​Зеркало

Я стану частью бытия,
Волненья голосу внимая.
И время, словно чешуя
Сойдет, мне вечность открывая…

Торо Генри Дэвид

1

Так уж повелось, что до недавнего времени я частенько бывал в столице. Как правило, меня приводили в Москву дела, но иногда я приезжал просто немного поразвлечься. Этот волшебный город в одночасье навсегда покорил моё сердце, не прилагая для этого никаких особенных усилий.

Однако я хочу рассказать всего об одном незабываемом дне. Он навсегда вошел в мою память так же молниеносно и неотвратимо, как остро заточенный клинок безжалостно рассекает человеческую плоть.

Моя первая и последняя встреча с ней произошла в одном из ночных заведений. Я запамятовал его название, да оно вовсе и не имеет значения. Помнится, меня тогда поразили её темно-карие дьявольские глаза и дерзкое выражение лица. Она была очень молода, но уже в полной мере познала силу своей обольстительной власти над мужчинами.

«Принцесса из волшебной сказки! – подумал я тогда. – Она настоящая принцесса!»

Перехватив мой взгляд, «принцесса» устроила мне первое испытание. Подойдя к самому здоровенному парню, она стала так танцевать, что через несколько минут тот уже пытался куда-то вытащить её из зала. Отвесив ему пощечину, незнакомка посмотрела в мою сторону, словно безмолвно прося о помощи.

Даже не думая о последствиях, я протиснулся через толпу и ударил верзилу правой рукой в самый кончик подбородка. Когда-то я занимался боксом, и полученные в юности навыки не раз выручали меня в самых неожиданных ситуациях.

- Кажется, ты сломал ему челюсть! – восхищенно закричала она, прыгая от восторга. – А сейчас бежим отсюда, пока целы!

Даже не спрашивая моего согласия, «принцесса» крепко схватила меня за руку и потащила к выходу.

- Как называются твои духи? - только и сумел выдавить я из себя на улице, пока она ловила такси. – И вообще, не пора ли нам просто познакомиться?

- Еще успеется! – капризно отмахнулась моя фея, усаживаясь на заднее сидение подъехавшей «легковушки». – Ты поедешь со мной или как?

Естественно, что я поехал с ней. В этот момент я вообще был готов отправиться с таинственной незнакомкой хоть на край света, мне было все равно.

- Куда едем? – повернулась она ко мне в салоне. – Я предлагаю – в какое-нибудь более спокойное место, где мы сможем немного собраться с мыслями и поговорить!

- Я думаю, что ты знаешь город гораздо лучше! – пожал я плечами, тщётно пытаясь казаться равнодушным. – Поэтому ты – хозяйка сегодняшней ночи!

- Хорошо! - сразу же согласилась она. – Тогда мы едем в мое любимое кафе!

Откинувшись на спинку сидения, я стал внимательно рассматривать красавицу, уже не скрывая восхищения.

- А теперь давай познакомимся! – вдруг предложила «принцесса», откинув прядь темно- каштановых волос с высокого лба. – Меня зовут Наташа!

- А меня – Александр! – сказал я, обречённо вдыхая ее запах. – Как говорят в таких случаях – очень приятно!

2

Спустя полчаса мы уже вовсю болтали в одном из уютных кафе, приятно поразившим меня своим стилем.

- Как называется это место? – спросил я у Наташи, немного придя в себя. – Честно говоря, мне здесь очень нравится.

- Я рада, что тебе пришлась по душе «Антресоль»! - ответила она, очень внимательно посмотрев мне в глаза. – Обычно я прихожу для того, чтобы немного прийти в себя после сильного потрясения или принять важное решение.

По черным огонькам, блестевшим в глубине ее расширенных зрачков, я шестым чувством понял, что мои приключения только начинаются. От этого предчувствия словно холодок пробежал у меня по коже.

- И что мы будем делать дальше? – спросил я у этой сумасшедшей девчонки. – Ведь ты хочешь что-то предложить, не так ли?

- Ты абсолютно прав! – ответила Наташа, не опуская обжигающего взгляда. – Но не совсем то, что ты предполагаешь!

Достав из своей сумочки пачку сигарет и небольшую зажигалку, она спокойно закурила. Было очевидно, что она собирается сообщить мне что-то очень интересное, возможно – открыть какую-то тайну.

- Я немного раскрою карты! – начала Наташа, небрежно сбрасывая пепел прямо на стол. – Немного о себе – мне двадцать два, я учусь на последнем курсе исторического факультета МГУ. Как я поняла, ты приезжий, а потому еще не испорчен нашей атмосферой. Ты умен, воспитан и образован, это очевидно. Кроме того, ты можешь быть искренним и не скрывать своих чувств, в отличие от многих… Мне продолжать?

- Не задавай глупых вопросов! – сказал я, сделав вид, будто немного обиделся. – Я весь во внимании!

Дотронувшись до моей щеки кончиками своих длинных пальцев, она с легкостью излечила все мои сомнения.

- Как это ни странно, я действительно очень интересуюсь историей! – заметила Наташа, бросив окурок в пепельницу. – Слава богу, мои родители достаточно богаты, чтобы я могла позволить себе это невинное развлечение. Особенно меня интересует так называемый сталинский период, время массовых репрессий. Благодаря отцу, я получила возможность работать в любых архивах. Теперь самое интересное!

Придвинувшись как можно ближе, она заглянула в мои глаза так пристально, как будто хотела в их глубине найти ответ на какой-то мучавший ее вопрос.

- Меня очень заинтересовало дело одного из репрессированных! – продолжила Наташа, проведя рукой по волосам. – Дело профессора медицины Льва Сергеевича Румбольта. Он жил здесь, в Москве, на улице Борисоглебской, дом четыре, квартира тринадцать. Во время революции Румбольт имел несчастье примкнуть к эсерам. Поэтому бедолагу-профессора новые власти обвинили в измене родине, но суть не в этом.

- А в чем же? – нетерпеливо поинтересовался я. – Я сейчас просто лопну от любопытства!

- Только отнесись к моим словам как можно более серьезно! – сказала она, окончательно решившись. – Сегодня тридцатое января, не так ли?

- Совершенно верно! – подтвердил я кивком головы. – В этом мы можем не сомневаться!

- Ребята из специальных органов пришли «брать» профессора именно в этот день! – продолжила она. – Итак, это было 30 января 1939 года. А дальше в протоколах пошла какая-то чепуха. Румбольта дома не оказалось, и было принято решение оставить засаду. Ровно в два часа ночи в его квартире вдруг объявилась какая-то странно наряженная женщина в сопровождении не менее необычно одетого мужчины. Как следовало из допроса некоего лейтенанта госбезопасности Овечкина, оба они вышли из огромного старинного зеркала в зале. Остальные страницы протокола кем-то вырваны из дела, и до сих пор осталось неизвестным, что же произошло дальше.

- А к нам-то все это какое имеет отношение? – недоуменно поинтересовался я, ожидая услышать нечто более правдоподобное. – Что-то я не очень понял!

- Я вчера сняла именно эту квартиру! – бросила Наташа на стол связку ключей. – Всего на один день, большего нам не надо. Огромное зеркало стоит в зале, на том же самом месте. Мне очень хочется раскрыть его тайну. Кстати, ты веришь гадалкам?

- Как-то не очень задумывался! - неопределённо пожал я плечами. - Сложно сказать!

- Тогда слушай дальше! – продолжила она. – А я верю в предсказания. Как сказала мне гадалка, зеркало - это окно времени. С ее слов, оно раскрывается один раз в семьдесят пять лет. Но только в том случае, если рядом с женщиной окажется мужчина, безумно полюбивший её с первого взгляда именно в этот день. Так что пока всё сходится, не так ли?

3

После этих слов многое для меня стало полностью ясным. Это означало, что меня хотят расчетливо и хладнокровно использовать в какой-то чертовски непонятной игре. Однако я тоже был далеко не прост и не высказал ни малейшей тени сомнения.

- Скажи, а должна ли быть влюблена женщина? – осторожно поинтересовался я у своей спутницы. – Или гадалка по этому поводу ничего не пояснила?

Как раз в этот момент, как будто что-то почувствовав, Наташа снова внимательно посмотрела на меня. Снова утонув в глубине её темных зрачков, я опять стал терять последние зерна рациональности.

- А разве я не сказала? – искренно удивилась она. – Женщина должна испытывать такие же сильные чувства к только что встреченному ей мужчине. Только в этом случае их энергия сумеет соединиться, и они преодолеют пространство и время.

- Это как признание в любви? – неловко попытался я пошутить. – Или же….

- Или же! – резко оборвала меня девушка. – Взгляни на часы, уже четверть второго. А нам еще нужно найти такси и добраться почти на другой конец города. Мы должны оказаться перед зеркалом ровно в два часа ночи. Или же все это, в том числе и наша встреча, окажется напрасным. Так что нам пора! Если ты, конечно, не передумал!

В этот момент мне почему-то захотелось остановить ее любой ценой. Однако я прекрасно понимал, что если я не отправлюсь с ней именно сейчас, то эта встреча окажется последней.

Поэтому я просто улыбнулся, поцеловал ей руку и вызвал по «мобилке» такси. Спустя десять минут мы уже ехали в неизвестность. Хотя нет, у нас же был точный адрес нашей конечной остановки.

Дом, возле которого мы вышли, показался мне очень странным и достаточно мрачным. Во всём подъезде был освещены окна очень немногих квартир.

- Нам на третий этаж! – сказал Наташа, решительно взяв меня под руку. – Вот тебе моя зажигалка, на тот случай, если в подъезде вдруг не будет освещения.

На лестнице оказалось достаточно светло, однако зажигалку я почему-то решил не отдавать. А она даже не вспомнила о только что переданной мне вещице.

Поднявшись на нужный этаж, мы остановись перед массивной деревянной дверью, покрытой резными завитушками. Достав из кармана куртки ключи, Наташа открыла ее, и мы вошли вовнутрь.

Меня сразу же поразило, что во всей квартире вообще не было никакой мебели. Кроме огромного зеркала, действительно стоявшего почти в самом центре зала. Его поверхность выглядела очень зловеще, поскольку в матовой глади не отражалось никаких из окружающих предметов.

- Я забыла сообщить тебе! – сказала Наташа, вдруг прильнув ко мне всем телом. – Гадалка не знала, сможем ли мы вернуться обратно. Так что еще не поздно отказаться. У нас есть еще целых пять минут.

В этот момент я был готов абсолютно ко всему, только бы находиться рядом с ней. Прочитав ответ в моих глазах, Наташа крепко поцеловала меня в губы. Это был наш первый и последний поцелуй.

- Всё, пора! – сказала она, взглянув на часы. – И путь нам поможет тот, кто свёл вместе именно сегодня!

Крепко взявшись за руки, мы одновременно шагнули в зеркальную пустоту. Это оказалось легко, только на миг мне показалось, что сознание полностью покинуло меня.

Открыв глаза, я увидел, что нахожусь с Наташей в той же комнате. Только на этот раз она была заставлена мебелью, правда несколько старомодной.

Прямо перед нами стоял невысокий мужчина средних лет, одетый в ночную пижаму. Было видно, что его просто трясет от страха после нашего появления.

- Лев Сергеевич, немедленно успокойтесь! – обратилась к нему Наташа. – Мы ваши друзья. Ровно через минуту сюда войдут чекисты, но у вас есть возможность избегнуть ареста и расстрела. Вот зеркало, с помощью которого вы сможете скрыться. И не смотрите на меня так, я вовсе не сумасшедшая. Просто мы появились оттуда, где за людьми уже не охотятся по ночам только из-за того, что они любят свою страну.

Это покажется невероятным, но она сказала это так, что Румбольт немедленно ей поверил. Я же говорил, Наташа имела несомненную власть над мужчинами. Поцеловав моей принцессе руку, он решительно шагнул в сверкающую гладь зеркала и тут же исчез, словно растворился.

Мы замешкались лишь на несколько секунд, но этого оказалось достаточно. Комната вдруг оказалась заполненной крепкими людьми в строгих костюмах, вооруженными револьверами.

- Сашенька, беги! – только и сказала она, что есть силы толкая меня к зеркалу. – Прости и прощай!

Только потом я понял, что она специально закрыла меня собой от стрелявших. Почувствовав тупую боль в правом плече, я стал проваливаться в неизвестность. Оглянувшись, я увидел, что Наташа оседает на пол, на спине ее светлой куртки расползается ярко-алое пятно. Это было последнее, что я запомнил в ту ночь.

4

Я очнулся утром от нестерпимой боли в плече, и догадался, что все еще жив. Оглянувшись по сторонам, я понял, что лежу на лестничной площадке.

Собрав последние остатки сил, я поднялся и позвонил в дверь первой же попавшейся квартиры. После этого я снова провалился в темноту, и пришел в себя уже в местной районной больнице.

- Это же надо – второго пациента за эту ночь из того дома привезли! – услышал я разговор санитаров, кативших меня по коридору в операционную. – Однако тот был абсолютно здоров, только малость умом тронутый. Представь себе, он кричал дежурному врачу, что является крупным светилом медицины и родился в 1880 году! Ну, мы его и направили, куда надо!

Как оказалось, у меня было разворочено плечо выстрелом из револьвера системы «наган». Все это впоследствии сообщил мне следователь в полиции.

Я ничего не рассказал ему о Наташе и странном зеркале. Иначе меня непременно направили бы в компанию профессора Румбольта. А там, говорят, живется очень даже не весело.

Поэтому на допросе я сообщил, что после посещения ночного клуба незнакомые мне лица меня куда-то утащили и пытались ограбить. Все это было очень похоже на правду, и наши доблестные правоохранительные органы вскоре от меня отстали.

Спустя два месяца я выписался из больницы, щедро отблагодарив хирурга за сделанную им с филигранной точностью операцию. В кармане моего пальто лежала Наташина зажигалка, чудом сохранившаяся среди всех этих событий.

Первое, что я сделал, оказавшись на улице, так это немедленно поймал такси и поехал к тому самому дому на Борисоглебской. Адрес я помнил превосходно, такое ведь просто нельзя забыть. Все дорогу у меня перед глазами стояло её лицо и глаза, бездонные, как два океана.

Поднявшись на третий этаж, я позвонил в дверь квартиры номер тринадцать. Мне никто не открыл, но я не собирался сдаваться. После нескольких ударов ногой хлипкий замок не выдержал и сломался.

Войдя в зал, я увидел, что зеркало стояло на том же самом месте. Только почти в самом центре его зеркальная поверхность была расколота выстрелом на множество несимметричных осколков.

Я не знаю, что я собирался увидеть, но эта деталь в первый раз вывела меня из себя, заставив сердце словно оттаять. Бессильно соскользнув по стене, я опустился на грязный пол и несколько минут беззвучно рыдал.

Только в этот момент я отчётливо понял, что потерял в ту безумную ночь. Это была единственная любовь, которая даётся в жизни, и то лишь избранным…