Охота на скорпионов

— Черт! Мы слишком далеко от укрытия! — завопил Дамир.

За поворотом стоял скорпион размером со слона. Его хитиновый панцирь был синевато-рыжеватым, словно сделан из проржавевшего металла — значит, зверь очень мощный, такого копьем или арбалетом не пробить. Он поднял хвост высоко над спиной, вытянул вперед и целился в нарушителей покоя двузубым жалом на конце.

— Сейчас выстрелит! Бежим врассыпную! — скомандовал Белый и помчался влево. Матвей рванул вправо. Дамиру ничего не оставалось, кроме как броситься назад тем же путем, что сюда явился.

Охотники знали, чем рисковали, когда ушли так далеко от основного отряда. Их собратья остались в лесу, в надежде дождаться добычи там. Но время было на исходе, и до наступления ночи надо было убить еще двоих скорпионов. Как это сделать, когда ни оружия, ни защиты почти не осталось, Матвей не знал, но старался не показывать своего отчаяния.

Хищник гнался за ними на своих четырех парах ног — каждая из семи сегментов и заканчивалась коготком. Чувствительные щетинки на ногах улавливали вибрации, запахи и изменения температуры — благодаря этому зверь будет спокойно ориентироваться в темноте, когда закат догорит. Солнце уже наполовину ушло за горизонт.

Вдруг шум сзади стих. Матвей обернулся и увидел, что скорпион затормозил. Он расставил ноги пошире, еще больше напряг хвост, прицелился и мощно дернулся. Двузубое жало пролетело далеко по диагонали и вонзилось в траву между Дамиром и Белым. Во все стороны брызнул яд.

У Матвея на секунду отлегло от сердца — на сей раз пронесло, он пока остается жив. Но тут же к горлу подкатил комок: как он справится один, если друзья погибнут? Надо бежать, бежать! Пользоваться моментом, пока скорпион стоит, а из кончика его хвоста выползает новое жало.

— Мне конец! — завыл Белый. Защитный плащ на нем и так был в клочья, а от капель яда волокна совсем растаяли, лохмотья попадали в траву. Пока несчастный бился в конвульсиях, его тело мерцало, но вскоре погасло и стало неразличимым в траве.

— Матвей, ты жив? — закричал Дамир. Ему удалось увернуться от яда и спрятаться в зарослях лопуха.

Тут с чистого неба жахнула молния. Ослепительно-белая вспышка попала точно в гигантского скорпиона, и тот обрушился в траву горой седого пепла.

— Спасибо, боги! — Дамир забыл об усталости, поднялся и запрыгал от счастья. Они ведь были на волоске от погибели. — Вот ведь технологии у некоторых, нам до такого расти и расти.

— Если боги подстрелили зверя сейчас, значит, ночь наступит минут через пятнадцать, — хлопнул в ладоши Матвей. — Им ведь надо еще успеть ритуал провести. Наверное, у них тоже ситуация отчаянная, раз пожертвовали таким мощным оружием и угробили такого крутого монстра. А нам, похоже, совсем хана.

— Н-да уж… — процедил Дамир. — Ну что, куда направимся? К нашим или…?

— Или. Пойдем туда, где мы еще не были. Вдруг повезет в последние минуты?

Оба без особых надежд побрели по направлению к горизонту. Вдруг Матвей споткнулся обо что-то наподобие мягкого бревна. Из густой травы раздался стон. Охотник развел стебли руками и увидел едва живую девушку, с ног до головы в грязи и брызгах крови. К ее голове были примотаны острые коровьи рога, в ноздрях поблескивали металлические кольца.

— Ты из клана Быков? — склонился над ней Дамир.

— Да… была, — просипела та.

— Где твои собратья?

Девушка пробормотала нечто неразборчивое. Ее глаза закатывались.

— В палатке-невидимке? — переспросил Матвей. — Где же она? Где-то рядом?

Незнакомка не ответила, потому что испустила дух. Немного поколебавшись, Матвей присел на корточки и провел рукой ей по шее. Ага, вот! На тонкой цепочке висел бинокль — особый, с помощью которого можно рассмотреть заговоренную палатку. Матвей снял трофей с покойницы и поднес к глазам:

— Вижу Быков! Они от нас справа по диагонали. Погнали к ним?

— А толку-то? Чтоб они нас прикончили? — фыркнул Дамир. — Хотя… Давай попробуем. Все равно другого выхода нет.

Не доходя до палатки метров пять, Матвей вежливо замахал рукой:

— Эй, Быки! Мы знаем, что вы здесь. У нас есть бинокль. Мы отчаялись и надеемся только на вашу помощь. Может быть, вы могли бы поделиться с нами совсем небольшой долей добычи, которую собираетесь поймать? Нам осталось убить всего двоих, пусть даже самых мелких детенышей. Мы вернем вам долг при первой возможности.

— А вы кто такие? — из палатки высунулся амбал с широченными плечами, мощными рогами на голове и кольцом в носу. Дамиру, у которого бинокля не было, показалось, что мужик вылез из пустоты. Судя по алой татуировке в виде отпечатка копыта на лбу, перед ними был предводитель Быков.

— Мы из клана Стремительных, — буркнул Дамир. В глубине души он был рад, что в них сразу же не выстрелили из арбалета или не метнули топоры. Наверное, они выглядели слишком жалкими, чтобы их кто-то боялся. — Мы с вами почти никогда не воевали и не держим на вас зла.

— Ща, со своими посоветуюсь, ждите, — амбал залез обратно в палатку.

— Гляди, брезент-невидимка еще и звуки скрывает! — восхищенно прошептал Матвей.

— Для этого нужен дополнительный амулет, — прошипел Дамир. — Вот ведь понабрали они себе усилителей! Не нравится мне это…

Вдруг Матвей краем глаза уловил какое-то движение вдалеке. Солнце почти опустилось за горизонт, детали ландшафта было трудно рассмотреть.

— Бежит! Бежит! — на разные голоса завопили Быки и вылезли из палатки. Их было восемь, один крепче и суровее другого.

— Кто бежит, кто? — напрягся Дамир.

— Скорпиониха с детьми! — разглядел Матвей. — Вот это удача! Они у нее на спине сидят!

— Почему она сюда бежит?

Тут до ушей игроков донесся топот копыт, приглушенный мягкой травой, и свист всадников. Другие участники клана Быков окружили скорпиониху полукольцом и гнали вперед. Запас зарядов для стрельбы у матерей был куда меньше, чем у остальных сородичей. Наверное, эта самка уже растратила весь свой арсенал, погубив при этом нескольких преследователей.

— Зачем вы гоните ее сюда? — вытаращил глаза Дамир. — Почему не убили там, где увидели?

— Тактика такая, — отмахнулся предводитель. — Гляди в оба, сейчас сам все поймешь. Мы дадим вам ровно двоих детенышей, а всех оста…

Тут Матвею в основание шеи сзади вонзилось копье и вышло наружу. Проклятые Быки! Усыпили бдительность и предали!

Раненый выронил трофейный бинокль и захлопал глазами. Последним, что он услышал, было: «А тебя мы возьмем в плен, потому что раньше видели, как ты дерешься. Ты нам еще пригодишься…». С этими словами предводитель Быков выкрутил руки Дамиру, который и впрямь был непревзойден в рукопашном бою — но только тогда, когда не ждал подставы. Теперь пленника отправят сражаться против особо опасного противника, продадут в рабство или выставят на коммерческий бой против такого же ловкого драчуна, а другие будут делать на них ставки.

***

Матвей очнулся у себя дома, в Мытищах. Его квартира была точно такой же, как и три тысячи других в этом комплексе — тридцатиметровая однушка с кухней, спальней и ванной. Матвей жил там один, семейных людей селили в другие кварталы.

Выбывший из охоты на скорпионов аккуратно стащил с себя игровую кожу. Она напоминала костюм водолаза, но была сделана из тонкого, легкого, высокотехнологичного материала, напичканного сенсорами. В зависимости от сюжета выбранной игры, «кожа» создавала любые нужные ощущения — жару, холод, дождь, ветер, удары, дружеские прикосновения, ласковые поглаживания, боль, усталость, иллюзию оружия в руке и так далее. VR-очки на глазах показывали игроку фантазийную вселенную. В ноздри вставлялся крошечный генератор запахов, который имитировал ароматы чего угодно, от куста роз до вспоротого брюха носорога. Все впечатления были максимально реалистичными, неотличимыми от настоящей жизни.

Матвей взглянул на таймер. Сегодня он отыграл пять часов сорок две минуты из восьми возможных часов. Каждый пользователь мог выбирать любые удобные слоты в промежутке с восьми утра до восьми вечера. Чтобы получать безусловный базовый доход, требовалось играть не менее четырех часов в день и позволять корпорации отслеживать все жизненные показатели организма — частоту сердцебиения, артериальное давление, потоотделение и так далее. Эти данные использовали для того, чтобы улучшать виртуальные ощущения в самых разных средах — например, играх, обучающих программах или лечебных воздействиях.

Раньше Матвей был верстальщиком и работал по старинке, но ИИ вытеснил его с рынка труда. Парень полгода трудился курьером, но и там его заместили роверы и дроны. Тогда Матвей в числе первых подписал контракт с Корпорацией и стал профессиональным игроком в виртуальной реальности.

Тем, кто играл больше четырех часов в день, поверх безусловного базового дохода начисляли еще экстра-баллы. Их можно было тратить на любые товары и услуги, которые не обеспечивала корпорация. Игроки не платили за ЖКХ, энергию, интернет, мобильную связь, фитнес и базовые медицинские услуги. Им бесплатно доставляли еду, одежду, обувь, косметику, чистящие средства — все простое, но достойного качества. За экстра-баллы Матвей покупал модные кроссовки и продвинутые гаджеты, а еще заказывал еду из дорогих ресторанов и водил себя на расслабляющие массажи. Иногда он знакомился с девушками и приглашал их на свидания, но свою единственную пока не встретил. Сейчас он мечтал накопить на программируемое кресло, которое меняло бы цвет и форму в соответствии с командами пользователя. Это был последний писк интерьерного дизайна и эргономичных разработок.

Сотрудники Корпорации имели право фрилансить в свободное время. Матвей пока прошел только одну аттестацию, на выгульщика собак. В реальной жизни он не любил драки, погони и охоту. Он был мирным, добрым и заботливым. В играх, противоречащих его характеру, он принимал участие потому, что за это больше платили. Корпорация хотела понять, как создавать шутеры, бродилки или платформеры которые понравятся даже тем, кто не любит такие жанры.

Матвей зашел со смартфона на доску заказов и увидел, что владелица двух французских бульдогов из соседнего подъезда просит их выгулять, пока сама занята в игре. Он принял заказ и через двадцать минут уже стоял перед дверью клиентки. Камера узнала его и открыла дверь. Бульдоги, давно знакомые с Матвеем, радостно выбежали в коридор. Роботизированная руку из прихожей подала поводки и ошейники. Выгульщик надел на собак амуницию и повел в парк на сорок минут. После того как он вымыл бульдогам лапы в лапомойке на первом этаже подъезда и довел обратно до квартиры, ему на счет поступили кредиты за выполненное фрилансовое задание.

Когда Матвей вернулся домой, экран умного дома поприветствовал его: «С возвращением! Во что будем играть завтра?». Под вопросом мерцали три иконки. Первая — спокойная казуалка, которая по первому впечатлению напоминала старый добрый тетрис. Это был бы идеальный вариант, но за такое мало платили, а на суперкресло хотелось накопить поскорее. Вторая — ферма, где надо растить урожай, ухаживать за скотиной и внедрять новые технологии. Матвей много слышал об этой игре от знакомых, она была увлекательной, но сложной. Третья опция — гонки на трансформерах, которые умеют ездить по земле, летать по воздуху и плавать по воде. Все бы хорошо, но Матвей боялся высоты, и потому жил на втором этаже.

— Решу завтра утром, — отликнулся Матвей.

— Ок! — весело откликнулся экран. — Ужин готов и ждет тебя в духовке. Будильник сработает завтра в восемь часов, как ты просил. Сегодня я больше не буду тебя беспокоить, если только ты сам ко мне не обратишься.

Назавтра Матвей начал играть в ферму. Первые два часа шли неплохо, а на третий стряслась беда. На дальнюю плантацию вторгся отряд неолуддитов. Они разнесли в щепки автоматическую систему полива и роботов для прополки. Дронов для разбрасывания удобрений посбивали камнями, автономные тракторы сожгли на стоянке.

— Проклятье, опять против кого-то воевать надо, — вздохнул Матвей. И тут же вспомнил: он ведь сам так решил. Потому что очень хочет инновационное кресло, а потом еще робота-повара и много всего другого.