Тайна Искровских холмов

Сегодняшний летний день был солнечным, но не самым весёлым. Время давно перевалило за полдень. Заросшие поля за окном электрички сменялись густыми лесами и непроходимыми степями, лишь иногда за ним мелькали жилые домики деревень. Состав стремительно проезжал километр за километром по знакомым до боли путям. Вдоль железной дороги, среди качающихся от ветра тысячелистника и полыни розовыми соцветиями возвышался иван-чай. Бабушка всегда называла его кипреем и ходила собирать через лесок напротив деревни, там, где места были дикие и ухабистые. Там, где их бродячая тройка собиралась у костра под куполом из августовских звёзд. Там, где кончалось детство и начиналась юность, полная прогулок, походов и открытий. Сама того не осознавая, Алина, покидая черты надоевшего города, погрузилась в тёплые воспоминания о самых беззаботных годах, проведённых в «Искровских холмах».

Так их компания когда-то называла местность, в которой расположилась «Искровка». Само по себе «Искровка» звучало не серьёзно, будто бы и вправду это была самая обычная деревня, а вот «холмы», которые искрятся, словно подмигивают, предлагают заглянуть чуть дальше, чем разрешают родители, нагоняли гораздо больше загадочности. Похожими прозвищами обзавелись и «Кудри» (ныне соседствующая «Дубровка» через реку), и «Тишины болота» (в честь пропавшего когда-то там мальчика), и «Сиренов берег», но ничего из этого не было ближе «Искровских холмов» для Зерновой Алины, её сестры Ани и их общего друга Ждана.

Канал, через который проходил мост с железнодорожными путями, местами зарос ряской и камышом. Когда-то сюда часто приезжала молодёжь, чтобы поплавать на лодке, на песчаном берегу, под тенью сосен отдыхали семьи с детьми, но сейчас сюда наведываются только заядлые рыбаки и те из близлежащих посёлков. Ходили слухи о причастности к этой проблеме городского завода, но дед говорил, что пролив просто обмельчал и виноватых искать не надо. Малюсенький островок посреди канала, на котором хватило бы места нескольким деревьям и трём людям в положении лёжа, в прошлом добродушно принимал к себе посетителей. Правда, на чавкающей промокшей земле острова было холодно сидеть, и единственным развлечением там остались прыжки с толстой ветки ивы в воду и путешествия на плоте. Уж что-что, а плавать в канале было здорово! Эти и другие, ещё неоткрытые воспоминания затмила собой пёстрая берёзка, а после водная гладь, покрытая вдоль берегов трясиной, и вовсе скрылась от глаз.

Электричка продолжала ехать вперёд, оставляя позади мост, и образы, возникшие светлой пеленой перед глазами, растворились и пропали.

«Никогда бы не подумала, что время может так быстро идти.» – размышляла Алина, не отводя пустой взгляд от окна.

Рутинная самостоятельная жизнь отбирала много энергии и времени. Любой город – маленький и большой – так или иначе жил в суете. Реализация собственного «я», работа и стремление к намеченным целям не оставляли шансов выкроить выходные для посещения деревни. Однако же, в глубине ящика комода Алина нашла старый ежедневник, а в нём – повод вспомнить и навестить «холмы».

«Двадцать второе июня...года. Место за холмом.» – гласила запись на странице.

Это самый длинный день и самая короткая ночь. Для остальных пустая дата, а для сестёр и Ждана, тогда ещё совсем юных, она значила очень много, если не сейчас, то точно десять лет назад. «Искровка» в каждом из них оставила маленькую часть себя, нечто загадочное, тихое и настоящее, доселе неизведанное, то, что живёт только в них и больше ни в ком. Жизнь раскидала их тройку по разным городам и приучила скептически смотреть на вещи, которые когда-то казались реальными. Алина думала, что она одна только и помнит, что было на самом деле.

Спустя бессчётное количество остановок поезд снова скрипнул колёсами и отворил двери, пуская внутрь свежий загородный воздух. Алина вышла из вагона и зажмурилась от тёплых солнечных лучей. Густой пролесок стоял своим прежним строем, между его стволами виднелось такое же, как и остальные в округе, заросшее поле. Ноги сами понесли гостью по узким тропам, сначала петляющим вокруг деревьев, а позже среди коряг и камней. Не самый лёгкий путь, но он позволял срезать дорогу до деревни, если было некому подвезти по автомобильной дороге. Однажды Алина проспала свою станцию и именно эти тропинки помогли ей добраться домой до наступления темноты, когда пугает каждая ветка.

«Искровские холмы» всегда были и будут чудесным местом, но ночью здесь происходило много необъяснимых вещей. Взять того же пропавшего Тишу. Никто до сих пор не знает где он, хотя и предполагают, что утонул на болотах в низине одного из холмов. Кто или что побудило послушного сына в одиночку сбежать из дома, неизвестно и по сей день. А рыбаки, приходившие на речку раньше, чем вставали петухи, слышали пронзительные женские голоса, зовущие за собой. Никто им не верил, ведь что только не померещится с пузырём за пазухой? Алина тоже делала вид, что не верила, хотя и она, и Аня, и Ждан прекрасно слышали всё сами и не один раз. В лесах, не доходя до «Кудрей», так и вовсе ночевать было страшно, потому что вокруг лагеря кто-то постоянно ходил. Безусловно, у полиции и скептиков находилось множество оправданий и версий, но тот факт, что виновный не был найден, только подкреплял веру в старые легенды.

Но если девочки побаивались их, то Ждану было всё не по чём. Он был самый старший в компании и пугался только неожиданных прыжков из-за угла, поэтому ему всегда доверяли сестёр. Этот парень был практически ровесником истории о пропавшем мальчике. Его детство пришлось на не лучшее для страны время, поэтому каждую свободную минуту он искал, чем бы себя занять. В чрезвычайных ситуациях, в которые неизбежно попадают все любители природного досуга, Ждан всегда имел запасной план, помогал обработать ссадины и спрятать улики от их общих проделок, чтобы втроём не попасть под горячую руку взрослых. Он знал, куда сходить, какой развести костёр для готовки, а какой для тёплого сна, как собрать шалаш и плот, какие следы принадлежат лисе и что выдаёт ложные грибы, не забывая каждую прогулку дополнять интересными рассказами. Иначе говоря, без Ждана Алина и Аня часто скучали. Но даже такие вечные вещи как детство имеют свойство заканчиваться и вскоре девочки ходили гулять уже вдвоём, когда семья Ждана переехала в другой город и перестала навещать «Искровку».

Чувствовалась в этих совместных встречах некая связь, которая, как тогда казалось, соединила их навсегда. Жива ли она до сих пор или Алине всё померещилось во сне?

Тропинка с поля вышла на восходящую песчаную дорогу, окружённую лесами и ведущую по прямой до «Искровки». Меж ветвей летали дрозды, суетящейся стайкой они заполонили ели, чирикая и перебивая друг друга. В ямах стояли лужи после утреннего дождя, на обочине песок успел обсохнуть от тепла солнца. Именно по нему Алина и пошла, заметив, что среди людских следов прослеживаются свежие отпечатки шин. Вариантов, кто это мог приехать в небольшое поселение, было немного, но она настолько долго не интересовалась жизнью деревни, что могла попросту перепутать. При подходе к домам всё станет ясно, как минимум, на чьём участке стоит машина. После поднятия на холм вся «Искровка» будет точно как на ладони. Внутри всё трепетало: немного усердного пути в гору и Алина наконец увидит все знакомые дворы, найдёт свой, может, даже встретит знакомых соседей. Смена обстановки определённо стоила долгой поездки на электричке!

И вот тропа начала идти ровнее, деревья по обоим сторонам раскинулись чуть шире, и взору предстала, наконец, сама «Искровка», расположившаяся на равнине. Внешний вид её весьма исхудал: половина домов выглядели обветшалыми, серыми и нежилыми. Загоны и сараи покосились, на грядках распускались разве что лопухи, где-то рухнул забор. Некогда действующие проезды засорились травой. Были и ухоженные территории, где хозяева просто уехали на время, их можно было пересчитать по пальцам. Но деревня постепенно вымирала и это не могло не огорчить Алину, запомнившую её местом силы и душевного равновесия. Выбивающимся из этого удручающего пейзажа был только автомобиль, стоящий рядом с потрёпанным участком неподалёку. Тонированные стёкла скрывала разлапистая яблоня, что уже успела отцвести, но это не помешало заметить издалека блестящие на солнце диски. Других машин поблизости не оказалось.

«В дом Ждана кто-то приехал? – с радостью задумалась Алина, – Быть такого не может! Мы так давно не общались... Это кто-то из его родственников? Или же он сам?»

Курс поменялся моментально, хоть и стоило для начала проведать свой домик. Под ногами всё время путались торчащие из земли корни орешника, стриженные до подбородка чёрные волосы лезли Алине в глаза из-за дующего со спины ветра, она то и дело спотыкалась об неожиданно появляющиеся камни, что были плохо видны из-за выросшей травы. Их местность никогда не отличалась идеальным рельефом, это ни разу не голый городской асфальт, к которому девушка успела привыкнуть, здесь природа являла себя настоящую и полноправно распоряжалась оставленными землями. Уже подходя ближе к дому Ждана, где раньше их компания часто обсуждала планы на грядущее лето, Алина заметила в окне промелькнувший силуэт за белой тюлью.

- Алиш, ты что-ли? – удивлённо воскликнул выглянувший из дверного проёма Ждан. Его голос стал ниже, он сильно вытянулся за прошедшее время, но жмурился от солнца также хитро, как и десять лет назад, – Какие люди! Я тебя ещё на подходе заметил, думаю, ты или не ты.

Алина сняла надоевший рюкзак с плеч и наконец выпрямилась.

- Я-я, она самая! Привет! – сказала она, улыбнувшись, – Как ты?

- Да хорошо всё, обживаюсь по новой. – произнёс Ждан и махнул рукой на дом, подходя ближе, – Расскажи лучше, как у тебя дела, как Анька?

- Она сейчас снимает квартиру. Отучилась, ездит волонтёром по приютам и мероприятиям в свободное от работы время. В общем, общается, помогает, всё как всегда!

- Да уж, Аниной любви хватило бы на весь мир! Узнаю её. Радует, что она не утратила веру в добро.

Алина радовалась незапланированной встрече так, будто они вновь скоро пойдут изучать все потайные уголки «Искровских холмов». Повзрослевший Ждан остался тем же бледным белобрысым парнем, в чьих чертах лица сохранились морщинки от ехидных улыбок. Характером он, безусловно, стал старше, но и хулиганить было уже не время, чтобы отмечать это за минус.

- Только ты про себя что-то умолчала. Беспокоит что? – поинтересовался он.

- Не, всё хорошо, – сказала Алина и упёрлась руками в бок, – Рассказать как-то нечего, весь смог городской из головы выветрился, даже не знаю, что рассказать.

- Ну, значит, замотала тебя дорога. Пойдём ко мне что-ли, а я тебя чаем напою? Отдохнёшь заодно.

- Да ладно тебе... Я не хочу напрашиваться.

- Эй, так не пойдёт! – растянул Ждан, – Мы столько лет провели вместе, а сейчас будем в пустой деревне сидеть по разным домам и пить каждый свой чай в одиночестве?

Алина представила, как вечером в «Искровке» горят только два окошка, и от комичности ситуации рассмеялась. Ждан подхватил и ловко поднял тяжёлый рюкзак, приглашая жестом в дом. Внутри было немного душно. В прихожей царил кавардак: рабочая обувь разных размеров небрежно свалена в одну кучу, большинство пар были в грязи. Некоторые крючки для одежды обломались, внешний вид коврика оставлял желать лучшего: если вытереть об него обувь, только сильнее запачкаешься. Впрочем, Алине всё стало окончательно понятно, когда она заметила несколько мусорных мешков в углу.

- Ты извини за хлам, – скромно сказал он, потирая нос, – Я до сеней ещё не добрался с уборкой.

- А кто это у тебя так? В смысле, никто не без греха, но... Выглядит печально.

- После того, как я уехал учиться в другой город, сюда много кто приезжал.

- Близкие?

- Ага, недалёкие. – буркнул Ждан.

По правой стороне в сумраке зашторенного окна виднелась спальня, по левой же находилась небольшая кухня, она же гостиная. Старый бордовый стол со скатертью стоял сразу за углом, напротив окна, дальше был стеллаж и тумбочка, на которой стояла газовая плитка. Сквозь открытое окно залетал звук шелеста листьев и свежий воздух. Чувствовался запах мыла, похоже, хозяин уже успел убраться здесь. Интерьер скромный и уютный, похожий был у их с Аней дедушки в квартире. Ждан заварил чёрный чай со смородиной, Алина достала домашние вафли со сгущёнкой и плохие мысли улетучились сами собой. Свет играл по металлическим стенкам выпуклой коробки из-под вафель, отражаясь солнечными зайчиками на старой люстре «Каскад». Прозрачные висюльки качались от сквозняка, несколько из них пропали с её каркаса, из-за чего лучи распространялись аляповатыми пятнами на потолке и дрожали как самые настоящие зверьки.

- Знаешь, – начал Ждан, отпивая крепкий чай, – Я ведь изначально ненадолго хотел приехать.

- Теперь отпуск сюда возьмёшь?

- Хотелось бы.

- А что мешает? – удивилась Алина.

- Цель была другая. Прибраться, сфотографировать дом... Живу далеко, ехать долго, хотел продать. Зашёл в дом и как будто протрезвел, как часть своей жизни взять и отдать за какие-то бумажки? Хожу теперь и вещи с места на место перекладываю под столетней пылью.

- Вот и славно, чаще видеться будем! Полезно свежим воздухом дышать. Пока шла, у меня столько воспоминаний всплыло, как мы гуляли и поздно возвращались домой...

Кружка Ждана довольно быстро опустела, но он не спешил вставать из-за стола. Было видно, как он тоже погружается в омут памяти, усмехается прожитым моментам, словно расцветает. Улыбка всегда ему шла больше, чем суровое выражение лица.

- Да... Хорошо мы отрывались тут. Мы знали «Искровские холмы» лучше местных, что тут жили! Ну точно гроза района!

- Ани прям не хватает, – произнесла Алина и посмотрела в окно на всё тот же летний день, словно надеясь увидеть сестру там, – Жаль, что ей не получится убежать сегодня пораньше.

- Так договорились бы в другой день вместе поехать.

Наверное, так поступил бы любой здравомыслящий человек. Но последние несколько месяцев Алина чувствовала себя очень странно, точно она забыла сделать что-то важное, а прошлой ночью так и вовсе проснулась от чёткой мысли, что её зовут. Не человек, а нечто большее. «Искровские холмы» звали её, чуть ли не шептали на ухо. Она нашла последний знак судьбы в виде позабытой записи в ежедневнике и решилась на приключение, исхода которого было не предугадать. Алина сама не знала, что хотела найти помимо точки за холмом.

- Если я расскажу, ты будешь смеяться. – лукаво шепнула она, как будто и вправду такими вещами было стыдно делиться после всего, что они видели в деревне детьми.

- Ну тебя, да чтобы я, Я! И смеяться! Или ты снова хочешь своровать соседскую малину?

Гостья тихо засмеялась, но уже не так задорно, как у крыльца.

- Нет, просто... Как магнитом сюда тянет, впервые спустя столько лет. Чувствую, что я должна быть сегодня здесь, а не в городе. Меня что-то ждёт.

Ждан поменялся в лице, ему явно не хотелось шутить. Может, Аня бы переключила их внимание очередным бородатым анекдотом, и тем самым спасла бы сестру от неловкой паузы. Заканчивать мысль планами на вечер показалось девушке через чур, она о них умолчала.

- Пожалуй, я пойду, – сказала Алина, допила чай и заозиралась в поисках сумки, – А то я вроде как приехала, а к себе ещё не заглядывала.

- Ага, и потащишь опять свои кирпичи в рюкзаке!

Алина закрыла крышку коробки с вафлями и убрала её.

- Нынче, небось, дверные замки модно с занятыми руками открывать? – отшутился Ждан и легонько хлопнул подругу по плечу.

- Признайся честно, что тебе просто интересно, куда я спрячу на кухне вафли!

- Ты правильно всё поняла, Алина, я с тобой только из-за твоих наивкуснейших вафель! – вновь заливаясь смехом, сказал он.

Они направились дальше по деревне, чтобы добраться до Алининого дома, обсуждая более приземлённые темы, чем тайны «Искровки». Под непринуждённые разговоры друзья разглядывали чужие жилища, слушали гудки проезжающих мимо составов, узнавали старые указатели под слоем ржавчины и вспоминали все проказы былых лет, где дело не ограничивалось ворованной малиной. И если в команде из трёх исследователей Ждан прокладывал маршрут, то Аня по нему вела дерзко и уверенно. Её чёрные кудри весело подпрыгивали во время похода на очередную проделку, а по блеску зелёных глаз остальные могли определить, насколько грядущая авантюра будет захватывающей. У Зерновой-младшей был хорошо подвешен язык, что помогало заговорить зубы кому угодно. Однако иногда это выходило боком, потому что вместе с разговорчивостью ей была присуща забывчивость, и правда часто менялась местами с ложью (во благо, конечно же).

Солнце наклонялось к горизонту. Калитка жалобно скрипнула, когда Алина открыла её. В саду всё было по-прежнему, бабушка побелила столбы плодоносящих деревьев и высадила клумбу виолы рядом со скамейкой. Ставни были закрыты, пряча от посторонних глаз очертания мебели. Замок входной двери поддался не сразу, но всё же щёлкнул. Затхлый воздух ударил в нос, когда приятели оказались внутри. Ждан положил вещи на табуретку у печки. Алина поставила в вазу собранный по пути букет из ромашек и колокольчиков.

- Для красоты?

- Для аромата. С детства люблю цветы собирать. – сказала Алина и открыла рюкзак, – Рядом, кстати, вафли положу!

- Не искушай меня. – бросил Ждан, наблюдая за тем, как Зернова ловко освобождает окна от засовов. Подождав с минуту, он встал рядом и упёрся в подоконник, рассматривая простор, – Я только сейчас задумался о том, что ехал сюда не из-за желания продать дом.

- А из-за чего же тогда?

- Когда ты сказала, что сюда тянет неизвестная сила, которая будто ждёт твоего прихода, во мне что-то перевернулось. Сам себе я ответил: «Да, именно так», а мгновением позже мне стало дурно.

Алина не могла поверить своим ушам. Впервые за столь долгое время есть предположение, что она не сошла с ума. Ей показалось, что Ждан просто счёл её странной.

- Единственное, почему именно двадцать второе июня? – продолжил он и посмотрел на подругу.

- Ты помнишь, когда мы втроём виделись в последний раз?

- Вроде бы... Мы очень много гуляли и заночевали в «Кудрях».

- Вокруг нас постоянно кто-то ходил, но ты списал это на животных. – сказала Алина, говоря несколько тише.

- А ещё нам снилась всякая дребедень, в которой ты увидела потайной смысл.

- Но это была не дребедень! И не животные. Всё было по-настоящему, Ждан, я точно помню! И небо переливалось всеми цветами радуги... – она говорила уверенно, но следующее предложение вышло шёпотом, – В ту ночь что-то произошло с нами. Я не могла умыться водой из речки, потому что она стекала по моим рукам в обратную сторону, а тебе даже под тенью в глаза светил косой луч! А вспомни Аню? Вокруг её спальника выросла целая поляна цветов...!

- И что с того? – ответил парень и встал спиной к окну, – В этих краях много что произошло. Почему ты вспомнила именно это?

- Потому что уже утром мы закопали капсулу времени неподалёку. Ты сам выцарапывал эту дату на крышке. Там и письмо есть, где каждый обещает вернуться через десять лет. Искровка хочет, чтобы мы выполнили своё обещание!

- Точно, а я ведь и позабыл про неё! Только я всё равно ничего не... – хотел было закончить Ждан, но вдруг его взгляд упал на лицо, удивлённо выглядывающее из-за ставни, – Аня?!

- Вау. – поражённо шепнула она, не двигаясь с места.

- Подслушиваешь? Мы как раз тебя вспоминали!

- Аня! – воскликнула радостно Алина, – Рада тебя видеть. Почему ты не позвонила? Я бы тебя встретила!

Анна зачесала назад отросшие чёрные кудри и рассмеялась, подходя ко входу в дом.

- Почаще обменивай свою звонилку на ключи от деревни, и я всегда буду приходить внезапно!

Алина в удивлённом жесте хлопнула двумя руками об деревянную раму окна.

- Я забыла телефон у родителей дома?!

- Именно так! Мама вся на нервах была.

Со стороны Ждана раздался тихий смешок.

- Ну, идите сюда, родные! – сказала вошедшая в помещение младшая и обняла друзей, – И соскучилась же я по вам! Алинку я видела месяц назад, а тебя, Ждан... Изменился ты сильно, но я сразу узнала!

- От тебя ничего не скроешь.

- Правильно мыслишь. Не ожидала, что меня отпустят пораньше, я ещё успеваю на незапланированные раскопки?

- Вполне. – произнесла Алина и выбралась из объятий, – Темнеет поздно, будет самая короткая ночь в году.

- Раньше сделаем – раньше выйдем!

- Я тогда пойду за лопатами. – объявил Ждан.

«Кудри» начинались за холмом, на котором расположилась «Искровка», на противоположной от рельс стороне. Так называлась как и сама деревня «Дубровка», так и лес, сквозь который можно было до неё дойти. В основном там росли дубы и клёны, что издалека действительно напоминали завитки. Только вот капсула, как помнила Алина, была закопана не в лесу, а у подножья холма, где насаждения были редкими. Как и следует многим возвышенностям, у «Искровских холмов» всегда можно было найти булыжник или мелкие камни. Один из таких как раз и послужил своеобразным ориентиром для клада, с человеческий рост и весом в несколько тонн. От этого камня было одинаковое расстояние что до берега речки, что до «Искровки», что до болот, чем он и заслужил быть особенным местом. Искать точное местоположение капсулы пришлось методом тыка, благо, времени было предостаточно. После очередной попытки полотно лопаты наконец наткнулось не на очередной булыжник, а на нечто звонкое.

- Ну неужели! Закопали так закопали! – вздохнула Аня и взяла лопатку поменьше, чтобы аккуратно извлечь найденное, – Была бы пиратом, Ждан бы прятал мои сокровища!

- Если бы коробка была у всех на виду, то до нашего прихода в ней точно бы ничего не осталось. Пришлось прятать поглубже.

Алина молчала и облокачивалась на ствол дерева. Всё происходящее казалось правильным, будто бы гора понемногу падала с плеч. Вряд ли то, что они все пересеклись в один день в деревне, можно считать случайностью. Кто-то или что-то подстроило всё так, чтобы друзья были в этот час в этом месте, но от неизвестности уже становилось жутко.

- Вот она, родненькая! – сообщила Зернова-младшая, протирая об траву с поверхности остатки земли, – Кто-нибудь помнит, что мы туда сложили?

- Я точно помню записку. – сказала Алина.

- А я помню, что было очень трудно что-либо различимое здесь нацарапать. Зато почти ювелирная работа!

Аня ласково улыбнулась и открыла защёлку, после чего отложила крышку в сторону. Поверх остальных вещей и впрямь лежала записка. Её края когда-то намокли и чернила ручки по бокам смазались, но прочтению это не мешало.

- «Взрослым Ане, Ждану и Алине посвящается! – выразительно прочитала она, вставая с места, – Десять лет назад вы были самой дружной командой, надеемся, так осталось и по сей день! Ваше трудолюбие и жажда приключений оставили много позитивных воспоминаний. Драгоценный опыт, который вам передали «Искровские холмы», пройдёт через всю вашу жизнь, цените его! Мгновения, когда дом полон гостей, а по соседству живут самые лучшие друзья, никогда больше не повторятся, поэтому вы наслаждались каждым днём в компании друг друга. Не жалейте ни об одном мелком хулиганстве, что заставляли держать соседей уши в остро! Ваши эмоции всегда будут живы в этих лесах, приезжайте почаще (желательно вместе), чтобы напоминать самому себе о ценности каждого момента нашего пути. Не останавливайтесь перед испытаниями и смело идите вперёд, несмотря ни на что! Ваши гостьи из прошлого. Обещаем вернуться!» Подпись, кстати, я придумала! Какая прелесть!

Письмо от себя из прошлого очень тронуло молодых людей. В то время не беспокоило ничего, кроме верных друзей рядом. А сегодня у судьбы, как оказалось, на всё были свои планы. Не много ли времени они потеряли, держась друг от друга на расстоянии? Стоило ли ждать так долго и терять год за годом?

Аня снова разорвала возникшую тишину:

- Что это? Какой-то список... О, нет!

- Что там? – взволнованно спросила Алина.

- Ждан написал, сколько стоили продукты десять лет назад! Денег, потраченных сегодня на транспорт, тогда бы хватило на недельный запас вкусняшек!

- Ладно, туше. Это же полезная информация! – прыснул Ждан.

- Она расстраивает!

- Горькая правда, что поделать. Историческая справка!

Аня надула пухлые щёчки и передала ему коробку, чтобы он мог её рассмотреть. Под письмом и списком лежала их общая фотография, которая не намокла благодаря защите сверху. Ждан посмотрел на неё и снова улыбнулся, на этот раз печально.

- Правильно письмо говорит. Вот такими надо быть по жизни!

На фото они стояли на берегу, где часто местные слышали пение сирен. Алина стояла ближе к воде, из-за чего её голубые глаза светились особенно ярко. Ждан был посередине, его растрёпанную макушку слегка засветило солнце. Аня спряталась за солнечными очками, но улыбалась миру так широко, словно бы никогда не знала грусти. Все трое одеты по-летнему, весёлые и лохматые, будто только что вышли из воды.

- Нам обязательно нужно сходить покупаться!

- Аня, тебе лишь бы поплавать. Вода ещё холодная. – сказала Алина.

- Я и осенью купалась спокойно.

- Купалась, а губы-то синие были! – вспомнил Ждан, заглядывая дальше.

В коробке осталось не так много вещей: фантики из-под любимых конфет на тот момент и диск, подписанный как «Лучшая музыка для отдыха на отшибе».

Алина воскликнула:

- Ух ты, я помню, как мы это слушали в магнитоле дяди Толи!

- И дослушали до того, что ни одна классная песня больше не читалась! – хныкнула Аня.

- Твоя любимая про день рождения и поездку на море отвалилась первой.

- Потому что она классная... Ой, а мы прикрепляли что-то на дно коробки снаружи?

- Нет, зачем? – спросила Зернова-старшая и осмотрела странный предмет, – Это какой-то амулет.

- Я точно помню, что на коробке ничего не было! – объявил Ждан.

Рассматривая содержимое капсулы времени, приятели не заметили, как начало садиться солнце и небо стало розоватым. В лесах всегда темнеет раньше, чем в полях, из-за чего среди стволов «Кудрей» мерещились силуэты. Аня, увлечённая загадочной подвеской из дерева, которую словно недавно закопали, не сразу заметила, как среди пастельных тонов закатного неба стали появляться яркие пятна, напоминающие облака.

- Смотрите, почти радуга! – крикнула она, тыкая пальцем в небо.

- Больше похоже на северное сияние.

- Ждан, это не северное сияние... – Алина была настолько изумлена происходящим, что еле проронила следующие слова, – В ту ночь небо светилось также... Ярко...

- А, когда Ждан переезжал с семьёй? Точно, вспомнила! Мне ещё тогда казалось, что вы вытворяли какие-то невероятные фокусы с водой и светом.

- Это было реально... С появлением интернета я пыталась найти что-то похожее, но все мои поиски приводили в никуда.

Донеслись шуршания из небольшой сумки.

- Ну, давай тогда проверим, насколько всё по-настоящему. – непринуждённо сказал Ждан и брызнул в Алину из открытой бутылки.

Она взвизгнула и выставила руки вперёд, чтобы капли не попали на лицо. Ошарашенная Алина удивлённо посмотрела на Ждана, так и не поняв, куда он попал. Аня перевела взгляд с неба на сестру и замерла с открытым ртом.

- Ты... Что на тебя нашло?!

Тут лучи солнца, скрывающиеся за верхушками дубов, осветили подножье холма. Брызги воды так и остались висеть в воздухе небольшими бусинами, они переливались как драгоценные камни.

- Не могу поверить... – донеслось от парня, который толкнул одну из капелек и на тут же слилась с другой.

- Раньше этого не было... – шепнула Алина, словно боясь напугать пришедшее из неоткуда чудо, – В смысле, вчера и позавчера тоже... После той ночи мне ещё несколько дней было трудно взаимодействовать с водой, но позже всё пропало.

Неизвестный женский голос вонзился в замерший вечер звонкой трелью и вся вода, зависшая в пространстве, тут же упала на землю.

- Доносится от реки... – странно спокойно сказал Ждан, – Интересно, о чём поют эти женщины?

- Мне что-то подсказывает, что мы вернёмся домой совсем другими. – подытожила Аня, передумавшая бросать шишку на холм, но откинувшая её от испуга в сторону, – Ёшкин кот!!! Ой, простите, ёлочки, я не хотела, не хотела!

Из шишки, что она держала, проросло несколько семян. Часть ростков сломалась от удара об землю, но стоило девушке дотронуться до них, как места разлома зарастали, подобно шраму.

- Эй, ты кто такой? – ругнулся Ждан и сёстры обернулись.

Перед ними стоял человек в странной мешковатой одежде. Как он подкрался так близко и не заметно, осталось загадкой. Мужчина снял капюшон, но сделал это слишком резко и Ждан замахнулся рукой. Луч уходящего солнца отразился и ослепил незваного гостя, что поразило всех присутствующих.

- Простите, не представился, – сказал незнакомец, – Меня зовут Алексей. Я очень долго скитался по лесам и... Наконец-то я нашёл тех, кому «Искровка» передала мой дар и талисман.

Все трое застыли с нечитаемым выражением лица. Похоже, встреча действительно была судьбоносной. Появился шанс узнать корень всех тайн «Искровских холмов» и что это за мистика, которая преподносится как некий дар, конечно, если пришедший седой мужчина говорил правду.

- Не бойтесь, я не враг. Ваша тяга к друг другу невероятно сильная и место чувствует это. Вы не стали использовать упавшие с неба способности для корыстных целей, а когда они исчезли, отпустили их со спокойной совестью. Вас не пьянит власть. Вам можно доверять.

- Доверять что? – тихо спросила Алина из-за спины Ждана.

- Единственное место на Земле, где ещё остались необъяснимые вещи.

Эта фраза прогремела как гром среди ясного неба, но никто ничего не сказал против. Алину, Ждана и Аню объединяла память о прошлом, рассказы о котором многие сочли бы сказкой. Они выросли в месте, где сталкивались лбами мифы и простая рутина. Кому, как не им, знать, как не допустить нарушения границ двух миров? Это было то самое будущее, о котором говорилось в письме, жизнь, в которой ценишь каждый момент, зная, что он когда-то закончится. Когда есть, что помнить, – есть, чем дорожить.

Определиться было непросто. Скудность человеческого бытия научила поджидать опасность откуда угодно.

- Мы в деле, – прозвучали три молодых голоса, когда солнце забрало с собой последний лучик.

Двадцать второго июня, спустя ровно десять лет с последнего приключения в «Искровке», Алина, Ждан и Аня встретились вновь на том же месте. Теперь они стали частью ночи, которую, как выяснится позже, не стоило бояться.