из них.

Что происходит? Почему они называют Ба бабушкой Ягой? Откуда Ба и эти высоченные мужики знают друг друга? Откуда Ба знает о русалках? Почему все ведут себя так, словно такие встречи для них обыденность?

- Лешие украли Машу из озера и везли ее на свадьбу с водяным, - четко выговаривая слова, я переводил взгляд от Ба к мужчинам, а потом к Маше. – Я вытащил ее из цистерны, потому что они похитители ее. Маша, расскажи им!

Маша снова опустила глаза в пол, а мужчина рядом печально усмехнулся.

- Забираем двоих, - вновь повторил он и мужчина, который остался стоять в дверях кухни сделал шаг в мою сторону.

- Илюша, Алешенька, Добрыня, - Ба тоже сделала шаг в мою сторону, поднимая раскрытые ладони. – Не надо спешить с выводами!

- Бабушка Яга, так все понятно, - мужчина, держащий Машу, начал вместе с ней двигаться к выходу из кухни. – Русалка губила людей, парнишка помог ей сбежать. Теперь пытается выгородить перед нами. На лицо злой умысел, сговор и пособничество.

- Илюша, ты же сам сказал, что русалка заманивала к себе в озеро, - спокойно продолжила Ба. – Чары, значит, накладывала. Она и внука моего околдовала. Ты же послушай, что он говорит. Про водяного, свадьбу. Он не подельник, он пострадавший!

- Ба, да какие чары! – закричал я. – Я сам ее спас, потому что ее похитили и в крохотной цистерне для рыбы держали, нечеловеческие условия какие-то! Маша, скажи им, что ты никаких людей не топила в озере!

Маша молчала, и я еще больше разозлился. Ну почему она молчит?

Мужчина, держащий Машу, посмотрел на меня, потом на Ба.

- Илюша, я за него отвечаю. Он полностью положительный мальчик. Он никогда ни с чем магическим не имел дела. Я с ним тоже живу обычной человеческой жизнью. Никаким русалкам по своей воле он бы помогать не стал. Он же не богатырь, чтобы чарам противостоять. Околдовала она его, вот он, малахольный, и беснуется сейчас. Я еще с утра заметила, что он странно себя ведет, да не поняла сразу, что под чужим влиянием он. Хорошо, что сейчас сообразила и вовремя домой вернулась. Я отвар приготовлю, чары сниму, заодно и память ему почищу от всего этого. Вы только все вещи за русалкой приберите, чтобы ничего ему потом о ней не напомнило ненароком. И платье мое старое, которое на ней сейчас надето, пусть ей остается. Я пригляжу за ним, обещаю, - Ба сделала паузу и продолжила. – А вас с Добрыней и Алешей я благодарю, что преступницу изловили и она больше никому голову морочить не будет.

- Хорошо, - мужчина, подумав, кивнул. – Внука твоего под твое слово оставляю.

Я ошарашено молчал и хлопал глазами. Может, я сплю?

***

Вздрогнув, я проснулся. Утреннее солнце пробивалось сквозь неплотно задернутые шторы и светило прямо в глаза. Я медленно поднялся с дивана, чувствуя слабость во всем теле. Что я вчера делал, что мне сегодня так плохо? Память предательски не подсказывала никаких моментов из прошлого.

Прикрывая глаза рукой от солнца, я собирался задернуть шторы полностью, но вдруг что-то висящее на бельевых веревках на балконе привлекло мое внимание. Я отдернул ткань и, открыв балконную дверь, вышел на балкон. Незнакомая плотная длинная и узкая салфетка с витиеватыми узорами держалась на прищепках и легко колыхалась на свежем осеннем утреннем ветре.

Глаза мгновенно резануло болью, а голова затрещала так сильно, словно тому, чтобы было внутри, больше не хватало там места.