Перстень арабской принцессы

Не огорчай людей ни делом, ни словцом,
К любой людской тоске прислушиваться надо!

Насир Хосров

Я отложила наушники, из которых звучала мелодия BTS, смартфон и с грустью поглядела на осенний город из окон электробуса. Дождя не было, но серое дымчатое небо с редкими проблесками солнца вызывало какую-то неясную тревогу, и даже последняя яркая листва кленов и берез не могла ее развеять. Тревогу также вызывало желание моей бабушки перед своей кончиной видеть меня - Валерию. Я всегда знала, что я нелюбимая внучка, а моя мама - скромная учительница начальных классов, приехавшая в город из глубинки - нелюбимая невестка. Так и добилась бабка развода родителей. Ни ласки, ни тепла, ни подарков - ничего со стороны Клары Марковны. Даже когда я в первом классе три месяца в больнице с переломом лежала, ни разу мандаринов не принесла. А бабка была особой довольно обеспеченной, второй муж - дипломат, так что поездки за границу, пластические операции, коллекционирование предметов искусства, роскошный дом, собственные портреты в исполнении известных художников бабушка могла себе позволить легко. Посоветоваться о странном приглашении мне было не с кем: и мать, и отец несколько лет назад умерли. Подруга Ира, не знавшая всех деталей семейных ссор, говорила:

- А вдруг бабушка раскаивается в своем поведении? Ты ведь ее внучка. Наверно, подарок даст дорогой на память. Не возьмет же она на тот свет свои сокровища? Надо поехать!

Интуиция говорила мне, что такого просто не может быть, потому что… Но все-таки я собралась на эту встречу. Нет, не сразу, а спустя месяца три, в ноябре. И вот я, дрожа от холода, без шапки и перчаток, в легкой джинсовой курточке, стою на пороге элегантного двухэтажного особнячка 19 века — бедная скромная внучка богатой эгоистичной бабки.

Дверь открыла какая-то пожилая женщина с бледным лицом - то ли подруга бабки, то ли сиделка, которая сразу же провела меня в спальню, пропахшую лекарствами и ... смертью. Пыли кругом было полно. Странные запахи, заглушаемые тяжелым ароматов восточных духов и благовоний: пачули и ладан. Просто кладбище, а не дом, даром что со всех стен смотрели портреты когда-то роскошной Клары Марковны в роскошных нарядах - на фоне виллы в Италии, на фоне французского замка, с розой, с кошкой, с книгой.

- Здравствуйте, Клара Марковна! Это я, Валерия. Как Вы себя чувствуете?

Молчание. Бледное осунувшееся лицо в прошлом красивой властной родственницы было неподвижно.

- Лера, могли бы и пораньше приехать, сейчас Клара Марковна уже не разговаривает, врач говорит, остались считанные часы, организм сильно изношен. Вот Вам мечтала передать на память. Вещь антикварная. Просила настоятельно не продавать. А чтобы искушения продать не было, еще и сумка с деньгами.

В моих руках оказалась небольшая резная шкатулочка из кости и сумка. Я робко поблагодарила, потрясенная происходящим. Опять взглянула на умирающую, но вот теперь мне показалось, что взгляд у бабки ясный, и она все вроде понимает, только в этом взгляде читалась неприкрытая ненависть ко мне и угроза. В черных глазах Клары Марковны светилось торжество, как у древнего восточного правителя, казнившего десять тысяч пленников.

- А теперь уходите, еще капельницу ставить и убираться пора.

Я поспешно вышла, не успев поблагодарить бабушку за щедрость.

Тихо в прихожей сказала, что жду звонка и готова прийти на похороны.

- В этом для Вас нет никакой необходимости, но уже завтра ее не будет с нами, - холодно заявила женщина, сразу сбросив маску любезности.

Я развернулась и ушла в дождь, прочь из этого странного дома, от странных старух. Мне показалось, будто женщина пробормотала еще одну фразу, но слова были так нелепы - «дьявол пусть ее хоронит». Так что я приписала все своей впечатлительности, нечего фильмы ужасов смотреть, надо жить действительностью.

Рядом был сквер, я нашла скамью и села, стряхнув капли воды с лакированной деревянной поверхности - ноги не стояли от волнения. Сумку с деньгами переложила в большой пакет, а вот шкатулка не поместилась, пришлось в карман спрятать. Как-то было не по себе. Вроде бы и радостно: все-таки обо мне бабка вспомнила, все-таки денег дала. Но, наверно, подаркам больше человек радуется от людей любимых и близких!

У низкой каменной ограды сквера стояла худенькая рыжая девушка-волонтер с большим ярким плакатом и настойчиво собирала деньги на собачий приют. Рядом с ней на поводке обреченно, пытаясь есть осенние листья, ковыляла небольшая собака, — серо-черная в белых пятнышках, похожая на метиса русского спаниеля. Лапки были все белые, только одна черная. Людей в сквере из-за холодного дождя почти не было, и они спешили, спешили, спешили — мимо, мимо, мимо... Я тоже хотела пройти мимо, но нахальная рыженькая буквально встала на моем пути:

- Пожалейте бездомышей! Им есть просто нечего-нечего! У меня пятнадцать собак! Всех с улицы подобрала! Они голодают!

Я никогда не подавала таким попрошайкам. Неизвестно, на что собирают на самом деле. Уже хотела привычно отказать, но вспомнила, что теперь богата. Я сунула руку в сумку и достала, не глядя, купюру - 5000 рублей. Потом мои глаза встретились с грустными глазами замерзшей собаки, глазами, в которых и надежды давно не было. Я наклонилась к ней, прикоснулась к холодной волнистой шерсти, увлажненной дождем.

- Вы говорите, у Вас их пятнадцать? Можно взять эту?

Рыженькая кивнула, не веря происходящему, а я решительно взяла поводок и поспешила с собакой домой. Я подумала, что несчастной собаке, которая пытается есть желтые листья на земле, не стоит возвращаться к таким волонтерам.

Дома я первым делом пересчитала деньги - десять миллионов рублей пятитысячными купюрами, точнее, уже девять миллионов девятьсот девяносто пять тысяч. Ах, я все пересчитывала и пересчитывала деньги, не выпускала их из рук, будто они должны вот-вот растаять в воздухе. Наконец опомнилась, покормила собаку, которую назвала Бетти, и небрежно бросила ей в прихожей старый свитер вместо подстилки. Бетти тихо легла и задремала, а я как раз и вспомнила о шкатулке. «Вряд ли это что-то стоящее, сейчас любую старую вещь называют антикварной», - подумала я открывая шкатулочку. В ней лежал голубой бархатный мешочек. Я вытряхнула содержимое и ахнула: золотой перстень с витиеватой арабской вязью и огромным голубым бриллиантом - такой и в музее не всегда увидишь.

Я надела перстень на безымянный палец правой руки, и он оказался мне великоват, но на средний пришелся почти как раз. Правда, я никогда не любила носить кольца на среднем пальце. Да и какие кольца? С моей скромной зарплатой в магазине детских игрушек? Обычное серебряное «Спаси и сохрани», подаренное тетей и потерявшееся сегодня с утра по непонятной причине. Вот исчезло и все. А вот теперь у меня получше будет украшение, девчонки в моем магазине обзавидуются. Нет, я не скажу, что это от умирающей бабки, скажу, что поклонник подарил. Готовить в таком кольце не хотелось, снимать его мне тоже не хотелось — оно так прилипло к моей руке, будто я всю жизнь его носила. В общем, я заказала пиццу с креветками, и бедный курьер потом долго искал сдачу к моей пятитысячной купюре. Бетти тоже получила кусочек пиццы, свернулась калачиком на старом свитере, грустно на меня посмотрела и закрыла глаза.

А вот мне не хотелось закрывать глаза, я все любовалась этим дивным-дивным перстнем с огромным бриллиантом и не верила в свою удачу. Как? Это мне? Я разложила диван, набросала на него подушек и улеглась, как Обломов, наслаждаясь моментом. В эту секунду на подоконнике лицевой стороной вниз упала от сквозняка бумажная иконка Ангела Хранителя — подарочек коллег на прошлый ДР. Я не стала ее поднимать, и вскоре об этом забыла. До двенадцати ночи я колобродила, опять ела пиццу, смотрела китайскую дораму «Двойник», опять валялась бесцельно на диване и опять любовалась на свой бриллиантище. А потом не помню, как заснула.

Весна. Месяц — раби аль-авваль, т. е. первый весенний месяц. Каир. Мне приснился восточный базар на огромной площади с мечетями, люди говорили на каком-то странном языке, но я его понимала. Из роскошного паланкина вышла изящная девушка в алом платье с вышивкой и направилась в ювелирную лавку. Два рослых телохранителя и девушка-служанка шли за ней след в след. Толпа расступилась.

- Это красавица Амира - дочь самого могущественного главного визиря Али ибн Ахмад Джарджарая. Говорят, она красива, как луна! Ее имя недаром означает «полная жизни», «процветающая»! Хасан, отойди же, я ничего не вижу! О, она великолепна!

- Не только красива, но и умна: прочла все книги в библиотеке нашего достопочтенного халифа-имама аз-Захир Биллаха, читает проповеди. Ездила с посольством в Византию.

- Каждый мечтает жениться на ней! Ее отец очень влиятелен, он устранил всех своих соперников у власти! Прекраснее этой девушки нет никого в халифате нашего славного господина аз-Захир Биллаха, да хранит его Аллах!

Дочь визиря в лавке внимательно осмотрела украшения, слегка качая головой.

- Ничего нового, господин Карим! Удиви меня! Эти кольца и ожерелья — таких полно в нашем столичном городе. Хоть бы кольцо какое найти! Чтоб сразу ослепляло всех! Чтоб ни у кого ничего подобного не было! Я же лучшая, и у меня должно быть все самое красивое!

- Добродетельная госпожа Амира, я исправлюсь и подготовлю для вас что-то особенное, потерпите немного, скоро придет караван, ожидаем новые камни из Индии.

- Не люблю ждать, господин Карим! Сегодня куплю этот золотой браслет с жемчугом и рубинами для сестры халифа, она ждет меня на ужин. Басма, скажи слугам все подготовить к этому визиту…

Потом все погрузилось во тьму, и огромная черная кошка лезла в окно, тянула свои лапы и хотела меня задушить, а затем я опять увидела свой город и соседского мальчишку на велосипеде. Он катался на тротуаре, но потом съехал на дорогу, и на него помчалась красная мазда RX-8. Водитель — эффектная самоуверенная девушка под наркотиками - ничего не видела перед собой...

Так я проснулась. Солнце сияло в этот день ярко, и я сразу стала смотреть на кольцо и вспомнила странные сны. Надо же, цветок спатифиллум, его еще «женским счастьем» называют, за ночь завял, просто почернел весь. От сквозняка что ли? Окно-то закрыто. И иконка рядом лежит ликом вниз. Потом поставлю ее. Пора-пора на работу! Я сняла драгоценный перстень и трепетно положила его на подоконник. Не забыть бы потом надеть.

Бэтти пустила лужу в прихожей, надо раньше ее выгуливать. Собачка почему-то боялась заходить в мою спальню и все жалась на кухне. До работы я купила ей корм, две миски и собачий шампунь от блох.

Ну, что тут сказать? Мои коллеги и начальница ахнули, увидев перстень. Я не снимала его с руки и так радовалась переменам в моей жизни. Я куплю новую квартиру и машину и поеду на отдых куда-нибудь!

Под конец смены произошел неприятный случай. Обычно дети охотно со мной общались, я помогала им и родителям выбирать игрушки, но сегодня один мальчик лет пяти просто в ужасе от меня убежал и долго плакал потом у витрины с медведями. Ну, бывают истеричные дети, а у этого вообще бред какой-то. Он кричал: «Злая тетенька в черном с темными крыльями смотрит на меня! Она хочет меня убить!» Я попыталась его успокоить, но только слышала его крики: «Нет, нет! Не подходи!» Впрочем, я довольно быстро это забыла. Все слышали капризный ор детей в торговых центрах, что тут удивительного?

Рядом с моим магазином была ювелирная мастерская — одна из старейших в городе. Я решила спросить что-нибудь о ценности перстня у сотрудников. К концу рабочего дня там остался только сам хозяин — старенький ювелир, который иногда покупал у меня самые дорогие игрушки для правнуков. В общем, хороший клиент.

- Савва Яковлевич, добрый вечер! Вы еще не закрылись? Можно спросить кое-что?

- Валерия? Вы же рядом в магазине игрушек работаете? Помню Вас, проходите, пожалуйста. У меня есть прекрасные колечки с фианитами со скидкой. Идеально для молодой девушки. Сейчас включу свет в витрине и покажу.

- Савва Яковлевич, спасибо огромное, но я хотела оценить перстень, который мне бабушка подарила.

- Мы не ломбард, дорогая! У нас только новые украшения!

- Я знаю, - ответила я, немного начиная терять терпения, - мне просто хочется знать, что это такое.

Я положила руку на витрину, и перстень с бриллиантом заиграл во всей красе от огней светильников. Этот блеск словно исполнял мистический танец, погружая сознание в иной мир, бесконечно далекий от моего мира во времени и пространстве, но невероятно привлекательный.

Старый ювелир надел другие очки и взял лупу. Я сняла перстень, и он долго-долго его рассматривал. На самом деле, долго — не более пяти минут, но мне-то это показалось вечностью. Сейчас окажется, что это фальшивка, ну, ничего, деньги-то все равно мои в сумочке. В висках стучали маленькие молоточки, лицо горело, наверно, температура поднялась, и дышать было как-то тяжело. Наконец, хозяин мастерской, не выпуская из рук перстня, поднял на меня выцветшие глаза и оценивающе посмотрел.

- Валерия, откуда у Вас это?

- Подарок бабушки, - ответила я честно. Чувство тревоги откуда-то появилось и нарастало.

Савва Яковлевич помолчал немного, а потом сказал:

- Через мои руки прошло много украшений, ко мне даже обращались из Эрмитажа за консультациями по реставрации азиатских артефактов, но я никогда, милая девушка, никогда не видел ничего подобного! Очень тонкая золотая скань! Прекрасный бриллиант, это не подделка, я проверил. Я уверен, это уникальное арабское кольцо эпохи Фатимидов, да-да, артефакт эпохи Фатимидов.

- Что за... Фатимиды? - спросила я неуверенно, потрясенная его ответом.

- Да, в школе Вам об этом не расскажут, - улыбнулся Савва Яковлевич. Сейчас молодежь не может вспомнить Александра Невского, а тут Фатимиды. Я видел похожую технику обработки металла в Британском музее. Но вот таких колец — нет, никогда не видел, даже в каталогах. Наверно, бабушка Вас очень любила, раз подарила такое сокровище. Я даже не знаю, сколько оно может стоить! Оно бесценно!

Его могла носить одна из жен халифа или его сестра — богатая арабская принцесса, понимаете? Украшения из драгоценных металлов, созданные во время правления Фатимидов до сих пор считаются искуснейшими в средневековом мире. Кольца этих времен великолепны. Они украшены причудливыми узорами из золотой проволоки, пустоты заполнены зернышками золота. Эти техники у ювелиров называются филигрань и зернь.

Я была потрясена услышанным. Савва Яковлевич закрыл ювелирную лавку, включил сигнализацию. Нам было по пути через парк в центре города. По дороге он рассказывал мне о Фатимидах и ювелирном искусстве той эпохи. У меня Египет прочно ассоциировался в голове с фараонами и пирамидами, а тут вообще другая история — исламское средневековое государство с халифом-имамом во главе. Вдруг мне показалось, что за нами идут две серые фигуры. Их очертания были неясные, даже непонятно - мужчины или женщины. Я оглянулась и стала всматриваться: фигуры тут же исчезли. Парк, по дорожкам которого мы шли, когда-то был кладбищем. Сто пятьдесят лет назад улица рядом называлась Полевой, и тут еще коз пасли, а теперь центр. Лет семьдесят назад власти решились уничтожить кладбище и сделать не просто парк, а поставить детские аттракционы. В последние годы их обновили, поставили лавочки, фонари под старину, сменили старый асфальт на брусчатку, а огромные липы вековой давности и русские клены с широкими стволами стали выглядеть ухоженно, но горожане не особо в парк стремились. Народ, конечно, гулял тут всегда с детьми и собаками и даже фотосессии устраивал с охапками осенних листьев, но без веселья.

- Я тут учился в школе рядом, - заметил Савва Яковлевич. - Тогда еще кладбище существовало, но на нем никого не хоронили давно. Мы с мальчишками играли в прятки в старинных полуразрушенных склепах. Они располагались вон там, в западной части. Хорошо, что церковь Петра и Павла восстановили сейчас, но в ней не венчают - кладбищенская все же. Валерия, я, пожалуй, Вас покину, мне еще в магазин за продуктами зайти — дочка смс в телеграм только что написала. Но до остановки всего пятьдесят метров, Вы благополучно дойдете. Всего доброго!

Савва Яковлевич повернул на боковую аллею, которая вела к супермаркету, я смотрела ему вслед, а когда оборачивалась, опять увидела две серые фигуры. Людей рядом не было, а эти серые меня почти догнали. Даже на людей они не были похожи, какие-то сущности, принявшие очертания фигуры человека. От ужаса я не могла ни кричать, ни бежать. Хотелось догнать ювелира и выйти из парка с ним, но ноги как каменные стали. Наверно, захотят отнять мое кольцо! Надо сделать усилие и бежать к остановке! С трудом я повернулась к ним спиной и быстро пошла прочь. Вдруг буквально ниоткуда закружились вихри на аллее, по которой я шла. Сильные порывы воздуха кружили землю, песок и осенние листья. Я зажмурила глаза, но продолжала идти вперед. Все фонари в парке погасли. Я не слышала шагов сзади, и в таком шуме ветра и листьев их невозможно было услышать, но чувствовала, что эти серые сущности рядом и угрожают мне. Порывы вихря не стихали, песчинки больно хлестали меня по лицу, и тут я поняла, что преследователи меня окружили, один из них схватил меня за руку и, обращаясь к другому, спросил свистящим нечеловеческим шепотом.

- Арабский перстень, смотри, у нее есть перстень с камнем?

- Да, перстень есть, девушка не продала подарок, она носит перстень, мы так Ей и передадим.

Я видела перед собой бело-серые лица без глаз и просто не могла от страха ничего сделать. Жаль расставаться с кольцом, но хоть бы в живых эти нежити оставили! Нет людей рядом, темно, даже если бы я могла кричать, никто бы не услышал моих криков. Дальше я ничего не помню…

Очнулась я на лавочке у выхода из парка. Моросил дождик. Фонари горели, и вихрей не было. Только необычная тишина. Странно, я ощутила кольцо на пальце, его не забрали. Вот уж повезло так повезло. На остановке людей было довольно много, я перевернула кольцо камнем внутрь, чтобы не привлекать внимание. и постаралась быстро сесть на первый же автобус.

Бетти ждала меня и явно обрадовалась. Я щедро насыпала ей миску корма и сменила воду. Погуляли мы за домом на пустыре, а потом я намыла собаку в ванной с шампунем и прицепила оранжевый ошейник от блох. Удивила меня Бэтти тем, что пыталась снять кольцо арабской принцессы с пальца, даже покусывала мою руку, но я, конечно, не дала ей это сделать.

У меня было мало еды на ужин, и я пошла в магазин. У подъезда на небольшой детской площадке гуляли соседки с детьми. Мамочки уткнулись в смартфоны или болтали. Мальчик лет пяти на велосипеде, съехал на проезжую часть, наслаждаясь ездой по лужам. Какое-то смутное видение пронеслось у меня в голове. Что-то ужасное должно было случиться. Я оттащила малыша с дороги, и в ту же секунду мимо нас промчалась красная спортивная машина, немного задев велосипед и разбрызгивая воду из луж. Именно в этот момент я вспомнила сон. Получается, он вещий был? Но мне никогда раньше вещие сны не снились. Неужели перстень наделил меня этой силой?

- Ой, Лера, спасибо тебе огромное! - щебетала мамочка ребенка. Я чуть-чуть отвлеклась, а тут такое! Это из соседнего дома дочка крутого бизнесмена — всегда на скорости. Ей хоть кошки, хоть люди — никогда не остановится.

- Да вы посмотрите, врезалась в мусорный контейнер и задела Ивана Кузьмича! Вот бесстыжая!

Девушка в спортивной машине была совершенно не в контакте, а полиция подтвердила потом наркотическое опьянение.

Я не стала поддерживать тогда беседу с соседями и купила, что хотела. Дома сварила пельменей и приготовила салат. На сериал сил не было. Неужели перстень наделяет владельца способностью видеть будущее? Наверно, это случайно так вышло. В тот вечер я быстро уснула.

И вот опять мне снится Каир. Поздний вечер. Богатые восточные покои. Весь дворец визиря не спит, все готовятся к свадьбе драгоценной госпожи Амиры и старшего сына самого халифа — великолепного аль-Мустансира Биллаха. Музыканты репетируют перед пиром веселые мелодии. Верная служанка Амиры Басма расчесывает госпоже длинные черные волосы. Другие девушки складывают приданое, которое завтра отправится в покои правителя.

— Вот, госпожа Амира, это ведь, как в сказке, случилось! Такое только в сказках могло произойти, правда? Я до сих пор не могу поверить, как принц влюбился в Вас и как ловко переоделся молодым ученым-богословом, чтобы попасть в наш дом вместе с другими учеными, которым покровительствует Ваш отец. Целый день наблюдал за Вами, потом напросился на охоту сопровождать Вас. А потом Ваш белый сокол никак не возвращался, и вы очень долго искали его вдвоем.

- Басма, и не надоело тебе это вспоминать? - засмеялась Амира. Я и не думала пока выходить замуж, и отец неохотно отпускает меня из родного дома накануне своей долгой и опасной поездки. Ему доложили, что двоюродная сестра халифа, дочь той самой аз-Захиры Зитт аль-Мульк, прежней правительницы, против свадьбы, рвет и мечет! Да влияния у нее мало совсем, что она сделает? Даже подарок мне прислала, признала меня! Прекрасный перстень с голубым алмазом!

- Госпожа Амира, неужели? Эта недобрая женщина? Про нее говорят, что колдует она, и у нее половина служанок магией занимаются.

- Басма, да просто она смирилась! Мой отец очень влиятелен! Найди на том столике шкатулку из дерева с перламутром и янтарем. Принеси-ка скорее!

Басма выполнила желание госпожи, и через минуту бесподобный золотой перстень со сверкающим голубым бриллиантом красовался на пальчике Амиры.

- Госпожа, что тут сказать! В жизни ничего такого не видела! Камень просто огромный! Перстень затмил все подарки жениха. Носите это украшение, пусть все видят, как Вас ценят в семье халифа! Пусть Ваша семейная жизнь будет долгой и счастливой!

Под самое утро мне приснился еще один сон, какой-то сумбурный и страшный, будто соседку, одинокую пенсионерку, двое незнакомцев под руки вели по улице, а потом все трое вошли в офис банка, где заставили подписывать документы. А уже через два месяца несчастная лишилась квартиры.

Встала я поздно, опять не выспалась. Собака скулила у двери и царапала дверь лапой. Я сняла перстень, умылась и отправилась на прогулку с Бетти. Выпал пушистый снег, самый что ни на есть русский снег, так что я и забыла обрывки своих восточных снов. Собака с удовольствием побегала по аллее, потом я отвела ее домой, помыла лапы и насыпала миску корма.

Бутерброд на ходу и все, пора на работу. Перстень я, конечно, надела. Пусть, пусть девочки на работе завидуют! У них такого нет и не будет. Конечно, хотелось бы им парня предъявить. Я же наболтала, что мне жених такую красоту подарил. День прошел вяло, покупателей было немного с детьми, но все дети прятались от меня, только я начинала с ними говорить. Заведующая недовольно покачала головой, потом тихо меня спросила:

- Лера, что вообще происходит? Почему дети убегают от тебя, а то и плачут? Может, у тебя духи резкие? Сколько раз просила не душиться тяжелыми ароматами!

Я попыталась вспомнить, чем я надушилась. Нет, мои духи были с едва уловимым запахом зелени и весенних цветов. Слабый запах, довольно нежный, точно не повод в ужасе от меня убегать. В результате меня отправили на склад проводить ревизию. Вернулась я пораньше и застала следующую сцену у подъезда. Женщина и двое мужчин усаживали в машину мою соседку. Меня как озарило, вот они из моего сна, я даже не сомневалась, вещего сна!

- Светлана Ивановна! - я подошла к соседке и уцепилась за рукав ее пальто.

- Лера, я занята, - ответила от сухо, пытаясь сесть в машину.

Но я не унималась. Мне удалось оттащить женщину под козырек подъезда.

Незнакомцы были в замешательстве. Один из них — высокий, со стеклянными светлыми глазами, в деловом черном пальто - пытался железным голосом сказать:

- Девушка, не препятствуйте следствию!

- Что Вы, - вежливо ответила я, - но Светлана Ивановна кран забыла закрыть, и меня проливает! Сейчас она при мне кран закроет, и Вы дальше поедете по своим делам.

Старушка захлопала глазами. Но покорно согласилась вернуться домой. На зомби она была очень похожа. Я закрыла дверь ее квартиры, и долго объясняла ей, что с незнакомцами ходить в банк не нужно, что никакого уголовного следствия нет, а это обыкновенные мошенники. Мы вызвали полицию, и незнакомцев и след простыл. После этого случая я была уверена, что перстень показывает вещие сны. Видения, которые потом сбываются.

Когда я зашла в свою квартиру, Бетти бросилась на меня и вцепилась в руку с перстнем. Она рычала! Решая чужие дела, я не покормила ее, бедняжку. Это легко исправить. Я переоделась, сняла украшение и обработала перекисью водорода укушенные пальцы. Бетти успокоилась, и мы немного погуляли. Тут ко мне пришла подруга Ира — поссорилась с парнем и просилась переночевать у меня.

Конечно, я не возражала, мы заказали доставку и потом наслаждались роллами, пиццей и десертами, делясь новостями.

- Лера, а я вот что-то не пойму, ты недавно была у своей бабушки на улице Московской, дом 5. Я вчера там проходила, куртку вот эту розовую через Авито рядом покупала. Дома твоей бабки давно нет. Там синий забор из профнастила, стройка и адрес с фирмой-подрядчиком.

- Ира, не может быть! Ты, как всегда, перепутала! Я была в этом особняке.

- Ну, может, я и перепутала, бывает. Ну, не важно, ты в деньгах! Значит, бабушка тебе все же оставила наследство? Перстень арабский шикарный! - сказала моя подруга, уплетая гавайскую пиццу. - Я рада за тебя! Наконец, справедливость восторжествовала! И деньги есть, и украшение на память. Да еще ты теперь с вещими снами! Что там обо мне твой перстень скажет? Стоит мне с Сашей мириться или нет? Мы с ним уже три года вместе. Но его ревность и агрессия последнее время за гранью просто. Я каждый день плачу, просто каждый день!

Ирина сняла шарф, и я увидела синяки и ссадины на шее девушки.

Весь вечер Саша названивал Ирке, но она убавила звук смартфона, а потом и вовсе его выключила и положила на подоконник. Ее внимание привлекла шкатулка бабушки, в которой был перстень.

- Лера, смотри, тут есть еще одно отделение!

- Не может быть! - я вскочила с дивана, и мы стали вместе осматривать резную шкатулочку.

Действительно, толстое дно включало в себе еще и миниатюрный выдвижной ящичек. Впрочем, он оказался пустой. На дне лежал лишь клочок желтоватой бумаги с запиской на арабском. Карандашом или какими-то бледными чернилами были написаны всего несколько строчек. Я уже хотела этот мусор выкинуть. Ирина не дала.

- Вдруг это об истории перстня? Может, о его прежних владельцах. Мой одноклассник Роман изучал арабский. Сейчас в Эмиратах, в командировке. Попросим его перевести текст. Онлайн мы вряд ли это сделаем, очень неразборчиво.

- Думаешь, стоит? - спросила я. Перстень фатимидский удивительно хорош, конечно. Он так меня восхищает, просто забрал душу!

- Перстень носила знатная персона, какая-нибудь арабская принцесса, вот и узнаешь, кто! - улыбаясь, ответила Ирина, фотографируя бумагу с письменами. - Вот и все, отправила Роме в телеграм. И твой телефон дала, чтоб лично тебе ответил. А то я уеду к родителям, наверно. Не хочу оставаться с Сашей в одном городе.

Уже было поздно. Ира никак не могла заснуть, часто уходила в ванную поплакать. Но меня сон, конечно, сморил быстро, все же зимнее время, да и снегопад был за окном. Всю ночь мне снилась роскошная свадьба Иры и Саши. Как перед глазами — великолепный ресторан, сотня гостей, на Ирине — белое кружевное платье со шлейфом. Жених торжественный такой в темно-бордовом костюме. Ирочка кружится вся в лепестках. Кругом цветы, цветы, цветы. Свадебная арка из живых цветов - белых роз - от дорогого флориста. От жениха к невесте дорожка, выложенная лепестками алых, как кровь, роз! Ира идет по этой дорожке. Аплодисменты! И все счастливы!

Когда я проснулась, то все Ирине рассказала и убеждала ее помириться с женихом. Подруга отказывалась, а я снова и снова убеждала, уверенная в истинности своих видений. Перстень был на моем пальце всю ночь, сон лгать не может.

- Ладно, - наконец, согласилась Ира, - я поеду на вокзал и оттуда позвоню Саше, попрощаюсь хотя бы. Неужели он готов попросить прощения?

На том мы и расстались, и я ходила целый день довольная собой, что помирила влюбленных, изменила их судьбу к лучшему, можно сказать, спасла, пока в вечерних новостях не сообщили, что ревнивый парень сбросил девушку под проходящий поезд на вокзале. Имена названы не были, но Ирку, всю в крови, в бледно-розовой куртке с белым воротником, беспомощно лежавшую на рельсах, я узнала. Страх сковал сердце, я пыталась отвлечься во время прогулки с Бетти, но все равно на душе было очень тяжело, и заснула я в тот день с камнем на душе.

Небольшой караван остановился в пустыне к вечеру. Венецианский купец Витале Фальер, молодой смуглый мужчина среднего роста с кудрявыми волосами и карими глазами, подошел к двум девушками в темной бедной одежде, одна из которых лежала на песке, закрыв глаза.

- Басма, как госпожа Амира? Она пришла в себя? Узнает тебя?

- Нет, господин купец, не узнает. Ум ее во власти демонов. И не называйте ее имя, умоляю Вас, принцессы Амиры больше нет. Я чудом вывезла ее из Каира, и нам повезло встретить Ваш караван. Слуги сестры халифа преследовали нас и хотели убить.

- Но за что, девушка? Я ничего не понимаю! Еще год назад была пышная свадьба с сыном халифа! Влияние великого визиря не стало меньше. Почему никто не вступился за Амиру?

- Увы, господин, иногда поступки человека выглядят ужасно, и трудно понять их причину. После свадьбы характер госпожи действительно испортился, она просто была не в себе. В ее душе жили злые духи, что-то шептали ей по ночам. Она пыталась поджечь покои мужа. Она уже никого не узнавала и говорила странные речи. Вот ее перстень с голубым бриллиантом, прошу, возьмите его как плату за наш проезд до Венеции и молчание. Это очень дорогая вещь - подарок сестры халифа. Все, что у нас осталось от богатой жизни.

Басма наклонилась к госпоже и решительно сняла перстень с худого пальчика Амиры. Она почтительно поклонилась и передала перстень изумленному венецианскому купцу. Тот обещал прислать со слугой воду, фрукты и отошел прочь. В этот момент принцесса Амира очнулась и нежно посмотрела на Басму, тихо говоря:

Небо звёздное сводит рассудок с ума,Было всё, а теперь лишь дервиша сума.

- Госпожа, Вы меня узнаете? И даже сочиняете стихи?

- Это не мои стихи, Басма, это слова Насира Хосрова, что гостил у нас.

- Аллах вернул Вам разум! Вы — это снова Вы! Я правильно выбрала Венецию?

Амира кивнула и попросила пить.

- Мы будем жить дальше, Басма! Меня само имя обязывает прожить долгую жизнь! Как бы ни было тяжело, сколько бы ненависти и предательства близких мы не испытали, мы будем жить дальше и радоваться нашей бесценной и единственной жизни!

Утром с незнакомого номера в телеграм пришло сообщение. Спросонья не могла сообразить, от кого и по какому поводу. Это писал Роман, приятель Иры, тот самый переводчик. «Лера, текст очень древний, читается плохо, половину слов не понял. Это копия с более древнего текста, но тот, кто копировал, не знал арабского языка и писал неправильно. Информация про перстень, который был подарен дочери великого визиря Али ибн Ахмада Джарджарая госпоже Амире от двоюродной сестры великого халифа аз-Захир Биллаха по случаю свадьбы. Подарок не принес счастья, и молодая госпожа сошла с ума». Потом от Романа пришло еще сообщение: «Не могу дозвониться до Иры, что с ней?»

Ира, бедная моя подруга! Мозг долго отказывался это принять, я как-то надеялась, что ошиблась, что Ира вот-вот позвонит и скажет, что доехала благополучно до мамы. Но Ира так больше никогда и не позвонила.

Через несколько дней я стыдливо шла под снегопадом на городское кладбище с букетом белых роз хоронить подругу, которая могла бы жить, если бы не мои слова. Как же так случилось? Как в тумане прошли похороны, я потом, когда все ушли, вернулась к могиле Иры и долго плакала от тоски. Начинало смеркаться. Да и день весь без солнца. Было ощущение, что за мной наблюдают. Неужели я схожу с ума? Я стала пробираться к выходу. Кладбище было старое и большое. Одна аллея, еще поворот, еще одна аллея. Я решила навестить могилы родителей и бабки по пути. Бабушка умерла недавно, но почему же ее памятник выглядит не очень новым? Я протерла от снега памятник рукой. Господи, что это? Даты жизни 1952-2021? Она умерла три года назад?