Отражение

Каждое утро, когда первые солнечные лучи касались замечательного Нью-Йорка, Джейн просыпалась в постели, приветствуя новый день. Она потягивалась, ощущая, как ткани пижамы мягко обнимают ее тело. Каждый день она направлялась на кухню, где ее ожидало доброе утро в виде густого черного кофе и свежих фруктов. Она чувствовала, как тепло нежно разливается в ее желудке, настраивая на успешный день.

По привычке, после утреннего душа, Джейн изучала себя в зеркале, а после облачалась в свои любимые офисные наряды. Джейн была красавицей, утонченная тонкая талия, широкие бедра, подтянутая грудь и попа, но черные брюки и изящная белая блузка, и черные волосы, собранные в пучок, делали ее по истине идеальной. Её глаза сверкали, отражая дух молодости и энергии, ведь ей всего лишь двадцать шесть лет. Каждый вечер она приводила себя в порядок: расслабляющие ванны, маски для лица, массаж всего, чтобы быть совершенной. Не удивительно, что все в офисе желали ее, почти не скрывая этого. Чем она охотно пользовалась.

Пританцовывая и напивая песню из плейлиста, она вышла из квартиры на свою любимую работу. Когда она шла улицы города оживали. Люди спешили мимо, автомобили гудели, птицы весело щебетали в парках, казалось город и сам излучал один лишь позитив. Природа и город переплетались, создавая симфонию жизни, которой Джейн наслаждалась.

- Мистер Дуглас, как вы, как ваша жена?, – приветливо поздоровалась с милым старичком, владельцем кофейни, которую она проходила каждое утро.

- Ах, Джейн, ты как всегда излучаешь жизнерадостность. С Маргарет все хорошо, спасибо тебе, – также приветливо поприветствовал её старичок.

- Конечно, жизнь прекрасна!

Каждый день она проходила мимо него и здоровалась. Хоть мистеру Дугласу и стукнуло уже восьмой десяток, он все такой же энергичный и позитивный сколько бы Джейн себя помнила. Это стало своего родом традицией. Как и стоящий по пути антикварный магазин. А точнее ее взгляд всегда приковывало к себе старинное зеркало во весь рост, стоящее позади стекла, на витрине. Она всегда интересовалась различными древностями, возможно именно поэтому оно ей так понравилось. Оно выглядело так, будто прошло сквозь века. Особенно это сильно контрастировало с современным городом.

Рама из темного дерева, с искусно украшенными золотыми вставками. Ее поверхность потускнела от времени и местами потрескалась. А узор, полученный из трещин, словно паутина обволакивающий раму, такой притягательный, такой пленительный. Даже небольшие трещины на самом зеркале, подтверждающие его старину, очаровывают. Но самое главное в нем, так это, отражение. Совершенное отражение ее самой. Формы, лицо, поза, походка, когда она проходит мимо, все это совершенно. И каждый раз, она видела еще большую красоту, чем была. Вначале Джейн опешила, даже немного позавидовала. Однако, спустя время Джейн сама стала совершенствоваться, тренироваться, чтобы быть лучше, чем отражение. Можно сказать, что лишь благодаря нему, она стала той, кем является сейчас.

Но вот что странно, этот магазин всегда закрыт, когда бы Джейн не проходила мимо него. И даже ценника нету.

- Опять ты лучше выглядишь чем я, – провела она ногтем по витрине магазина, – как же я хочу быть тобой. Я на все готова и ни перед чем не остановлюсь.

Как только Джейн произнесла это, то почувствовала резкую боль в пальце. Она могла поклясться, что видела кровь. Но посмотрев на палец, она ничего не обнаружила. От раздумий ее отвлек звук треска, подняв голову, она увидела, как количество трещин увеличилось, а ее отражение улыбалось. Или это Джейн улыбалась.

Она могла стоять так много времени, любуясь, но работа не ждет. Отправив воздушный поцелуй отражению, она поспешила на работу. Но не отражение.

***

Весь день на работе Джейн то и дело вспоминала утренний случай. Палец сильно болел, но визуально ничего не было.

- Джейн, ты в порядке?, - зайдя в ее кабинет обеспокоенно спросил сотрудник.

- Все хорошо, Майк, - все еще потирая палец, ответила она, – как Сьюзен? Скоро ей к новому доктору?

- Да, спасибо, Джейн. Могу я взять выходной, чтобы побыть с женой?

- Да, да, без проблем Майк, только…, - она отвлеклась на какой-то треск, – ты ничего не слышишь?

- Нет, ничего, - уже с нескрываемым беспокойством сказал он.

- Хм, ладно, можешь идти, Майк.

Как только он вышел, Джейн начала искать этот звук, а он становился все громче и громче. Она никак не могла понять откуда он. Перерыв весь стол и пол кабинета, она заметила небольшое зеркало, что покрылось трещинами, на том же столе. Оно продолжало трескаться на глазах и через пару секунд раскололось. От потрясения и неожиданности Джейн отшвырнула его и это спасло ее от осколков, которые несомненно поранили бы ее. Но дело было в том, что в зеркале она увидела свое отражение, улыбающиеся отражение. И оно ее напугала. Широкая улыбка, полная острых зубов и безумный взгляд ярко-желтых глаз. Казалось, оно вот-вот выйдет из зеркала и вцепится в Джейн.

Весь оставшейся день прошел как в тумане. Коллеги что-то ей говорили, спрашивали, но она ничего не слышала. Все ее мысли были обращены к зеркалу. Она то и дело поглядывала на осколки, боясь посмотреть в них. Все происходящее очень сильно шокировало ее, хотя, казалось бы.

«Все хорошо, Джейн, это просто усталость», - потирала она виски, – «Вернусь домой, отдохну и все будет хорошо».

***

Возвращалась с работы она уже под ночь. Сама того не осознавала, она шла мимо антикварного магазина. Опять закрытого. По привычке посмотрела в зеркало, но там никого не было. Проморгавшись, она все же увидела свое отражение, такое же, как у нее в кабинете. И оно двигалось, тянулось к ней. Вскрикнув, Джейн побежала. Благо ее дом был рядом и через пять минут она уже закрывала дверь на все замки. Но дома ее уже ждали.

- Наконец-то ты вернулась, Джейн. Мы заждались. Где ты была весь день? Посмотри на нас. Мы хотим увидеть тебя. А ты хочешь посмотреть на нас?, - какофония шепота и треска нарушили покой ее квартиры.

- Кто вы такие? Что вам от меня нужно?, - пыталась перекричать она эти звуки. Но это было бесполезно. Наоборот, чем сильнее Джейн пыталась их перекричать, тем громче они становились. В ушах начало звенеть, она даже уже не слышала собственный голос. Закрыв уши она почувствовала что-то мокрое. Но пока она пыталась сообразить, что это, последние остатки сознания покинули ее, и она потеряла сознание.

***

Наступило утро. Солнце проникало в квартиру, обволакивая все теплым успокоительным светом. Прозвенел будильник. Джейн еле смогла открыть глаза, ее голова сильно болела и гудела, а в глазах стояла пелена. Медленно и осторожно, словно испуганный зверь, она поднялась и направилась на кухню, не смотря ни в одно зеркало. Было тихо, очень тихо.

«Спокойно, Джейн, тебе это все причудилось. Конечно, такого просто быть не могло, ты устала, просто устала». Она немного постояла посреди квартиры в полной тишине. Убедившись, что все в порядке, она начала свои каждодневные процедуры, все еще немного косясь на зеркала. Спустя время она убедилась, что все в порядке. Сделав свои дела, Джейн отправилась на работу.

По пути Джейн поздоровалась с мистером Дугласом и уже было хотела, как обычно, подойти к зеркалу у антикварного магазина, но в последний момент передумала. Вместо этого сразу же пошла на работу.

На улице, она то и дело видела ухмыляющуюся себя на любых отражающих поверхностях. Джейн не знала, что делать, единственное что могла так это избегать зеркал и как можно быстрее прийти на работу.

На работе дела обстояли еще хуже. У себя в офисе она не слышала ничего кроме шепота и жуткого треска.

- Джейн, Джейн, Джейн. Иди к нам. Мы хотим тебя видеть. Хотим прикоснуться к тебе. Джейн. Джейн.

***

Так проходили ее дни и недели в бесконечном вихре безумия. Каждое утро она начинала с невыносимого напряжения, когда, поборовшись с собственными мыслями, заставляла себя идти на работу. Дни превратились в кошмары, а когда она наконец возвращалась домой, то не могла даже двигаться и спать от осознания того, что находится у нее в квартире.

Она старалась находится вне дома как можно дольше, иногда подолгу бродила по улицам, стараясь избегать зеркал. Джейн надеялась, что шум города заглушит эти голоса, но куда бы она не шла, где бы ни была, ей не удавалось скрыться от шепота и жуткого скрежета, что преследовали ее. Вера в свое здоровье угасала с каждым прожитым днем.

Она даже решила обратилась к врачу, которого ей кто-то посоветовал, но кто именно она уже не помнила. Собственно, как и самого доктора, только помнила, что таблетки, которые тот выписал не помогали. Конечно, вначале они приносили облегчение, заглушали шепот и на пару дней Джейн стала прежней, но потом стало еще хуже.

Дни сливались в невыносимый поток, время потеряло всякий смысл. Она не могла определить, где находится в данный момент, потерялась в самой себе.

***

Она изменилась до неузнаваемости, от прежней позитивной и веселой Джейн не осталось и следа. Она стала грубой с окружающими, кричала и ругалась со всеми, выплескивая весь свой негатив на этот мир. Все это сказывалось и на ее внешности: неряшливые спутанные волосы, что давно не видели расческу, красные глаза, полные боли и бессонницы, а под ними темнели синяки.

Она стала забывать важные вещи, прерываясь на полуслове. Даже свое имя порой ускользало из ее сознания. «Зачем?» все чаще и чаще она задавала себе, когда выходила из дома. Работа, люди, жизнь – всё это стало невыносимой рутиной, которую она выполняла на автомате, идя тем же маршрутом. Каждый шаг был борьбой, а каждый час на рабочем месте оборачивался пыткой. Внутри она кричала: «Как же мне все это надоело, сколько уже можно. Я уже больше не могу так.»

В очередной раз она проходила мимо все того же закрытого антикварного магазина. И снова отражение, снова шикарно выглядящее, улыбающееся.

- Да что тебе от меня нужно!? – из последних сил крикнула она зеркалу.

На удивление оно ответило на крик.

- Мне? Это тебе нужно от меня, Джейн, - удивленно сказала Джейн, – это ты хотела быть мной, быть самим совершенством. И вот, наконец, ты сможешь быть им. Только дотронься.

И она дотронулась. Она устала, очень сильно устала. «Быть может это хоть что-то изменит в моей жизни» - последнее что она подумала перед тем как пелена сошла с ее глаз. Она будто проснулась, стало так легко и свободно. Впервые за долгое время, Джейн почувствовала себя тем человеком, кем была раньше. Ее обволокло тепло и спокойствие. И темнота повсюду. Но эта не удушающая, а успокаивающая темнота. Она поняла, она действительно стала совершенством.

И все бы ничего, но, на нее смотрела она же, снаружи. Та другая была на улице, и была такой же красивой, какой в отражении. Единственное, что отличало ее от Джейн, так это ярко-желтые глаза.

- А-ах-ах-ах, получилось, наконец-то получилось!, - смеялась Джейн, – Теперь я это ты, твоя жизнь – моя. Теперь ты навечно узница зеркала.

Как только Джейн поняла, что произошло, Джейн убежала вприпрыжку, смеясь во весь голос. Ее обманули, и она была сама виновата в этом. Ей ничего не оставалось, как быть навечно в плену по ту сторону зеркала. Осознав свое положение Джейн заплакала.

***

Прошло много времени, и Джейн не могла с точностью сказать, сколько. Дни сливались в одну бесконечную тоску, и Джейн начала смиряться со своей судьбой. Постепенно она увидела, что прохожие видят в ней себя же. Обречь кого-то на вечную тюрьму или же самой остаться тут, эта мысль не давала Джейн покоя. Это было ужасно чувство, осознание того, что единственный способ выбраться отсюда – поменяться местами с кем-то. Джейн выбрала первое. Она всячески старалась привлечь к себе внимание окружающих, у нее не было плана, что делать дальше, главное сначала привлечь. Но как бы она ни старалась, никто не задерживался у зеркала надолго. Кто-то игнорировал, кто-то бросал мимолетный взгляд, но в конце концов все проходили мимо, оставляя ее в одиночестве, с поглощающим отчаянием. Видела она и другую Джейн, лучезарную, одетую как гот, то с одним парнем, то с другим. «Она как будто специально ходит мимо, ну ничего, вот выберусь, попляшешь у меня еще, воровка».

Шли дни, сезоны сменяли друг друга, а Джейн все еще томилась в зеркале. И вот, зимой, в один из светлых морозных дней, мимо зеркала медленно проходил скрюченный человек, в обносках. Джейн, как всегда, принялась стучать и звать незнакомца, но остановилась, когда тот посмотрел на нее. Он смотрел на нее, словно хищник немигающими ярко-желтыми глазами, и его кривая усмешка вызывала ужас в ее сердце. Он медленно потянулся к зеркалу своими кривыми длинными пальцами, и в этот момент Джейн охватила паника, какой она никогда не знала.

Его одеяние, походка, взгляд – все это было неестественным и жутким. Его взгляд, словно смотрел в саму душу Джейн. Он знал о зеркале больше, чем она сама, знал, для чего оно и почему она там оказалась. «Нет, нет, нет, не подходи ко мне, не прикасайся, слышишь, уходи!», - в панике кричала на него Джейн. Но тот не слушал, а все также шел к зеркалу. И самое страшное, что она его узнала, это тот доктор, что выписал ей таблетки. Она ничего не понимала. В панике она начала бить в зеркало, в надежде, что оно сломается под ее напором, но все без толку. Она кричала, звала на помощь и смотрела, как это исчадие приближается к ней. Он наслаждался ее отчаянием, и смеялся, когда его палец наконец достиг зеркала.

Обычный холодный день Нью-Йорка. На улице не было ни души и ничего не было странным, лишь, возле антикварного магазина, что всегда закрыт, возле пустой витрины лежали осколки разбитого зеркала. И снег падал на улицы, тихо укрывая их как покрывало.