Убийственная ботаника

Павел заполнял бумаги быстро и аккуратно. Свет настольной лампы круглым пятном ложился на стол. В ординаторской пахло хлоркой. Через открытую дверь доносился шум больницы. Быстрые шаги медсестер, тихие разговоры и стук колес медицинских каталок.

- На сегодня все, – сказал Андрей, вставая с дивана.

Павел слегка вздрогнул, он совсем забыл, что находится в кабинете не один.

- Скажи Зазнову, что бумаги у него на столе, – с этими словами Андрей бросил на соседний стол медицинские карты в прозрачной папке.

- Ты его не дождешься? – спросил Павел, не поворачивая головы.

- Нет, я его предупреждал, что сегодня встречаю друга в аэропорту, – мужчина снял белый халат и стал собирать сумку. – Ну что, завтра большой день?

- Ага.

- Кто же из нас? – понизив голос, нараспев сказал Андрей. – Ты или я? Я или ты?

- Пусть победит сильнейший, – благосклонно сказал Павел, повернувшись, наконец, лицом к Андрею.

- Думаю, выберут тебя, – махнул рукой Андрей. Он уже стоял на пороге кабинета. – Ты же знаешь, что я на днях разозлил Зазнова?

- То была просто ошибка в документах, операцию-то ты провел хорошо.

- Да, но он мне сказал, что еще одна проблема с бумажками и он, – Андрей поджал губы, вспоминая точную формулировку и манеру Зазнова. – «Может поду-умать, что у меня не доста-аточно врачебного опыта для дальнейшего карьерного роста». Ладно, увидим. Адьес!

Андрей исчез за дверью.

Павел застыл, глядя на документы, лежащие на столе начальника. Нехорошая мысль закрутилась в голове: «А что, если убрать куда-нибудь эту папку? Зазнов разозлится и точно выберет меня».

Павел встал и прошелся вокруг стола Зазнова. Но потом потряс головой и сел на место. «Так делать нечестно», думал он. «Не по-мужски, как-то, больше двух лет бок о бок работаем, нехорошо его подставлять».

«Но, с другой стороны!..» Павел опять встал. «Надо подумать! Я заслужил этот шанс. Моя работа объективно лучше. Я выкладываюсь на операциях, не опаздываю, беру дополнительные смены. К тому же у меня жена и маленький ребенок. Не могу я рисковать их будущим! Забота о семье – это же не подлость! А Зазнову явно нравится Андрей. Он такой веселый и обходительный. Ну и ладно, что невнимательный и неопрятный. Нет, будет несправедливо, если место достанется не мне. И просто глупо, если я упущу свой шанс».

Павел подошел к столу. Он быстро схватил папку и сунул ее в свой рюкзак. Дело сделано. Сомнения опять подступили к мужчине и подло ударили под дых.

Вернувшись на свое место, Павел понял, что у него дрожат руки, и колотится сердце. Мужчина взглянул на свое отражение в окне и увидел испуганного ссутулившегося человека. Павел выпрямил плечи и размял шею двумя короткими поворотами головы.

«Ничего такого ужасного я не сделал», думал он. «Зазнов и так бы выбрал меня».

Наклонив голову, Павел увидел, что на полу лежит его ручка. «Паркер», подаренный мамой на вручение диплома. Мама бы не одобрила его поступок.

В ординаторскую шагнул Зазнов.

- Сергей Семенович, – Павел встал со своего места. – Я оформил всех пациентов, карты заполнены. Козлову переводят, нужна ваша подпись.

Зазнов кивал на каждой фразе, садясь за свой стол. Он подписал необходимые документы, бегло просмотрев их.

- Отли-ично, - сказал Сергей Семенович.

Павел улыбнулся, вспомнив, как передразнивал Зазнова Андрей.

- Мне проверить Капустина?

- Нет-нет, – Зазнов копался в документах на своем столе. – Я был у него только что. Гото-овься к завтрашнему дню… Андрей ничего мне не оставлял?

- Не помню, – сглотнул Павел.

- Вот жук! – Сергей Семенович все сильнее закапывался в бумагах. – Запомни, Паша, важные документы надо отдавать лично в руки, а не оставлять…

Павел почувствовал, что съеживается. Ему казалось, что он уменьшается и вот-вот пропадет, останется лишь тяжелое чувство в желудке.

- Завтра, – слова Зазнова вернули Пашу в реальность. – Прово-одишь операцию с Лебедевым.

- Я? Правда? – внутри Паши все перевернулось, на лицо наехала глупая улыбка.

- Да. Смотри, не подведи меня. Я вас обоих рекомендовал ему. Но если он увидит тебя в деле, и ты ему понравишься, а я думаю, так будет, – Зазнов поднял указательный палец вверх, – То он предложит тебе работу в своей клинике.

- Это такая честь!

- Да, это лучшая кли-иника в стране, но учти, сначала впахивать тебе придется за двоих. Лебедев – трудоголик. С ним уживаются то-олько фанаты своей работы.

- Конечно, я буду выкладываться на максимум!

- Зарплата там чуть выше, но не на много. Зато потом, возможно, будут повышения. Но с этим разберешься.

***

Павел вылетел из кабинета, чувствуя, как невидимые крылья помогают отрываться ему от земли. Он отвесил галантный поклон санитарке, которую чуть не снес.

Папку с картами Павел выбросил в урну около автомата с кофе. Затем крепко пожал руку, удивленному охраннику. И вышел через стеклянные двери навстречу весенней ночи.

Москва не спала. Она светила уличными фонарями, рекламой и автомобильными фарами. По дороге шли группы студентов, смех которых разносился по всей улице. Случайные прохожие торопились по делам даже сейчас, когда часы показывали половину одиннадцатого.

Павел дошел до своей машины – синей Kia Rio. На пассажирском сидении дремала Вера. Сегодня был один из тех дней, когда девушка заезжала за мужем на работу.

Паша замер у машины. Он пытался сохранить этот образ у себя в голове. Маленькая, хрупкая, с длинными рыжими волосами. Ее ресницы слегка подрагивали. Пухлые губы обрамляли полуоткрытый рот.

Вера вздрогнула. Сонные глаза медленно сфокусировались на мужчине. Павел открыл дверь машины.

- Ты меня напугал, – сказала Вера и потянулась.

- Прости, солнце, – Паша впился поцелуем в губы жены.

- Что с тобой? – засмеялась девушка, поправляя помаду.

- Я очень задержался, прости. Но у меня отличные новости! Зазнов выбрал меня! Я буду проводить завтра операцию!

- Поздравляю! – Вера обняла мужа. – Это очень хорошо. Но значит, ты завтра задержишься?

- Да, но это будет очень важный день. Я могу выбраться из этой дыры. Наконец-то! У меня от этой работы постоянная головная боль, – мужчина растер руками виски.

Павел завел машину. Они резко тронулись с места.

- А мне нравится ваша клиника, – Вера поджала губы и покосилась на мужа. -Знаешь, я в последнее время подумываю вернуться на работу. Может, когда тебя возьмут к Лебедеву, я попробую устроиться здесь младшей медсестрой?

- Не надо, – Паша махнул рукой.

- Почему?

- Тебя не возьмут.

- Мы этого не знаем. Что мне мешает попробовать? Обещаю, на тебе это никак не отразится.

Паша потер рукой глаза.

- Помнишь, как ты уставала на работе? А какие попадались пациенты? Грубые, неблагодарные, агрессивные. К чему этот разговор? Ты говорила, что рада произошедшему…

- Да, была, но теперь, когда Лене уже пять лет, – Вера пожала плечами. – Мы все равно почти не видимся. Ты работаешь, Лена – в детском саду. Я могла бы зарабатывать…

- Тебя не возьмут, – Паша сжал челюсть. – Главврач позвонит на прошлое место работы, узнает про… все. Давай, не будем об этом? Тебе же нравится работа по дому. Ты прекрасно готовишь, украшаешь дом, так продолжай, если есть такая возможность.

- А для кого, Паш, мне все это делать? Когда последний раз ты проводил целый день дома? Я понимаю, что тебе нужно работать, так и я хочу опять попробовать. Забудь о том, что произошло.

- Я пытаюсь, – сказал Паша и поджал губы. – Но ты не даешь этого сделать.

Раздался звонок. Паша полез в карман пиджака за телефоном.

- Кто там еще? – Павел протянул телефон Вере. – Включи, пожалуйста, громкую связь.

- Твоя сестра.

- Але, Маш, что-то случилось? – Павел удивленно посмотрел на часы.

- Паша, – голос Маши был очень слаб и доносился издалека. – Срочно, приезжай, я…

Раздался треск и звук удара. Голос умолк.

- Маша?! – крикнул мужчина. – Маша?!

Но ответа не было. Телефон умолк. Вера раскрыла рот и, казалось, не дышала.

- Надо ехать к ней, – выдохнула Вера.

- Может вызвать скорую? – Паша смотрел на часы.

- Ты слышал ее голос? Она же астматик, вдруг у нее приступ? Скорая может приехать через час. И как они войдут в дом?

- Да, по звуку похоже на проблемы с дыханием. Ладно, конечно, едем.

- Скорее!

Паша выжал педаль газа на максимум. Двигатель, взревел. Свет фонарей за окном слился в единую полосу.

***

Павел за секунды взлетел на пятый этаж. Дверь тамбура была открыта. Павел подобрал ключ от квартиры. Щелчок. Мужчина дернул дверь на себя. Она не открылась.

Павел услышал сзади тяжелое дыхание.

- Ну! – сказала Вера, задыхаясь от бега по лестнице. – Открывай! Скорее!

Павел с силой потянул на себя дверь. Она поддалась на несколько сантиметров. Мужчина заглянул в щель.

- Она не открывается! – удивился Павел. Он провел рукой по зеленым стеблям, стягивающим дверь изнутри. – Кажется, дверь заросла травой!

- Как это?

- Маша! Маша, открывай! – Паша заколотил в дверь, ответа не было.

Он потянул дверь на себя. Лицо от напряжения покраснело, щеки надулись. Растения рвались медленно с тихим потрескиванием. Щель достигла уже полметра, но стебли все еще стягивали дверь. Вера протиснулась ближе и начала руками рвать крепкие прутья.

- Зачем она посадила растения так близко к двери?

Павел не ответил, он рывками дергал дверь на себя.

- Я могу пролезть, – Вера сняла с руки резинку и убрала длинные рыжие волосы в пучок.

Девушка шагнула одной ногой внутрь квартиры, затем, помогая себе руками, протиснула корпус. Тонкая нога в синих узких джинсах скрылась в квартире последней.

- Господи, что тут творится? – в голосе Веры звучали удивление и страх.

- Ты видишь Машу? – спросил Павел, продолжая тянуть на себя дверь.

- Маша! – закричала Вера. – Маша, ты где?

Павел рывками дергал дверь на себя. Мышцы рук свело до боли. Дверь не поддавалась.

- О, Господи! – завизжала Вера.

Голос Веры придал Павлу сил, он зарычал от напряжения. Стебли затрещали. Дверь распахнулась. От неожиданности мужчина упал, ударившись спиной. В ноздри ударил сладкий, травянистый запах, напоминающий свежее сено. Павел быстро поднялся, готовый вбежать в квартиру. Но заглянув в нее, замер.

Павел вырос в этом месте. И хотя он не был здесь уже несколько лет, хорошо помнил квартиру. Но сейчас Паша ее не узнал. Потолок, стены и пол представляли собой сплошной зеленый ковер. Павел разглядел вешалку для курток, она полностью заросла крупными, размером с ладонь, листьями. Сейчас она больше походила на вытянутый куст. Павел почувствовал слабость в ногах.

Сделав глубокий вдох и ощутив бодрящий воздух в легких, Павел шагнул в квартиру. Ботинок полностью исчез в толще ровных овальных листьев. Павел пробирался по коридору, высоко поднимая ноги, которые цеплялись за стебли.

Павел слышал тихий успокаивающий голос Веры из спальни. В комнате он увидел, как Вера стоит над письменным столом, который пытается освободить от растений. Через два удара сердца Павел увидел очертания фигуры. Одним прыжком он оказался рядом с Верой.

За письменным столом сидела, а точнее лежала, Маша. Ее шея руки и верхняя часть спины были окутаны стеблями, напоминающими тонких змей. Нижняя часть тела была привязана растениями к стулу.

- Машенька, мы тебя освободим – бормотала Вера, продолжая распутывать лицо девушки.

Паша на секунду замер, он мысленно отметил бледность кожи, выпученные глаза и дрожащие губы Маши. Мужчина обошел стул и рывками разорвал путы, сковывающие грудную клетку. Маша шумно вздохнула и закашлялась, ее лицо быстро порозовело. Паша ушел на кухню и вернулся с ножом и ингалятором. Спустя несколько минут, они с Верой освободили девушку.

Маша все еще тяжело дышала, но уже свободно сидела в кресле. Вера продолжала рвать оставшиеся растения, она тихонько шмыгала носом. Павел чувствовал, что его белая рубашка насквозь мокрая от пота. Горячие руки пульсировали и ныли от ссадин.

Павел и Вера смотрели на Машу, ища в ее лице ответы на сотни вопросов. Все вдруг замерли. Маша попыталась улыбнуться.

- Я влипла в большие неприятности!

***

- Маша, объясни, что происходит? – потребовала Вера.

- Мне нужна ваша помощь, – девушка резко встала с кресла, ослабевшее тело качнулось, с трудом удерживая равновесие.

- Приступа астмы нет, тебе нужно просто отдохнуть, – Паша подхватил сестру под локоть. – Мы отвезем тебя в больницу.

- Нет времени, – Маша вяло оттолкнула брата. – Мне нужно в университет.

- Для лекций уже поздновато, – Паша вздохнул и посмотрел на часы.

Он мысленно высчитывал, сколько ему осталось времени на сон. Операция в 9.00. Быть в больнице он должен в 8.00. А на часах уже половина двенадцатого.

- Вы не понимаете, вопрос жизни и смерти. Богом прошу, отвезите меня в университет! – Маша вновь залилась кашлем.

- У меня тоже сейчас полно проблем, – Паша стал ходить кругами по комнате, потирая виски, – Завтра сложная операция, проводить я буду ее вместе с Лебедевым. От завтрашнего дня зависит вся моя жизнь. Мне нужно выспаться, чтобы, наконец, прошла головная боль. Я три года работал без выходных, чтобы стать лучшим! Мне сейчас не до твоих растений!

- Паш, ты не понял, – тихо сказала сестра. – Это не фигура речи. Люди могут погибнуть.

Мужчина остановился и посмотрел Маше в глаза.

- Мне надо вам кое-что рассказать.

***

Маша с детства увлекалась растениями. У Паши в голове сохранился образ трехлетней девочки, поливающей из лейки бабушкины грядки. После школы Маша поступила в МГУ на факультет «Почвоведения и ботаники», где изучала генетику растений. После выпуска, девушка осталась в университете, защитила кандидатскую диссертацию и стала самым молодым ученым. Поэтому Паша не удивился, когда Маша рассказала, что работает над засекреченным проектом правительства.

***

Маша взяла клятву с Паши и Веры, что они никому не расскажут о том, что она собирается им открыть.

Год назад ее таланты заметили на государственном уровне. Прошлой весной Маша, как обычно, работала в кабинете университета. Все пространство вокруг нее было заставлено пробирками, реактивами и образцами. Девушка заносила в таблицу данные по своему текущему исследованию, когда дверь распахнул Борис Александрович. Невысокий мужчина с седыми волосами и большим животом насвистывал себе под нос.

- А, Маша, вы здесь! Никак не могу к вам привыкнуть.

- Конечно, здесь, – сказала девушка, не отрываясь от таблиц. – Это ведь и мой кабинет тоже.

- Все язвите? Сегодня вам не испортить мне настроение, хотя обычно это у вас хорошо получается! – мужчина начал судорожно прибирать на своем столе.

- Не моя вина, что мне дали место в этом кабинете.

- Вообще-то, в мое время нужно было больше трудиться, чтобы занять место научного сотрудника. Вы еще несколько лет назад были всего лишь моей студенткой. А теперь сами ведете занятия. Чем это вы заслужили такое право?

- Работала, как видите, - Маша показала свой, заваленный стол.

- Для вас это все шутки. Думаете мне дали этот стол, как только я написал пару статей? – мужчина похлопал по деревянной столешнице. – Нет, вообще-то сначала я работал, как младший научный сотрудник без места. И только после того, как я, работая в тайге, усовершенствовал метод «нокаута» гена, зав. кафедрой дал мне кабинет.

- Когда это было? – спросила Маша.

- Двадцать лет назад, – ученый не услышал иронии в голосе девушки. – Я работаю на кафедре уже двадцать пять лет. Всего себя отдал работе, науке и студентам.

- И студенткам, – добавила Маша.

- Ну, знаете ли! – мужчина грозно посмотрел на девушку, но быстро передумал ссориться. – Я встретил Виктора Петровича в коридоре. Он сказал, что придет ко мне сегодня с новостями, хочет, чтобы вы тоже присутствовали, поэтому никуда не уходите.

- Интересно, может, закупают новое оборудование?

- Нет, – отмахнулся мужчина. – Откуда же взяться деньгам? Ходили слухи о подготовке новой лаборатории. Может, мне поручат руководить научной группой? Или предложат вести проект?

- Или отправят в тайгу?

- А вы были бы, конечно, рады.

Маша невинно захлопала глазами. Она не думала, что заведующий кафедрой предложит ученому хорошую работу. Пять лет назад Бориса Александровича застукали со студенткой, которая оказалась дочерью зав. кафедры. Борис думал, что про его проступок давно забыли. Но Маша считала, что Виктор Петрович только сделал вид, что отпустил этот случай.

Борис Александрович покачал головой, затем перевел взгляд на свой стол, на котором был компьютер, две ручки и пара листов. Ученый открыл шкаф и достал оттуда книги. Борис Александрович разложил их на столе, создавая видимость, рабочего процесса. Когда все пространство стола заполнилось, мужчина сел и уткнулся в телефон. В дверь постучались.

- Мария Михайловна, Борис Александрович, здравствуйте! – Виктор Петрович, широким шагом пересек кабинет.

Заведующий кафедрой генетики растений был высоким мужчиной с лысой головой и добрыми глазами. Маша уважала Виктора Петровича за его преданность работе. Мужчина доставал для своих сотрудников лучшее оборудование, находил интересные и выгодные проекты, лично следил за каждым исследованием коллег. Он заметил Машу еще студенткой и пророчил ей большое будущее в науке.

Вслед за Виктором Петровичем вошел неизвестный мужчина в военной форме. Молодой человек, лет тридцати, с широкими плечами и плоским лицом. Он с любопытством посмотрел на присутствующих.

Ученые поднялись со своих мест, расправили плечи и нахмурились.

- Вот это те, про кого я вам говорил, – сказал Виктор Петрович, обращаясь к военному.

- Здравствуйте! – мужчина разговаривал громким басом. – Позвольте, представиться, майор Владимир Крановский.

Военный, протянул широкую ладонь сначала Маше.

- Что вас к нам привело? – спросил Борис.

- Дорогие мои, майор Крановский в поисках специалиста по генетике растений. Нужен человек, который разбирается в предмете, не боится браться за сложные задачи и имеет творческую жилку. И я сказал, что у нас такой есть.

- Позвольте, я введу вас в курс дела, – продолжил майор. – Сразу предупреждаю, господа ученые, – все, что вы сейчас услышите, является государственной тайной. Недавно были обнаружены черновики советских ботаников, которые работали над проектом «Колумб».

Виктор Петрович протянул Маше картонную папку с бумагами. Внутри была стопка желтых листов, с напечатанным на машинке текстом. Маша быстро пролистывала листок за листком. Борис Александрович смотрел ей через плечо. В конце документа лежал конверт с семенами.

- Проект был посвящен… – продолжил военный.

- Выращиванию растений в экстремальных условиях, а именно в условиях отсутствия кислорода, почвы, при высоких колебаниях температур, радиации, - прочитала Маша, улыбка расплылась по ее лицу. – Мы говорим про космос?

- Так точно, – сказал Крановский. – Ваша задача создать растения, которые можно высадить на луне. Мария Александровна Кузнецова вы назначаетесь начальником проекта «Колумб».

- Я? – удивилась Маша.

- Она?! – возмутился Борис Александрович.

- Так точно.

- Да-да, – подтвердил Виктор Петрович. – Машенька, вы самородок, я никогда не видел у молодых людей столь глубокого понимания генетики. Десятки ваших статей читают по всему миру. На ваших экспериментах учатся студенты. Вы гордость нашей кафедры. Если кому-то под силу это сделать, то именно вам. Правда, Борис Александрович?

Ученый стоял неподвижно и не моргал. Маша смущенно улыбнулась.

- Спасибо, это блестяще, – Маша растерянно хлопала глазами. – И очень неожиданно. Полагаю, мне потребуется специальное оборудование и реактивы.

- Конечно, вам предоставят лабораторию, помощников и все необходимые ресурсы.

- Кстати, об этом, – потер руки зав. кафедрой. – Борис Александрович, вы назначаетесь Маше в ассистенты. Ваш опыт в лабораторной работе пригодится в этом деле.

- Я буду лаборантом? – голос мужчины был лишен всякого выражения.

- Скорее мудрым подспорьем. Вам дается шанс проявить себя, искупить ошибки прошлого, – Виктор Петрович поднял указательный палец вверх. – К тому же вы единственный на кафедре, у кого нет актуальных проектов. Ваше последнее большое исследование завершилось 15 лет назад. Время вновь взяться за работу.

Маша искоса посмотрела на бывшего преподавателя. Он был бледен и не дышал. Его глаза стали стеклянными, а губы плотно сжались. Маше стало неловко, и она отвернулась.

- Это задача государственной важности, – сказал Владимир Крановский. – Вам дается возможность послужить своей стране. Внести свой вклад в освоение космоса. Вы согласны?

- Так точно, – улыбнулась девушка.

Борис Александрович молча кивнул.

- Я буду куратором вашего проекта, обо всем, что вам необходимо докладывайте мне.

- Блестяще!

***

Маше дали лабораторию неподалеку от главного здания университета. Она начала с анализа литературы и пришла к выводу, что советские ученые далеко продвинулись в создании растений, способных к выживанию в космосе.

Были решены основные проблемы. За основу взято растение Никотиана (Nicotiána), отличающееся быстрым ростом и неприхотливостью. Затем его скрестили с полынью для усиления устойчивости к радиации.

Для того чтобы растение могло переносить перепады температур, в интервале от -130 до +130 °С, его гены модифицировали с помощью двух видов бактерий, которые были отобраны в жерле вулкана и в антарктических льдах.

Далее они вывели сорта экономных растений, способных повторно использовать собственные химические вещества: воду, соли, углекислый газ и другие. Ученые предполагали, что вначале опытов воду на луну будут поставлять, но затем растения будут ее использовать многократно.

И остался всего один вызов – отсутствие газов на луне. Для растений не нужен кислород в атмосфере, потому что они сами его вырабатывают. Но проблема в том, что сильный лунный ветер уносит газы и влагу, которые накапливают растения. Над решением этого вопроса и работала Маша.

Девушка хотела рассказать все о том, как она пришла к решению задачи, как экспериментировала днями и ночами, как боролась с Борисом Александровичем, который отвергал все ее идеи. Но нужно было спешить.

- Меня вдохновил Фукус пузырчатый. Это такая водоросль, она хранит газы в специальных пузырьках. Я подумала это отличная идея, но ветер может сорвать эти пузырьки. Тогда, где их лучше разместить?

Маша, протянула руку и выдернула растения из горшка на столе. Земля посыпалась мелкой крошкой. Открылись корни, покрытые маленькими шариками. Тут Паша понял, что квартиру занимает всего одно растение, начало которого на столе.

- Конечно же, на корнях! Тут даже Борис Александрович не нашелся, что возразить. И мы создали его! Создали растение готовое к космосу. Протестировали его в вакууме. Оно растет!

Маша разорвала корни.

- Это убьет все растение.

Паша и Вера переглянулись. Затем девушка вытащила телефон из кармана, она попыталась дозвониться до кого-то, не прерывая рассказ.

- Завтра Крановский, военный, курирующий исследование, обещал привести начальство, чтобы мы показали результаты. Сегодня утром уже все было готово, я посмотрела на код ДНК, и ушла… гулять, - смущенная улыбка на секунду коснулась лица девушки. – Вернулась уже вечером, мне захотелось еще раз все проверить, я взглянула на ДНК. И мне показалось, что она изменилась. ДНК – это шифр из миллиардов символов, поэтому я не смогла понять, где ошибка. Я вижу каждый ген, как оттенок того или иного цвета. Такая у меня особенность. Мне стало очевидно, что общая гамма нарушена. Я хотела еще раз проверить, но Борис Александрович сказал, что сегодня будут обрабатывать здание от грызунов. Я ушла, но семена взяла с собой. Хотела проверить, но закрыла глаза на минутку и задремала на столе. А когда очнулась, то почти не могла пошевелиться.

- Ты боишься, что лаборатория тоже заросла? И люди могли пострадать, как ты? – впервые с момента начала рассказа подал голос Паша.

- Нет, пока я была привязана к этому стулу, мой компьютер анализировал отличия в коде. И он их нашел, – Маша показала пальцем в экран. – Изменения не только в генах роста, но и в группе АВС. Цветок видоизменился. Растение из автотрофа стало гетеротрофом.

- Чем стало? – в один голос спросили Паша и Вера.

- Хищником, плотоядным хищником. Это растение может напасть на человека. Ранить и убить!

- Погоди, но ведь ты в порядке. Тебя не съели.

- Потому что прошло мало времени, растения не начали цвести. Еще бы час и распустились бы хищные «пасти». Вместо лепестков – ядовитые шипы, вместо тычинок – зеленые зубы. Я пытаюсь дозвониться до Крановского и Бориса, но они не отвечают. Прошу, отвезите меня в лабораторию!

Настенные часы пробили полночь.

- Ладно, – вздохнул Паша. – Я отвезу тебя туда, но потом поеду домой.

***

Пока они проезжали пустынные улицы столицы, Маша продолжала дозваниваться в лабораторию. Паша вел быстро. Он вздрогнул, почувствовав вибрацию телефона в кармане. На дисплее высветилось «Андрей работа». Павел поджал губы.

- Але.

- Привет, дружище, – Андрей сделал акцент на последнем слове. – Ну, ты и сволочь!

- Что?

- Не притворяйся! Документы, которые я сказал тебе передать Зазнову, помнишь? Ты их выбросил!

Паша сглотнул.

- Уборщица нашла в урне документы и отнесла их Зазнову. Представляешь, как он удивился? Позвонил мне, а я все про тебя понял и рассказал ему правду. Он передумал отдавать тебе операцию.

- Что за бред? Мне не дадут операцию из-за твоих карт? Мало ли, кто их выкинул!

- Санитарка видела, что это был ты. Но я рассказал ему не об этом. О, нет-нет-нет. Мой друг раньше работал вместе с тобой в Склифе. Я давно знаю, что ты перепутал лекарства.

- Не-не понимаю, о чем ты, - голос Паши задрожал, на лбу выступил холодный пот.

- Ты не помнишь, как выписал аллергику антибиотик и у него случился приступ? Или не помнишь, как заставил жену-медсестру взять на себя всю ответственность? Ее уволили, да? С большим скандалом. Ведь медицинский сотрудник не имеет права так ошибаться. Сегодня – перепутал лекарства, завтра – убил человека. Никто не захочет брать такого на работу.

- Зазнов поверил тебе на слово?

- Зазнов позвонил своим знакомым в Склиф. И те тоже рассказали, что видели подписанное тобой направление на лекарство. Я думал, мы друзья, поэтому молчал все годы, что мы работали вместе. Но ты поступил, как последняя сволочь. Оперирую завтра я.

Андрей бросил трубку.

- Не может этого быть!

- Здесь налево, – показала Маша.

Паша рулил одной рукой, второй искал номер Зазнова. Иконки телефона прыгали перед глазами. Правое колесо провалилось в яму, машина скрипнула. Телефон вылетел из рук. Паша громко выругался.

- Осторожнее! – крикнула Вера, вцепившись в ремень безопасности.

- Вот оно! – Маша указала на двухэтажное желтое здание, освещаемое одним фонарем.

Оно находилось в самом дальнем конце университетской территории.

Паша резко остановился и, выйдя из машины, стал искать телефон под сидением.

- Ничего себе! – услышал он голос Веры.

- Растения уже цветут, это плохо, – Машины шаги удалялись. – Они могли напасть на людей внутри.

- Подожди, что ты собираешься делать? – спросила Вера.

Паша, наконец, нашел телефон. На нем были три пропущенных звонка от Зазнова. Мужчина приложил трубку к уху.

- У нас в лаборатории есть вирусы, которые уничтожат это растение. Мне надо добраться до компьютера, тогда я смогу распылить его по всему зданию.

Маша стояла у полуоткрытой двери. Растения вываливались наружу, они были выше девушки. Через разбитые окна высовывались листья длиной в метр.

- Здравствуйте, Сергей Семенович! Произошло недоразумение…

- Да-а, уж, - послышалось в трубке. – Не ожидал от тебя.

- Нет-нет, все совсем не то, чем кажется. Это ошибка…

- Не ври, мне, Павел. Твой обман расстраивает меня больше твоей ошибки. Я разочарован. Что с тобой теперь делать?

- Простите…, - Паша прикрыл глаза рукой. – Да, я ошибся, но моя карьера была на кону. Это был мой первый год ординатуры, я струсил! Простите. Я сейчас совсем другой человек. Тот случай навсегда со мной, и он сделал меня лучше, как врача. Теперь я в тысячу раз внимательнее. Проверяю все по несколько раз. Прошу не лишайте меня этого шанса!

Паша открыл глаза и увидел, как Маша заходит внутрь здания. Вера стояла у дверей. Она кричала и махала руками, поторапливая мужа. Паша знаком попросил ее подождать.

- На пе-ервом месте всегда должны быть люди, а не а-амбиции. Если ты этого не усво-оишь, то тебе не стать хорошим врачом. Талант и трудолюбие тебя не спасу-ут.

- Да-да, конечно, извините.

- Надеюсь, что ты понял. Приходи завтра к 8.00, пусть Ле-ебедев сам решит, кого возьмет на операцию. Но учти, ты по-отерял мое уважение. Я больше не стану с тобой работать. Если Лебедев тебя не выберет, можешь писать заявление на увольнение.

Паша не успел ничего ответить, телефон умолк. Мужчина опустил руки.

- Да, что с тобой не так? – Вера подбежала к Паше, ее кулаки были сжаты. – Твоя сестра пошла в здание, кишащее плотоядными растениями, а ты разговариваешь по телефону. Твоя работа стала для тебя важнее всего!

- Меня могут уволить, – тихо сказал Паша.

- Твоя сестра может умереть! Боже, Паша! Мы – твоя семья. Ты нас бросишь здесь и уедешь?! Если так – то я ошиблась, выйдя за тебя замуж.

Она развернулась и пошла к зданию. Паша посмотрел ей в спину, потом перевел взгляд на беззвездное небо. Над ним пролетела ворона, громко каркнула, словно насмехаясь и скрылась за домами. Спустя вечность, которая уместилась всего в три секунды, Паша пошел к зданию.

- Конечно, я вас не оставлю, – прошептал он, растирая виски.

***

Высокие стебли стояли стеной. Паша не видел дальше собственных рук. Он догнал Веру и шел прямо за ней.

- Ты видишь Машу?

- Я здесь, – голос звучал совсем близко.

Они объединились, и теперь Паша обогнал девушек и пошел впереди. Он бил по стеблям и пинал ногами листья, прокладывая дорогу.

- Сейчас прямо, в конце коридора налево, и по лестнице вниз, – объясняла Маша, аккуратно ступая между растениями.

- Здесь прямо?

- Да, слева кабинет химиков. Там работают с сильными кислотами, лучше держаться подальше.

Растения тихонько шелестели вокруг. Молодые люди шли друг за другом. Было влажно и жарко. Прочные стебли нехотя прогибались под ногами, листья касались лиц, пахло свежей травой. Паше казалось, что растения медленно поворачиваются вслед за ними.

Кусты впереди зашевелились. Павел напрягся, готовый отразить удар.

- Эй! Здесь кто-то есть? – раздался мужской голос.

- Борис Александрович, это вы? – крикнула в ответ Маша.

Растительность впереди расступилась. И рядом с Пашей возник невысокий мужчина в мятом лабораторном халате, надетом на спортивный костюм. На белом лице горели два выпученных синих глаза. Борис Александрович держал правую руку под халатом и тяжело дышал.

Маша и Вера подошли ближе.

- Маша! Что ты тут делаешь?! – казалось, глаза мужчины сейчас выпадут из орбит. – Не важно, надо уходить. Скорее!

- Борис Александрович, вы целы? Что здесь произошло?

- Ошибка, это ошибка, - пробормотал он. – Надо просто уйти.

- Я хочу запустить Tobamovirus. Он уничтожит их.

- Просто вызовем военных, и пусть они шарахнут по зданию из гранатомета.

- Вы ранены? – спросил Паша.

- Нет-нет, это ничего, – мужчина испуганно отшатнулся.

- Вы идите, я хочу запустить вирус и проверить, нет ли еще кого-то в здании, – сказала Маша.

- Я с тобой, – сказал Паша.

- Нет! – закричал ученый. – Послушайте, надо выбираться! Эти растения, они нападают! Они могут убить! Нельзя ходить поодиночке. Они ждут, когда объект останется один и тогда цветки раскрывают пасти.

- Погодите, - сказал Павел. – Они нападают, если человек один?

- Да!

- Надо уничтожить растения, пока они не добрались до улицы и соседних зданий, – сказала Маша. – Давайте разделимся. Вера и Борис – идите к выходу. А мы с Пашей пойдем вниз.

- Скорее идемте, - затараторил Борис Александрович.

Вера посмотрела на Пашу и коротко ему кивнула.

- Будьте осторожны.

Борис Александрович и Вера скрылись в чаще лаборатории. А брат и сестра двинулись вперед.

- Прости, Паш, – сказала девушка. – Я понимаю, что для тебя это все не вовремя. Сколько осталось до твоей важной операции?

- Семь часов. Завтра меня, скорее всего, уволят.

- Мне жаль, прости. И спасибо!

- Тут дело не только в этом, – Паша ударил по очередному растению. – На мне, как будто бы какое-то проклятие. Я так мечтал стать лучшим специалистом, чтобы все видели мою ценность! Мне приходилось очень много работать, днем, ночью, и в выходные. Но я допустил глупую ошибку в начале своей карьеры и сегодня о ней все узнали. Потому что я выбросил документы коллеги перед носом санитарки. Какая глупость! Хотел стать первым, а стал последним. Работу я уже потерял, так еще и Вера во мне разочаровалась. Что мне теперь делать?

- С Верой помирись. И иди работай.

- Как у тебя все просто!

- Не просто, конечно, но выбора нет. Если ты хочешь быть лучшим специалистом, то ты сможешь этого достичь в любой клинике. А то останешься, как Борис Александрович, один. И будешь всем рассказывать, что отказался от личной жизни ради карьеры. Но и та не задалась по вине недоброжелателей.

- Придется устроиться в еще более паршивую клинику, – вздохнул он, потирая виски. – Моя лучшая перспектива – не стать самым последним врачом в городе.

- Зато я тебе позвонила первому.

Павел хмыкнул.

- Нет, правда. Я проснулась, потому что мне стало тяжело дышать. Под моей рукой был телефон, но растения все сжимали и сжимали меня. Я понимала, что успею набрать только один номер. И я подумала, кто самый надежный человек на этом свете, кто всегда меня выручит, кто возьмет трубку даже ночью. Ты был первым в моем списке.

- Спасибо, – Паша коснулся руки сестры. – Но в следующий раз звони в скорую.

Маша улыбнулась.

Раздался грохот. Паша вздрогнул и замер. Они были у лестницы, ведущей в подвал.

- Это выстрел? – спросил Паша.

- Наверное, Крановский здесь, – Маша бросилась вниз по лестнице.

Паша бежал за ней, листья и стебли хлестали по лицу. Он споткнулся и повис на стеблях. Маша пропала из вида.

- Подожди! – Паша выпутался и быстро направился вперед. – Нам нельзя разделяться!

Мужчина старался по шелесту листьев понять, в какую сторону побежала Маша. Он вбежал в комнату. На сваленных растениях лежал человек в изорванной одежде. Неизвестный мужчина посмотрел в сторону Паши и направил на него пистолет.

- Пошли прочь! – заревел он.

Паша вжал голову в плечи. Выстрел оглушил его.

***

Весь день Вера размышляла о Паше. Они познакомились в пятом классе, когда Вера сменила школу. Ей было страшно идти в новый класс. Учительница посадила ее на вторую парту рядом с Пашей. Спустя две недели они стали лучшими друзьями. Спустя три года – парой.

Паше хотел стать врачом. Вера решила учиться на медсестру. Они некоторое время работали в одной больнице, пока Паша не совершил врачебную ошибку. Вера взяла вину на себя. Она знала, как важна для Паши карьера. Девушке нравилось думать, что она пожертвовала собой ради большой любви. Она надеялась, что этот случай сблизит их еще больше, но вышло наоборот. Паше было стыдно, и это чувство разъединяло их.

Паша все больше погружался в работу. Задерживался, опаздывал или пропускал свидания. Вера занималась домом и ребенком. Она начала чувствовать себя брошенной. Вера была готова отдать все ради семьи, но Паше, казалось, нужна была только работа.

- Черт, кажется, мы зашли в тупик!

Слова Бориса Александровича вернули Веру в реальность. Она шла за ученым, держа дистанцию в два шага.

- У вас кровь! Вы ранены? – Вера увидела, как с руки мужчины сорвались алые капли.

- Ерунда, не подходите ко мне так близко, – ученый опасливо обернулся. – Они могут принять нас за одного человека и напасть.

- Как такое возможно? Разве растения могут видеть?

Борис Александрович тяжело дышал. Он осмотрелся и двинулся назад.

- Вообще-то, у них нет глаз, – мужчина дернул плечами. – Но их рецепторы определяют наличие или отсутствие объекта. Ваши домашние цветы знают, когда вы рядом.

- Интересно, – девушка улыбнулась, вспоминая свои фикусы.

- Да уж. Ботаника – очень интересная наука. Я проработал в этой области 25 лет, – Борис Александрович махнул рукой. – Хотя, кому какое дело? Маша только два года, как научный сотрудник, а ей уже дали такой проект. А я тут лишь мальчик на побегушках. Я должен целыми днями наблюдать, как за ней ухаживает Крановский. Когда я ему сказал, что растения-убийцы – это Машина ошибка, он меня чуть не ударил.

Вера нахмурилась.

- Крановский был здесь?

- Мы почти у выхода, пойдемте быстрее.

- Но как он выбрался, если двигаться можно только вдвоем? – Вера остановилась.

Мужчина тоже остановился и обернулся. Его челюсти были плотно сжаты. Глаза навыкате.

- А если он все еще здесь, – медленно продолжила Вера. – То почему вы хотели взорвать это здание?

Мужчина полез в карман брюк. Рука, прикрывающая правый бок, сместилась. Вера увидела круглое отверстие в одежде. Она видела такие отверстия, когда работала в больнице. Это было пулевое ранение. Мужчина сделал шаг к ней.

- Он же военный, выбрался, как-то, – мужчина протянул руку. - Пойдемте, девушка.

- Вас подстрелили, – прошептала Вера.

Холодок пробежал по спине. Девушка попятилась. Они услышали выстрел. Борис повернул голову в сторону. Вера бросилась прочь.

- Нет, не отходи от меня!

Растения затрещали. Вера обернулась и застыла. За спиной ученого показался гигантский фиолетовый цветок. Хищные лепестки раскрылись, словно пасть. Острые тычинки вонзились Борису в спину.

***

Паша медленно открыл глаза.

- Готов! – мужчина на полу убирал пистолет в кобуру.

- Володя, ты цел?

Маша появилась из чащи и упала на колени рядом с мужчиной. Паша медленно повернулся.

За его спиной лежал цветок размером с голову акулы. Острые иглы окружали его.

- Цел, да не весь. Ногу, зараза, прокусил мне. Но ничего, жить буду. Ты скажи, как здесь очутилась?

Крановский поднялся на ноги с помощью Маши.

- Я поняла, что с растениями что-то не так и приехала.

- Ты все знаешь, да?

Маша кивнула, усаживая Владимира на кресло.

- Вот зараза! Но ничего. Нас теперь трое, можем выбираться, - Володя нахмурился, глядя на Пашу. – Это кто кстати?

- Павел, брат Маши, – мужчина протянул руку.

- А-а, – улыбнулся Володя. – Разрешите, представиться, майор Владимир Крановский. Вызвался приглядывать за вашей сестрой. Не за тем, я, конечно, приглядывал. Вот зараза!

- Я могу все исправить, Володенька, – Маша положила руку на плечо мужчины. – Мне нужно только откопать этот компьютер, и я запущу вирус, который все тут подчистит.

- Командуй, – откопаем! Да, Павел?

- Откуда распространится вирус? – спросил Паша.

- Из опылителя, он должен быть в конце комнаты, – Маша оглядела джунгли вокруг, пытаясь сориентироваться. – Его трубы надо освободить.

Откопать компьютер оказалось несложно. Маша села за стол, а мужчины направились освобождать опылитель.

- Мы быстро, – пообещал Крановский.

Для того чтобы растения не напали на девушку, мужчины периодически ходили по комнате, напоминая о своем присутствии.

Опылитель находился за стеклянным шкафом. Мужчины сняли дверцы, чтобы вирусы растений могли свободно перемещаться.

- А нас-то этот вирус не заразит?

- Нет, он видоспецифичен, – Павел зажмурился, подбирая слова. – То есть действует только на растения.

- Вы тоже ученый, я посмотрю?

- Нет, я врач.

- Ха! Ну, и семейка. Одна ученая, второй врач. А у меня все военные в роду. Отец, дед, даже бабка. Но, кто знает, что дальше будет? – Володя весело хмыкнул.

- Вы с Машей встречаетесь?

- Нет, - покачал головой Володя. – Пока, нет. Маша все говорит, ты военный, сегодня здесь, а завтра там. Но я увольняться собираюсь. Надоело чужие приказы исполнять. И на жизнь времени совсем нет. Уволюсь – смогу семью построить. У меня друг в строительной фирме работает. Он давно к себе звал.

- И не жалко ради девчонки место свое терять? – Паша наткнулся на толстый стебель и стал тянуть его на себя. Растение не поддавалось.

- Мое место? Думаю, оно там, где мой человек.

Паша выдернул связку растений. Переплетенные стебли распались, внутри оказалась бутыль. Она выскользнула из Пашиных рук и разбилась. Руки мужчины оказались в белом порошке.

- На счастье, – сказал Крановский. – Может, если выберемся, мне удастся уволиться красиво. Награду наверняка дадут. За то, что застрелил предателя Родины.

- Кого застрелил? – Маша оказалась у них за спинами.

- Бориса этого. Я же не рассказал, что поймал его с поличным. Так вы сказали, что знаете, как все это началось.

- Мы знаем, что в моем исследовании была ошибка.

- Ошибка? Нет, – отмахнулся Крановский. – Эта зараза, Борька, хотел продать твои разработки китайцам. А в наши растения напихать случайных ошибок, чтобы они сдохли. Так ему приказали. Только они не знали, что телефоны ваши прослушиваются. Дело-то вам поручено государственной важности! Я его застукал, когда он над растениями шаманил. Говорю, что ты тут делаешь без Маши. А у него глазки забегали. Стал сказки сочинять, мол, перепроверяет, изучает. Я его хотел брать, но тут эти растения из оранжереи на меня накинулись. Борька сам этого не ожидал. Но я с цветочком справился. Тут этот ученый мне по башке табуретом заехал. Я развернулся и не заметил еще одно растение. В общем, достал пистолет и начал стрелять. В Борю случайно попал, но видел, что он упал. Оказалось меня все-таки ранили ногу. Пока я тут восстанавливался (кажется, я сознание потерял), новые цветочки расплодились.

- А я с ним Веру отправил, – сглотнул Паша. – Я пойду за ней.

- Подожди, еще не все готово, – сказала Маша.

Но мужчина быстро пошел в сторону лестницы.

- Продолжайте, я справлюсь.

Они услышали женский визг. Паша ринулся вверх.

***

Паша бежал Листья шелестели, будто змеи. Хищные бутоны нападали с разных сторон. Стебли резали кожу. Но Паша не останавливался. Вскоре он услышал крик. Треск. И звук падения.

- Вера! – закричал он, но голос охрип на середине слога. – Вера, ты где?

Голова гудела от боли. Павел заставил себя вбежать в комнату. Навстречу выскочил мужчина. Он рычал, закрывая лицо руками.

- Что с вами не так?! – закричал Борис. – Идиоты! Я не дам вам все испортить! Вы научитесь со мной считаться!

Ученый скрылся за растениями.

На полу под толстым стеклянным шкафом лежала Вера. Ее придавило к полу, видны были только голова и руки. Девушка сжимала коричневую бутыль, обвязанную тряпкой. Она угрожающе вытягивала ее перед собой.

- Вера! – Паша ринулся к ней, собираясь поднять шкаф.

- Стой! Не подходи! – закричала девушка.

Паша застыл. Пол вокруг Веры шипел. На ноге девушки виднелось черная обугленная рана.

- Что случилось?

- Он напал на меня! – дрожащим голосом сказала Вера. – Бросил шкаф! Я плеснула на него кислотой! Она тут стояла. Но пролила вокруг. Нога! Нога горит.

- Вот урод! Я убью его! – Паша обернулся.

- Только не уходи, мне больно, моя нога…

- Я подниму шкаф, – Паша сделал шаг вперед.

- Нет! – завизжала Вера. – Кислота! Не трогай шкаф.

Паша заметил капли на гладкой поверхности. За спиной послышался тихий треск. Но Паша не придал этому значения. Он был занят поиском решения.

Вера аккуратно поставила бутыль рядом с собой. Паша заметил, что пальцы девушки стали черными.

«Если я дотронусь до поверхности, то руки потеряют чувствительность» - пронеслось в голове – «Я больше не смогу оперировать».

- Тут должны быть перчатки, – Паша стал озираться по сторонам. – Я сейчас найду их и отодвину шкаф. Кислота только снаружи, ты не пострадаешь.

Мужчина заметался по комнате, он срывал листья, открывал шкафы и ящики. Но не находил ничего подходящего. Воздух вокруг становился все тяжелее. Голова гудела.

- О, Боже! – простонала Вера, она смотрела за Пашину спину.

Треск сзади становился все сильнее. Доносился запах гари.

- Огонь!

Вера задергалась, пытаясь самостоятельно освободиться. Капля кислоты попала ей на руку, зашипела. Девушка закричала и стала извиваться еще больше.

- Остановись! – Паша сорвал с себя рубашку. – Я вытащу тебя.

- Твои, руки, они обуглятся.

- Ничего, – мужчина обмотал свои пальцы рубашкой. – Я тебя здесь не брошу!

Запах гари становился сильнее. Паша спиной чувствовал жар. Черная дымка просачивалась в комнату. Мужчина схватился за шкаф. Он не почувствовал боли, только тепло в ладонях и пальцах. Кожа зашипела, образовалась белая пена. Шкаф со скрипом съехал в сторону. Паша закашлялся. Едкий дым раздирал горло. Девушка встала, пытаясь ничего не касаться. Она тяжело дышала.

Вера взяла Пашу за локоть, они двинулись к выходу. Паша прикрывал рукой рот.

- Быстрее! – торопила Вера.

Девушка хромала, но двигалась резво. Паша слабел. Бессонные ночи и весь стресс этого дня вдруг разом надавили на его плечи. Недостаток кислорода стал последней каплей для его организма. Паша пошел медленно, опираясь на стебли. Ноги дрожали. Голова раскалывалась. Он раскачивался при ходьбе. Вера взяла его под руку и потащила на себе.

- Нам куда? Паша?

Мужчина не понимал, где они. Он оглянулся, но видел только дым и джунгли.

- Я не понимаю, куда идти! Паша, пожалуйста, скажи, что-нибудь!

- Не знаю, – мужчина кашлял.

- Боже, мы сгорим тут заживо…

- Идем сюда! – Паша показал направление.

Впереди они увидели пламя. Растения горели, шипели и извивались. Вера оттащила Пашу прочь из огня. Они прошли несколько шагов и уперлись в стену. Вера заколотила по ней кулаками.

- Нет-нет-нет! Мы идем не в ту сторону, – Паша услышал Верины всхлипывания.

Вера сильнее сжала Пашину руку. Они повернули в другую сторону. Выхода не было. Растения сливались с дымом. Он потерял направление. Голова кружилась. Ноги подкашивались. Каждый шаг давался ему все труднее. Он споткнулся и повис на стеблях.

Паша почувствовал, как неведомая сила подхватывает его. Он закрыл глаза. Ноги слабо перебирали по полу. Хватка Веры на руке ослабла.

- Вера? – прошептал мужчина.

- Держим вас, – услышал Паша, мужской бас. – Пошли, живее! Вот зараза!

Паша открыл глаза. Он увидел дверь. Она медленно отворилась. Уличный ветер коснулся лица.

***

Паша смотрел на вытянутые листья, свисающие с люстры. Квартира снова стала походить на жилое помещение. Но кое-где еще сохранились зеленые заросли. Паша вытянул руку, чтобы снять с люстры растение.

- Оставь, – сказала Маша, ставя на стол чайник. – Красиво же.

- Ей не хватило, – хмыкнула Вера.

Паша сел на диван рядом с женой и обнял ее за плечи.

- Я теперь, как-то даже фикусов побаиваюсь, – сказал он.

- Это что, - протянул Володя, садясь напротив Паши. – У меня на работе на подоконнике кактус стоял, так я его в окошко выкинул. На всякий случай.

Все засмеялись. Паша потянулся за чашкой.

- Как твои руки? – спросила Маша.

- Не пострадали, – Паша с улыбкой показал сестре пальцы. – Вчера проводил операцию, чувствительность на месте.

- Это чудо! – кивнул Володя.

- Это химия, – поправила Маша. – Он же перед этим испачкал себя банкой с содой. Руки все белые были. Поэтому когда он схватил шкаф, сода прореагировала с кислотой и превратила ее в воду. Это, Володя, реакция нейтрализации. Восьмой класс химии.

- Это чудо, – повторил мужчина.

- Чудо то, что меня оставили на работе, – сказал Паша.

- А это чудо зовут Владимир Крановский, – сказала Маша. – К тебе же приходил Зазнов, пока ты был без сознания. Так Володя ему такого про тебя наговорил! Как ты выполнял секретное задание, как ловил опасного преступника, как рискуя жизнью, спасал жену…

- Это кто еще кого спасал, – Паша чмокнул Веру в щеку.

Нога девушки была перевязана.

- А в ту крутую клинику тебя не взяли?

- Нет, – махнул рукой Паша. – Но я и рад. Там бы пришлось работать без выходных, а мне сейчас хочется больше времени проводить с семьей. Да и здоровье нужно поправить. А то еще одного нападения растениями я не переживу. Расскажите лучше, что там с вашим проектом и этим сумасшедшим ботаником?

- Э-э, друг, – покачал головой Володя. – Дело засекречено. Официальная версия – выживший из ума ученый поджог лабораторию, после того, как не получил повышения. Пока лежит в больнице под охраной. А о работе Марии вы ничего не слышали и не знаете.

Паша сделал жест, обозначающий, что рот его на замке.

- И даже после всего случившегося Маша не перестала любить растения.

- А я и до этого знала, что табак опасен, – пожала плечами Маша.

- Погоди, табак? – удивился Паша. – Ты же говорила какая-то там Никотяна.

- Никотиана табакум, – поправила Маша. – Это Табак обыкновенный.

- Так вот, почему курение убивает! – засмеялась Вера.

- Какой ужас! – улыбнулся Паша.

- Давайте, поднимем наши чашки за здоровой образ жизни, – предложил Крановский.

- И за любовь, – добавила Вера.

- Ура!

Чашки застучали друг об друга. С люстры сорвался тонкий стебель и упал к Паше в чашку. Он аккуратно вытащил его и поднял на свет. Зеленый прутик оканчивался набухшей почкой. Внутри зарождался фиолетовый цветок.