Дело выгоревших

Звон упавшей в банку монеты выхватил Пирса из небытия. Он спал? Почти каждый день Пирсу снилось одно и то же: выстрелы, белый свет и голоса. А может, о чём-то вспоминал? В последнее время его мозг жил совершенно независимо. Пирс пытался с ним снова подружиться, но пока получалось скверно. Сколько продолжалось это «в последнее время», сказать он не мог: как будто кто-то перемешал и взболтал все воспоминания, или то, что от них осталось.

На улицах города стояла отвратительная погода: мокрый снег собирался в ледяную кашу, прилипающую и хлюпающую под ногами многочисленных прохожих. Лёжа на мокрой картонке чуть в стороне от потока пешеходов, всё, что видел Пирс – мелькающие ноги. И вот чьи-то ноги остановились напротив его лежанки.

- Эй, приятель, ты жив вообще? – над Пирсом склонился мужчина средних лет, похожий на персонажа из фильмов про бравых морпехов: строгие черты лица, короткая стрижка, острый взгляд. – Как самочувствие?

Пирс поднял глаза на человека и попытался привстать, но тело задеревенело и слушалось с трудом. Незнакомец внимательно вглядывался в бородатое лицо Пирса, пытаясь понять, всё ли с ним хорошо. Пирс показал большой палец, благодаря «морпеха» и за пожертвование, и за заботу.

- Да? Ну хорошо, – мужчина выпрямился, убедившись, что Пирс ещё подаёт признаки жизни. Поправив ворот куртки бионической рукой и шмыгнув озябшим от холодного воздуха носом, мужчина сказал:

– Смотри не замёрзни тут.

Странное дело, но внешность и голос мужчины показались знакомыми: они словно приоткрыли дверь в прошлое Пирса. Он попробовал вспомнить, но мозг не выдавал никаких результатов. Пирс точно силился вернуть на язык слово, которое так не к месту вылетело из головы. После нескольких неудачных попыток, когда он уже собирался списать этот ментальный зуд на очередные происки повреждённого разума, его сознание пронзила яркая вспышка – Глен!

Вспомнить что-то, кроме имени, оказалось сложнее, хоть Пирс и был уверен, что точно знал этого человека. Не верится: впервые за бог знает сколько недель или даже месяцев Пирс встретил знакомого! С трудом поднявшись и чувствуя боль в затёкших конечностях, Пирс заметил, что Глен уже отошёл шагов на двадцать. Пирс ринулся вдогонку, но расстояние между ними сокращалось довольно медленно, потому как идти быстро он не мог. Пирс пытался окликнуть Глена, но вместо имени изо рта вырывались какие-то нечленораздельные звуки.

- Эй, Прххх... По-годи!

Наконец, растолкав очередных прохожих и почти поравнявшись с Гленом, Пирс ткнул того в спину. Глен обернулся настолько быстро, что Пирс немного опешил.

- Оу, приятель, не надо меня руками трогать. Я ж тебе дал денег, больше нету.

Но Пирс уже не слышал, что ему говорит бывший напарник. Он вдруг вспомнил, как они вместе патрулировали улицы, иногда пили пиво по пятницам, расследовали убийства и другие дела. Хотя Пирс всё ещё не мог выстроить эти события в правильную последовательность, он знал, кто перед ним, и изо всех сил пытался рассказать об этом Глену. Однако, похоже, тот не оценил такого стремления. Молниеносным движением Глен двинул «человеческой» рукой по физиономии прущего на не него и что-то лепечущего Пирса…

***

Выстрелы, белый свет и голоса…

Открыв глаза, Пирс не сразу сообразил, что лежит на койке. Он увидел лампу на потолке и пытался понять, что же перед ним. Через несколько мгновений Пирс почувствовал тупую боль в правом ухе. Ухо пульсировало, а боль усиливалась. Наконец, он пришёл в себя и приподнялся. Чуть поодаль, прислонившись к шкафу со всякой медицинской утварью, стоял Глен и внимательно смотрел на Пирса.

- С возвращением, – в глазах Глена промелькнуло облегчение. – Слушай, мужик, мне проблемы не нужны. Я тебе, конечно, сильно врезал, но и ты молодец: чего полез-то?

- Я… я просто хотел…

- «Я просто хотел», - нервно передразнил Глен. – Время тут с тобой только теряю. Короче. За тобой понаблюдают ещё пару часов, потом уйдёшь. Вот, здесь около сотни, купишь себе что от головы.

- Я хотел сказать, что знаю тебя, – Пирс сел на койку и поставил ноги на пол. В голове неприятно гудело. – Тебя зовут Глен Полсен и ты сержант полиции.

Пирс удивился тому, что смог выговорить имя бывшего напарника с первого раза. Казалось, что удар пошёл ему только на пользу, и мозг теперь работал заметно лучше.

- Да? И что? Мало ли кто меня знает. Ты что же, шёл за мной, чтобы сказать это? Странная у тебя мотивация, конечно.

- Ещё я собирался сказать, что меня зовут Пирс Бассет, но не успел.

Пирс внимательно смотрел на Глена, но сказать, какую реакцию вызвала эта информация, не мог. После недолгой паузы Глен сказал.

- Это плохая шутка, приятель. Пирс Бассет мёртв.

В этот момент в палату вошёл человек в белом халате. На голове у него красовались очки в карбоновой оправе. В тусклом свечении полупрозрачных линз Пирс разобрал голографическую сетку.

- А, вы уже пришли в себя, эт-то хорошо, – протянул доктор, задержав взгляд на голове Пирса; свет линз стал немного ярче. – Да, сотрясение есть, но мягкие ткани в норме. Перед тем как отправитесь домой, нужно будет…

- Доктор, не могли бы вы нас ненадолго оставить? – Глен изобразил подобие улыбки на лице, но голос его звучал нарочито твёрдо. Доктор остался явно не в восторге от приказного тона, но всё же последовал приказу представителя закона и порядка.

- Да, пожалуй, зайду чуть позже.

Когда дверь за доктором тихо закрылась, Глен повторил.

- Пирс Бассет мёртв. И лучше бы тебе объясниться, пока я в настроении.

- Мне сложно формулировать мысли, я как будто во сне и что-то вроде того. Типа смотрю в книгу, а текст прочитать не могу, понимаешь? Всё бессмыслица какая-то.

- И? Давай уже к делу, – Глен нетерпеливо ждал.

- В общем, я уверен: я Пирс Бассет и мы хорошо знали друг друга, пока… не знаю… пока я не умер. Помню наши патрули, как поймали того отморозка с четырьмя руками. Или как ты меня вытащил из перестрелки в Хромовой Бухте.

Глен внимательно слушал и, казалось, его уверенность таяла.

- Ещё помню, как мы работали над делом выгоревших. Всё как в тумане. Помню какие-то детали, некоторых фигурантов. Помню, как допрашиваем свидетелей в участке… Как нас преследует машина… Синяя такая, с пулемётчиком… В общем, пока не особо соображаю, что да как, но дело это было важным для меня.

Теперь в глазах Глена читался интерес к потенциально восставшему из мёртвых напарнику. Он щёлкнул металлическими пальцами, шмыгнул носом и сказал.

- Хорошо, допустим, ты говоришь правду. Но этого мало. Я не сильно верю в чудеса, поэтому мне нужно что-то большее, – он на секунду задумался. – Что-то, что знал только Пирс.

Глен подошёл к шкафу и начал рассматривать различные медикаменты и стимуляторы внутри. Он постучал по стеклу пальцем, как будто там, в шкафу, жила канарейка.

- Я хотел подарить кое-что Либби на десятилетие. О подарке рассказал Пирсу, хотел похвастаться. Но в итоге хренов продавец всё испоганил. Пришлось дарить очередную ненужную ерунду.

- Глен, у меня мозги набекрень, я многое не помню из той жизни. А что помню, вроде как не могу структурировать. Не знаю, что было раньше, а что позже. Да и было ли вообще.

- Подарок Либби на десятилетие. Только Пирс знал, что я хотел подарить.

И снова, как тогда, на улице, Пирса как молнией прошибло. Целый пласт воспоминаний одномоментно вспыхнул в голове, наполняя электричеством синапсы и аксоны.

- Ты хотел подарить дочке собаку – ретривера. Я помню, чего тебе стоило найти щенка за вменяемые деньги. Как звали того перекупа? Спиззо?

- Пирс, – Глен присел на корточки и закрыл лицо руками. – Сукин ты сын.

***

Немного привыкнув к этой новости, Глен сел рядом с Пирсом.

- Ты хоть что-то помнишь? Можешь рассказать, что с тобой случилось?

- Говорю же, каша в голове. Я что-то помню, какие-то выстрелы, крики, но ничего конкретного, – Пирс приложил ладошку к ноющему уху. – Удар у тебя что надо, конечно.

- Это я тебя ещё вот этой крошкой не огрел, - Глен продемонстрировал бионическую руку. – Такой встречи ты бы точно не пережил.

- Я что-то не помню у тебя эту железяку, – Пирс посмотрел на протез напарника: пальцы и кисть сияли тёмным хромом.

- А, как-нибудь потом расскажу. При случае, – Глен опустил металлическую руку на кровать. Он замолчал на секунду. - Блин, ты жив. Поверить не могу.

Пирс хотел что-то сказать, но Глен встал с койки и начал ходить по крохотной палате взад-вперёд, обдумывая план действий.

- Так… Это всё меняет… Пока никто не должен знать, что ты жив… Нужно сначала… - он резко повернулся к Пирсу. – Давай, одевайся. Поедем ко мне.

- Почему никто не должен знать? Я думал, это хорошие новости. Разве нет? – Пирс попытался встать с койки, получилось с трудом. Голова кружилась, и ноги всё ещё не особо слушались.

- Ты, видно, забыл, кем был, – Глен открыл вещевой шкаф на противоположной от кровати стене и бросил на койку мокрую одежду Пирса. – Конечно, все знали Пирса Бассета как отличного копа. Поэтому у тебя были враги.

Пока Глен говорил, Пирс начал натягивать штаны и тут же испытал неприятное объятие сырости. После он надел дырявый, давно потерявший какую-либо форму свитер. Одежда казалась непривычно тяжёлой, но при этом совершенно нехолодной.

- Ты очень кстати вспомнил о деле выгоревших. Это последнее дело, над которым ты работал. Мы работали. А потом всё пошло кувырком, – Глен открыл дверь палаты и быстро осмотрел коридор. Убедившись, что всё спокойно, он закрыл дверь, – потому что у Пирса Бассета было много врагов.

Завязав шнурки на потрёпанных и грязных ботинках, Пирс выпрямился.

- М-да. Вид у тебя, конечно, убогий, - Глен посмотрел на Пирса с нескрываемым отвращением. – Но это даже хорошо. По крайней мере, тебя никто не узнает. Ладно, пойдём.

Оба вышли из палаты и направились к выходу. Только сейчас Пирс понял, что клиника подпольная: коридор был заставлен койками с пациентами, некоторые, похоже, не дышали. Запах крови и гнили ударил в нос, когда Пирс и Глен проходили мимо помещения, закрытого ленточными завесами из полупрозрачного пластика.

Судя по виду клиники, Глен раскошелился, чтобы Пирса разместили в приличной палате. Пирса такая мысль не удивила: Глен всегда отличался неким милосердием к окружающим. С поправкой на сферу деятельности. Возможно, не хотел, чтобы бомжеватого вида бродяга протянул ноги от его удара - рефлекторного ответа на опасность. А может, хотел всё решить наскоро, если бы Пирс всё-таки умер – никаких цифровых следов покойники в таких местах не оставляют. И что-то подсказывало Пирсу, что Глен не впервые обращается к услугам подобных заведений.

Выход из клиники вёл в узкий переулок, заставленный мусорными пакетами. Света от тусклых ламп хватало, чтобы не налететь на мешок и другие отходы, сваленные в кучи, да и только. Пирс следовал за Гленом, который ловко обходил мусорные препятствия.

- Ты сам меня тянул через всё это? – Пирс подумал, как это здорово Глену удалось затащить его в клинику, минуя все эти барьеры.

- Скажем так: если бы я знал кто ты, я бы тащил тебя… более гуманно.

Они дошли до конца переулка, за которым расположилась небольшая стоянка, освещённая единственным фонарём. Компанию ему составлял одинокий серый автомобиль, хромированный бампер которого еле блестел в дрожащем свете фонаря. Над стоянкой нависал огромный мост, сверху доносились звуки проезжающих машин. Сев в машину и более-менее согревшись, Пирс спросил:

- Расскажи о деле выгоревших. Я совсем не помню его, ну кроме каких-то событий. Обрывки, вроде тех, о которых я тебе говорил.

- Что, прям всё рассказывать?

- Ну, начни сначала, а там посмотрим. Может, я вспомню что-нибудь по ходу действия.

Глен тяжело вздохнул.

- Ладно… В семьдесят восьмом случилось несколько странных событий в городе, поначалу мы даже не знали, что они как-то связаны. Ну, к примеру, пилот аэробуса вдруг слетает с катушек и на всём ходу в стену – бум! Семнадцать трупов. Или вот ещё: на одной стройплощадке кран нёс несколько плит, а потом, ни с того ни с сего, со всего маху дал этими плитами по зданию. А в нём рабочие… В общем, ещё тридцать человек минус, включая крановщика. Казалось бы, рядовые случаи человеческого фактора…

Серый автомобиль мчал по шоссе в самое сердце города. Пирс с интересом наблюдал за медленно приближающимися небоскрёбами, усыпанными яркими жёлтыми точками. Он и забыл, насколько это может выглядеть красиво. Тем временем Глен продолжал рассказ.

- Но потом случилось интересное, что, собственно, и дало нам зацепку. Однажды в участок пришёл один невменяемый. Ну, то есть мы так думали поначалу, потому как понять, что он говорит, было ой как непросто. Он ещё и напуган был до чёртиков. В общем, когда его немного попустило, он рассказал, что работает доктором в приличной такой клинике. Нейрохирург. И вот что самое интересное: он начисто забыл, как делать операции. Он знал, что нужно делать, но как это делать – вот тут пустота. А к нам пришёл с повинной: накануне фактически зарезал пациента. Тогда-то и понял, что не помнит, как оперировать… Правда, сильно много рассказать он не успел. Примерно через час начал нести какой-то бред бессвязный, прямо на допросе. А ещё через час его уже в морг везли… Ну что, вспоминаешь что-нибудь?

- Пока не особо, - Пирс прислушивался к себе, но никаких изменений не чувствовал.

Тем временем машина ворвалась в даунтаун. Вблизи лицо центра города не выглядело таким же привлекательным, как несколько минут назад: нагромождение высоток вызывало у Пирса чувство клаустрофобии, а их уходящие вверх, насколько хватает взгляда, тела внушали ощущение полной никчёмности.

Глен снизил скорость, и Пирс смог более внимательно разглядеть здешнюю ночную жизнь: кислотные огни, голографическая реклама, молодые люди, курсирующие между очередными барами и клубами. Вся эта картина ещё больше напомнила Пирсу о его отрешённости. Благо на ночных улицах города практически отсутствовали машины, поэтому даунтаун закончился достаточно быстро, сменившись более привычными спальными и промышленными районами.

- Когда доктора вскрыли, нашли здоровый такой сгусток крови в мозгу. Что вызвало инсульт, объяснять надо? – Глен повернул голову в сторону Пирса. – Чип. Чип у доктора сго-рел. Мы думали, такого не бывает. Оказалось, ещё как бывает. Потом же ещё несколько…

- Глен, подожди. Я не совсем… Что за чип? – Пирс не мог сообразить, о каком чипе говорил Глен.

- Так ты даже этого не помнишь? Ну-у-у, брат, тяжёлый у тебя случай с головой… Ладно, почти приехали, – Глен свернул возле многоэтажного дома тёмно-оранжевого цвета. – Сейчас поднимемся, в порядок себя приведёшь и продолжим.

***

Квартира Глена располагалась на двадцать восьмом этаже. На вид она ничем не отличалась от сотен таких же в этом доме: обычная мебель и техника, никаких излишеств, но при этом всё на своих местах. А вот душ вызвал у Пирса восторг, он совершенно позабыл то ощущение свежести и чистоты, что дарило это нехитрое изобретение человечества.

После душа Пирс взглянул в зеркало, оттуда на него смотрел бородатый незнакомец. В процессе удаления лишней растительности с лица и головы, Пирс отметил, что уж больно аскетично выглядело убранство ванной комнаты семейного человека, жившего с женой и ребёнком: ни тебе многочисленных баночек с разными шампунями-кремами, ни разноцветных полотенец. Даже зубная щётка в стакане стояла всего одна. Но ведь Пирс был «мёртвым» достаточно долгое время, за которое многое могло измениться в жизни Глена. Закончив с волосами, Пирс вышел в гостиную.

- О, хоть на человека стал похож, - Глен улыбнулся, увидев подстриженного Пирса. Казалось, он только сейчас до конца осознал, кто стоял перед ним. – И одежда моя тебе почти впору.

Пирс подошёл к столу, на котором уже «лежала» проекция виртуальной папки с надписью «Дело №14353». Глен ткнул в папку и из неё «выпало» несколько файлов: фотографии, видео, различные досье.

- Это оно? – спросил Пирс, упёршись обеими руками в край стола.

- Оно, - ответил Глен. – Прихватил с работы для личного пользования. На всякий случай.

Глен открыл досье доктора, над столом возникла фотография человека средних лет в очках. Рядом с фотографией высветились личные данные.

- Вот наш пациент номер ноль, так сказать. Его Ричардсон допрашивал. Собственно, он и сообразил, в какую сторону копать. Подняли прошлые дела, ну крановщиков, водителей и так далее. Выяснилось, что у них тоже чипы накрылись до момента наступления смерти. Смерть, кстати, наступала в основном от кровоизлияния, но по времени у всех по-разному. Кто-то сразу того, а кто-то ещё жил несколько часов и даже дней. Но в целом итог всегда один.

- Ты говорил, что расскажешь про эти чипы, - перебил бывшего напарника Пирс.

Глен вздохнул.

- Ладно, давай вкратце расскажу, чтоб освежить твою память, - он откинулся на спинку стула, как будто обдумывая, с чего начать. – В общем, у некоторых людей… у многих людей в голове стоит чип. Чип этот, как сказать-то, создаёт второй контур мозга, что ли…

Глен снова ткнул в проекцию пальцем, поводил им туда-сюда, и вот Пирс увидел фотографию чипа. Судя по виду, этот экземпляр достали из тела одной из жертв: на нём имелись следы перегрева и крови.

- Короче, он создаёт искусственную сеть знаний, навыков, умений, чтобы не заставлять твой мозг запоминать тонны информации. И вот тебе уже не нужно тратить годы жизни на обучение. Воткнул чип и вуаля: через пару недель ты уже готов выполнять любую работу. Удобно, да? Такое вот внешнее хранилище с предустановленными компетенциями. Но-о-о, оказывается, есть нюанс. Со временем такое соседство перестраивает нейронные связи, и мозг всё меньше предпочитает напрягаться. Это как с навигатором: ты вроде всю жизнь в этом городе живёшь, а отключи навигатор – и куда ты приедешь? То-то и оно. С чипом, конечно, всё по-другому, но мысль, я думаю, ты уловил.

- Значит, если чип выгорает, то и навыки пропадают, так, что ли? – Пирс снова почувствовал, что вот-вот что-то вспомнит. Воспоминания готовились освободиться, но пока не могли пробиться сквозь плотную завесу тумана.

Глен встал со стула, подошёл к холодильнику и достал бутылку скотча.

- Будешь? – не поворачиваясь спросил он.

- Пожалуй, нет, - Пирс не хотел снова терять только-только вернувшуюся ясность ума. Глен же быстро наполнил и опустошил стакан.

- Выяснилось, что пропадают… Мы не сразу это поняли. Да и как мы могли? Это был первый случай, когда чип дал сбой. Никто даже представить не мог, что такое возможно…

Вдруг Пирс вспомнил то, о чём ему в эту самую минуту рассказывал Глен: дело выгоревших перестало быть набором случайных картинок. Теперь оно выстроилось в ряд последовательных событий и деталей, возвращая Пирсу часть его утраченной личности. Однако Пирс не стал прерывать рассказ напарника этой новостью.

- И что случилось потом? – Пирс взглянул на Глена, тот всё так же стоял возле холодильника.

- Потом? - Глен взял бутылку и отхлебнул прямо из неё. – Потом всё пошло к чертям…

- Что ты имеешь в виду? – Пирс сосредоточился. Он понимал, чем всё обернулось для него, но хотел знать, что произошло в его отсутствие.

- Оказалось, не все хотели, чтобы это дело получило огласку. Производство чипов – дорогое удовольствие и… - Глен запнулся. – И в какой-то момент нам, тебе и мне, очень доходчиво дали понять: или мы закрываем дело, или…

Пирс хорошо знал, о чём говорил Глен. Когда раскрытие правды угрожает финансовому положению корпорации-монополии – в дело идут все средства, и неважно законны они или нет. Чего он не знал, так это, как Глен выпутался из этой ситуации. Очевидно, Пирс не заключал никаких сделок с совестью. Проведя столько времени на улице, не помня ни себя, ни своего прошлого, сомнений на этот счёт у него не возникало. Однако Глен, казалось, жил всё той же жизнью, и это настораживало. Пирс хотел услышать ответ на свой вопрос, хотел, чтобы Глен проговорил его вслух. Поэтому терпеливо ждал.

Глен взял бутылку и вернулся к столу. Небрежно поставив полупустой сосуд, он уселся на стул.

- Поначалу мы барахтались, сопротивлялись… в общем, давали отпор этим корпоративным гадам, - Глен снова приложился к бутылке, – а потом ты исчез. Просто взял и как сквозь землю провалился… Тебя, конечно, искали… Правда, недолго. Совсем недолго. И после признали погибшим при исполнении.

Пирс внимательно слушал о своей доблестной кончине и ждал, что же расскажет Глен о себе. Между тем Глен продолжал:

- Да, все знали Пирса Бассета как отличного копа… - он ухмыльнулся и поднял бутылку в качестве жеста уважения. Пирс не очень оценил иронию напарника.

- Я знал ещё одного отличного копа, - Пирс подначивал Глена с тем, чтобы тот поведал свою историю. Конечно, Глен не был ангелом, но и назвать его продажным или злоупотребляющим властью Пирс не мог.

- А, брось, - похоже, Глен попался на уловку. - Я всегда плыл по течению, а не грёб, как ты, в противоположную сторону. Меня часто поражала твоя твердолобость. Подумать только…

- Глен, - голос Пирса прозвучал твёрдо. – Что случилось?

Глен встал со стула и подошёл к окну. С двадцать восьмого этажа вид на ночной город открывался неплохой, и Пирсу показалось, что в эту минуту Глену хотелось оказаться где-нибудь внизу.

- Дело закрыли. Через неделю с твоей пропажи…

- Я не это имел в виду. Что случилось с ТОБОЙ?

Глен не особо горел желанием продолжать этот разговор по душам. И всё же Пирс хотел знать, смог ли Глен устоять или пал под натиском корпоративной машины.

- Меня настигла реальность, приятель. Это ты пропал, а мне пришлось каждый день жить с тем, что я сделал, понимаешь? Думаешь, мне было легко? Думаешь, я гордился этим? Вовсе нет, - Глен на минуту замолчал, уткнулся лбом в холодное стекло и вглядывался в манящие ночные улицы. – Вовсе нет.

В отличие от Глена, Пирс не испытывал жалости к себе. Работая над делом выгоревших, он хорошо понимал, что ставки высоки, и сознательно шёл на риск. Впрочем, как всегда. А вот Глен, судя по его словам, выбрал более лёгкую дорогу. Что же, и такое случается: давить на семейного человека, пусть и копа, гораздо легче, особенно если ты огромная корпорация с миллионом связей везде и всюду.

Впрочем, на другой чаше весов лежала жизнь Пирса, а также жизни многих других людей, уже погибших или пострадавших от выгорания. Думать о том, сколько людей погибло с тех пор, как дело закрыли, Пирс не хотел.

И всё-таки Пирс надеялся, что дело можно открыть снова. Во-первых, он восстал из мёртвых, многое вспомнив из прошлой жизни. Теперь он не сомневался, что корпорация имела отношение к его исчезновению. Это покушение, значит и основание для пересмотра дела. Во-вторых, Глен ведь не просто так, забавы ради, прикарманил материалы. Пирс понимал, что прошлое не даёт покоя Глену, и, открыв дело повторно, он смог бы избавиться от этого груза. Тем более, Пирс не видел никаких признаков того, что Глен живёт не один. А значит, и согласиться он мог гораздо легче, чем прежде. Но то были просто догадки.

- Глен, послушай. Ещё не поздно всё исправить. У нас есть новые обстоятельства, моего возращения хватит, чтобы снова открыть дело.

Пирс не желал так просто сдаваться. Без поддержки Глена, без его помощи, полноценное возвращение Пирса к службе, а тем более возобновление дела, заняло бы гораздо больше времени и сил. Пирс думал, что инициатива на их стороне, и действуй они быстро, смогли бы застать корпорацию врасплох без лишней возни.

- Исправить… Исправить, блин, - Глен шмыгнул носом. – Нет, приятель, не думаю, что я смогу что-то исправить. Вернуться в прошлую жизнь к Роуз и Либби точно не выйдет.

- Они… - Пирс ожидал услышать худшее.

- Живы, слава богу… но очень далеко отсюда, - тоска в голосе Пирса звучала отчётливо и звонко. Он обернулся и подошёл к столу. – После того как ты исчез, им досталось от меня. Они видели многое, за что мне сейчас стыдно. И многое из того, что они видели, связано вот с этим. – Глен посмотрел на бутылку скотча, одиноко стоящую на столе.

- По крайней мере, они живы, - Пирс действительно испытал облегчение, несмотря на личную трагедию Глена.

- Как и ты, - Глен еле улыбнулся. Но улыбка быстро сошла с его лица. – В этом-то и проблема.

После этих слов Пирс почувствовал, как всё его нутро напряглось.

- Не понял.

– А, к чёрту! Если ты не понял, то дай-ка я тебе кое-что проясню: это из-за меня ты исчез, понимаешь? Это я тебя подстрелил! Я! Я всё ждал, что ты вспомнишь, но больше не могу. Хотел тебе сказать ещё по дороге сюда, да духу не хватило…

Пирс смотрел на Глена в оцепенении и не мог поверить своим ушам. Как будто кто-то выбил землю у него из-под ног, и Пирс почувствовал, что его повело в сторону. Не сводя взгляда с Глена, он молча опустился на стул. Однако в душе он проваливался в яму. Глубокую, тёмную яму. Пирс испытал до этого неведомое ему чувство опустошения вперемешку с ощущением столкновения с бетонной стеной. Словно весь мир убежал вперёд, а он остался стоять на месте, впечатанный в эту стену. Невозможно! Человек, которому Пирс полностью доверял свою жизнь, оказался тем, кто вознамерился её забрать. Всё, через что они вместе прошли за годы службы – взлёты и падения, смертельную опасность почти каждый день на улицах города – оказалось вмиг перечёркнуто. Пирс вдруг понял, что и выстрелы, и голоса из его бесконечно повторяющихся снов принадлежали Глену.

- Ты? – только и смог выдавить из себя Пирс.

Глен снова схватил бутылку и смачно приложился.

- Мне не оставили выбора, понимаешь? Или ты, или Роуз и Либби, - буря бушевала в глазах Глена. – И что я должен был делать? Ты сам знаешь, что это за люди.

Пирс всё ещё не мог до конца осознать, что только благодаря чистой случайности Глен его не убил.

- Ты бы мог прийти ко мне, Глен, мы бы нашли выход… Но вместо этого ты решил от меня избавиться, - ярость начала клокотать в груди Пирса, и он встал. – Избавиться от меня, Глен! – Только проговорив это вслух, Пирс начал осознавать, что произошло.

- Я не мог… Я не мог рисковать семьёй.

- Я думал мы тоже семья, Глен! – Пирс машинально двинулся на бывшего напарника. – А ты всадил мне нож в спину, чтобы прикрыться самому…

- Пирс, не надо, не заставляй меня, - Глен попятился от надвигающегося на него Пирса.

- Что, убьёшь меня? Так я ведь и так мертвец, - злость застилала глаза Пирса. – Только на этот раз бей наверняка, напарник, чтобы не пришлось потом снова объясняться.

Несмотря на количество выпитого, Глен отреагировал молниеносно: одним шагом он сблизился с Пирсом и ударил того под дых. Пирс рефлекторно согнулся, и Глен захватил его шею и руку, а после вполсилы надавил. Изо рта Пирса вырвался хрип. Когда Глен почувствовал, что Пирс больше не сопротивляется, ослабил хватку и оттолкнул Пирса. Тот рухнул на колени и закашлялся.

- Пока ещё не решил, - рявкнул Глен, – но если будешь нарываться, могу.

Пирс отполз, кашель сдавливал горло и не давал сказать ни слова. Наконец, немного придя в себя, Пирс уцепился за стол и с трудом встал. Тяжело дыша, он бросил Глену:

- Не можешь… Иначе зачем рассказываешь это всё? Зачем меня сюда привёз? Оставил бы в больнице, и дело с концом.

По взгляду Глена Пирс понял, он попал в цель – теперь стало ясно, что Глена опасаться не стоит. По крайней мере, пока. Пирс твердил себе, что нужно держать голову ясной и холодной, не давать волю эмоциям, чтобы не усугублять дальше. Да, Глен его предал и лишил всего, но это пока подождёт. Хотя, думал Пирс, ответственность за происшедшее целиком и полностью лежала на корпорации, а Глен стал всего лишь орудием в её руках.

- Слушай… Что сделано, то сделано… Сейчас это не имеет значения. Важно вот это, - Пирс кивнул в сторону парящего над столом голографического чипа. – Если будем действовать быстро, сможем сдвинуть дело с точки. Привлечём другие службы, привлечём прессу. Им будет сложнее навредить нам при такой огласке.

Глен обхватил голову руками и зажмурился. Пирс помнил, что раньше ему достаточно неплохо удавалось склонить напарника на свою сторону. Вот и сейчас он надеялся, что Глен согласится. Однако, судя по всему, решение давалось Глену непросто.

- Чёрт… Как же до этого дошло, - он открыл глаза и посмотрел на Пирса. – Ладно… Ладно, хрен с ним… Но если с моими что-нибудь случится, убью тебя по-настоящему.

- Глен, плохая шутка.

- Ну да, согласен, - Глен на секунду замолчал. – Пирс, я…

- Я знаю.

***

После оба вернулись за стол, чтобы обсудить дальнейшие действия. Ещё какое-то время Глен рассказывал Пирсу о том, что случилось после его исчезновения. Выяснилось, что хоть он и остался на службе, серьёзных дел ему больше не поручали из-за проблем с алкоголем и другими веществами. Глен тяжело переживал свой поступок, да и фантомные боли не давали покоя. Оказалось, что хоть Глен и выполнил свою часть сделки, руки он лишился, как ему позже объяснили, «в назидание». Чтобы помнил, что может случиться, открой он рот или реши что-то предпринять. Благо денег Глен скопил за жизнь достаточно, чтобы купить неплохой протез. А вот Ричардсону досталось меньше всего: он переключился на другое дело почти в самом начале, поэтому вся эта история прошла мимо него.

- Завтра же пойдём в участок и возобновим дело. Неофициально. Чтобы не привлекать лишнего внимания, - сказал Пирс. – Думаю, будет даже лучше, если я пока останусь «мёртвым». Сперва организуем твоим хорошую защиту, а после ударим в полную силу.

Такая идея не сильно понравилась Глену.

- Слушай, без обид, конечно, но не думаю, что стоит действовать так. В участке много людей. Что, если кто-нибудь из них сольёт твоё возвращение куда надо?

Да, Пирсу эта мысль не нравилась, но если даже напарник оказался предателем, что говорить о других копах.

- Что предлагаешь?

- Пока поживёшь у меня. Если появишься на улице – сразу попадёшь под камеры. В таком виде тебя любой глазок распознает. Ну а там сам понимаешь, куда всё может привести. Неофициально можно и отсюда дело вести. У меня есть доступ к делам в участке, поищу похожие случаи, проверю. А когда у нас будет база, вернёшься.

Пирс задумался. Идея Глена звучала привлекательно, учитывая, с кем они имели дело. Любая оплошность могла стать роковой, Пирс знал это по собственному опыту.

- Хорошо, ты прав. Думаю, отсюда я тоже смогу кое-что сделать. Значит, первым делом завтра…

Речь Пирса прервал стук в дверь. Оба напряглись, ведь на часах полтретьего ночи – вряд ли это сосед или управдом. Глен жестом указал Пирсу спрятаться за стенкой, а сам достал пистолет из портупеи, что висела у входа. Став слева от двери, он спросил:

- Кто там?

- Это полиция. Поступила жалоба на вас, шумите.

Должно быть, их стычка с Гленом разбудила каких-то бдительных граждан, подумал Пирс. Послать полицейских куда подальше – плохая идея. Они всё равно попадут в квартиру, вопрос только как: по-хорошему или по-плохому. Пусти их Глен сейчас, скорее всего, они просто поговорят, выдадут дежурное предупреждение и через пару минут уйдут. А вот второй вариант не сулил ничего хорошего, да и к тому же ставил под удар план Пирса и Глена. Возможно, Глен думал примерно в том же ключе, потому как после непродолжительной паузы он убрал пистолет за пазуху и открыл дверь.

В руке одного из визитёров мелькнул пистолет.

Пирс услышал очень слабый звук выстрела. И снова рефлексы Глена сработали молниеносно, не в последнюю очередь благодаря тому самому чипу в голове. Он подался вперёд и железной рукой схватил пистолет. «Полицейский» успел сделать ещё один выстрел, пуля ударила в протез и рикошетом ушла в стену квартиры.

Пока Глен пытался вырвать пистолет из рук стрелка, оба «полицейских» навалились на него и затолкали в квартиру. Завязалась драка.

Всё произошло настолько быстро, что Пирс выскочил из-за своего укрытия, только когда нападавшие оказались внутри квартиры. Он увидел, как пистолет с глушителем угодил в бутылку скотча на столе, превращая её в небольшое облачко твёрдых и жидких осколков. Пирс попытался схватить одного «полицейского» и оттащить его от Глена, но силы оказались неравны: «полицейский» запросто вырвался из плена и швырнул Пирса в холодильник. Однако Глену хватило этой возможности, чтобы перегруппироваться и выхватить пистолет из-за пазухи.

На этот раз выстрел прозвучал оглушительно.

После удара о холодильник, голову Пирса пронзила боль, и он почувствовал, как тёплая кровь побежала от уха вниз по шее. Звук выстрела был настолько громким, что Пирс на секунду зажмурился. Открыв глаза, он увидел, как один из нападающих скорчился, а второй исподтишка ударил Глена сзади. Тот с грохотом рухнул на стол, и осколки бутылки больно впились в тело.

Не дожидаясь, пока Глен выстрелит ещё раз, «полицейский» бросился к своему раненому подельнику и, взяв его под руки, быстро направился к выходу. Пирс с трудом встал, чтобы догнать обидчиков, но голова кружилась, а ноги подкашивались. Он уже и забыл, что несколько часов назад лежал в больнице с сотрясением. Качаясь из стороны в сторону, Пирс двинулся к двери, но услышал голос Глена:

- Оставь их. Они нам не помогут.

Пирс понимал, что так оно и есть. К тому же время уже упущено. Да и сил ему явно не хватило бы справиться даже с одним «полицейским». Признавшись себе в этом, Пирс подошёл к сидевшему на полу Глену. Только сейчас он заметил большое красное пятно на рубашке напарника. Глен не спешил вставать.

- Тебе в больницу надо, - Пирсу совсем не нравилось то, что он видел. Он надавил рукой на место, откуда вытекала кровь. – Теряешь много крови… Вот, тут подержи… Где у тебя бинты или пластырь? Надо остановить кровотечение, а то недотянешь…

- Да брось ты, - по глазам Пирс понял, что Глен уже всё решил. – Во мне слишком много алкоголя. Кровь остановить не выйдет, сам знаешь.

Пирс знал.

- Где-то мы всё-таки попались, а? – Глен еле улыбнулся. – Слушай, времени у тебя немного. Скоро сюда заявятся настоящие копы. Поэтому забирай-ка дело и уходи.

- Я тебя не оставлю. Мы уйдём вместе, - Пирс хотел верить в свои слова.

- Пирс, ты сам чуть стоишь на ногах. Да и какой смысл? - Глен поднял руку и ткнул окровавленным пальцем в сторону стола. – Найди Руби Роккер, она поможет.

- Кто она?

- Репортёр. Я её хорошо знаю, она не предаст, поверь, - слова Глена становились всё более растянутыми и невнятными. – Вместе у вас больше шансов выжить… Там же найдёшь номер и адрес Ричардсона…

- Я найду.

- Пирс… Обещай, что защитишь Роуз и Либби, чего бы тебе это ни стоило, - Глен схватил Пирса за руку. Казалось, это всё, что волновало его на этом свете. Не раздумывая, Пирс сказал:

- Обещаю.

- Вот и славно, - Пирс закрыл глаза. – Так, пожалуй, даже лучше.

***

Пирс брёл по ночным улицам города. Большие хлопья мокрого снега липли к лицу, холод закрадывался под одежду, проникал в костяшки пальцев, не спасали даже карманы куртки, что он взял у Глена. Пирс нащупал холодную ручку пистолета с глушителем, что взял с собой, и это придало немного уверенности.

Глен… Ещё вчера Пирс не помнил практически ничего из прошлой жизни, а сейчас его бывший напарник лежал в луже крови в собственной квартире. Скорее всего, Пирса будут искать не только наёмники корпорации. Убийство копа – серьёзная причина открыть праведную охоту для любого блюстителя порядка в этом городе. Пусть так. Но теперь ставки слишком высоки, чтобы отступать. И хоть Глен когда-то дрогнул и проявил слабость, то, что он сделал в последние минуты жизни, заслужило ему прощение. Если Пирс выживет, он сделает так, чтобы все запомнили Глена верным клятве, данную этому городу.

Что до Пирса, то он найдёт Руби и Ричардсона. Если ему повезёт, и они согласятся помочь, дело выгоревших снова увидит свет. А если не повезёт, он придумает что-нибудь ещё. Только в этот раз он будет действовать решительно, чтобы все жертвы, покалеченные судьбы и жизни погибших были ненапрасными. И будь он проклят, если хотя бы не попытается. Ведь все знали Пирса Бассета как отличного копа.