В погоне за райским орехом

Песок щекотал пятки, и Лала иногда останавливалась, чтобы почесать ступню о другую ногу. Солнце приятно согревало загорелую кожу, путалось в шоколадных кудрях, смеялось солнечными бликами в глазах цвета мандарина. Девушка расстегнула верхнюю пуговицу зеленой льняной рубашки, стараясь при этом не выронить из рук сандалии, и поправила лямку бежевой сумки, перекинутой через плечо.

- Да иди ты ровно уже! Меня таки укачивает, - раздался унылый и слегка раздраженный голос где-то возле левого уха. Лала насмешливо хмыкнула и почесала загривок разомлевшего рыжего хомяка, развалившегося на ее плече:

- Не ворчи, Плюшка. Почти дошли.

Хомяк чуть всхрюкнул в ответ. То ли довольно, то ли снисходительно.

Вскоре путники нырнули в спасительную тень деревьев. Лала надела обувь, собрала в хвост копну кудряшек. Это вновь вызвало недовольное фырканье и бурчание потревоженного хомяка. Пришлось вытащить из сумки огурец и задобрить Плюшку кусочком. Девушка тоже с хрустом откусила немного, наслаждаясь освежающей сочной мякотью. Угощение тут же подняло обоим настроение и оборвало возмущенное ворчание.

Впереди показалась ограда, овитая плющом. Пройдя ворота, Лала остановилась, с гордостью осматривая свои владения. Здесь были собраны самые редкие и удивительные съедобные растения со всего континента! Почти тридцать видов уникальнейших овощей, ягод, трав и плодовых деревьев! Причем семена и саженцы пары-тройки из них едва не стоили ей жизни, но это уже мелочи. Чего не сделаешь ради вкусной еды?

Лала опустилась на корточки и с любовью погладила пузатый бок фиолетовой тыквы около двух метров в диаметре. Ее кожица была гладкой, как стекло, и необычайно холодной, словно только вытащили из холодильника. Великолепная, невероятно сладкая и нежная — морозная тыква! Девушка обхватила плод обеими руками и потерлась о его гладкую поверхность щекой.

- Можно срывать? - воодушевленно спросил хомяк, уже прикончивший свой кусок огурца и мысленно примерявшийся к тыкве. Лала глубоко вдохнула воздух, и едва уловимый пряный аромат со сладковатыми нотками проник в легкие. Он был чуть слабее, чем нужно, да и температура кожицы ощущалась ниже на градуса полтора… Девушка отстранилась от овоща, согревая ладонью замерзшую щеку:

- Не-а. Дня через три.

- Тааак долго! Еще немного, и я таки умру от ожидания, пока она созреет! - застонал Плюшка, всем своим видом выражая глубокое разочарование и скорбь. Взгляд его маленьких черных глазок скользнул по саженцам, перескакивая с плода на плод, с ягодки на ягодку…

- Она созрела!!! - завопил вдруг хомяк. Его крик чуть было не оглушил Лалу, да и сам Плюшка от перевозбуждения едва не навернулся со своего «насеста». Мохнатая тушка с отчетливо видневшимся за мехом внушительным животиком восторженно прыгала и дергала хозяйку за кудряшки. Хотя вопля было более чем достаточно, чтобы привлечь внимание.

- Кто?! - не менее возбужденно спросила девушка, вскакивая на ноги.

- «Икринка»!

Лала мгновенно поняла, о чем речь. Райский орех! Самое высокое дерево в огороде, с массивным стволом, темно-синими узкими листьями и одним-единственным плодом, созревавшим в глубине кроны всего раз в год. Часть листьев дерева стягивалась в тугой комок, образуя нечто наподобие кочана капусты. Созрев, «кочан» раскрывался и опадал, обнажая очень твердый круглый орех с оранжево-красной, светящейся изнутри скорлупой. Издали он походил на лососевую икринку размером с куриное яйцо, абсолютно белая сочная сердцевина которого таяла во рту, оставляя долгое послевкусие. Но есть его просто так было преступным расточительством! Основная ценность райского ореха заключалась в том, что его использовали как основу крема для чертовски дорогого и самого восхитительного, по мнению Лалы и ее хомяка, пирожного лафлай! Когда-то эта парочка выстояла в очереди целых три дня, чтобы попробовать один малюсенький кусочек, а саженец райского ореха и вовсе пришлось стащить...

Плюшка не ошибся: меж синих листьев виднелся раскрытый кочан с заветным гастрономическим сокровищем. Потребовалось целых три года, чтобы райский орех впервые дал плоды! Лала подпрыгнула от счастья и бросилась прямиком к дереву, что едва не стоило Плюшке жизни. Хомяк вцепился в ткань рубашки и почти болтался в воздухе, с трудом удерживаясь на плече. Однако такое положение дел его нисколько не смущало, ибо восторг своей хозяйки он понимал, разделял и вообще считал, что Лала могла бы бегать и побыстрее.

Добравшись до дерева, девушка стала взбираться по нему, ловко пробираясь меж широких веток. Она остановилась лишь тогда, когда голова оказалась на одном уровне с раскрывшимся кочаном. Апельсиновые глаза загорелись еще ярче, тонкие пальцы потянулись к ореху, что переливался на солнце, словно застывшая капля меда … Внезапно черный комок перьев с громким карканьем и шелестом пронесся сквозь листья, вырывая когтями заветную «икринку» из материнских объятий «кочана».

- Стооой! - завопила Лала, хватая пальцами пустоту и едва не падая с дерева.

Плюшка оказался чуть быстрее, его маленькое тельце метнулось вперед по толстой ветке. Один прыжок, и цепкие лапки ухватились за хвост черного вора. Ворон каркнул, едва не выронив орех, захлопал крыльями, стараясь удержаться с мохнатым балластом в воздухе. Хвостовое перо, на котором повис хомяк, не выдержало такой нагрузки и покинуло свое законное место, увлекая за собой смелого, но, кажется, совершенно лишенного инстинкта самосохранения грызуна.

И, возможно, первый в жизни полет хомяка мог закончиться весьма плачевно, если бы ворон не попытался вернуть свою потерю. Он схватил выпавшее перо клювом, опустился чуть ближе к земле, каркнул - видимо, осознав бесполезность своих действий - и взмыл в небо. А хомяк благополучно шлепнулся в заросли пальчатого алого ревеня.

- Да я таки бессмертный хомяк! - удивленно и счастливо выдохнул Плюшка, покачиваясь на огромном листе.

- Плюшка! - Лала встревоженно зарылась в заросли в поисках своего товарища.

- Туточки я, туточки! - замахал хомяк пером — свой трофей из лап он так и не выпустил.

Девушка облегченно выдохнула и осторожно взяла Плюшку на руки, осмотрела со всех сторон и даже ощупала для верности, получив в ответ новую порцию ворчания с подозрительным оттенком удовольствия в интонации.

Она усадила хомяка на свое плечо и взяла у него трофей. Ее глаза сощурились, изучая улику. Но уже через пару секунд перо стало расплываться в воздухе, точно разлитые в невесомости чернила. Девушка удивленно моргнула, а потом осторожно отщипнула от этой черной кляксы маленький кусочек и засунула в рот.

- Опять ешь всякую гадость! Это ж не ворон, а чья-то тень! У тебя будет несварение! - запаниковал хомяк.

Лала пробовала странную субстанцию языком, ощущая привкус жженого сахара, отголоски крепкого кофе и едва уловимый аромат ванили. Это странное сочетание показалось будто бы слегка знакомым, но она никак не могла вспомнить, где и когда встречала нечто подобное.

Перо окончательно растворилось в пространстве, будто сахар в стакане с чаем. Исчез и вкус черного пера во рту, но кое-что осталось - ментальный след ворона-тени. Он чуть покачивался в небе, разливаясь, как оливковое масло на сковороде. Девушка сощурилась, сверля «дорожку» взглядом. Внутри накапливались раздражение, гнев и негодование. Она вложила столько сил, чтобы вырастить райское дерево, и, наконец, получила первый урожай! А какая-то наглая птица просто взяла и украла его! Лала хищно зашипела:

- Интересно, можно ли зажарить чью-то тень?

***

След привел Лалу и ее хомяка в маленький городок, расположенный на побережье реки Айкалань. Она была такой широкой, что раскинула свои воды почти до самого горизонта. На другом берегу виднелись очертания города Минц, который в ночное время превращался в линию разноцветных огней. Айкалань несла свой водный поток размеренно и медленно, почти лениво, отчего казалось, что ее воды неимоверно тяжелы и густы, точно застывающий рыбный студень.

Это внешнее сходство пробудило у Лалы аппетит. А след заманивал вглубь лабиринтов узких улочек, вымощенных плоскими камнями. Здесь было полно старинных домиков, выкрашенных в яркие цвета. Они жались друг к другу, как фигурки из безе на торте. Ментальная «дорожка» медленно бледнела. Так можно было и вовсе упустить вора! Стараясь не отрывать взгляд от неба, девушка свернула за угол и на полном ходу врезалась во что-то… точнее, в кого-то. Потирая ушибленный нос, она разглядывала худощавого, угловатого и немного чопорного мужчину, который, балансируя на одной ноге, тщетно пытался удержать на серебристом подносе некогда аккуратную пирамидку из голубых полупрозрачных яблок. Пирамидка разваливалась на глазах. Яблоки раскатывались в разные стороны, шлепались с чавкающим стуком на вымощенную камнем дорогу и разбивались, точно переспелые помидоры, расплескивая в разные стороны полупрозрачные капли сока и мякоти с ярко-красными косточками.

Одно яблоко человеку все же удалось удержать на подносе, однако не было похоже, что он сильно этому обрадовался. Его лицо побагровело, растеряв остатки сдержанной строгости.

- Охрана! - взвизгнул мужчина неожиданно высоким голосом. - Задержать!

Лала удивленно ойкнула, когда ее с обеих сторон под белы рученьки схватили два здоровенных верзилы. Оба были похожи друг на друга, как две горошинки из одного стручка: коренастые, с круглыми лысыми головами и узкими прорезями глаз на мясистых физиономиях.

- П-постойте… - попыталась возмутиться Лала, вертя головой из стороны в сторону, но охранникам с их не обремененными излишним умом лицами вряд ли имело смысл что-либо говорить.

- Хомяка тоже брать, господин Асмарт? - гнусаво спросил один из охранников. Лала попыталась развернуться, чтобы посмотреть, что происходит за ее спиной, и почти сразу увидела дрыгающиеся задние лапки Плюшки. Дремавший в рюкзаке хомяк, потревоженный столкновением и криками, видимо, вылез, чтобы осмотреться, но тут же был схвачен охраной и бесцеремонно поднят в воздух за шкирку.

- Уберите эту мерзость! - вспыхнул Асмарт, а потом перевел сощуренный взгляд на Лалу. - А вам придется расплатиться!

- Расплатиться за что? - спросила та, настороженно наблюдая, как охранник осторожно, надо отдать ему должное, опускает хомяка на землю.

- За уничтожение ценных берилловых яблок, конечно! - снова взвизгнул Асмарт, продолжая удерживать одной рукой поднос с единственным уцелевшим голубым фруктом, а второй — старательно и ловко возвращая своему облику прежний напыщенно-строгий вид.

Плюшка недовольно стрельнул глазками в сторону огромной ручищи охранника, а потом деловито подошел к одному из яблок, печально покоившихся на дороге. Розовый нос зашевелился, лапка цепко схватила кусочек разбитого плода и отправила его в пасть. Хомяк стал самозабвенно пережевывать лакомство (как-никак, не каждый день тебе выпадает возможность бесплатно поесть берилловые яблоки!), однако уже через пару секунд его энтузиазм заметно угас. Плюшка запрыгал на месте, старательно отплевываясь и счищая лапками с языка остатки голубой мякоти.

- Да вам спасибо надо Лале сказать! - фыркнул хомяк. - Потому что это не будет есть даже совершенно не уважающая себя свинья!

- Что?! - возмущенно заголосил Асмарт. Дальше последовала обвинительная речь вперемешку с рассуждениями относительно здравомыслия грызунов. Лала закрыла глаза и глубоко вдохнула воздух. Сотни запахов ворвались в легкие, смешиваясь, толпясь, обгоняя, перебивая и поглощая друг друга. Она привычно отмела в сторону все, что было ей неинтересно, вычленяя нужный аромат. Это был сладковатый густой запах, чуть приторный и при этом едва уловимый, чем-то напоминающий запах меда. Только вот в самой сердцевине этого аромата было что-то неправильное. Девушка поморщилась и громко чихнула: тягучий аромат берилловых яблок отдавал легкой горечью, будто слегка подгоревший обед.

- Ну вот! Что я вам говорил! - хомяк довольно вздернул нос и сложил лапки на груди, словно реакция Лалы на запах яблок была прямым и неоспоримым доказательством его правоты.

- Эти фрукты нельзя есть, - подтвердила Лала. - Они испорчены. Скорее всего, деревья, с которых их сорвали, больны.

- Что за чушь! - фыркнул Асмарт, но его голос заметно дрогнул. Он зло уставился на последнее уцелевшее яблоко, а потом вдруг резко схватил его и впился зубами в сочный плод с таким остервенением и скоростью, будто боялся передумать. Секунду на лице сохранялось торжество человека, который уличил других во лжи, но уже в следующее мгновение Асмарт заметно побледнел, а потом кожа и вовсе приобрела зеленоватый оттенок. Правила этикета не позволяли выплюнуть еду перед посторонними, поэтому он забежал за угол ближайшего дома и вернулся только минуты через две. Однако его кожа по-прежнему оставалась зеленовато-бледной, а выражение лица стало совершенно несчастным, растеряв последние капли чопорной самоуверенности.

- Я разорен… - простонал Асмарт, его идеально прямая спина вдруг сгорбилась, руки безвольно повисли, как поддетые вилкой спагетти. Такая резкая перемена в настроении и облике хозяина слегка ошарашила двух охранников, и они ослабили хватку. Лала ловко выскользнула из их рук и подхватила Плюшку на руки.

- Ну, раз мы выяснили, что никто ничего не «уничтожал», я, пожалуй, пойду, - тихо и чуть вкрадчиво произнесла она, бочком продвигаясь к ближайшей подворотне. Оба охранника синхронно посмотрели на девушку, а затем на хозяина. Но Асмарт был неподвижен, увязнув в своих мыслях, как в ириске, с той лишь разницей, что мысли эти были вовсе не такие сладкие.

Девушка сделала еще пару осторожных шагов.

- Стоять! - встрепенулся Асмарт. Неповоротливые с виду охранники на деле оказались на удивление быстрыми. Лапища одного из них схватила Лалу за рюкзак и одним рывком притянула к себе.

- Возможно, яблоки действительно были… слегка неидеальны, - проговорил Асмарт. - Но! Это не значит, что вы можете уйти безнаказанными.

Лала заметно побледнела, подсчитывая в уме стоимость уничтоженных берилловых яблок.

- Похоже, ты разбираешься в редких растениях. Если сможешь сделать так, чтобы дерево вновь стало приносить хороший урожай, то я закрою глаза на твое преступление. А если не сможешь... - лицо Асмарта приобрело какое-то хитрое и злое выражение, он даже будто стал выше на пару сантиметров, колючие глаза смотрели на девушку сверху вниз, - …если не сможешь, то ущерб придется возместить!

- Да это таки совершенно неспра… - начал было Плюшка, но Лала закрыла его мордочку ладонью. Судя по поведению Асмарта, возмущение не только не поможет, но и, вполне возможно, даже усугубит ситуацию. Она бросила взгляд на небо: след ворона почти растворился в пространстве. Еще пара часов и его уже будет не найти. Девушка нахмурилась и закусила губу, но выхода из ситуации пока не видела.

- Покажите мне сад, - сказала она, решив, что с Асмартом она еще поквитается. В конце концов, он сам пустил лисицу в свой курятник! Берилловых яблок в огороде Лалы пока еще не было. Девушка чуть заметно усмехнулась.

***

Было бы прекрасно увидеть настоящий берилловый сад — огромный, с десятками белоствольных деревьев, с белоснежными, будто бы вылепленными из снега, листьями. В фантазиях Лалы ветки яблонь гнулись под тяжестью полупрозрачных голубых плодов, и их сладкий аромат обволакивал и манил за собой.

Однако реальность оказалась совсем иной. Сад был окружен высоким, но изрядно обветшалым забором, зеленая краска на металле облупилась и облетела безжизненной чешуей, створки ворот скрипели и открывались с трудом. Да и сам сад был запущен: все вокруг поросло травой, кустами и деревьями. Проходя меж ними по тонкой тропинке, Лала кое-где видела засохшие белые стволы. От некоторых яблонь и вовсе остались только пеньки - старые, покрытые мхом и лишайником.

- Это таки кощунство какое-то… - тихо проговорил Плюшка, сидя на плече хозяйки и мрачно взирая на кладбище некогда величественных деревьев. Лала, хмурая и напряженная, молча кивнула, поджав губы.

Буйные заросли зелени внезапно закончились, и тропинка вышла к небольшой прогалине. Здесь росла чахлая пожелтевшая травка, а местами и вовсе виднелись проплешины потрескавшейся голой земли. В самом центре прогалины росло одинокое дерево — единственная уцелевшая берилловая яблоня.

Асмарт остановился на краю поляны, пропуская девушку вперед и приглашающим жестом указывая ей на дерево. Выражение его лица было странным, как у затаившегося хищника, который уже видит добычу и только выжидает момент для атаки. Лала остановилась в паре метров от яблони, рассматривая угнетенный бледно-серый ствол, узловатый и изломанный под разными углами. Он выглядел так, словно дерево росло на болоте. Листья свернулись в трубочку и издали больше походили на сосновые иголки - пожелтевшие, а кое-где и вовсе почерневшие. В этом болезненном и почти безжизненном растении с трудом можно было узнать прекрасную берилловую яблоню.

В воздухе стоял тяжелый горьковатый запах, а вокруг дерева, не покидая прогалины, плавно парили голубоватые и слегка мерцающие мошки. Лала закрыла глаза, глубоко вдыхая густой воздух. Ей хотелось различить все оттенки ароматов, понять корень всех бед. Плюшка дотянулся лапкой до одной из мошек, притянул к себе и осторожно разжал пальцы с острыми коготками. На его ладони безмятежно качалась маленькая пушинка.

- Не похоже на насекомое. Это скорее какое-то семечко… Лала! Осторожно! - вскрикнул вдруг Плюшка, но было уже слишком поздно. Голубая мошка вместе с воздухом плавно скользнула в легкие девушки. И у той мгновенно перехватило дыхание, тело бросило в жар, сердце сначала бешено заколотилось, а затем замедлилось, словно теперь перекачивало не кровь, а густой багровый кисель. Лала пошатнулась, захрипела, прижимая ладони к груди. Рот безмолвно открывался, точно у рыбы, которую только что изловили. Кожа стала бледнеть и грубеть, волосы постепенно теряли свой шоколадный оттенок, выцветая.

- Лала! Лала! - в отчаянии закричал хомяк. Маленькие лапки затряслись, шерсть и уши прижались к телу. Плюшка быстро обернулся, словно ища помощи у хозяина сада и двух его охранников…

По надменному холодному лицу Асмарта блуждала кривая торжествующая улыбка, а тонкие губы тихо шептали:

- Скоро у меня будет новая берилловая яблоня.

В голове Лалы проносились сотни панических мыслей. Что она только что вдохнула?! У берилловых яблонь нет спор или летающих семян! А даже если бы и были, то они бы не смогли превратить человека в дерево! И все же это происходило… Непонимание и удивление в глазах Лалы стали перерастать в страх.

Голубые мошки, парившие вокруг дерева, внезапно пришли в движение. Они медленно стягивались в единый поток, заворачиваясь в спираль и плавно устремляясь к Лале. Плюшка в ужасе заметался на плече хозяйки, махая лапками и раздувая щеки, стараясь сбить голубые пушинки потоками воздуха:

- Прочь! Пошли прочь! Убирайтесь! Лала?! Что мне делать?! Лала?!

Но Лала не могла ответить, хотя тоже очень хотела бы знать, что ей делать. Она чувствовала, как деревенеет тело, мысли замедляются, превращаясь в какое-то тягучее тесто. А ей так хотелось кричать… Скулы свело судорогой, из горла вырвался хриплый стон. Ноги будто вросли в землю, а колени уже не гнулись. Это… конец?

Бесформенное черное пятно вдруг выметнулось откуда-то из зарослей и врезалось в спираль голубых пушинок, нарушая плавный стройный поток и расшвыривая их в разные стороны, точно рассыпанные овсяные хлопья. Лала сипло вздохнула, инстинктивно моргнув. Черное пятно стало увеличиваться в размерах и с громким «карр!» устремилось к берилловой яблоне.

- Что это такое?! - взвизгнул Асмарт. Он метался на краю прогалины, вцепившись руками себе в волосы, но зайти на поляну не решался.

Огромный ворон, уже достигший в размерах миргородского хряка, взгромоздился на дерево, его тело стало каким-то жидким. Крылья и туловище «потекли» вниз, как расплавленный на плите шоколад. Берилловая яблоня стремительно исчезала в этих черных смоляных подтеках. Плюшка вжался в плечо хозяйки, удивленно открыв пасть.

- Что делает эта тварь?! Не стойте столбами, остолопы! Сделайте что-нибудь! - крикнул Асмарт, выталкивая охранников на поляну. Однако те выполнять приказ не спешили. Оба шумно сопели, переводя взгляд с голубых мошек на гигантского ворона, чье тело уже полностью скрыло яблоню. А потом черная птица вдруг взмахнула крыльями. Поток воздуха всколыхнул с земли пыль и пожухшие листья. Рой голубых пушинок разлетелся в разные стороны, заставив охранников стремглав броситься прочь из сада. Они сбили Асмарта с ног, и тот взбешенно завопил им вслед:

- Назад! Немедленно вернитесь, жалкие трусы! Я приказываю вернуться!

Ворон взмыл в небо бесформенной черной массой, и на том месте, где он только что сидел, больше не было дерева. Осталась только неровная глубокая яма. Птица поглотила берилловую яблоню вместе с корнями и унеслась прочь. Рой голубых пушинок в каком-то паническом дерганом танце устремился вслед за вороном. Лала почувствовала, как в горле и носу защекотало, а потом чихнула. С ее задеревеневших губ сорвалась последняя голубая мошка. Она явно намеревалась улететь за роем. Девушка с усилием подняла руку и поймала неудавшуюся беглянку в последний момент, зажав в кулаке, а потом захрипела и рухнула на колени, не в силах больше держаться на обмякших ногах.

- Лала! Лала! - закричал Плюшка, спрыгивая на землю и обеспокоенно наворачивая круги вокруг хозяйки.

- Все… хорошо… - отрывисто проговорила та, восстанавливая дыхание и ощупывая кожу на лице, руках и ногах. Она снова стала теплой и мягкой… живой…

- Тыыыы… - протянул хомяк, останавливаясь и переводя взбешенный взгляд на Асмарта. - Да тебе таки конец, жалкое двуногое!

Плюшка метнулся в сторону человека, явно полагая, что его негодование и ярость с лихвой перевесят недостаток силы и массы тела, но Лала вовремя схватила пушистого борца за справедливость и притянула к себе.

- Пусти, Лала! Я его пополам перегрызу! Да он пожалеет, что вообще на свет родился! Чтоб ему тухлую картошку жрать до конца жизни!

- Яблоня… - омертвевшим голосом проговорил Асмарт, вставая с земли и выбегая на прогалину. Подбежав к яме, он упал на колени и, не обращая внимания на гневные крики хомяка, стал загребать песок руками, словно надеялся, что яблоня не унеслась в небо в бездонном чреве ворона, а просто провалилась под землю.

Плюшка, наконец, успокоился, но все еще тяжело дышал и воинственно сопел.

- Этот ворон спер берилловую яблоню раньше нас!

- А еще он спас мне жизнь… - задумчиво проговорила Лала, смотря на яркий ментальный след, оставленный птицей высоко в небе.

- Я обречен… Я разорен… Моя драгоценная яблоня… - причитал Асмарт, продолжая разгребать яму обеими руками. Его губы тряслись, глазки панически бегали, вся фигура сгорбилась и поникла.

Лала встала на ноги и осторожно разжала кулак. Мошка заметно поблекла и неподвижно лежала на ладони. Плюшка был прав, больше всего эта маленькая опасная штука походила на семечко. Крохотное, полупрозрачное, с десятками голубых пушинок-парашютиков. Только это было вовсе не семечко. Девушка поморщилась и покачала головой:

- Зерна переноса сущности.

- Что за зерна? - спросил с интересом Плюшка. - Не слышал про такое.

- Я их видела на рисунках в старых записях отца. Это магия, которую когда-то давно использовали для разведения очень редких и ценных культур. Но этот способ не оправдал себя: он губил материнское растение, потому что магические семена постепенно забирали его суть, ослабляя, уродуя и делая плоды несъедобными. А прорастать могли только в живом организме.

- Брр! Ужасы какие-то! - поежился Плюшка.

- Эта магия вскоре стала запретной. Ее мог использовать только человек, которому лень тратить силы, время и средства на разведение растений. Берилловая яблоня требует кропотливого ухода. Даже самые опытные садоводы редко берутся за ее выращивание, потому она и настолько редка, а берилловые яблоки стоят кучу денег.

Лала вынула из рюкзака небольшой пластиковый бутылек и сунула туда опасную пушинку, а потом отряхнула колени и, тяжело вздохнув, бросила взгляд на Асмарта.

- Только не говори, что мы все спустим ему с рук?! - хомяк упер лапки в бока, встав на плече хозяйки в полный рост.

- Еще чего! - фыркнула девушка. - Правда думаешь, я оставлю в покое того, кто чуть меня в дерево не превратил?! У нас есть доказательство его преступления, так что пусть власти с ним разбираются! А нам еще нужно вернуть наш райский орех… и нашу берилловую яблоню. Хорошо, что тень опять наследила!

***

Убедившись, что упирающегося Асмарта сопроводили в бюро расследований, Лала и Плюшка с чувством выполненного долга вновь отправились по следу ворона. Им даже пришлось сесть на корабль, чтобы переплыть Айкалань. Так они вышли на просторные улицы города Минц. Дома здесь были высокими и обшитыми разноцветным стеклом, отчего казалось, что вдоль дороги расположились ряды леденцов. От их гладких боков отражалось солнце, играя на асфальте радужными солнечными зайчиками.

След привел к огромному саду на окраине города. Его окружал высокий белый забор с острыми шпилями, а за ним… Лала и Плюшка прильнули к ограде. Хомяк просунул мордочку между прутьями, а вот девушка с трудом пристроила лицо так, чтобы можно было рассмотреть все великолепие сада обоими глазами.

За стройными рядами ухоженных деревьев с розовой кроной виднелись аккуратные грядки с морковками-перевертышами. Их оранжевые с белыми полосками плоды торчали над грядками, а корнеботва уходила глубоко в землю. Тут же был и улепетывающий рыжий редис, готовый уползти прочь при любом удобном случае. Его всегда подвязывали за ботву к высоким крепким колышкам. Дальше шли еще более редкие деревья, кусты с ягодами и плоды. Лала и Плюшка одновременно сладко сглотнули и еще крепче вцепились в прутья забора.

- Таки мы нашли рай на земле… - проговорил Плюшка, расплываясь в улыбке.

- Еще три года назад здесь ничего этого не было. Помнишь? - удивленно сказала Лала.

Хомяк закивал, соглашаясь, а потом добавил:

- И никакой охраны…

- И забор без магической защиты… - в тон ему ответила девушка.

Оба заговорщически переглянулись.

- Нам все равно придется зайти, чтобы найти ворона, - словно убеждала себя Лала.

- А пока ищем, мы совершенно точно немного проголодаемся, - с готовностью закивал Плюшка.

- И не будет ничего страшного, если мы немного… совсем-совсем немного попробуем парочку плодов, - состроила невинную мордашку девушка.

- Ничего страшного. Мы же совсем-совсем немного. Хозяин таки даже не заметит.

Лала быстро осмотрелась по сторонам, а потом ловко перемахнула через забор.

В уютной тишине сада спустя пару мгновений раздался заразительный хруст — первой на пробу отправилась морковка-перевертыш. Затем настала очередь чудовищных помидоров, получивших свое название за необычные пятна на кожице, напоминавшие гримасы хэллоуинских тыкв. Лала потянулась за ягодой гигантомалины размером с апельсин, когда на ее шею шлепнулось что-то жидкое и теплое и тут же медленно потекло за ворот рубашки. Девушка провела рукой по коже, кончиками пальцев почувствовав что-то вязкое и липкое. В ноздри прокрался чарующий фруктовый аромат.

- Что за… - удивленно проговорила она, оборачиваясь. Взгляд уперся в нечто, похожее на зеленую раковину огромного моллюска с длинными зубцами по краям. Внутренняя поверхность раковины была ярко-бордовой с едва заметными редкими волосками. Именно она и источала сладкий нектар, капля которого стекла на шею Лале. Секунду девушка не шевелилась, а потом с побледневших губ слетело тихое:

- Плюшка, держись крепче…

Она рванула в сторону и понеслась с такой скоростью, на какую только были способны ноги. Плюшка едва успел ухватиться за рубашку хозяйки и болтался на лету мохнатым шарфиком, что-то интенсивно дожевывая.

- Фто-о-о-о флу-у-фи-ило-офь? - спросил он с набитым ртом, заикаясь от тряски и встречного ветра. Лала не ответила, продолжая сломя голову нестись вперед, перепрыгивая через грядки и огибая деревья и кустарники. Ее кудряшки бешено прыгали, на лбу выступила испарина, дыхание стало сбивчивым и сиплым.

Плюшка обернулся, насколько это было возможно в его положении, а потом резко вернул голову обратно и заорал, вытаращив глаза:

- Быстрее!!!

Позади стремительно, пугающе бесшумно и неотвратимо неслась массивная двухметровая туша цепной мухоловки. С виду грузное зеленое тело плавно скользило между деревьями и грядками, перебирая листьями-лапами. Три пасти-«моллюска» раскрылись, зазывая фруктовым ароматом в объятия смертельной ловушки. С таким сторожевым псом охранная магия была совершенно не нужна! Ведь цепная мухоловка защищала сад не только от вредителей, но и от воров, да и в еде была совершенно непритязательна…

Взгляд Лалы панически метался в поисках спасительного забора, но наткнулся на какое-то здание. Полукруглое, чем-то напоминающее фасоль, только черное и глянцевое. Девушке некогда было особо его разглядывать и думать, что же там внутри. Единственное, на чем был сфокусирован ее взгляд и разум, — это дверь, возле которой покачивалось облако ментального следа ворона.

Фруктовый запах нектара навис над Лалой удушающим маревом — мухоловка была совсем рядом! А ноги, как назло, уже почти одеревенели от усталости.

Она сделала последнее усилие, заставив свое стонущее от напряжения тело прыгнуть вперед, прямо к спасительной двери. Лала рванула на себя ручку, чувствуя, что нервы натянулись струной. Если окажется, что дверь закрыта… Но ручка послушно опустилась вниз, и девушка фактически ввалилась внутрь приветливой прохлады здания и тут же захлопнула за собой дверь. Трясущиеся пальцы задвинули засов, взгляд машинально скользнул по надписи «Служебный вход». Сердце ухало в груди и где-то в ушах, ожидая, что мухоловка попытается ворваться внутрь, но та с разочарованным урчанием медленно удалялась. Видимо, она охраняла только сад.

Лала выдохнула, сделала пару шагов на ватных ногах и растянулась на полу, раскинув руки в разные стороны. Грудь тяжело вздымалась, легкие саднило, рубашка промокла насквозь, во рту пересохло, а ноги нещадно гудели. Плюшка выполз откуда-то из-под мокрых от быстрого бега кудряшек девушки, взобрался на ее живот и тоже растянулся, растопырив все четыре лапы:

- Мы таки живы!

Лала пробормотала в ответ что-то нечленораздельное. Она лежала с закрытыми глазами, в то время как к ней незаметно подкрадывались местные ароматы. В фасолевом домике пахло карамелью, кокосовой стружкой и горячей выпечкой с нежной вуалью ванили. Крылышки ноздрей девушки и хомяка возбужденно зашевелились, улавливая легкий аромат цитруса и насыщенный запах горячего шоколада и кофе.

Усталость как кошка языком слизала. Лала резко села. Плюшка шлепнулся хозяйке на бедра, но был так сильно увлечен навалившимися на него запахами, что ворчать ему было категорически лень.

Вокруг разливался теплый свет. Внутри бобового домика стояло множество стеклянных полочек и витрин разной формы и цвета. Было ощущение, что находишься внутри калейдоскопа с его симметричными разноцветными узорами. На полочках нежились торты с пышными боками, украшенные клубникой, шоколадом и безе, на деревянных подносах кучковались булочки с золотистыми хрустящими спинками, в ажурных тарелочках кружились в хороводе нежные пирожные. Огромные витражные окна и парадная дверь выходили на тихую улочку, утопающую в прохладной неге вековых деревьев. Лившийся из окон кондитерской свет был словно маяк, что притягивал одинокие кораблики путников к своей уютной гавани.

Взгляд Лалы зачарованно блуждал среди сказочного богатства сладкого королевства, пока не наткнулся на нечто совершенно невероятное.

- Какой огромный лафлай! - в голос воскликнули девушка и хомяк, мгновенно оказываясь возле одной из витрин. Их ладони и лбы прилипли к стеклу, глаза возбужденно блестели, а во рту послушно накапливалась слюна.

Пирожное напоминало по форме парусник. Корпус был выполнен из коржей с хрустящей текстурой, пропитанных нежнейшим кремом со вкусом райского ореха. Мачты и снасти из тончайших нитей карамели переливались каким-то внутренним теплым светом, приглашая ощутить на языке их ломкую сладость. Паруса из листов мармелада, тонкие и невесомые, почти просвечивали! Обычно это пирожное было не больше канапе, но здесь на витрине стоял настоящий торт!

Лала и Плюшка громко сглотнули, а стекло витрины запотело от их жадного дыхания. Внезапно теплый свет кондитерской померк, на фигурки двух посетителей легла холодная тень. Все ароматы словно ушли на второй план, уступая место насыщенному запаху кофе и жженого сахара. Шерсть Плюшки невольно встала дыбом, а по коже Лалы пробежали мурашки. Девушка и хомяк резко обернулись.

Позади них, сложив руки на груди, стоял высокий темноволосый парень. Вишневые глаза смотрели на двух воришек сверху вниз, а губы чуть кривились в легкой усмешке. На его плече сидел черный ворон, одно крыло которого будто «потекло». Оно было гораздо длиннее другого и спускалось почти до пола, отчего казалось, что за спиной парня плащ из пролитых чернил. Плюшка икнул, в первую секунду ему хотелось вскрикнуть что-то вроде: «Ага, таки попался пернатый вор!», но почему-то под пристальным взглядом хозяина кондитерской несчастному хомяку внезапно вспомнились все его маленькие грешки.

Лала замерла, всматриваясь в лицо хозяина кондитерской, а потом вдруг удивленно воскликнула:

- Это же ты! Да? Тот парень с вкусным тортиком!

***

Четыре года назад. Кафе «ВкуSS».

- И это лучшее кафе в городе? - уныло проговорила Лала, тыкая вилкой в неприглядную разноцветную кашу на своей тарелке. - От торта на свое четырнадцатилетие я ожидала большего. Бесит...

- Даже я бы таки лучше испек! - фыркнул хомяк. - Предлагаю высказать повару все наши претензии. Почему мы должны платить за эту низкосортную фигню? Да нам вообще моральный вред должны возместить!

- Поддерживаю! - кивнула девушка, вставая из-за стола и решительно направляясь в сторону кухни. Один из официантов попытался остановить ее, но по дороге налетел на какого-то посетителя, за что ему пришлось спешно извиняться.

Лала, тем временем, решительно зашла на кухню. Однако повозмущаться вволю у нее не получилось, потому что тут и без нее было довольно громко и оживленно. Низкорослый и довольно грузный шеф-повар в испачканном шоколадом переднике кричал на одного из своих подчиненных, удерживая одной руке тарелку с тортом.

- Что это такое?! Ты снова изменил рецепт! Кто тебе разрешал, выскочка?! Кем ты себя возомнил?!

Остальные повара и помощники, потупив взгляды, старательно делали вид, что очень заняты. Толстый шеф неистово тряс тарелкой, но торт стойко держался в ее центре. Лала напряженно смотрела на него, прислушиваясь к ароматам. Он был очень похож на то гастрономическое безобразие, которое им с Плюшкой только что довелось попробовать, но… запах был какой-то другой… Гораздо… Лала вдруг просияла. Запах был гораздо вкуснее!

Девушка спокойно подошла к кричащему повару и выхватила из его рук тарелку. Еще не хватало, чтобы такой аппетитный тортик шлепнулся на пол! Кухня мгновенно погрузилась в тишину, прерываемую лишь шкворчанием масла на чьей-то сковородке.

Грузный шеф аж подавился, явно шокированный происходящим. А Лала взяла первую попавшуюся вилку и запустила ее в упругий бок тортика. Плюшка запрыгнул на тарелку и последовал примеру хозяйки. Правда, вместо приборов воспользовался собственными передними лапами.

Сверхчувствительное обоняние не подвело: их ждал нежный бисквит с мягким кремом и вишневым сиропом, который придавал тортику легкую кислинку. Лала расплылась в улыбке:

- Восхитительно! Это гораздо лучше, чем то, что нам только что подали!

Плюшка утвердительно заурчал, вновь запуская лапки в торт.

- Правда… вкусно? - впервые подал голос парень, на которого только что самозабвенно орал начальник.

- Агась! - в голос заявили девушка и хомяк. Лала улыбнулась, а про себя отметила, что от паренька вкусно пахнет кофе и жженым сахаром с ноткой ванили.

Шеф-повар покраснел, как вареная свекла, и заорал еще громче:

- Воооон! Вон из моей кухни и из кафе! Мы не обслуживаем наглых девиц и грызунов!

Плюшка взбежал вверх по руке Лалы, уселся ей на плечо и прошептал в ухо:

- За тот стремный десерт мы так и не заплатили. Так что предлагаю воспользоваться предложением и свалить отсюда!

Лала хмыкнула и поспешно направилась к выходу, не забыв прихватить с собой торт. Но уже в дверях обернулась и посмотрела на заинтересовавшего ее паренька:

- Открывай свою кондитерскую! У тебя получится!

***

Наши дни.

- Мы уже встречались однажды, - сказала Лала.

- Дважды, - поправил парень. - Второй раз я видел тебя лишь мельком. Ты прошла мимо и не узнала меня. Это было в моей кондитерской «Момент счастья» в городе Намлисс. Там ты впервые попробовала мой лафлай.

- А?! - удивленно воскликнула Лала. - Так это ты его создал?! Серьезно?!

Парень кивнул, а потом отвесил шуточный поклон:

- Позвольте представиться: Тан Лафлай. Именно мое пирожное тебе так понравилось... и именно у меня ты украла саженец райского ореха. Из-за этого я не смог расплатиться с ростовщиками, у которых занял деньги на открытие кондитерской, и мне пришлось закрыть ее. Тогда я не знал, благодарить тебя за то, что когда-то подарила мне мечту, или ненавидеть за то, что отняла ее.

- Прости… - побледнела Лала. Она и представить не могла, что у ее действий были такие последствия.

- Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы вновь встать на ноги. И тогда я решил, что все же благодарен тебе. Но мне хотелось, чтобы ты поняла, каково это — потерять результат своих трудов. Поэтому я и украл у тебя райский орех, точнее - вернул его себе. Ну и как ощущения? Когда ты три года выращивала что-то, а это просто отобрали?

- Прости… - снова тихо проговорила Лала, опуская взгляд, а потом вдруг встрепенулась. - Я… я могу помочь тебе ухаживать за садом! В качестве извинения...

- Таки кто бы говорил! - вмешался Плюшка, заступаясь за хозяйку. - Разве это не ты недавно свистнул берилловую яблоню!

- Не свистнул, а вернул. Это я продал ее Асмарту, но с условием, что он будет хорошо о ней заботиться. В противном случае, по условиям нашего с ним договора, я имел право забрать яблоню обратно. Следуя за вами, я узнал, что он не только плохо заботился о дереве, но еще и применял запретную магию, - голос Тана стал холоднее и жестче. - Поэтому я забрал у него дерево, пока этот человек не причинил никому вреда.

Заполненный негодованием хомяк мгновенно сдулся и тоже опустил глаза.

- Ты ведь спас меня тогда… Спасибо, - сказала Лала. - И Плюшку тоже, когда он упал с дерева. Я только сейчас это поняла.

- Я не хотел, чтобы вы пострадали. Если обещаете больше никогда не воровать, то ворота моего сада всегда будут для вас открыты. Вы сможете брать любые саженцы и семена, а еще, раз в месяц совершенно бесплатно получите любое лакомство из моей кондитерской.

- Серьезно?! - в один голос спросили резко оживившиеся Лала и Плюшка.

Тан кивнул, улыбаясь, а потом открыл витрину, за которой пряталось пирожное лафлай, и протянул тарелку с парусником девушке:

- Начнем прямо сегодня.

- У меня нет столько денег, - машинально выпалила Лала, бледнея, а потом, вспомнив, что угощение было предложено бесплатно, густо покраснела. Хозяин кондитерской засмеялся и вложил тарелку в руки растерянной гостье. Плюшка тут же взобрался на тарелку и откусил приличный кусок от кормы кораблика. Девушка не отставала, схватив кончиками пальцев мармеладный парус. Если она будет хлопать клювом, то ей того и гляди совсем ничего не достанется!

- А почему тут совсем нет посетителей? - спросила девушка, когда мармелад растаял на языке.

- Потому что сегодня моя кондитерская открыта только для одного посетителя. Для тебя, - мягко произнес Тан, и Лала вдруг почувствовала, что стремительно краснеет под взглядом его вишневых глаз. Плюшка закатил глаза и заразительно захрустел карамельными снастями.