Стакан наполовину разбит

Промозглый ветер обдувал мои босые ноги, а земля покрывалась прожилками инея. Оглядевшись вокруг, я понял, что нахожусь в сосновой роще, в такой же, как и десять лет назад. Пасмурное небо становилось все темней, и большая тень легла на землю. Передо мной возник до боли знакомый и родной силуэт.

-Мама! – воскликнул я, но больше произнести ничего не смог. Дыхание перехватило и тело не слушалось. Она выглядела как до того ужасного случая: румяная, статная и… живая. Рыжая копна кудрявых волос была убрана в аккуратный хвост, а на плечах лежала изумрудная шаль, которую она очень любила. Она держала в руках какие-то исписанные мятые пожелтевшие листы.

Мама подошла ко мне и посмотрела усталым взглядом прямо в глаза. Я понял, что заплакал только когда проснулся. Слезы горошинами скатывались по щекам, скапливаясь на рыжей бороде. Я пытался скинуть сонное оцепенение и успокоить бешено стучащееся сердце, но ничего не получалось. Даже контрастный душ не в силах был стереть с меня остатки сна, которые оседали в голове навязчивыми мыслями о потустороннем. Но я не верю в мистику и в Бога я тоже не верю.

— Это все от переживаний. В конце концов, я получил точный адрес той больницы, и дело осталось за малым, - сказал я сам себе перед самым выходом, застегивая осеннюю куртку.

***

-Доброе утро, Тамара Васильевна! – поздоровался я с администратором.

-Доброе утро, Василий Сергеевич! – поздоровалась она в ответ, и протянула конверт со словами, -Вам передали анонимно письмо.

-Спасибо, - поблагодарил я и направился в офис к коллегам. По пути заказал кофе на шестерых, а пока ждал решил ознакомиться с содержимым конверта. В нем лежало несколько писем, датируемых нулевыми годами.

«Здравствуйте, Василий!

По вашей просьбе отыскал пару писем, которые имеют прямое отношение к делу, но на этом мои полномочия – всё. Эти письма так и не дошли до адресатов, а о других ничего не известно. Надеюсь, что смог помочь. Берегите себя, коллега.

С уважением М.»

«Салют, Марта!

Давно с тобой не виделись и не слышались. Как твои дела? Что у тебя нового?

Я вот, представляешь, снова сюда загремела… Чистая случайность – пришла соседка за сахаром и… Ну, сама понимаешь. А потом мне оказали первую помощь и отправили сюда.

Я же оказалась абсолютно неподготовленной к такому повороту событий в своей судьбе. Прикладываю несколько присланных мне писем, которые ужасно расстроили меня. Может все-таки ну это дело, я ведь не писательница вовсе, даже образования толкового нет. Но я очень благодарна тебе за поддержку, это дорогого стоит.

Очень жаль, что нам так и не получилось встретиться после моей выписки, даже номерами не обменялись. Досадно, конечно, но что поделать… Надеюсь, что у тебя все хорошо и ты смогла сделать, что планировала. Чтобы ты знала, я полностью тебя поддерживаю! Ты очень крутая! Прям представляю, как ты вся такая уверенная выходишь из этой мэрии, а следом за тобой отряд милиции выволакивает этого чмошника в костюме:) Справедливость обязана восторжествовать.

К сожалению, я пока в информационном вакууме и единственный источник новостей – медсестра Анна Михайловна. Она так добра.

Настало время прощаться. Надеюсь, что не навсегда… Пока, дорогая подруга!

С любовью и уважением, Роза. 06.01.2001»

«Хай, бро!

К сожалению, здесь нельзя пользоваться телефоном, поэтому пишу по-старинке. Я уже отправил весточку старшему, но уже не уверен, что он сможет чем-то помочь. Мне кажется, что он не на той стороне.

Наш репортаж должен выйти на следующей неделе, поэтому я хочу попросить тебя проследить за всем. У меня нехорошее предчувствие. Ты единственный кому я могу доверять. Этот выродок не удержит меня здесь надолго! Надо, чтобы наша работа не пропала зря и люди узнали правду.

Прошу напиши мне, как только пройдет эфир.

Михаил. 31.10.2000»

«Привет, дорогая Марта!

Я не знаю, дошли ли до тебя другие мои письма, но твои я уже перестала ждать. Хотела бы с тобой попрощаться. Кто бы мог подумать, что эти люди смогли до меня и здесь добраться. Эти рецензии, наполненные одним лишь негативом и письма с пожеланиями о смерти… Я старалась не обращать на них внимания, откладывала в сторону, не в силах выбросить, и перечитывала те два письма, которые поддерживали во мне надежду. Те, две дорогих моему сердцу истории, которые заставили меня плакать от радости. Но негатива оказалось куда больше, и я не знаю куда от него деться. Каждую неделю мне через одного человека передают письма, поступающие в издательство. Не знаю, может они их, не читая мне передают?

Ох, Марта, я давно сбилась с пути и потерялась… Очень рада нашему с тобой знакомству!

С наилучшими чувствами, Роза. 15.02.2000

Я достал все письма, но конверт все еще не выглядел пустым, тогда я надорвал сбоку плотную бумагу и увидел сложенный в четыре раза лист. Раскрыв его, я понял, что это именно то, что нужно для нашего репортажа.

-Ваш заказ, пожалуйста, - сказал бариста, протянув бокс со стаканами, - Хорошего дня!

-Спасибо! Взаимно, - поблагодарил я на ходу и быстрым, на сколько это было возможно, шагом поспешил в офис на тринадцатом этаже. Я зашел в переговорную и поставил почти не пролившийся кофе на стол.

-Доброе утро! Угощайтесь, ребята, - сказал я с улыбкой. Коллеги радушно меня поприветствовали и с благодарностью приняли кофе.

-Я выбил на сегодня нам машину, так что можем отправляться хоть сейчас, -сказал Андрей

-Отлично! Тогда вот еще что, -сказал я, выкладывая на стол присланные мне письма и документ, -Это можно использовать как одну из зацепок.

-Не думаю, что этого будет достаточно, -сказала Женя, рассматривая содержимое документа, — Это даже на обвинение не потянет, не говоря уже про разоблачение и арест мэра. Минимум что может случиться с нами, если это кто-то увидит –выговор и отсутствие премии, а как максимум может до суда дойти за клевету.

-К сожалению, это не проверить, поэтому и рисковать не стоит, -сказал Андрей, -Главное показать ситуацию в больнице, в каких условиях пациенты, действенные ли аналоги импортных лекарств и пройтись по самым жутким местам здания, чтобы на ситуацию наконец обратили внимание.

-Да, верно, -разочарованно сказал я и медленно отпил кофе.

-Не переживай. Справедливость обязательно восторжествует, -сказал Андрей, ударив меня по плечу, -Если надо, то могу отвлечь персонал, чтобы ты нашёл карту своей мамы, может там найдется что-нибудь интересное. Мы ведь тоже хотим тебе помочь, но наши руки буквально связаны.

-Спасибо, -поблагодарил я с улыбкой.

***

Фургон остановился на парковке позади больницы. Не успел я еще выйти на улицу, как хвойный запах ударил в нос. Дышалось гораздо легче, чем в городе. Под ногами были разбросаны шишки и хвоя. По протоптанной тропинке мы с группой прошли до крыльца основного корпуса медучреждения. Выглядело оно так себе, если бы сейчас была ночь, то я бы ни за что сюда не зашел. Выпавшие местами кирпичи, потертые и покрытые трещинами стены, потемневшие потеки с крыши не выглядели воодушевляюще.

-Интерьер, конечно, потрясающий…-сказал Андрей, заходя в помещение.

«И о какой помощи душе может идти речь в таких условия? Неужели и моя мама была здесь на тех же условиях? Что же делать этим несчастным, если все деньги, выделенные на нужды городка, идут в чьи-то карманы. Так дело не пойдет.» - рассуждал я, проходя по коридорам в поисках врача.

Из кабинета вышел немолодой мужчина в белом халате. Он выглядел уставшим и недовольным.

-Добрый день, Игорь Георгиевич! Я очень благодарен, что вы согласились на встречу с нами, -поблагодарил я.

-Добрый,-одним кивком поздоровался врач. Похоже, что он был не в настроении.

-Мы приехали сюда, чтобы показать всю правду без прикрас. Скажите, пожалуйста, как давно вы работаете здесь? -спросил я, начав интервьюирование.

-С 1986 года.

-Что вас подтолкнуло стать именно психиатром? Может есть какая-то интересная история, связанная с этим желанием?

-На самом деле какой-то запоминающейся необыкновенной истории у меня нет. Я просто хотел помогать людям. И мне было интересно, о чем думают люди и как.

-Кто и в каких условиях может к вам обратиться?

-Абсолютно любой человек, переживающий не самые лучшие моменты жизни. Это может быть человек уже живущий с психическим расстройством или только столкнувшийся с ним. Мы можем назначить лечение амбулаторно или в стационаре, в зависимости от случая. И в большинстве случаев люди возвращаются к своему обычному ритму жизни. Но бывают и более тяжелые случаи.

-Наши зрители, когда узнали, что мы планируем с вами разговаривать просто завалили нас письмами с вопросами. Самый частый связан с самоубийством. Скажите, пожалуйста, правда, что на это способны люди с психическими заболеваниями? Отчего они так поступают? Может у вас есть какие-нибудь примечательные случаи?

-Знаете, как это бывает, безработица, уныние, ущемление, одиночество, социальное давление и много других факторов, влияющих на человека, -устало ответил психиатр, показывающий всем своим видом незаинтересованность в беседе,-Вы, как я понял, из «Город сегодня»? Отлично, тогда вы знаете, как сложно предугадать какой материал будет интересен вашим зрителям и читателям. Беседа с психиатром, который будет рассказывать про своих пациентов может показаться очень интересной, но только вы не учли одной детали. Врачебная тайна для меня не пустой звон и даже без имен я не намерен рассказывать истории своих пациентов.

Я слегка смутился от резких слов доктора, но надо было продолжать.

-Нет, мы из New fo…, - начал я говорить, но меня прервал пейджер в кармане психиатра.

Врач достал его из кармана, резко вскочил со стула и направился прочь из кабинета. Половина съемочной группы побежала вслед за ним. Глухой топот в темном коридоре все нарастал. Оператор снимал все, обшарпанные стены, побеленный потолок, прозрачные стекла в палатах. Больница остро нуждалась в капитальном ремонте, и ТВ-шоу с участием персонала могло помочь получить долгожданное финансирование. Все пациенты отдыхали в своих палатах и только изредка в объективе камеры проскакивал белые силуэты докторов и мед.сестер.

Психиатр побежал вверх по лестнице и забежал в палату с широко распахнутым окном. На подоконнике стояла женщина с бледным лицом в цвет простыни, и держалась одной рукой за раму. Она не шевелилась словно время замерло только для нее одной. Врач остановился и тихо, почти беззвучно, вышел в середину палаты. Мед. персонал вызвал спасателей.

Когда под окном подала звук пожарная машина, доктор тихо и медленно спросил:

-Роза, я здесь, чтобы поговорить с вами. Я надеюсь, что смогу вам помочь продолжить жить.

Пациентка развернулась на его голос и отречено сказала:

-Со мной все в порядке, я просто пыталась поймать вылетевшее письмо. Ветер подбросил его вверх и оставил на карнизе. Но я его уже достала, правда порвала немного…

Роза сжимала в руках те самые пожелтевшие листы, которые я видел во сне. Совпадение.

-Скажите, доктор, почему на окнах нет защиты? – спросил я.

Доктор, не обращая на меня никакого внимания, прошел мимо камер к пациентке. Но потом мы все-таки смогли поговорить с ним. Уверен, это интервью будет самой интересной частью нашего репортажа.

***

-Нам нужен материал, мы не можем вернуться ни с чем, -упрямо заявил я и направился в холл. Возле стойки регистрации стоял МЧСник и разговаривал с администратором. Я подошел к нему и представился:

-Добрый день, меня зовут Василий, я журналист. Могу я задать вам парочку вопросов?

-Здрасте, не получится, мне пора, -ответил он и в развалку отправился к выходу. Но я не я, если не добьюсь своего.

-Всего два вопроса, -почти отчаянно сказал я, показывая два пальца.

-Хорошо, только быстро, -кинул пожарный.

-Кто-нибудь выпадывал из окна? И когда это было?

-Десять лет назад девушка выкинулась из этого же окна, -ответил МЧСник и сел за руль автомобиля. Через минуту его, как и не было.

-Десять лет назад, значит…-задумался я, и потом обратился к персоналу, -Извините, а вы можете разрешить мне ознакомиться с картой Звягинцевой Марты Андреевны?

-Мы не имеем права разглашать информацию.

-Но я ее сын.

-Как вы можете это подтвердить? У вас есть документы с собой?

-Н-нет, я забыл.

-Такие правила, -пожала плечами регистратор.

«Значит план Б, ночью сам найду. Здесь камер нет, охрана только на первом, а персонала раз-два и обчелся.» - подумал я и направился к ребятам, которые должны были снимать территорию. Но вдруг увидел девушку из той палаты. Она подошла к двери ординаторской.

-Здравствуйте, - поздоровался я. Что-то внутри меня подсказывало, что я должен поговорить с ней.

-Здравствуйте, - поздоровалась она в ответ, но продолжила смотреть на низ двери.

-Как ваши письма? Может нужна помощь?

-Все прекрасно.

Я пытался найти хоть какую-нибудь зацепку, чтобы разговорить ее, и тут на глаза попалась часть пожелтевшего листа, я смог прочитать «очитать твой роман <…> во обязано одоб- <…> на полках нет<…> овью, Марта

-Вы писатель?

-Нет. «Почему так решили?» —удивленно спросила девушка и повернулась ко мне. У нее были глубокие мешки под глазами.

-Выглядите как писатель просто. Я разбираюсь в людях.

-Тогда вы ошиблись. Никакой я не писатель, издательство отклонило мою рукопись, - горько усмехнулась девушка и затем поинтересовалась, - Вы что-то хотели?

-Меня зовут Василий и я журналист из «New for you», мы с группой здесь, чтобы снять репортаж о больнице. Хотел попросить вас рассказать о ваших впечатлениях от нее. Но когда вы рассказали о рукописи, я заинтересовался. Могу ли я прочитать?

-Можете, я принесу вам тогда ее чуть позже. А чем вам интересна больница?

-Мне интересно узнать ваше мнение, слухи какие может вы слышали об этом месте и… - сказал я, но меня прервала заведующая, подошедшая к кабинету.

-Вы ко мне? – спросила пожилая женщина и посмотрела на меня.

-Да, Мария Евгеньевна, -сказала девушка и зашла в открытую дверь.

Я был в легком замешательстве, ведь именно с заведующей я договаривался о съемке больницы, но звали ее по-другому. Я пригляделся к бейджику и прочитал Анфиса Викторовна. Да, это определенно с ней я разговаривал. Может у той девушки какие-то проблемы с памятью?

-Возьмите сами из моей тумбочки рукопись. А завтра после завтрака встретимся с вами на скамейке в парке. «Я сегодня обещалась зайти к подруге в другой корпус», —сказала пациентка, стоя за спиной у зведующей.

-Вы что-то хотели? – спросила она, обращаясь уже точно ко мне.

-Хотел задать пару вопросов о внутренних делах больницы, но вижу, что вы заняты. Когда я смогу к вам подойти?

-У меня смена заканчивается буквально через пять минут. Давайте завтра в первой половине дня подойдете к этому кабинету.

-Хорошо, спасибо. До свидания, - попрощался я и пошел за рукописью.

***

-Вася, где тебя носит? Мы уже отсняли все, что только можно. Нам нужно интервью с заведующим отделения, —сказал Андрей, когда я подошел к машине.

-Она сказала, что только завтра сможет, - ответил я, раздумывая над тем, как попасть в здание ночью, если спать мы все будем в одной машине.

-Ясно, -ответил коллега и закурил сигарету, - Сейчас докурю и пойдем устраиваться в платной палате.

Уже вечерело. Алый закат раскрасил серое здание в красный. Мы неспеша направились обратно в больницу.

Ночью я не собирался спать. Безмолвно ликуя, что не пришлось ночевать в машине, тихими шагами я покинул палату и пошел в архив. Коридор был темным и пустым, местами моргал свет, а гуляющий ветер, разносил по зданию разные звуки. Обстановка была угнетающей и обшарпанные стены давили. Наконец я пробрался в архив. Даже удивительно – никого не встретил в пути.

Зэ, зэ, зэ. Я нашел все папки пациентов, которые были и сейчас находятся здесь, с фамилией на букву «З». Звягинцева Марта Андреевна… Да, это точно ее история болезни. Я также тихо вышел из архива, пряча папку под толстовкой. Краем глаза я приметил тихий силуэт позади меня. Медленно развернулся и встретился с острым взглядом Ивана Георгиевича. Он молчал, а взгляд был словно направлен сквозь меня. Внутри кольнуло, и следом словно миллион иголок начал прорываться сквозь кожу ужас. Холод пробирал до костей. Я закрыл глаза, чтобы перевести дух и придумать отмазку, но когда открыл, то понял, что рядом никого нет. Я быстро дошел до палаты, чтобы спокойно прочитать все, но вскоре понял, что не хватало листа с назначениями и ходом лечения.

***

После завтрака я встретился с той девушкой на лавочке под соснами. Она выглядела лучше, чем вчера. При свете солнца ее бледное лицо не казалось таким осунувшимся как при свете больничных ламп.

-Добрый день, Михаил! Рада вас видеть, - поздоровалась Роза.

-Добрый день, Роза, - поздоровался я и, услышав не свое имя, решил не поправлять девушку. Мало ли, вдруг это ее проблема, - Я вчера прочитал вашу рукопись. Немного сыро, но в целом неплохо, откликается. Немного подредактировать и уже можно спокойно идти в издательство, но если что, то я могу попробовать вам помочь, чем смогу. Вот моя визитка на всякий случай.

-Спасибо вам большое, - скромно поблагодарила девушка, принимая мою визитку, - Вы вчера говорили, что хотите задать несколько вопросов.

-Да, я принес диктофон, чтобы вам было комфортней. Спасибо, что согласились.

Оказывается, в этой больнице иногда не хватает даже еды, а лекарства, по ощущениям пациентов, не действуют, а постельное не стирается месяцами, если пациент находится здесь долго. Ничего не хватает. Роза рассказала о том, что попала сюда из неврологического отделения, когда ей поставили депрессию в тяжелой форме. В том состоянии, в котором она была, Роза не могла проходить лечение амбулаторно. Я и сам понял, что жизнь ее не сахар, когда прочитал ее творение. Видно сразу, что у человека не все в порядке с жизнью. Главная героиня ее истории была полна надежд и стремилась к совершенству, пока жизнь не начала подкладывать ей свиней. К концу книги она совсем сдулась и даже придуманный Розой фантастический мир мрачнел с каждой главой. Обычно у главных героев есть друзья или они хотя бы появляются во время приключения, но здесь наоборот никого нет. Похоже, что эта писанина ее метод терапии. Я не хотел быть тем, кто раскритикует в пух и прах ее рукопись, поэтому пришлось сказать все в обтекаемой форме. Жаль девчушку…

-Спасибо вам за беседу, Михаил. Мне уже пора. Сегодня наконец выписывают, и я просто обязана поскорее отсюда уйти, - сказала со слабой улыбкой Роза и, не дожидаясь моего прощания, быстро ушла из виду.

Я поторопился к заведующей за интервью. Она согласилась все рассказать, но при условии, что не будет видно ее лица. Анфиса Викторовна рассказала довольно много: перебои с поступлением лекарств, полная замена импортных лекарств аналогами, которые не помогают, урезание финансирования, понижение зарплат, уход на этом фоне сотрудников. В отделении даже отопления нет. Персонал, пациенты и их родственники подписывали петиции, писали во все инстанции, но толку нуль.

***

Вечером коллеги собрали все оборудование и загрузили в машину.

-Мы отсняли все, что требовалось. Здесь у нас и состояние больницы, и интервью с психиатром, и «показания» свидетелей. Женя позвонила и сказала, что результаты экспертизы уже на руках. Говорит, что разница колоссальная и это уже тянет на неопровержимое доказательство. А еще мимолетом мы узнали, что здесь около десяти лет назад был заключен журналист, который копал под бывшего мэра. Нда… В общем, можем ехать, - сказал Андрей мне.

-Мне сегодня надо еще кое-что найти. Того, что я нашел не хватает даже для подачи заявы, - ответил я, скрестив руки на груди.

-Я бы без проблем остался здесь, но нам завтра с утра на работу, обработать весь материал. Удачи, бро, - сказал Андрей, похлопал меня по плечу и сел в машину.

-До завтра, ребята.

-Только не распугай здесь всех оставшихся призраков своей дотошность, детектив, - усмехнулся Андрей, заводя машину и уехал в закат.

Я же зашел в больницу и заглянул в кабинет врача, но его не оказалось на месте. Уже темнело. Больница казалась пустой и заброшенной, но тут я услышал грохот и быстрые шаги. Я побежал вниз и увидел, как на каталке везут Розу без сознания с перевязанной рукой по локоть. И я направился следом, не заметив, как уже везде стемнело. Зашел в палату, но ни ее, ни персонала там не нашел. Это было очень странно, я шел буквально нога в ногу с ними… Подойдя к тумбе, я увидел пачку писем и небольшую книгу «Стакан на половину разбит». Внезапно я услышал голос Розы:

-Михаил, я благодарна вам за поддержку и помощь в издании моей рукописи, но было бы гораздо лучше, если бы вы просто сказали мне, что у этой истории нет будущего. Вы очень добры, благодаря вам я смогла подержать собственную книгу в руках и это такое счастье, но вот что было потом вы и так знаете. Я знаю, что вам сейчас тоже тяжело и я полностью на вашей стороне. Это очень благородно защищать права тех, кого не слушают. Разоблачение в журнале «Город сегодня» было убедительным, не удивительно, что сверху решили прикрыть ваш журнал… Мне кажется, что вам обязательно надо познакомиться с моей соседкой по палате – Мартой. Она здесь тоже из-за попытки говорить, уже не единожды, мы даже успели стать хорошими подругами. Может быть, вы с ней уже пересекались, раз действуете за одно и то же.

Я не мог повернуть голову в ее сторону, тело словно парализовало, и я не моргающим взглядом смотрел на год издания книги под авторством Розы Л. Эту книгу я видел на полке в маминой спальне, но никогда не открывал ее. Все происходящее казалось таким абсурдным сном. Я пытался заставить себя проснуться, но ничего не получалось. Я снова услышал голос Розы, но он был ближе, словно она стояла за моим плечом.

-Эти письма просто ужасны, и я ужасна… Они узнали мой адрес и желают смерти. Что мне делать? Господи, я такое ничтожество… – шептал хриплый от рыданий голос.

И тут я увидел полупрозрачный силуэт девушки, проходящий сквозь меня к окну.

-Прошу, забери меня отсюда.

В глазах потемнело и единственное, что я услышал перед падением – звук взмахов крыльев.

Щебетание птиц и яркое солнце разбудили меня. Я проснулся возле кучи осколков, но на удивление не поцарапался. Под кроватью я увидел скомканный лист – это было то, что я искал. Вспомнив произошедшее ночью, я мигом покинул больницу, по пути отметив, что никого не встретил по пути к машине. Кажется, я что-то оставил там, но возвращаться уже не стал. От одной только мысли о прошлой ночи бросает в дрожь. Тут же я поехал на работу, невозможно быть наедине с самим собой, а быть может еще с кем-то…

Я пулей забежал в офис, грязный и потрепанный я не хотел оставаться один.

-Вася, ты болен? – испуганно спросила Женя.

-Я… Я… - пробормотал я, лихорадочно придумывая что сказать коллегам, но когда собрался с мыслями ответил, - Я нашел то, что искал.

-Мы рады за тебя. Но может тебе стоит отдохнуть? – сказал Андрей, а потом в удивлении замер и спросил, - Ты запачкался или это седина?

Я на ватных ногах подошел к зеркалу и увидел поседевшие пряди на голове и бороде, а следом за ними в глаза бросилось бледное лицо с округленными, еще не отошедшими от ужаса, глазами.

-Может тебе лучше взять отгул сегодня? – спросил Андрей, но услышав мой отказ сказал, - Тогда даю тебе пятнадцать минут и за работу.

Я кивнул и попытался настроиться на работу, глаза закрывались. Мы все рассчитываем на успех нашей маленькой авантюры и мне нельзя отступать. А произошедшее ночью? Вдруг привиделось. Но для интереса я набрал в интернете название и прочитал первые страницы.

Благодарность

Хочу поблагодарить мою дорогую подругу Марту за поддержку, без которой бы у меня ничего не вышло, и Михаила, способного сделать невозможное возможным. Без вас эта история бы не вышла.

-Спасибо за помощь, - послышался тихий мамин голос за спиной. Я спокойно обернулся и встретился взглядом с ней. В этот раз она выглядела счастливее.

-Вася, проснись! Я же говорил идти тебе домой, - разбудил меня Андрей.

***

На отшибе деревни стоял одинокий подкошенный дом с повалившимися воротами. Жители, проходившие мимо него, отворачивались и прибавляли шаг, чтобы быстрее пройти. Двор зарос травой и окна разбились. Только одинокий пес отдыхал в тихом месте. Из-под его лапы пыталось вылететь открытое письмо.

«Здравствуй, дорогая Роза!

Со мной все в порядке, спасибо. А как твои дела?

Видела рекламу твоей книги в журнале «Город сегодня» и обрадовалась за тебя. Спасибо за подаренный мне экземпляр, я прочитала с удовольствием. Обязательно напиши продолжение о том, как девушка находит в себе силы жить дальше и ходит с коллегами со своей любимой работы прогуляться и поесть вкуснейших блюд:)

Эта неделя была тяжелой, но я наконец нашла то, что давно искала. Если все получится, то ты узнаешь о случившемся самая первая!

До скорой встречи!

Твоя подруга, Марта»