По ту сторону двери

Дверь морга распахнулась и на пороге появились двое в форме: толстый и тонкий. Держа за углы чёрный мешок, они буквально ввалились в помещение и обессилившие опустились на стоящие у входа стулья. Сладкий запах формалина ударил в нос и худой было поморщился, но заметив идущего к ним на встречу патологоанатома, собрался с мыслями и натянул дежурную улыбку. Он давно понял, что иметь дружеские отношения с человеком, который одним росчерком ручки может или облегчить, или осложнить тебе жизнь, куда выгоднее официоза. Потому, моментально вскочил на ноги и сделав пару шагов на встречу, протянул для рукопожатия руку.

- Алексей? Какими судьбами?

Тонкий кивком головы указал на мешок.
- Я, Паша, сегодня по твоему непосредственному профилю. Вот… - протянул он протокол.

Патологоанатом бегло пробежался по тексту и вскинул удивлённые глаза на собеседника.
- Вы что, архаровцы, труп пешком пёрли? Смерть, по протоколу зафиксирована шесть часов назад!

Толстый, который до этих минут сидел, не издавая ни звука, хмыкнул, пряча ладонью появившуюся на лице улыбку. Вид у него был удручающий; рубашка пропиталась потом и покрылась тёмными, мокрыми пятнами, а лицо приобрело бардовый оттенок. Он тяжело дышал.
- Ну почти всё так и было… - невольно улыбнулся и тонкий.
- В смысле? – развёл руками патологоанатом и сел на свободный стул, в ожидании увлекательной истории.

Тощий достал сигарету.
- Можно?

Павел кивнул и тот закурил.
- Я даже и не знаю, с чего начать… Хм… Короче, утром на пульт поступил сигнал - бытовуха. Застолье, напились, подрались, кто-то кому-то нож в ногу воткнул… В общем всё как обычно. Нас на дежурстве двое, выезжаем на вызов и уже на подъезде к селу, на дорогу выбегает вот эта, -в очередной раз указал кивком на мешок, тонкий. - Миха по тормозам, а толку, она уже перед капотом… Скорость хорошая была, и мы переворачиваемся в кювет. Благо пристёгнутыми были. Машина в хлам, девка от такого удара понятное дело тоже в … Ну ты понял. Звоню я значит начальству, обрисовываю ситуацию, а мне в ответ: «Мне по… как вы доставите труп, хоть на… галопом.». Он с любовницей, на служебном авто, укатил на рыбалку, а машин на весь участок всего две… У него с городскими всё на короткой ноге, а нам потом ищи работу в этой дыре. Вот мы с Михой и нашли единственный выход: поймали попутку. Водитель - парень молодой, сговорчивый. Доехали до ближайшего магазина, купили рулон больших, мусорных мешков, сложили один в один, чтобы попрочнее было, упаковали в багажник и вот, мы здесь.
- Браво! – рассмеялся патологоанатом – Полагаю парень этот, вас не скоро забудет.
- В общем Паша, сделай всё по-быстрому, вскрытие, бумаги… У нас запись с регистратора осталась, думаю с родными проблем не будет, всё уладим до того, как начальство вернётся. Ни к чему нам шум поднимать. В долгу я не останусь, ты меня знаешь.

Патологоанатом махнул рукой вышедшему в коридор санитару. Вместе они погрузили мешок на каталку.
- Отвези в холодильник, я позже займусь.

Попрощавшись, двое в форме направились к выходу. У самой двери толстый обернулся и бросил в спину патологоанатому вопрос:
- Павел, скажите, почему мёртвое тело тяжелее живого?
- Мертвые неудобнее чем живые, потому, что живой человек, контролирует свой центр тяжести, а мертвый нет. Мертвых сложнее, а не тяжелее нести.

Тонкий лишь пожал плечами и толстый подытожил:
- А я тебе говорил, давай поделим тело на части, что так легче будет нести.

Патологоанатом зашёл в свой кабинет и заварил крепкого кофе. Ночь обещала быть тяжёлой. Санитар, сославшись на недомогание, поспешил уйти домой пораньше и здание морга опустело.
-Что у нас здесь…

Павел приступил к изучению протокола. Девушка. На вид восемнадцать – двадцать лет. Открытая травма живота… Острая кровопотеря… Получив всю необходимую для себя информацию, он отложил бумаги в сторону, допил, успевший остыть, кофе, переоделся и не спеша отправился к холодильнику в надежде управиться с телом за пару часов и, хотя бы не много вздремнуть. Нет, разумеется вскрытие можно было бы отложить до утра, но раз столь важные люди попросили оформить всё максимально быстро… Кто знает, какие сюрпризы жизнь преподнесёт. Как говорят от сумы и от тюрьмы не зарекайся.

Звуки шагов, по кафельному полу, эхом разносились по коридору. Потрескавшаяся на стенах краска и без конца мигающая люминесцентная лампа на потолке, добавляли помещению антуража, вгоняя всякого живого, в уныние и депрессию. Ремонта морг не видел не один десяток лет. В свой первый рабочий день, Павел зло пошутил: «-А вы здесь что, готовите декорации к новому фильму Тарантино?». Эта шутка едва не стоила ему места. Как оказалось, у заведующего напрочь отсутствовало чувство юмора. Зато у коллег его было хоть отбавляй, в чём патологоанатом лишний раз убедился, подойдя к холодильнику. На металлической дверце висел импровизированный постер с надписью: «Положив труп, не забудь включить холодильник! Сохрани атмосферу здоровой!».
-Придурки! – выругался Павел и сорвал лист бумаги.

Дверца противно скрипнула и обнажила лежащий в камере чёрный пакет. Повеяло холодом. К патологоанатому вернулось давно позабытое чувство страха перед покойными и мурашки пробежали по телу. В последний раз он испытывал нечто похожее, ещё будучи студентом медицинского университета, при первом посещении места окончательной регистрации граждан.

Отмахнув от себя наваждение, Павел осторожно переложил пакет на каталку и направился в секционную, насвистывая себе под нос глупую мелодию, дабы разогнать гнетущую тишину.

Лязгнул инструмент и скальпель аккуратно разрезал мешок по длине. Свет лампы осветил содержимое и патологоанатом на мгновение растерялся – не то он ожидал увидеть внутри. Девушка совсем не походила на мёртвую, лишь посиневшие губы говорили о том, что душа покинула тело.
- Что за…?

Павел вернулся в кабинет и ещё раз внимательно изучил протокол. Картина никак не хотела складываться воедино. Опыт работы подсказывал, что травмы, полученные человеком во время столкновения с автомобилем на такой скорости, носят совсем иной характер. Это же, подтверждал и протокол. Он схватил телефон и набрал номер, оставленный тонким для связи. Динамик пискнул, а на дисплее появилась надпись: «Нет сети».
- Не морг, а бункер какой-то!

Павел направился к двери, на улице связь наверняка будет, но не тут-то было. Входная дверь оказалась заперта. Он обшарил все карманы и ящики стола – ключа нигде небыло. Стационарный телефон также не подавал признаков жизни. Взгляд пал на окно и будто издеваясь, в то же мгновение опустились рольставни. О том, чтобы их вскрыть и речи идти не могло. Здесь начальство не поскупилось и установило серьёзные, антивандальные жалюзи.
- Вы там совсем что ли конченные?! Открывай давай! – ударил он кулаком в дверь.

Ответом была тишина.
- Не смешно уже совсем!

Сколько патологоанатом не прислушивался, по ту сторону царило безмолвие. С каждой минутой, всё до нелепого походило на чей-то глупый розыгрыш. Вариантов оставалось не много: либо продолжать безрезультатно ломиться в дверь, либо не тратить в пустую время и притупить к своим непосредственным обязанностям. Авось шутникам наскучит и угомонятся сами.

Павел аккуратно переложил тело на секционный стол, снял с него одежду и приступил к визуальному осмотру. Он не обнаружил на девушке ни единой травмы. Небыло кровоподтёков, небыло даже царапин. И самое главное, что окончательно сбило его с толку – это отсутствие трупных пятен.
- Так не бывает! Это абсурд! – нервно усмехнулся он и обвёл помещение взглядом в поисках кого-нибудь, кто мог бы разделить с ним всю нелепость ситуации.

Скальпель блеснул в свете лампы и рука зависла над грудной клеткой трупа. Холодный метал коснулся кожи… Выругавшись, патологоанатом отошёл от стола. На протяжении пяти лет, он как заправский мясник, потрошил тела одно за другим; не раздумывая, не задаваясь вопросами и вот система дала сбой. Лежащая перед ним девушка не была привычным рабочим материалом. Её внешность… Было в ней что-то такое особое, притягательное. Словно красота всех живых цветов мира сосредоточилась в этом хрупком, фарфоровом сосуде и он собирался его уничтожить. Одно лёгкое движение руки и от природного произведения искусства не останется и следа. Миру откроется вся подноготная внутренней, алой какофонии.

Павел подошёл к раковине, открыл кран и набрал в сомкнутые ладони воду. Лицо погрузилось в приятную прохладу. Это помогло ему собраться с мыслями, но всего лишь на долю минуты; в гробовой тишине морга он отчётливо расслышал шёпот:
- Помогите…

От неожиданности, патологоанатом отпрянул назад и едва не упал, зацепившись ногой за шланг на полу. «Жива!» - первое, что пронеслось в голове и он бросился к секционному столу. Девушка лежала с открытыми глазами и беззвучно, едва различимо шевелила синими губами. Всё, что он мог сейчас сделать, находясь запертым в помещении, это поставить инъекцию препарата, мобилизующего все резервы и силы организма. Телефоны по-прежнему не работали, а дверь не поддавалась. В отчаянии, Павел ещё дважды проверил всё в поисках ключа. Безуспешно. К тому времени, когда он в очередной раз вернулся в секционную, девушка уже приняла сидячее положение и смущённо прикрывала руками обнажённую грудь.
- Прости. – патологоанатом протянул свой медицинский халат и отвернулся. – Как тебя зовут?
- Лиза. – едва слышно донеслось из-за спины.
- Тут такое дело, Лиза, ты сильно не пугайся… В общем ты в морге.

Девушка обвела взглядом помещение, но не проронила ни слова. Ни один мускул не дрогнул на её лице. Патологоанатом списал это на состояние шока.
- Ты помнишь, что с тобою случилось?

Она отрицательно покачала головой.
- Если вкратце, то тебя на высокой скорости сбила машина и то, что ты осталась жива, на самом деле самое настоящее чудо.

Павел не мог сосредоточиться, мысли вихрем носились в голове. Всё происходящее выходило за границы его понимания. То, что девушка выжила, ещё хоть как-то можно было объяснить. Мало ли, быть может в последний момент перед столкновением, она успела подпрыгнуть и сгруппироваться. В таких случаях шансы на выживание повышаются. А вот каким образом она из пограничного состояния пришла в норму, за столь короткий срок, у него ответа не было. Да и нормой это можно было назвать с огромной натяжкой. Губы по-прежнему оставались синими, а в глазах отсутствовал блеск.
- По-хорошему, тебя сейчас срочно нужно отправить в отделение реанимации… Я не знаю, как так вышло, но мы заперты в этом помещении и вряд ли сможем покинуть его до утра. Разве что не привезут на вскрытие очередное тело…

Патологоанатом увидел, как изменилось выражение лица Лизы с равнодушного, на испытывающее неприязнь и понял, что ляпнул лишнего. Тем не менее, слово не воробей.
- У тебя могут быть серьёзные, внутренние повреждения, которые ты не ощущаешь из-за состояния шока, но которые представляют для тебя реальную, смертельную опасность. И если ты не хочешь оказаться в дальнейшем на этом столе в препарированном виде, я должен тебя осмотреть.

Павел застыл в ожидании. Проводить осмотр насильно, ему не хотелось. Всё произошедшее, для девушки, и так сильное потрясение.
- Вы можете сделать это не здесь?

Он кивнул и протянул руку, чтобы помочь Лизе спуститься со стола. Ладонь коснулась ладони, и патологоанатом ощутил холод. Тот самый, посмертный, когда тело покойника остывает до комнатной температуры. Его передёрнуло.

Павел провёл девушку в свой кабинет. Кушетка в нём не была предусмотрена и для осмотра пришлось использовать рабочий стол, предварительно убрав с него всё лишнее.
- Ложись.

Лиза с лёгкостью сбросила медицинский халат, обнажив своё тело. Патологоанатом же растерял всю свою решительность и профессионализм. Одно дело работать с мертвецами и совсем другое, касаться живого женского тела. Сказывалось прежде всего одиночество. Он и сам уже не помнил, когда держал в объятиях девушку в последний раз. Тем не менее пальцы скользнули по животу.
- Можешь поцеловать меня…
- Что? – Павел подумал, что ослышался.
- Ты ведь хочешь этого, я знаю.

Он издал нервный смешок и предпочёл промолчать. Девушка явно не в себе. Такое бывает с пациентами. А дальше произошло то, чего патологоанатом совсем не ожидал. Лиза обвила его шею руками и прильнула к губам. Во рту сразу появился сладкий привкус крови.
- Что ты делаешь? – прошептал он отстранившись.
- Тебе не понравилось?

Павел пытался найти в себе силы бороться с накатившим желанием, но тщетно.
- Так нельзя. Это неправильно. – шептали его губы, но разум уже отключился.

Это небыло похоже на слияние тел двух влюблённых, это была животная страсть. Он впивался зубами в плоть и словно в бреду наслаждался вкусом сочившейся из ран солёно-сладкой жидкости; с удовольствием вдавливал грудную клетку девушки до хруста в рёбрах, пока та не начинала кричать от боли. Её пальцы, в ответ, впивались в спину, оставляя глубокие следы от когтей и всё это доставляло ему огромное удовольствие. Где-то на задворках сознания порой доносилось «Ты спятил, остановись!», но патологоанатому было уже всё равно.

Всё закончилось также внезапно, как и началось. Лиза отстранилась от него, слезла со стола и накинула халат. Павел растерялся.
- Что случилось? Что-то не так?

Она обернулась и впервые за всё время улыбнулась.
- Нет, всё отлично.
- В чём тогда дело? Ты куда?
- Мне нужно идти. Моя смена скоро закончится.

Павел подскочил на столе.
- Какая смена? Ты о чём?

Девушка устало вздохнула и села рядом с ним.
- Ты умер Паш.

Он рассмеялся. Это же бред, ну кто в такое поверит. Лиза обняла его и положила голову на плечо.
- Я знаю, это сложно осознать, но ты скоро привыкнешь… Я правда хотела провести твоё вскрытие сама… Не смогла. Ты хороший. Прости.

Она направилась к двери, а он растеряно смотрел ей вслед. Ключ повернулся, и девушка в белом халате исчезла за дверью…