Я тебя обязательно встречу...

По мотивам сновидения

Стоило торопиться. Я бежал настолько быстро, насколько мог. Мой приезд на малую родину принёс мне такие сюрпризы, о каких я даже не подозревал.

Очередной пасмурный день совершенно не располагал к прогулкам, пару дней назад прошёл ливень, капли от которого ещё не успели высохнуть и теперь падали на голову с веток.

Тем неожиданнее для меня было то, что произошло пару часов спустя.

Проходя мимо длинной клумбы, спрятанной среди высоких можжевельника, я заметил очень знакомый женский силуэт в синем облегающем платье.

Не может быть…

Я сильно зажмурился, а затем резко открыл глаза. На миг мне показалось, что наваждение исчезло, но затем я снова увидел её.

Моя любимая шла по вымощенной тропинке меж тонких стволов яблонь.

Я стоял, не в силах пошевелиться, чувствуя, как мир вокруг меня замедляется и превращается в декорацию. Когда я, наконец, сдвинулся с места, силуэт любимой будто бы растворился в воздухе.

Неужели мне просто показалось?

Я какое-то время ещё бродил по тропинкам, пытаясь осознать, что именно произошло. Неужели я настолько соскучился, что воображение подкинуло мне какой-то мираж?

Вечером в санатории, где я остановился, намечалась насыщенная культурная программа с викторинами, просмотром кино и концертом, проходящими в разных залах. Учитывая, что всякого рода игры в стиле вопрос-ответ я любил с самого детства, а знаменитый «О, счастливчик!» ещё под таким названием смотрел лет с пяти, выбирать долго не пришлось. Заняв место за круглым деревянным столом среди таких же участников, я дождался прихода массовика-затейника, девушки чуть старше меня, и наконец, начался первый раунд. Если в «Счастливчике» или том же «Кто хочет стать миллионером?» начальные вопросы представляли, в основном, шуточную разминку, наподобие «С каким животным чаще всего сравнивают безбилетника?», то здесь самый первый вопрос уже давал понять, что лёгким он не будет, а нам придётся попотеть:

– Итак, на флаге какой страны изображена птица, улетающая на закат? – прочитала вопрос ведущая, – А – Кирибати, Б – Вануату, В – Сент–Люсия, Г – Соломоновы острова?

Отвечать полагалось сразу всем, записав ответ на специально заготовленной бумажке. Выяснилось, что далеко не все знали, что такие государства вообще где-то существуют, не говоря уже о том, как выглядят их флаги. Как, к примеру, выглядел флаг Вануату, я и сам никак не мог вспомнить – Соломоновы – там, вроде, пальма и сине-зелёно-белая расцветка, и никаких птиц или заката. Сент–Люсия – треугольник на синем фоне, тоже, вроде, не то. Вроде как, припомнились мне какие-то жёлтые круги у Кирибати, напоминающие солнце – ладно, пусть будет вариант А.

Дальше шли не менее сложные вопросы – вспомнить, кто дал название саксофону (не его создатель по фамилии Сакс, я чуть не вылетел на этом вопросе, спасла только интуиция, что слишком простого ответа тут явно ждать не стоит, отыскать боярина – дальнего родственника Александра Сергеевича Пушкина (Тут, благодаря любви к истории, я без труда ответил, что это боярин Морхинин, за особо крутой нрав получивший прозвище Пушка), и, наконец, самый, как потом выяснилось, важный для меня вопрос: Что на Руси называли «волчьей звездой»?

Мозг тут же нарисовал эпичную картину с волком, воющим на тёмное космическое небо, где тускло сиял оранжевый огонь далёкой звезды. Скорее всего, она напоминала Солнце, по крайней мере, мне хотелось в это верить, но увидев варианты ответа, я понял, что легко мне явно не будет.

А – Луну

Б – Венеру

В – Марс

Г – Меркурий

Итак, если звезда, значит, она же должна сиять? Тем более, волки, наверняка тут не просто так. Они должны, наверное, быть активными? Но почему звезда? Ничего из вариантов ответа ею явно не являлось!

Как назло, в голову лезли и другие мысли, всё, что было связано с моим сегодняшним наваждением. Неужели, я видел какой-то призрак? Я, конечно, читал, что призраки бывают совершенно разные, не обязательно классические мёртвые, но и вполне себе живые – призраки воспоминаний. Интересно, это оно?

Из пучины мыслей меня вывел сигнал, напоминающий звон колокольчика, но более короткий – надо было во что бы то ни стало, сдавать ответ, иначе мне грозила дисквалификация, вернее, техническое поражение. Поторопившись, я поддался стереотипам и выбрал вариант А – волк, воющий на Луну, не зря стал культовым символом, встречающимся даже в геральдике.

К несчастью, для меня этот вопрос стал последним, ибо на Руси «волчьей звездой» именовали Венеру за то, что она ярко светила на вечернем небе.

Забрав утешительный приз – батончик по типу «Пикника», я отправился на улицу – проветриться, а заодно, если повезёт, увидеть в небе коварную «волчью звезду».

Воздух пах старыми соснами. Если прислушаться, можно было различить, как где-то высоко в кронах перекликаются певчие птицы. Я уже хотел было поднять голову, дабы увидеть где светит Венера, но тут меня поджидал ещё один сюрприз.

По асфальтированной дороге снова шла очень знакомая фигура. Тут я, забыв про то, что собирался искать какие-либо звёзды, рванул навстречу девушке. Теперь-то я точно разберусь, что происходит!

Бежать пришлось довольно далеко – все дороги вокруг главного корпуса сплетались в подобие сильно растянутой буквы Ф и простирались довольно далеко. Вдобавок, многие из них шли либо в горку, либо под. От этого я в какой-то миг потерял равновесие и едва ли не кубарем покатился вниз по склону, навстречу той, кого так хотел встретить…

* * *

Мой бег закончился бесславно – я смотрел куда угодно, но только не на отломанную узловатую ветку, которая подвернулась мне под ноги. Результат – я навернулся и какое-то время лежал, подобно Волконскому, уставившись в небо.

– Ой, бедный! Сильно ушибся?

Я сперва не понял, что обращаются ко мне, пока откуда-то сверху не протянулась милая пухлая ладошка.

– Э… Вроде нет…

Я почувствовал, как меня резко поставили на ноги. Теперь я мог не сомневаться – моя любимая девочка, живая из плоти и крови, действительно, волею каких-то высших сил, оказалась со мной в одно время в том же самом месте. Я почувствовал, как сердце начинает биться настолько часто, словно через него прогнали несколько литров особенно крепкого чёрного кофе. Впрочем, долго мне прислушиваться к себе не дали. Едва мозг начал более-менее осознавать, что происходит, как любимая обняла меня настолько крепко, что я, слово даю, услышал, как что-то хрустнуло в спине.

– Я не ожидала тебя тут увидеть, – призналась она, – Ты так давно не был на малой родине, что я подумала, может ты уже забыл её… прогуляемся? Покажешь мне округу?

Мы неторопливо пошли по дороге, спускавшейся к реке. когда-то, несколько десятилетий назад, к берегам приходилось спускаться по старой чёрной ржавой лестнице, идущей вниз по крутому склону. Теперь же к нашим услугам была новая лестница из дерева, пропитанная специальным раствором, защищающим от гниения.

– Так, значит, ты проиграл в сегодняшней викторине? – любимая задумчиво посмотрела на небо, – Я хотела пойти, но мне не очень нравятся все эти игры с вариантами ответов – до сих пор после экзаменов в дрожь кидает, когда ответ надо выбирать. Интуиция то и дело подсказывает, что где-то спрятана какая-то западня! А что, хоть, за вопрос был?

– Что называли «волчьей звездой?» – вспомнил я, – Я думал, что это луна, потому что волки на неё воют…

– Луна не может быть звездой, она просто очень большой кусок камня! – улыбнулась любимая с такой нежностью, что я вмиг забыл о досадном поражении, – Он не может светить сам, только отражать свет солнца!

– Да там все варианты такие, заковыристые, один одного лучше! – пожаловался я, – Вроде были ещё Меркурий, Марс и Венера, и как по мне, ничего из этого не светит само по себе! Марс вообще пыльный и ржавый!

Мы спустились с длинной лестницы и неторопливо шли вдоль реки. Когда-то она вся была мутной и розоватой от грязи, попадающей в воду из соседнего посёлка, но теперь, два десятилетия спустя, вода очистилась, и в кристально чистой её толще то и дело вспыхивали спины крупных рыбин, отражая блики заходящего солнца.

– Можно присесть в траве, у меня есть куртка, которую, вроде, трудно изгваздать в зелени, – предложил я, – Я когда маленьким был, обожал у реки сидеть и ягоды лопать!

Про то, как я однажды в борщевик залез по незнанию, и что со мной после этого было, решил умолчать.

Любимая кивнула, и большего мне было не надо. Тотчас же куртка полетела на траву…

* * *

Я что-то слышала про волчью звезду, – любимая отложила в сторону слойку с кленовым сиропом – такие часто дают в столовой, – Говорят, её можно увидеть ясным вечером. Если что, можем поискать её сейчас? Я изначально и приехала сюда, чтобы отыскать волчью звезду. Слышал про экспедицию «Буран»?

Обнявшись, мы подняли глаза к небу. Солнце постепенно клонилось к горизонту, уже можно было различить тонкий серп луны и несколько неярких звёзд. Скажу честно, мне было совершенно всё равно, найдём ли мы какую-то там волчью звезду, куда больше мне грело душу то, что человек, по которому я скучал и которого долго не видел, теперь был рядом.

– Что за экспедиция «Буран»? я что-то слышал в видео в интернете, но не понял, где тут связь с волчьей звездой? – не понял я.

– Если поискать в сети, можно быстро найти кучу статей про то, как, якобы, программу советских космических кораблей «Буран» погубило финансирование, не те материалы, неудачная перестроечная эпоха – куча всего, но есть и статьи, какие можно найти только в очень редких, почти букинистических изданиях, что на самом деле, «Бураны» летали в космос, и не раз! – любимая нахмурила лоб, стараясь вспомнить все детали, – Просто причина, почему программу свернули, довольно сложна… помнишь, какое животное было символом космической программы, в которой участвовали корабли класса «Буран»?

– Волк, вроде? – предположил я. В голове тотчас же возникло изображение волчьей морды, сложенное из гаек, шестерёнок, проводов и шурупов – точно таким же сопровождалась статья, виденная мною в сети.

– Точно! Это волк! А теперь вспомни, как называли в древности Венеру? И куда летали советские космические зонды?

– На Венеру они летали… Вернее, летал – всего один! А что? – не понял я.

– Вот! Я о том, что всё это неспроста! В старину была легенда, что по нашим краям бродит огромный волк, явившийся из космоса. Возможно даже, с Венеры. Каждый вечер, когда она показывается на небе, он воет на неё, и вой этот несёт в себе голос далёкого космоса.

– Красивая легенда, – кивнул я, – И что, космонавты взяли её на вооружение?

– Почему бы и нет? – улыбнулась любимая, – О, я вижу россыпь земляники, тебе сорвать?

– Не отказался бы – после неё целоваться слаще!

Хорошенько наевшись, мы тотчас же попробовали проверить это делом. Пока моё сознание начисто отключилось от всего происходившего вокруг и растворялось в поистине неземных ощущениях, где-то на небе всё ярче разгоралась волчья звезда. Её свет, коснувшись изумрудно-зелёной травы, расползся, подобно нитям светящейся паутины и начал сплетаться в звериный силуэт. Сперва сформировались мощные лапы, затем мускулистое туловище, хвост и массивная голова с пастью, полной острых зубов и полыхающими оранжевыми глазами, почти в тон волчьей звезде Венере. Космический волк, давно прознавший о куда более живой и богатой планете, нежели его родная Венера, прибыл в поисках съестного. И пока свет его звезды льётся с неба, он будет искать. Аромат добычи манил его: норы кротов, еловые леса, полные зайцев, полёвок и бобров – всё это звало скорее отправиться на охоту.

И волк не мешкал – он припустил рысцой. Времени у него никогда не было в достатке, а голод слишком сильно сводил судорогой желудок.

Со скоростью разгоняющегося автомобиля волк мчался вдоль блестевшей в свете заката реки. Поднимался ветер, нагонявший на до того безоблачное небо тучи…

*  *  *

– Может, пойдём обратно, пока не стемнело? – предложила любимая, – А то я тут ни одного фонаря не видела, как потом подниматься по ступенькам и по лесу идти?

Так мы и пошли по направлению к корпусу, оставляя позади не только речной берег, но и торопящегося поймать добычу космического волка, бегущего наперегонки с тучами, постепенно заслоняющими его звезду. Зверь лишь успел заприметить в зарослях подлеска серо-бурую шкурку упитанного зайца, как волчья звезда в небе, прощально блеснув, погасла. Волк исчез, будто его и не было…

Зайдя в отделанный гранитом вестибюль, мы ещё долго сидели на мягких диванчиках под широкими плазменными панелями.

– В следующий раз найдём Венеру эту, – предложил я, – Всё равно же рассказы про волка – это пусть и красивая, но легенда?

– Конечно, легенда! В космосе ж никто не живёт, милый.

И, благополучно забыв про поражение в викторине и злосчастный вопрос, я притянул любимую к себе…