Приключения "Бегущего"

— Фернандо, баллон ты вялый, где инструменты?! - захрипел динамик внутренней связи, но Фернандо Гонсалес с облачным спокойствием его проигнорировал.

За плексигласом орудийной точки ветра гнали облака и ряску, чуть посвистывая в кожухах теплообменника. Гонсалес перелистнул страничку толстенного каталога «Таинство Виктории» и цокнул, рассматривая прелести Дикой Птицы - главной звезды борделей Доминиона.

— Гонсалес, павлин ты озабоченный! Я знаю, что ты меня слышишь! Куда ты дел ЗИП?! - снова закашлял динамик.

Фернандо скосил взгляд на медную решетку, подумал и щёлкнул тумблером.

— Сними с «Матери» брезент, я ночью перебирал ударно-спусковой механизм, посмотри там, - он щелкнул тумблером, потом подумал, щёлкнул им снова. - Сам ты баллон штопанный.

По закону подлости второй канонир дирижабля «Бегущий» уже покинул боевую рубку, а его место занял капитан.

— Ты там бесконечно смелым стал, Гонсалес? - вкрадчивый голос капитана Романова подействовал лучше холодного душа. Фернандо беззвучно выругался.

— Простите, капитан, мы тут с Гарри выясняли рабочий момент…

— Вежливее с экипажем! Иначе, как говорит доктор Свил: «Не доходит через голову, дойдёт через задницу». Ведёрную клизму скипидара тебе залью, и посмотрим, как ты запоёшь!

Динамик раздражённо хрюкнул и затих. Гонсалес вздохнул, топнул ногой по педали поворотного привода, разворачивая орудие по курсу. Капитан Романов пугал бывалого коммунара, и никакие прошлые передряги не могли подготовить Фернандо к нраву этого владивысотца. Ещё бы инженеры починили автоматику управления огнём, чтобы не приходилось торчать в гнезде рядом с громыхающим орудием.

«Точно! Капитан, как эта пушка: рычит громко, бьёт часто и сильно!»

Гонсалес вздохнул и уже собрался вернуться к каталогу, когда далеко в облаках что-то блеснуло. Места для радара на «Бегущем» не нашлось, поэтому Фернандо опустил окуляры шлема и начал подбирать увеличение.

За облаками прятался дирижабль. Гонсалес профессионально оценил его и напрягся: маленький аэростат толкали вперёд три массивных турбины в поворотных гондолах, а в носовом окончании баллона была организована не какая-то огневая точка, а настоящая орудийная позиция с парой безоткатных пушек.

Гонсалес щелкнул тумблером внутренней связи и хрипло доложил:

— Цель по траверзу правого борта! Верхняя полусфера! Удаление три! Жёсткий баллон, три турбины! Спаренный «Громобой» в носу!

— Не соврал наниматель, - приглушённо ответил капитан Романов. - Правда, забыл рассказать про безоткатки. Ну ничего, его попозже набутылим. К бою, товарищи!

Капитану Романову нравилось это короткое, ёмкое обращение коммунаров. Товарищи. Ничем другим маргинальные шайки бандитского пошиба культуру Нефелии не обогатили. Он, в целом, не сомневался, что обнаруженный дирижабль принадлежит Коммуне - именно их капитаны без всякой щепетильности брали самые сомнительные заказы. Например, сорвать испытания нового сверхглубокого сборщика Доминиона. Капитан наклонился к микрофону интеркома:

— Гарри, «Отец» готов?

— Все четыре ствола! - прохрипел динамик. - Не думаю, что этим залётным смертникам сегодня повезёт!

— Фернандо, Гарри, оставляю на вас контроль этих ребят. Если рыпнутся, огонь без команды, по готовности.

— Да, капитан! - хором ответили канониры.

Романов хмыкнул и вышел из боевой рубки. Его кресло немедленно занял парнишка-облачник и ломающимся голосом доложил:

— Пост принял!

— Молодец.

Романов захлопнул за собой бронированный люк в боевую рубку и ловко сбежал вниз по пологой лестнице. Люк в ходовую рубку был тоненьким листом биопластика, обшитым фанерой.

— Капитан на мостике! - вскинулся ещё один облачник, но и рулевой, и навигатор его проигнорировали. Романов тоже отмахнулся от юноши и подошёл к навигационному столу.

— Сюзанна, скажи, что ты понимаешь, где мы?

Навигатор вскинула руку в неприличном жесте и тем же оттопыренным пальцем ткнула в карту.

— Мы - здесь. С разбросом пять-десять минут.

— Ну, не пятьдесят — и ладно.

Сюзанна яростно вскинулась, сверкнув оранжево-красными глазами. Одна из распространённых мутаций колонистов Нефелии, особенно у выходцев с Объединённых Платформ, что-то связанное с питанием и составом атмосферы. Романов легко выдержал взгляд женщины, в ответ лишь вскинув бровь.

— Я ошиблась всего один раз! Долго вы будете мне припоминать это?!

— До случая, более достойного припоминания, - он улыбнулся.

Навигация в небесах Нефелии была очень сложной. Необитаемые высоты ниже пяти километров были полностью скрыты плотным покрывалом облаков, соответственно, никаких карт. Следующие десять километров обитаемого объёма ориентироваться помогали только радиомаяки на аэростатах, захваченные в вилку воздушных течений и почти неподвижные, или необычные природные явления, например, стоячие зелёные поля ряски в восходящих воздушных потоках.

— Мы обнаружили соседа. Прячется выше в облаках, справа по борту. Когда собиратель поднимется в обитаемый объём?

Сюзанна бросила быстрый взгляд на табло с многочисленными таймерами.

— Через полчаса, в радиусе километра.

— То есть, может и между нами и гостем, а может, между ними окажемся мы… - Романов посмотрел на карту и подошёл к иллюминатору левого борта.

Бронезаслонки были опущены ещё при отлёте с платформы, сразу же, как «Бегущий» покинул эллинг. Но сквозь обзорные щели капитан мог разглядеть далёкий силуэт дирижабля Доминиона. Настоящий, флотский фрегат: с безоткатным орудиями, автоматическими пушками и пулемётами, с узнаваемыми соосными винтами турбированных «Молотилок». Быстрый и смертоносный, но недостаточно быстрый, чтобы нагнать коммунарский перехватчик. Турбовинтовые двигатели при всех своих плюсах не могли на короткой дистанции составить конкуренцию турбореактивным моделям. Те были редкими, капризными, прожорливыми и ненадёжными, порой - одноразовыми, но очень быстрыми. А ведь при отступлении достаточно быстро нырнуть в облако, чтобы уже никогда не быть найденным.

Романов посмотрел на погодное табло, где собирались показатели метеорологического оборудования дирижабля.

— Прогноз на погоду? - спросил капитан у облачника, наблюдавшего за табло.

— Ближайший час без изменений! Ветер западный, до пяти метров в секунду! Давление по барографу последние четыре часа - норма!

— Отлично… семафорьте на «Графа Дуддинга»: «Обнаружен неизвестный дирижабль, готов вступить в бой».

— Есть!

Капитан занял своё кресло в центре ходовой рубки. Если это всего лишь очень подозрительное совпадение, то было бы хорошо, но Романов в это не верил. Четыре дирижабля в таком маленьком объёме вдали не только от обитаемых центров, но и от навигационных радиомаяков - событие исключительно невероятное. Когда к невероятному событию примешивается исключительно редкое - испытание дирижабля-сборщика для сверхмалых высот, — никаких сомнений быть не может.

— Право на борт, пятнадцать градусов. Малый вперёд.

В этот момент из закутка радиста раздался треск помех:

— Говорит «Ныряльщик-1». Мы поднимаемся… повреждена… балласт… прошу поддержки!..

Капитан Романов дёрнул щекой.

— Курс не менять! Средний вперёд, приготовиться к боестолкновению!

По всему дирижаблю сыграл сигнал боевой тревоги. Шутники любили сравнивать битвы на дирижаблях с битвами кораблей в океанах Земли, но предпочитали не сравнивать силу Архимеда для газа и для жидкости. Поэтому бронирование на кораблях и бронирование на дирижаблях - это два совершенно разных бронирования. Романов это понимал, как никто другой. Дуплет из «Громобоя» может пробить «Бегущего» насквозь с носа до кормы. Многие схватки в небесах Нефелии кончались первым и, скорее всего, смертоносным ударом. Хорошо, что из-за дефицита металлов и других ресурсов нельзя было наладить их массовое производство. А стволы из биопластика достигли своего потолка в автоматических пушках калибром до сорока миллиметров. Капитан вздохнул: «Громобой» бил снарядами сто пять миллиметров.

— Уходим за облако. Соблюдать радиомолчание и тишину.

В этот момент все, кто находился в ходовой рубке, увидели «Ныряльщика». Массивный плоский баллон, в который можно было запихнуть пару «Бегущих», вальяжно раздвинул облака. Романов медленно выдохнул: сборщик поднялся в обитаемый объём между ним и «Графом Дуддингом», значит, одной проблемой меньше. Осталось пережить следующие несколько часов.

— Так, товарищи, вы знаете, зачем мы здесь. Смотрим в оба, не мандражируем.

Капитан хотел добавить пару слов о важности их задачи, но его прервало стаккато автоматических пушек. Романов схватил трубку телефонной связи и ткнул в кнопки орудийных позиций.

— Фер, Гар! Доклад!

Гонсалес грязно выругался, Истон промолчал. Из динамика доносились грохот стрельбы и звуки механизмов перезарядки.

— Уроды клюнули носом! - сквозь грохот прорычал Гонсалес. - Отгоняем!

— Рулевой! Манёвры уклонения! Предупредить сборщика и «Графа»!

Ситуация развивалась не лучшим образом, но законы физики никто для коммунаров не отменял, а значит, пока автоматические пушки засыпают их снарядами, прицелиться в сборщика не удастся.

— Они пикируют! - крикнул Гарри.

— И из пике уже не выйдут… - зловеще прошептал Фернандо.

Романов стиснул подлокотник кресла. Сам он ничего сделать не мог, только наблюдать за последствиями стрельбы двух лучших канониров, которых встречал в своей жизни. Пикирование на дирижабле не самая лёгкая, но вполне выполнимая задача. В конце концов, несколько миллионов человек, выживающих на Нефелии, были потомками колонистов с Земли и растеряли далеко не все технологии в процессе адаптации. Поэтому Романов словно воочию видел, как насосы откачивают газ из ёмкостей, а специальные лебёдки утягивают оболочку, изменяя аэродинамический профиль дирижабля для набора большей скорости.

Автоматические пушки продолжали плеваться снарядами в сторону противника, но на таком расстоянии о прицельном огне речи не шло. Случайные попадания вязли в защитном слое баллона или отскакивали от брони гондолы. Стрелки прекрасно понимали результативность своей работы и целились в двигатели - пока что безрезультатно.

«Граф Дуддинг» уже спешил на перехват, но критически не успевал. Капитан Романов следил за дирижаблем коммунаров, и внутри него зрело понимание, что провал задания - вот он, рядом.

Внезапная секундная вспышка, громогласный звуковой удар, и атакующий перехватчик превращается в шар огня. Все в рубке замерли.

— Это то, что я думаю?! - в оторопи спросила Сюзанна.

— Я не умею читать мысли, - ответил капитан.

Именно такие моменты напоминали нефелийцам, что они - потомки высокоразвитой цивилизации, запустившей несколько сотен тысяч человек в космос на огромном колонизационном корабле. Капитан Романов приблизительно представлял, что произошло, если бы не несколько «но». Во-первых, теслаганы были очень редкими, такое высокотехнологичное оружие не стали бы устанавливать на сборщика, каким бы новым тот ни был. Во-вторых, дальность боя известных образцов едва ли превышала полкилометра. Теслаган - оружие ближнего боя, доказано недавно отгремевшей Первой Нефелианской.

— Вжариваешь и на абордаж… - задумчиво сказал Романов. - Курс не менять, уходим в облако. Мало ли, о чём сейчас думают доминионцы.

— А что мы в итоге увидели? - Сюзанна подошла к креслу капитана.

— Удар из теслы на несколько километров. Для этого нужно мощное конденсационное оборудование, какие-то очень хитрые аккумуляторы, материалы, которые смогут выдержать мегаджоули энергии, а также идиот с огромным проводником, торчащим из носа и почему-то не включённым в массу защиты.

Капитан по-новому посмотрел на горящие тряпки, разносимые ветром. Своё мнение он решил оставить при себе. Оружие такой мощности на сборщике нужно скорее для того, чтобы отгонять всякую мегафауну, типа пендрагонов. Гигантские твари, поднимавшиеся от поверхности планеты, часто сжирали дирижабли в один присест, и их не брали никакие пушки и бомбы.

— «Бегущий» ответь «Ныряльщику». Приём.

Капитан Романов посмотрел на радиста, замершего с микрофоном.

— Ответь, что молчишь?

— Говорит «Бегущий», слышу вас, «Ныряльщик». Приём.

— Как любят говорить во Владивысоцке: «Цель одиночная, скоростная, манёвренная». Да, Романов?

Капитан поднял трубку и показал на неё радисту: «Переведи сюда».

— Джеймс, старый ты побирушка. Я даже не думал, что ты ведёшь этого монстра. - В голосе Романова не было теплоты, которую стоило бы ждать от общения со старым знакомым.

— Ты знаешь, когда Корона жалует тебе новую задачу, ты отвечаешь: «Есть!» и не задаёшь вопросов. Я оценил, как ты бросился нас защищать, и как ты сейчас завершаешь манёвр. Если мы по-джентельменски договоримся о молчаливости твоих людей и повышенной оплате, вы поможете подтянуть этого толстяка до рабочих высот?

— Джеймс, я в тебе не сомневался, скользкая ты гадина. Нас спасло только то, что ты не можешь поднять свою задницу из облаков? Боишься нарваться на пендрагонов? Или ещё на какую дрянь? - капитан Романов покачал головой. - Ты - доминионец, и легко узнать, когда ты лжёшь - у тебя шевелятся губы. Но нам не заплатят, если я тебя здесь брошу. А если ты ещё и подохнешь, то не преминут обвинить в твоей гибели…

— Чувствуешь дилемму между ягодиц? - сквозь помехи была слышна усмешка Джеймса.

— Ты свои предпочтения держи при себе или в себе, как там у вас принято, я не знаю. - Романов принял решение. - Меняем курс, снижаемся. Подготовить буксировочные концы. Джеймс, не пойми меня неправильно, но мои ребята присмотрят за твоей колымагой.

— Приятно иметь дело с договороспособными людьми.

Чтобы ни произошло с «Ныряльщиком-1», дирижабль сильно пострадал. Правый борт был ободран, баллон частично разрушен, и дирижаблю явно не хватало подъёмной силы, чтобы вернуться в цивилизацию. Капитан Романов оценил повреждения и покачал головой: даже с «Графом Дуддингом» они могут не справиться с новой задачей.

— А скажи мне, Джеймс, нас ещё будут ждать засады?

— Ты перепутал меня с оракулом с платформ? Или с укисимской гадалкой? Ты понимаешь, что у нас подразумевалась тайная операция?! - тихо прорычал доминионец. Весь налёт джентльменского лоска облез, оставляя только головореза Короны, для которого все, кто не доминионцы, - люди, максимум, второго сорта.

Капитан Романов лишь усмехнулся. Некоторые вещи не менялись, Джеймс Битти-младший граф Честер не менялся абсолютно. Как человек, не знающий, что такое милосердие и командная работа, оказался в капитанском кресле сборщика, от капитана Романова ускользало.

— Тогда давай помолимся, что нашу забавную гроздь никто больше не перехватит. «Бегущий», конец связи.

Следующие несколько часов экипажи трёх дирижаблей потратили на фиксацию тросов, превративших их в настоящую коммунарскую гроздь. И даже так, подъёмной силы едва хватило, что поднять «Ныряльщика-1» до первого горизонта, на котором уже встречались платформы.

Сменилось восемь вахт, а дирижабли всё ещё тащились меж облаков, едва преодолев половину пути. Гарри и Фернандо уже начали потихоньку ворчать на необходимость постоянно дежурить у орудий, но сделать с этим капитан Романов ничего не мог. «Граф Дуддинг» подпирал повреждённый правый борт «Ныряльщика-1», благо там была сорвана часть двигательных гондол. А вот «Бегущему» пришлось изображать из себя тягловую лошадь, как в старых учебниках. Дирижабль Романова двигался чуть впереди и выше, таща сборщика на буксире.

Уже поздно вечером, перед самым отбоем, в каюту капитана постучался доктор Свил. Этот блондин совершенно невозможных размеров, казалось, едва протискивает свои широкие плечи через коридоры дирижабля, но он никогда не жаловался на стеснённые условия. Ещё бы его белоснежная улыбка на гладко выбритом лице не навевала мысли о вивисекции - тогда доктор Игнат Свил был бы самым желанным собеседником в любое время суток.

— Док? - капитан Романов отвлёкся от документов, которые составлял, и поднял взгляд на Свила.

— Кэп.

Доктор Свил прошёл к столу и сел напротив капитана. На «Бегущем» только он мог позволить себе такие вольности. Выходец из Доминиона прошёл вместе с Романовым бесконечное число передряг, они раз за разом спасали друг друга.

— Кэп. Эти томми ведут себя очень подозрительно. У меня есть пока не обоснованные, но очень навязчивые опасения.

Слышать из уст доминионца презрительное «томми» о своих соотечественниках было как минимум странно. Капитан Романов отложил ручку, отодвинул документы и сцепил руки в замок перед собой.

— Рассказывай.

— Они отказались принять меня на борт. У них якобы много пострадавших, судя по тому, что они почти опустошили мои запасы, но от лишних рук, от моих рук, они отказались!

Капитан Романов нахмурился. Игнат Свил был известным врачом, порой творившим чудеса там, где уже не было надежды. О нём слышали на всех более-менее населённых платформах, а уж во флоте Доминиона о нём не знали только совсем зелёные новички.

— Подозрительно - это неверно подобранное слово. В назначении Джеймса на роль капитана становится всё больше смысла. Нас втянули в какую-то очередную игру с плащами и кинжалами… теперь это не подозрение, а почти доказанный факт.

Капитан Романов всегда старался обходить стороной разведку Доминиона и их делишки. Ничего человеческого в этих подтянутых молодцах и девушках с горящим взором к моменту выпуска из учебки не оставалось. Война отчётливо показала, насколько эти люди близко подбираются к тому, чтобы звать их террористами без всяких скидок.

— Что у нас есть? - продолжил капитан Романов. - Джеймс Битти-младший граф Честер, сейчас он уже коммандер, наверное. И ведь как выставили всё: переговоры через «Дуддинга», личных встреч не было, максимальная секретность. Знал бы, не стал бы подписывать контракт.

— Повреждения «Ныряльщика». Из борта слово вырван кусок. Может быть внутренний взрыв, конечно, но я давно копчу эти небеса, кэп, и ставлю свою зарплату: это повреждения причинены извне.

— Нарвались на мегафауну? Отогнали теслаганом, делов-то. Хотя тварюшка явно была сильной и большой… не взрослый пендрагон, конечно, но что-то солидное. Может проходили мимо гор, наткнулись на черелона. Панцирь этой бронированной твари легко мог стесать весь борт.

— Не бьётся. Откуда тогда множество пострадавших? Зачем на сборщике вообще теслаган? Я ведь ходил и на таких дирижаблях. Спускаешься под облака, запускаешь атмосферные насосы, и ждёшь, пока сепараторы порадуют тебя ресурсами. Если совсем отважный - сбрасываешь десантников-рудокопов. Этот «Ныряльщик» что угодно, но не сборщик в привычном понимании слова.

В этот момент на стене зазвонил телефон. Капитан Романов поморщился, но поднялся и взял трубку.

— Да?

— Капитан! - раздался голос Сюзанны. - Они требуют поменять крус! Но на новом курсе нет платформ!

— Нет известных платформ, - поправил её капитан. - Ориентировочное время движения?

— Говорят, не более трёх часов, но…

— Меняйте курс согласно указаниям, через два часа я поднимусь на мостик.

Капитан Романов повесил трубку на рычаги и посмотрел на Игната.

— У тебя остались те флотские антидоты?

Доктор вскинул брови.

— Естественно. Ты что же думаешь, они нас решат пустить в расход?

— Джеймс Битти-младший? Совершенно не сомневаюсь в моральном уродстве этого человека, поэтому лучше быть готовым. Организуй приём препаратов. Полтора часа тебе на всё. - Капитан Романов задумчиво посмотрел на телефон и снова поднял трубку. - Фернандо, я знаю, что ты не спишь. Отложи свои журналы, вскрывай оружейку и тихо обеспечь людей средствами защиты согласно тревожному расписанию. Всё, полтора часа времени. Действуй.

Он снова повесил трубку и посмотрел на доктора.

— На «Дуддинге» полноценное абордажное отделение, - заметил Игнат.

— Надеюсь, мои приготовления - всего лишь паранойя.

Доктор не стал продолжать разговор, быстро поднялся и вышел, чтобы через пять минут вернуться с пневматическим шприцем. Капитан Романов поморщился от короткого, но болезненного укола в плечо, и накинул на себя свой китель. Небольшой сон, пусть даже и в кресле, поможет перетерпеть самые отвратительные минуты работы антидота.

Через два часа он подошёл на мостик, где его уже ждала Сюзанна. Весь экипаж щеголял в бронежилетах и касках, с пистолетами на поясе и дыхательными масками, закреплёнными на груди.

«Надеюсь, это просто учения в условиях, приближённых к боевым», - с такой мыслью он склонился над столом навигатора.

— Рассказывай.

— Технически мы ещё за пределами обитаемого объёма Доминиона, но наша станция несколько раз ловила сигналы маяков, - Сюзанна ткнула пальцем в карту. - Вот здесь раньше была база флота, её перепрофилировали и отогнали в другое место после войны.

— Значит, не отогнали… - капитан Романов подошёл к обзорным окнам, и сквозь щели постарался рассмотреть хоть что-то в непроглядной тьме нефелийской ночи.

И ему это удалось. На мгновение между облаков мелькнул отблеск маяка. Ни один облачник не спутает этот свет с чем-то другим. Никогда.

— Изменения в погоде! Гроза рядом!

Внезапный доклад наблюдателя заставил капитана Романова нахмуриться.

— Уберите уже эти заслонки!

Механизмы с заметной натугой отодвинули листы брони, позволяя рассмотреть огромный вал облаков, напирающий с левого борта. Отблески молний было видно издалека, и капитан Романов сомневался, что они успеют добраться до платформы раньше грозы.

— «Бегущий» ответь «Ныряльщику». Романов, где ты там?

Радист без лишних указаний переключил вызов на капитанскую трубку.

— Чего тебе, Джеймс? Мы почти дотянули до некого ненанесённого на карту объекта, где мы тебя наконец-то сбросим и забудем друг о друге.

— Это самое идеальное развитие событий, но…

Что «но» Джеймсу договорить не дала резкая вспышка откуда-то снизу, и огромная туша пендрагона вырвалась из облаков, походя снеся треть газовых баллонов платформы.

По «Бегущему» пронёсся сигнал тревоги. С платформы начали бить теслаганы, их рукотворные молнии ярко освещали густую ночь Нефелии.

— Ты знаешь, Джеймс, я начинаю думать, что мы рубим концы и покидаем вас, - капитан Романов поймал взгляд ближайшего члена экипажа и указал ему головой на выход. Тот понятливо кивнул и выбежал с мостика.

— Романов! Ты не посмеешь!

— А кто мне помешает?! Что ты такое вывез с поверхности, что за ними примчался пендрагон?! Ты ведь не будешь меня убеждать, что на этой высоте он оказался случайно?!

Пока капитан Романов рычал в трубку свои вопросы, пендрагон изогнулся, вцепился челюстями в постройки платформы, одновременно выдыхая поток коррозийных газов. В ответ бойцы Доминиона начали бить из безоткатных орудий, картечниц, гатлингов - вооружения на платформе оказалось очень много. Если бы это ещё имело значение - один удар монстра снёс целую орудийную батарею в бездну нефелийских небес. Во вспышках молний были видны фигурки обречённых защитников, унёсшихся к поверхности.

— Романов! Меняем курс на грозу! Пендрагон не будет нас преследовать в ней! - прокричал Джеймс.

— Сначала объяснись, граф! - ледяным голосом повторил капитан Романов. - Что ты притащил с поверхности?!

— Мои люди разграбили кладку пендрагона.

Капитан Романов никогда не боялся вызовов и препятствий. Плохая погода, превосходящие силы противника, муж любовницы, вернувшийся не вовремя, - всё это были лишь события, которые можно превозмочь. Как превозмочь ярость альфа-хищника Нефелии, капитан Романов не представлял. Поэтому где-то в желудке у него образовался ком абсолютного холода, сковывавший волю.

— Я всегда знал, что томми не могут жить и не тревожить своё великое прошлое. Назвали монстра в честь своего короля Артура, а потом решили украсть самое ценное, что у него есть. Молодцы. Дебилы…

Рёв пендрагона заглушил последнее слова владивысотца, но посыл был понятен и так.

— Мы отступим в грозу! Там он потеряет наш след!

— Там мы ещё должны выжить!

— Там мы можем выжить!

Капитан Романов стиснул зубы. Джеймс был прав: выбор у них между гарантированной смертью и смертью вероятной.

— Меняем курс! - приказ пронёсся по мостику, отвлекая экипаж от гибнущей платформы. - Идём в грозу!

— Капитан, я, пожалуй, покину свой пост, - это Гарри вышел на связь из огневой точки. - Защита защитой, но, если сюда ударит молния, меня гарантировано испечёт до румяной корочки.

— Займись контролем буксировочных концов. Команда уже готовится их обрубить, ты будешь контролировать, чтобы это произошло вовремя.

— Легко!

Считалось, что владивысотцы презирают всякие интриги и не склонны к предательству, в отличие от тех же доминионцев. Но капитан Романов давно бороздил небеса и успел нахвататься вредных черт от человечества Нефелии. Решение для себя он принял, остальное в руках Судьбы и Случая.

Связка дирижаблей отвернула от гибнущей платформы, устремившись навстречу грозовому фронту. Можно было попытаться проскочить над ним, но «Ныряльщик-1» был слишком сильно повреждён, и Джеймс Битти-младший никогда не бросит своё задание. Победный рёв пендрагона ударил в корму дирижаблей, но первые грозовые облака уже маячили перед ними.

— Приготовиться!

Молниевая защита, разработанная в первые годы колонизации, вобрала в себя все доступные человечеству знания, но реалии Нефелии внесли свои коррективы. Чистая мощь и частота разрядов быстро делали любые методы защиты малоэффективными. Слово «гроза» и слово «смерть» для облачника - одно и то же. Капитан Романов знал это как никто другой и всё равно отдал приказ. Ветер терзал сцепку дирижаблей, норовя разорвать канаты, первые разряды пробежали по баллонам, а сзади снова взревел пендрагон, заглушая своим голосом громовые раскаты.

Удар колоссальной молнии прямо в носовую оконечность «Бегущего» уничтожил огневую точку, и мог бы ослепить экипаж на мостике, но защитные очки спасли им зрение.

— Возгорание в первом отсеке! - Одновременно с докладом раздался грохот. - Детонация боеприпасов!

— Тушите!

— Система пожаротушения отказала!

Капитан Романов бросил быстрый взгляд на внутренний телефон. Если молния повредила баллоны с инертным газом, придётся или тушить вручную, или использовать резервную систему, запитанную от балластных баков с водой. И то, и другое - совершенно не к месту.

В зарождающемся хаосе сигнал вызова капитанской трубки показался ещё более пронзительным.

— Да?! - рявкнул капитан Романов.

— Молния только что ударила в «Дуддинга»! - Гарри пытался перекричать вой ветра и гром. - Они горят! Вижу, как облезает оболочка баллона!

Небо вокруг «Бегущего» сотряслось от очередного удара молнии, треск стоял такой, словно мироздание рвалось на части.

— Снова в «Дуддинга»! Капитан!..

Приглушённый взрыв почувствовал каждый на мостике, а из трубки телефона он был слышен даже сквозь грохот непогоды.

— Гарри?! Гарри, ответь!

Из трубки доносились какие-то нечленораздельные крики, а затем капитан Романов отчётливо услышал:

— Рубите концы!

— Гарри, что происходит?!

— Капитан! «Дуддинг» - всё! Его разметало на тряпки! «Ныряльщик» теряет ход и высоту!

Капитан Романов стиснул зубы. Это был ожидаемый исход, но он надеялся выполнить задание. Из трубки раздался очередной взрыв, а затем наступила настолько внезапная тишина, словно произошёл обрыв связи. Поэтому шепот Гарри, раздавшийся из динамика, звучал ещё более зловеще, чем мог:

— Во имя всего святого…

— Гарри?! Докладывай, боец! - рявкнул капитан.

— Из «Ныряльщика» вырвался пендрагон… маленький…

Волосы на голове Романова зашевелились. Джеймс, проклятый томми, впервые в своей поганой жизни не соврал! Они действительно разграбили гнездо самой страшной твари на планете!

— Вы порубили концы?! Гарри, концы?!

— Да… капитан… мы закончили! - стрелок наконец пришёл в себя, его голос зазвучал как обычно.

— Сбросить балласт! Двигатели вертикально! Поднимем нашу птичку! - разнёсся приказ по мостику. - Выходим из грозы!

Это была единственная возможность спастись для «Бегущего». Грозовые фронты на Нефелии почти всегда закрывали большую площадь, но вот высота облаков была небольшой. Из этой электрической ловушки можно было выпрыгнуть, главное - немного удачи.

Сильный порыв бокового ветра толкнул дирижабль с такой силой, что огромный аппарат развернуло. Теперь с мостика было видно разодранный в центре баллон «Ныряльщика», в котором возился какой-то монстр. В стробоскопических вспышках молний невозможно было разглядеть детали, но опытный взгляд мог заметить схожие черты детёныша и взрослой особи. Затем баллон «Ныряльщика», разъедаемый огнём, скрыло массивной тенью.

— Нет ничего сильнее родительских инстинктов, - глухо заметил капитан Романов.

Двигатели и архимедова сила все сильнее толкали «Бегущего» вверх, унося от места бесславной гибели дирижаблей Доминиона, от вездесущих молний, от пендрагона. Этот поход закончился ничем. Более того, капитану Романову, возможно, придётся продать дирижабль - доклады о повреждениях продолжали поступать, а урон репутации и кошельку после произошедшего будет ужасным. Во Владивысоцке Романова давно ждал уютный дом и добротный трактир для воздушных китобоев, но заканчивать свою карьеру капитана так он не хотел.

Следующий час превратился в настоящую рутину: направляй, координируй, отдавай приказания.

«Мы обязательно доберёмся до дома…» - мысль была тяжёлой на фоне потерь и повреждений, но капитан Романов смотрел твёрдо.

Внезапно из динамика трубки донеслось:

— Фернандо, баллон ты вялый, где инструменты?! Как я должен ремонтировать это всё без ЗИП-а?!