Проект «Рой»

Россия. Недалёкое будущее

Виктор

Виктор задумчиво смотрел в экран ноутбука и постукивал пальцем по столу. Он просидел так минут пять и всё не мог решить – что делать дальше? Казалось бы, радоваться надо – его резюме заметили! Вот только чувствовался в этом какой-то подвох.

Виктор уже несколько месяцев откликался на все мало-мальски подходящие вакансии. В ответ – полный игнор. Нет, пару раз ему звонили рекрутёры, которых не смутило, что его единственное место работы – вооружённые силы. Пара минут разговора и затем неизменно следовал вопрос – почему после увольнения в запас он не работал уже больше года?

Виктор привык быть честным и отвечал прямо, что почти год восстанавливался после тяжёлого ранения. Менеджеры по персоналу тут же находили повод закончить разговор и больше не перезванивали. Чёртова рана завершила военную карьеру, она же губила не начавшуюся гражданскую.

Жить на пособие Виктор считал унизительным, да к тому же верил, что специальность его востребована и на гражданке. Дроны применяют повсеместно. Виктор командовал группой операторов беспилотных летательных аппаратов и службу свою любил. Разведка, наведение артиллерии и систем залпового огня. Каких задач он со своими ребятами только не выполнял.

Пока во время очередной командировки на Ближний Восток не попал под миномётный обстрел. Можно сказать ему повезло – остался жив, даже руки-ноги на месте, но... Многочисленные осколочные ранения подорвали здоровье и Виктора списали в запас.

Теперь он сидел перед стареньким ноутбуком и взгляд его в десятый раз скользил по строчкам письма. На собеседование его звала крупная госкомпания, деятельность которой весьма обширна – тут тебе и айти и медицина и роботехника с электроникой. Самое главное – они разрабатывают собственную линейку дронов и им «...пригодился бы человек с Вашим опытом».

Смущало лишь, что в письме нет внятного описания вакансии. Занимаемся, мол, беспилотниками. Запускаем новый большой проект. Срочно нужны люди. Всё.

Виктор несильно хлопнул ладонью по столу. Да какая разница? Разве предложения так и сыпятся? Нет. А значит, чего зря штаны протирать? Нужно срочно соглашаться на собеседование.

***

Виктор пятый раз за минуту подправил воротник рубашки и поерзал в кресле, ища более удобную позу.

«Чёрт, да я под обстрелами так нервничал!» – подумал он.

Первое настоящее собеседование! В жизни Виктора сначала был кадетский корпус, потом военное училище и армия. Он просто не успел поработать на «нормальной» гражданской работе. Потому и собеседований не проходил.

Теперь, ожидая видеозвонок от рекрутёра, не мог перестать елозить в кресле и теребить воротник несчастной рубашки.

Рекрутёр оказался молодым, едва за двадцать лет, парнем. Коротко стриженный, в толстовке с названием компании, очках в тонкой металлической оправе и с лучистой улыбкой на лице.

–Виктор, добрый день! – заговорил он, – меня зовут Максим. Как меня слышно?

–Добрый день, Максим. Слышно хорошо, – ответил Виктор.

Ему пришлось постараться, чтобы не ляпнуть фраз вроде «приём» и «так точно». Голос тоже пришлось контролировать, чтобы не кричать как в рацию на передовой.

Расслабиться и заговорить свободно Виктор смог, когда речь зашла о его опыте работы с дронами. Он и правда много о них знал и с какими только моделями не работал! Все виды российских военных БПЛА, некоторые гражданские, захваченные у террористов «западные образцы» и даже самодельные дроны, добытые у тех же боевиков всех мастей.

Максима военный опыт кандидата ничуть не смущал, он лишь кивал да задавал уточняющие вопросы.

Виктор не мог отделаться от мысли, что в их разговоре есть какая-то странность. Максим охотно рассказывал о компании в целом, о соцпакете и высоком уровне зарплат, но так и не добавил никаких подробностей о вакансии. Что конкретно нужно делать? На каких условиях?

Виктор не удержался и аккуратно попросил рассказать подробности.

–Я как раз собирался к этому перейти, – улыбнулся Максим, – дело в том, что проект связан с новейшими разработками. Это не только коммерческая, но и государственная тайна. Все подробности мы сможем рассказать лишь успешным кандидатам и после подписания документов о неразглашении. Ваши навыки и опыт нам подходят. На следующих этапах нужно будет подъехать в наш офис – пройти несколько несложных тестов и пройти кое-какие обследования.

Обследования?! Неужели всё снова закончится тем, что он не пройдёт по здоровью? Виктору пришлось приложить усилия, чтобы на лице не дрогнул ни один мускул.

–Я направлю вам на почту информацию со свободными датами и временными слотами, – сказал Максим, – будем ждать вас в офисе!

Письмо пришло быстро и, перейдя по указанной в нём ссылке, Виктор невольно присвистнул. Для записи на следующий этап собеседования создали отдельную страничку, названную «Собеседования. БПЛА». Интерфейс чем-то напоминал запись к врачам. В расписании на ближайшие пару недель свободных слотов практически не было.

Что же это за вакансия такая, что у них такая конкуренция?!

***

На следующей неделе Виктор узнал, что недооценил масштаб. От чего он решил, что на собеседовании он будет один? Ха! Кроме него в небольшой переговорной собралось ещё пять человек.

Начало собеседования задерживалось, и собравшиеся негромко переговаривалась. От чего-то Виктор был уверен, что обычно кандидаты на собеседованиях редко болтают друг с другом. В этот раз всему виной таинственность вокруг вакансии. Кого позвали пройти отбор? Вдруг кто-то знает чуть больше?

Компания подобралась любопытная. Здоровяк сержант, оператор БПЛА в разведроте ВДВ, не продлил контракт и теперь искал работу на гражданке.

Невысокий, но кряжистый мужик, недавно уволился из МЧС, где с помощью квадрокоптеров отслеживал распространение пожаров, наводнений и других стихийных бедствий.

Пузатый отставник из полиции. С дронов за ситуацией на дорогах следил.

Ещё один отставной офицер, между прочим – инструктор, как раз-таки операторов БПЛА готовил.

Немного выбивался молодой паренёк, выпускник авиационного ВУЗа. Направление подготовки, конечно же, беспилотники.

Вскоре в переговорную зашли Максим – тот самый рекрутёр, что проводил видеособесодование – и незнакомая улыбчивая блондинка. Перешёптывания стихли. Каждому кандидату раздали по планшету.

–Вам предстоит заполнить пару опросников и пройти несколько простых тестов. Мы понимаем, что анкеты уже давно вызывают раздражение, но в нашем случае это правда нужно. Постарайтесь отвечать первое, что приходит в голову, не тратьте много времени на размышление над каким-то одним вопросом, – сказал Максим.

–И не волнуйтесь. У нас большой проект и в случае успешного прохождения отбора мы можем принять вас всех, – добавила девушка.

«Неужели все эти опросники нельзя онлайн пройти?!», – думал Виктор, вбивая свои имя-фамилию в планшет. Хотя... Кое-что бросилось ему в глаза с самого начала. Переговорная вроде небольшая, но под потолком аж с полдюжины крохотных веб-камер понатыкано. Неужто им важно видеть, как они проходят какие-то психологические тесты?

Виктор понял, что ему всё это напоминает. Куча разномастных «силовиков», сидящих на странном и таинственном собеседовании с дурацкими заданиями. Это как в том старом фильме! Там ещё отбирали агентов в службу, которая контролирует живущих на Земле инопланетян. «Люди в чёрном», что ли? Виктор усмехнулся. Ему сейчас всё равно –за инопланетянами следить или летающие тарелки испытывать.

Так. Пора сосредоточиться на тестах.

Некоторые вопросы казались смутно знакомыми. Кажется, он что-то такое заполнял, когда был курсантом. Другие точно видел первый раз. В целом – обычная психологическая дребедень.

«Сейчас на экране появятся разноцветные геометрические фигуры. Ваша задача – отметить касанием все зелёные треугольники. Удачи!»

«Что-то новенькое», – подумал Виктор и тут же ткнул в ритмично мигающий зелёный треугольник. В следующие несколько минут на экране возникали самые разные фигуры – иногда по одному, иногда по несколько штук за раз. Треугольников больше не было. Ни зелёных, ни каких-либо ещё. Кружки, прямоугольники, ромбы.

Виктор даже немного занервничал – не уж то что-то упустил? Да нет же. Фигуры появлялись и исчезали довольно неспешно и, кажется, не собирались ускоряться. Пропустить что-то очень сложно.

Все фигурки мигали, причём в одном ритме. Медленном, завораживающем. Через пару минут Виктору показалось, что он слышит пульсацию жилки на виске. Ритм её совпадал с ритмом мерцания картинок на экране.

Прошла ещё пара минут. Треугольники не появлялись, Виктор всё отчетливей чувствовал и слышал собственный пульс, фигуры на планшете продолжали мигать ему в такт.

Неожиданно перед глазами всё поплыло, фигуры на экране, да и вся комната тоже – качнулись, смазались в яркое пятно, голова закружилась.

Виктор помотал головой. Наваждение прошло. На планшете появилась надпись: «Тестирование завершено. Спасибо за участие!».

«Что за...» Виктор посмотрел по сторонам. Четверо кандидатов всё так же смотрели в планшеты, а вот парнишка-выпускник мотал головой и тёр глаза. Выглядел он растерянным, даже напуганным. Максим и блондинка с интересом смотрели аккурат на Виктора и паренька. Через пару секунд заерзали на местах остальные кандидаты. Тестирование у них прервалось одновременно.

–Виктор и эээ... Тимур, вас просим задержаться. Остальных благодарим. Оставьте планшеты на столах, мы свяжемся с вами позже, – протараторил Максим.

«Да им на остальных уже плевать!», – удивился Виктор, когда понял, что Тимур – это тот самый молодой парень. Остальные кандидаты не скрывали недоумения и раздражения, хотя Максим и пытался убедить их, что «с вами могут связаться позже».

«Чем, чёрт возьми, они тут занимаются?» – недоумевал Виктор. Растерянность и любопытство превращались в азарт. Уже из принципа хотелось узнать – что будет дальше? Что кроется за всем этим?

–Сейчас нам нужно перейти в соседний корпус. Там вы пройдёте короткое медицинское обследование, – заявил Максим.

Ох! Азарт сменился тревогой. За прошедший год Виктор неплохо восстановился. Регулярно занимался спортом. Хорошо себя чувствовал. Однако медицинскую комиссию не прошёл и в армию вернуться не смог.

–Какие именно обследования? – спросил Виктор.

–В общем-то всего два. Осмотр терапевтом и ЭЭГ, – с неизменной улыбкой ответил Максим.

***

Пока хмурый усатый мужик в идеально белом халате размещал на голове Виктора электроды, тот думал, что этим ребятам очень повезло, что дальше прошли именно Тимур и он.

Один – юнец, который ещё зелен и робок, чтобы закатить скандал да встать и уйти. Второй – старый солдафон. С одной стороны - боящийся, что других предложений о работе не будет, с другой - приученный армией к самым разным дикостям. Странные тесты и ЭЭГ в сравнении с ними – мелочи.

Пожилой терапевт лишь померил давление, да задал несколько вопросов – как спите последние полгода? Не мучают ли головные боли? Нет ли эпилепсии?

Затем очередь дошла до ЭЭГ и вокруг вдруг появилось и засуетилось множество людей. Во-первых, уже упомянутый хмурый мужичок, который возясь с электродами так недовольно сопел, словно его оторвали от чего-то очень важного. Во-вторых, блондинка, что помогала рекрутёру Максиму в переговорной. Она оказалась вовсе не менеджером по персоналу, а ассистенткой некой Ольги. В-третьих, сама Ольга – высокая брюнетка лет сорока, в строгом брючном костюме, поверх которого небрежно накинут белый халат. Плюс двое молодых ребят возились с большим ЖК-экраном, что-то к нему подключая.

Виктору даже не верилось, что вся эта суета вокруг – из-за него. Как они все, наверное, разочаруются, если что-то пойдет не так и он им не подойдёт. Интересно, нервничает ожидающий в коридоре Тимур?

Последний электрод установили и мужик, всё так же хмурясь и сопя, отправился к мониторам, на которые выводились результаты. Парни-техники закончили возиться со своим экраном, установив его напротив Виктора, буквально в паре метров.

–Мы закончили, Ольга Викторовна, – сказал один из них. Ольга лишь кивнула, не поднимая взгляда от планшета.

Техники поспешили уйти.

«А чего в последний момент-то подключали? Не ждали что кто-то до этого этапа дойдёт?» – подумал Виктор.

–Готовы начинать, – буркнул хмурый.

Ольга перевела взгляд на Виктора и улыбнулась. Как-то искренне, не так дежурно, как её ассистентка или Максим.

–На экране перед вам будут появляться геометрические фигуры. Постарайтесь сосчитать все зелёные треугольники.

«Опять треугольники? Издеваются что ли?» – подумал Виктор.

Вновь замерцали разноцветные фигурки, только в этот раз зелёные треугольники появлялись чаще. Один, два, три, четыре. Виктор вновь почувствовал, как где-то в висках стучит пульс.

Затем что-то произошло. Перед глазами по-прежнему мелькали фигуры, сменяясь все быстрее и быстрее, но всё кроме монитора смазалось, стало нечётким. Пропали звуки. Через мгновение исчезли границы экрана. Фигурки теперь появлялись просто из черноты, заполонившей всё.

Страшно не было. Виктор продолжал упрямо считать зелёные треугольники, даже не осознавая, что происходит что-то странное.

Вдруг всё прекратилось. Вернулся писк приборов и неуловимое потрескивание ртутных ламп. Моргнул и выключился монитор. Виктор тоже моргнул и окончательно пришёл в себя.

–Как вы себя чувствуете? – спросила Ольга.

–Хорошо, – ответил Виктор.

–Сколько фигур вы насчитали?

–Пятьдесят шесть.

Ольга улыбалась. Её ассистентка выглядела растерянной.

Виктор всё ещё не понимал, что происходит, но в одном не сомневался – он их точно заинтересовал.

***

Семь месяцев спустя

Виктор

Виктор сидел перед тремя большими мониторами и отслеживал видео, поступающее одновременно с четырёх дронов-разведчиков.

Один из них кружил над «зелёнкой», и Виктор чувствовал, что с этим лесом что-то не так. Ещё заход. Да вот же! Цвет листьев чуть отличается. Ещё круг, чуть ниже. Так и есть. Маскировочная сеть, а под ней очертания зенитных ракетных комплексов.

Тут же зазвучал бархатистый голос Ники:

–Цель обнаружена! Запускаю дроны-камикадзе. Расчётное время атаки – восемь минут.

Изображение на экранах тут же стало дробиться и разделилось на десятки отдельных окон – по числу запущенных беспилотников. С камеры каждого из них шла трансляция, сопровождаемая узкой колонкой цифр – скорость, расстояние до цели, сила ветра. То и дело звучал голос Ники – искусственный интеллект обращал внимание Виктора на критически важные моменты.

Казалось бы – уследить за всем невозможно, не говоря о том, чтобы успевать реагировать и принимать какие-то решения. Виктор успевал и даже не испытывал особого напряжения.

Дальше события разворачивались очень быстро.

Разведчики перестроились – все четверо сместились к позициям ЗРК, но держались на отдалении. Дроны-камикадзе подлетали небольшими группами с разных направлений и с небольшими интервалами. Каждый нёс заряд взрывчатки и столкновение с парой таких «малышей» запросто выведет из строя ракетный комплекс.

Только Виктор и не надеялся, что они прорвутся. За десятками камикадзе летело несколько дронов покрупнее. Этим столкновение с целью не требовалось – они сбрасывали заряды с высоты и мощность взрыва у них куда больше. Тут и одного удачного попадания хватит.

Для зенитчиков атака БПЛА – штука крайне неприятная. Тратить дорогостоящие ракеты на столь мелкие цели не хочется, но и игнорировать нельзя – разнесут всю батарею. Вся надежда – грамотно перехватить цели и уничтожить их минимумом «пусков».

Виктор вёл рои дронов на разных высотах, с разных направлений и в разных построениях, стремясь запутать противника, вынудить потратить как можно больше ракет.

Зенитчики не зевали - вовремя засекли приближение камикадзе и действовали быстро и слажено, без паники и суеты.

Ситуация менялась ежесекундно. Трансляции сбитых дронов мгновенно закрывались, а оставшиеся окна тут же увеличивались, занимая пустоты на экранах. Ника анализировала действия зенитчиков, траектории пущенных ракет и постоянно давала новые рекомендации.

Виктор успевал реагировать на всё и даже действовал на несколько шагов вперёд, хитроумно меняя траектории оставшихся дронов. Чтобы сбить их все, противнику пришлось выпустить весь боекомплект. Для перезарядки требовалось время.

Ровно в этот момент на траекторию атаки вышли БПЛА, сбрасывающие заряды. План Виктора оказался убийственно точным. Единственное что успели сделать зенитчики – со всех ног рвануть в укрытие, подальше от ЗРК.

–Цель уничтожена. Симуляция завершена, – отчиталась Ника. У Виктора перед глазами тут же всё поплыло, закружилось, смазалось. Секунда-другая и вместо мониторов он увидел разноцветное, интенсивно мигающее пятно. Ещё секунда – и Виктор окончательно вышел из транса.

Он снял очки виртуальной реальности, положил на стол перед собой. Как всегда, после тренировки-симуляции немного кружилась голова. Виктор подождал секунду, затем аккуратно нащупал нейросенсорный контакт на затылке, вытащил чип и положил в кейс-футляр перед собой. Именно это небольшое, с пятирублевую монету, устройство позволяло погружаться в особый транс.

Виктор успел снять пульсометр с указательного пальца левой руки, когда в дверь деликатно постучали. Виктор улыбнулся. Во время симуляций он одновременно погружён в транс и в виртуальную реальность и потому не осознаёт, что происходит вокруг, в реальном мире. Ольга следила за его состоянием и происходящим внутри симуляций из соседней комнаты, считая, что находиться с ним в одном кабинете – значит нарушить личные границы.

–Входи! – сказал Виктор.

Они давно перешли на «ты», всё-таки каждый день работали вместе по много часов. Ольга вошла, как всегда, с планшетом в руках.

–Скорость реакции в этот раз ещё выше. Поразительно, – сказала она, одновременно тыкая пальцем в какие-то диаграммы на экране планшета. –По моим ощущениям всё, как всегда, – ответил Виктор. Он наконец-то встал с кресла и немного подвигался, разминаясь.

–Скоро полевые испытания. Оно и к лучшему, что всё как всегда – сказала Ольга. Виктор кивнул. Он так и не признался Ольге, что был полон скепсиса, когда впервые услышал о проекте. Технология, которая позволит оператору БПЛА управлять целым роем разноплановых дронов? Разведчиками, ударными, камикадзе? Одновременно? Фантастика какая-то. Одиночка вдруг заменит сразу несколько операторов? Ещё и лучше их будет справляться?

Именно так всё и оказалось.

–Как будешь готов – заполни отчёт и на сегодня всё. И спасибо тебе! – сказала Ольга. Виктор вновь кивнул. Никак не мог привыкнуть, что его так часто благодарят. Всё же должно быть наоборот! Это ему дали безумно интересную и хорошо оплачиваемую работу. Новым коллегам казалось, что его согласие на эксперименты, операцию по вживлению нейросенсорного контакта, кипы бумаг о неразглашении и отказ от любых претензий – нечто не бывалое. Виктор большую часть жизни только тем и занимался, что рисковал жизнью и хранил военные тайны. На его взгляд на этой работе рисков даже меньше.

Виктор перекинулся с Ольгой ещё парой фраз и поспешил уйти. У неё, как у одной из ключевых фигур проекта, всегда полно работы. Нечего отвлекать. В коридоре, по пути к своему компьютеру, Виктор увидел Лизу. Ту самую светловолосую ассистентку, которую впервые встретил ещё на памятном собеседовании.

Лиза почти бежала, прижимая к себе толстую пачку документов. Глядя на то, как она спешит, Виктор почувствовал неловкость. Ему осталось заполнить стандартную анкету, и он до завтра свободен. Ольга, Лиза и их коллеги работают куда больше.

Хотя чего себя винить? Помочь им с их высоконаучными делами ему не по зубам. Каждый занимается своим делом. Тем более, что у него - лучшие результаты из всех участников проекта.

С одной стороны - легко быть лучшим, когда конкурентов полторы калеки. С другой – Виктор много раз слышал, что учёные понятия не имеют, почему именно ему удаётся управлять наибольшим числом дронов за раз. Ещё и делать это лучше других.

Кандидатов изначально искали среди тех, кто имеет большой опыт работы с БПЛА. Мол, тогда в мозгах «уже сформировано достаточно нейронных связей». Если того же вчерашнего студента Тимура, Виктор мог обходить «на опыте», то другие ребята тоже не лыком шиты. Однако лучшим почему-то оказался именно он.

Хотя какая разница почему и от чего? Главное – полезен! За время этих размышлений Виктор успел дойти до коморки, служившей ему кабинетом и включить ноут.

Пора уже и поработать.

Ольга

Ольга покосилась на опустевшую кружку. Ещё кофе она в себя не впихнёт, да и не особо он уже помогал. Голова еле соображала, цифры и графики на мониторе казались набором кракозябр.

Примерно через месяц Виктору предстояло поработать не на симуляторах, а на военном полигоне с реальными БПЛА. Работы только прибавилось и Ольге казалось, что она вообще ничего не успевает.

Жаль, нельзя применить собственную технологию. Ольга вздохнула. Было бы так здорово – подключить к мозгу специальный чип и на пару с ИИ за считанные минуты обработать все эти чёртовы отчёты!

Увы. Пока их технология работала лишь для людей с определёнными особенностями психики и мозга. Ольга порой сама не верила, что их рабочая группа смогла соединить столь разные технологии. Одна команда разработала нейросенсорный контакт, в надежде соединить вычислительную мощь и скорость компьютера с гибким, творческим мышлением человека. Ничего не получалось. Мозг не справлялся, не смотря на все свои миллионы нейронов. Синергии либо не случалось, либо эффект был заметно ниже ожиданий.

Ольга как раз устроилась в компанию и предложила использовать виртуальную реальность. Создать иллюзию обыденной деятельности. В «виртуалке» человек сидит за компьютером и что-то неспешно набирает на клавиатуре. В реальности – в связке с ИИ невероятно быстро обрабатывает информацию.

Идея Ольги почти сработала. Люди действительно увеличивали скорость и результативность работы. Вот только у многих из них повышалось давление и температура. Случались судороги. Один раз во время испытаний у добровольца случился инсульт, его успели спасти, но после эксперименты на людях запретили. Проекту грозило закрытие. Ольга до сих пор хорошо помнила тягостную, мрачную атмосферу, что царила в коллективе в те дни. Помогла, как ни странно, чужая неудача.

Другая команда учёных в это же время искала новые подходы к лечению неврозов и других нарушений психики. Идея заключалась в стимуляции мозга с помощью определённых визуальных и электромагнитных раздражителей. Эксперименты и тут зашли в тупик, но в процессе обнаружился интересный побочный эффект. Некоторые испытуемые впадали в подобие транса, что влияло на биоэлектрическую активность мозга. Достигнуть цели проекта – лечить людей – это никак не помогало.

Годы исследований, огромное количество денег и иных ресурсов. Кто-то в руководстве здраво рассудил, что просто взять и похоронить все наработки – глупо. Из команд обоих проектов собрали «рабочую группу», временно присоединили к ней несколько учёных и инженеров из других отделов. Дали всем полный доступ к материалам и поставили задачу – понять, можно ли найти какое-то применение этим идеям.

В ходе работы случайно выяснилось, что сочетание виртуальной реальности с полугипнотическим состоянием позволяет достичь нужный синергии между человеком и ИИ. Ольга улыбнулась, вспомнив, как их вечно поправляют: «Не гипноз, не транс, а «особое изменённое состояние сознания».

Теперь медики искали возможность погружать в это состояние как можно больше людей. В идеале – каждого. Ольга с коллегами переключилась на практическое применение технологии. Были разработаны тесты, позволяющие находить подходящих кандидатов. Специальный чип через нейросенсорный контакт погружал испытуемого в транс и обеспечивал связь мозга с искусственным интеллектом.

Компания уже много лет разрабатывала для армии беспилотники. Поэтому для отладки идеи выбрали проект «Рой». Военные всегда хорошо платили. К тому же идея отлично масштабировалась. Безэкипажные катера. Роботы для минирования и разминирования.

Ольга не имела ничего против работы на оборонку, но всё же надеялась, что когда-нибудь сможет переключиться на повседневные, мирные задачи. От мысли о том, чего можно добиться при массовом распространении технологии, по коже пробегали мурашки. Что если миллионы людей смогут в считанные минуты справляться с рутинными задачами? А как это повлияет на возможности художников, композиторов, архитекторов?

Ольга вздохнула.

«Сижу, мечтаю. Будто времени вагон. Работать-то кто будет, подруга?» – обратилась она сама к себе и щелчком мыши открыла очередной отчёт.

***

Змей, тридцать два дня до испытаний на полигоне

Змей медленно скролил документ, повторно пробегая взглядом по тексту. Как заказчик заполучил эту информацию? На оригинале документов наверняка стоял гриф секретности.

Западные спецслужбы потрудились? Узнали о новой технологии и теперь хотят заполучить её чужими руками? Не факт. У некоторых радикальных группировок такая разведка, что силовики позавидуют.

Да какая разница? Лишь бы деньги платили. Змей на своей шкуре знал, что такое силовые ведомства. Им что наёмников привлечь, что террористов – всё едино. Главное цели достичь, а уж средства... Сгодятся любые.

К чёрту их.

То, что действовать придётся в России, Змея не смущало. Когда-то он верил в идеалы вроде «долга» и «любви к родине» Служил. Рисковал жизнью. И к чему это его привело? Хорошо, что цел остался – вот и все плюсы. Хотя нет. Не все. У него теперь есть очень востребованные навыки и интересные знакомства. Что помогает выполнять работу, которая другим не под силу.

В этот раз нужно украсть информацию с одного из предприятий, работающих на «оборонку». Разработки в области БПЛА. От первой мысли – обратиться к знакомым спецам и взломать сервера компании – пришлось отказаться. Все сведения хранились в «закрытом контуре». Никакой возможности подключения извне. Проникнуть в их центральную лабораторию? Чревато. Центр города, охрана. По тревоге быстро приедут и полиция, и ФСБ.

Благо заказчик подкинул ещё кое-какие полезные сведения. Через месяц планируются испытания на полигоне. Необходимые софт и оборудование установят и там. На первый взгляд – военный объект цель посложнее, однако Змей знал, что это не так. Однообразие и скука расслабляют. Караульные несут службу спустя рукава. Многие инструкции не соблюдаются, на мелкие нарушения закрываются глаза. Сам полигон – за городом и подкрепление туда быстро не доберётся. Главное - никто не верит в возможность реального нападения. Очень зря. Собрать хорошо подготовленную команду. Действовать дерзко, но в тоже время обдуманно. Должно получиться.

Змей улыбнулся. Он знал достаточно отличных бойцов, которые охотно согласятся на столь наглую операцию.

Это будет интересно!

***

Виктор. Двадцать три дня до испытаний на полигоне

Виктор не помнил, когда начались первые странности. Две недели назад? Раньше? Как-то он читал в интернете интересную статью. На третьем абзаце изображение на мониторе на мгновение смазалось и – хоп! – он уже всё дочитал. Не скользил взглядом по тексту, не вчитывался в каждый абзац, но помнил содержание статьи в целом.

Подобное случалось ещё несколько раз и при чтении книг и при сёрфинге в сети. Однажды Виктор не заметил, что с комфортом посмотрел документальный фильм в ускоренной перемотке. Появилась непривычная любознательность – он читал и смотрел новое даже чаще, чем когда восстанавливался после ранения!

Появились головные боли. Иногда едва заметно покалывало в висках, иногда на череп словно что-то давило изнутри. Случалось это аккурат после случаев, когда Виктор «глотал» много информации за раз.

Тревожило ли его это? Безусловно! На работе Виктора регулярно спрашивали о самочувствии. Хорошо ли он спит? Не болит ли чего-нибудь? Любая проблема со здоровьем означала немедленную паузу в работе. Поэтому рассказать обо всех странностях Виктор не решался. То, что происходило не походило на те побочные эффекты, что описывали врачи. Ну, кроме головной боли.

Ему регулярно делали ЭГГ и анализы крови. Пару раз даже брали спинномозговую жидкость. Вердикт неизменен – здоров. Мог же он просто устать? Перенервничать? Конечно! С предстоящими испытаниями на полигоне все на ушах стояли. Головные боли? Стресс и усталость. Неожиданная любознательность? Он каждый день общается с умными людьми, вот и хочется хоть немного до их уровня подтянуться.

Обычно такие размышления успокаивали Виктора. В ту пятницу все изменилось. Он шёл с работы в сторону метро, когда в голове вдруг отчётливо раздался голос Ники:

–Слева! Виктор рефлекторно дёрнулся вправо и мимо пронёсся парень на электросамокате. Невольно потянулся к затылку, но тут же одёрнул руку. Разумеется, в нейросенсорном контакте нет никого чипа.

Как же он тогда услышал свою ИИ-помощницу?! Бред какой-то.

Глюки? Нет, тогда и никакого самокатчика бы не было.

«Просто услышал шум за спиной, почувствовал движение. Вот и успел среагировать. А голос – это просто нервы. Я же на работе его каждый день слышу» – подумал Виктор. Шумно выдохнул. Пошёл дальше. Пара прохожих сочувственно улыбнулись. Мол, житья нет от этих самокатчиков. Вон как пугают.

Виктор так и не дошёл до метро, когда почувствовал в районе затылка лёгкое покалывание. Ещё не боль, но всё-таки дискомфорт. Не уж то секундный испуг так сказался? Это уже не в какие ворота! Виктор упрямо стиснул зубы и поспешил к турникетам. Ещё не хватало раскиснуть из-за пацана на самокате. Злость помогла. Лёгкое покалывание в голове отступило. Виктор зашёл вагон и даже смог сесть. Повезло. Толкаться в толпе стоящих пассажиров не очень-то хотелось.

Через пару минут удалось успокоиться, неприятный эпизод начал казаться мелочью, на которую и реагировать-то не стоило. Подумаешь, голос какой-то почудился! Тут-то и произошло нечто, окончательно выбившее Виктора из колеи. Взгляд его случайно скользнул по экрану смартфона сидящего рядом мужчины. Секунда, не больше. Разглядеть что-то, а уж тем более понять – нереально.

На мгновение изображение в смартфоне показалось смазанным и... Виктор понял, что прочёл каждую букву. Новости. Мужчина читал какую-то новостную ленту. Висок тут же кольнула вспышка боли, а тело покрылась испариной. Да что происходит?!

Виктор зажмурился и даже прикрыл глаза ладонью, лишь бы взгляд не зацепился за что-то ещё. Боль в голове усиливалась, пульсируя то в висках, то в затылке. В ушах шумело, а сердце застучало чаще. Правой рукой Виктор всё ещё прикрывал глаза, пальцы левой вцепились в край сидения. Глубоко вдохнул, медленно выдохнул. Ещё раз. Ещё. Чуть полегчало. Виктор разжал занемевшие пальцы левой руки, опустил правую ладонь, но глаза оставил закрытыми.

Доехав до своей станции, он спешно выскочил из вагона, злясь, что суетливая толпа пассажиров мешает двигаться быстрее. Лавируя среди людей, Виктор опасался нового «приступа». Каждый шаг отдавался в голове вспышкой тупой боли. Домой! Главное – скорее добраться домой!

Ввалившись в квартиру, Виктор поспешил на кухню, налил стакан холодной воды, выпил залпом. На мгновение заломило зубы, зато после этого боль отступила так же внезапно, как и появилась.

«Нельзя такое скрывать» – подумал Виктор. Позвонить или написать Ольге прямо сейчас? Нет, дурость. Пятница, вечер. Она только зря переживать будет. Лучше подождать до понедельника или хотя бы до утра».

Неожиданно навалилась усталость, а вместе с ней – страшная сонливость. Виктор не нашёл сил даже на душ. Переоделся в домашнее, плюхнулся на кровать и почти мгновенно уснул.

Утром, спросонья, он не сразу вспомнил, что его так беспокоило вечером. Вспомнив, какое-то время лежал, размышляя – что делать? Стоит ли рассказывать кому-либо?

В голову пришла совсем уж неожиданная идея. Идиотская даже. Но Виктор всё равно решил попробовать. Улёгся поудобнее, широко раскинув руки, закрыл глаза и мысленно спросил:

–Ника? Короткое мгновение Виктор думал, что ничего глупее придумать было нельзя, а потом в голове отчётливо «прозвучало»:

–Да, командир? 

Змей. 

Двадцать один день до испытаний на полигоне

Змей навёл справки и убедился, что его план может сработать. Полигон старый, построенный ещё при советской власти. Принадлежал сначала внутренним войскам, теперь - Росгвардии. С годами испытания или тренировки проходили на нём все реже и сейчас там служит минимум личного состава. Лишь бы поддерживать в порядке то немногое, что ещё не развалилось.

В последние десятилетия власти вроде взялась наводить в армии порядок и где-то восстанавливали старое, где-то строили новое, но до этого полигона очередь почему-то не дошла. Возможно, предстоящие испытания должны стать первым шагом.

Неважно. Главное, что сейчас это полузаброшенное место, в важность которого не верят даже те, кто несёт там службу. Когда заварушка начнётся не факт, что они ключи от оружейки найдут! На полигоне будут и гражданские специалисты, но с ними проблем быть не должно. Убивать из без нужды никто не собирался, достаточно припугнуть.

Змей отправил предложения пяти подходящим бойцам и уже получил подтверждения от каждого из них. Группа фактически сформирована. Три недели на подготовку – крайне сжатый срок, но Змей не сомневался, что справится.

***

Виктор. Шесть дней до испытаний на полигоне

Виктор запил две таблетки обезболивающего глотком воды и неспешно одел VR-очки. До недавних пор он вообще не пользовался дома виртуальной реальностью, а теперь купил в интернете сразу полдюжины «образовательных симуляций». Такие программы писались в надежде увлечь школьников и студентов, но Виктор их приобрёл для обучения Ники.

Последние недели были странными. Хотя бы потому, что Виктору пришлось признать, что у него что-то не так с головой. Из этой отправной точки шли две альтернативы. Первая – он сошёл с ума и у него начались галлюцинации. Вторая – по неизвестным причинам ему прямо в мозг записалась копия его ИИ-помощницы.

В первое поверить было проще, но лишь на первый взгляд. Разве ему всё это время не говорили, что его великолепные результаты на проекте не удаётся объяснить? Что есть в его мозгах некая не выявленная особенность? Что если она же позволила Нике самопроизвольно скопировать себя? К тому же это объясняло все эти случаи сверхбыстрого чтения. И головные боли после, ведь его не защищали ни виртуальная реальность, ни состояние транса.

Первым порывом было рассказать обо всём, но Виктор испугался. Не психушки даже, а возможного увольнения. Получив хоть какое-то объяснение происходящему, Виктор почувствовал себя лучше.

Пара таблеток от мигрени. Общение с Никой только в виртуальной реальности. Меньше чтения и видео. Всё это вкупе создало иллюзию контроля над ситуацией. Виктор принял решение – дождаться испытаний на полигоне, проявить себя там на полную и лишь потом во всём сознаться. От чего-то он не сомневался – если испытания пройдут хорошо, то из проекта его уже не выгонят.

***

Змей. Четыре дня до испытаний на полигоне

Замаскированный наблюдательный пункт обустроили в лесу, подступающем почти к самому забору воинской части. Никаких костров. Полное радиомолчание. Сутки спустя стало ясно, что разбей они палатку напротив КПП – не факт, что росгвардейцы на это хоть как-то отреагировали.

Змей всё равно не дал расслабиться ни себе, ни напарникам. Если противник безалаберен и недисциплинирован – тем более делай всё правильно. Твоё преимущество над ними только возрастёт.

Безалаберности здесь хватало. На КПП дежурили по двое – дежурный и помощник. У первого хотя бы пистолет в кобуре, у второго лишь штык-нож. Вооруженный караул имелся возле склада. Здесь уже по полной выкладке – каска, бронник, автомат. Вот только часовые постоянно нарушали устав. Останавливались перекурить. Отходили в кусты по малой нужде. Совершали обход реже, чем требовалось.

Службу на полигоне несла рота, укомплектованная едва ли наполовину. Как Змей и ожидал, местные «гвардейцы» большую часть времени занимались различными хозработами, а не воинской службой. Змей даже не поверил в такую удачу. Словно лет на тридцать в прошлое попал!

Вступать в серьёзные перестрелки Змей не планировал. По-тихому убрать дежурных на КПП. Незаметно добраться до учёных и выкрасть нужную инфу. Скрыться.

Всех, кто может оказать сопротивление, желательно обезвредить без лишнего шума. Сложно, но реализуемо. Тем более, что большая часть солдат в дни испытаний будет стоять в оцеплении - следить, чтобы случайные грибники-охотники не вылезли на полигон во время испытания боевых БПЛА.

На наблюдение за воинской частью группа потратила чуть больше недели. Напарники Змея сменялись каждые два дня, сам он же оставался здесь всё время. Лично исползал на брюхе все окрестности и удобные для наблюдения точки. Впитывал и анализировал каждую мелочь.

К работе Змей всегда относился серьёзно.

Змей. День испытаний

Наглость города берёт. Змей слышал эту присказку сотню раз ещё будучи курсантом. Хорошая мудрость. Должна сгодится и для захвата КПП.

УАЗ с чёрными военными номерами лихо подъехал прямо к воротам и едва успел затормозить, а Змей уже выпрыгнул из машины. В форме, на плечах – полковничьи погоны, кепи опущено на глаза, скрывая лицо.

Секунда – и вот он уже долбил кулаком в дверь проходной возле ворот.

–Боец, ты там уснул? Открывай, мать вашу! – рыкнул Змей. Расчёт прост – дисциплина здесь низкая, обстановка из-за испытаний – нервная, а тут ещё какое-то злое начальство приехало. Какие уж тут инструкции? Не прошло и пяти секунд, как Змей услышал с той стороны отчётливый щелчок отрывшегося замка и тут же со всей силы дёрнул дверь на себя.

Та открылась, таща за собой щупленького помощника дежурного, державшегося за дверную ручку. Змей ткнул ему в бок пистолет с глушителем и дважды выстрелил.

Вот и проходная. Дежурный выглянул из своей коморки, громко рявкнув:

–В чём де... Крик оборвал тихий хлопок выстрела. Гильза громко звякнула об пол, а дежурный грузно завалился на бок.

Вскоре на КПП ворвалась вся группа – с оружием в руках, лица скрыты балаклавами. Змей тоже спешно одел маску, ему передали автомат и разгрузку с запасными обоймами.

План бойцы знали на зубок. Лиц не показывать. При обращении к друг другу никаких имён и прозвищ – только номера. Связь – по закрытому каналу и в экстренных случаях. Первый, Третий и Пятый отправятся за инфой. Второй, Четвёртый и Шестой – на подхвате и в случае необходимости свяжут боем всех, кто решится помешать.

«Первым», конечно, назвался Змей.

***

Виктор. День испытаний

Виктор не заметил сложностей в управлении реальными дронами. Наоборот – на полигоне все давалось куда легче – в отличии от симуляций тут не было движущихся целей и имитации ПВО.

Виктор поднял в воздух два десятка дронов, покружил над полигоном. БПЛА прошли единой группой, действуя синхронно. Затем рой распался на несколько мелких групп, разлетевшихся в разные стороны. Виктор прекрасно справился с управлением и в этом случае.

Пришла пора поразить цели – нагромождения старых покрышек и деревянных ящиков.

В одном месте Виктор сбросил заряд с максимально возможной высоты и, одновременно с этим, на противоположном конце полигона – с минимальной. Все остальные цели он поразил буквально за несколько минут, стараясь атаковать с разной скоростью движения, с разных направлений и углов.

У Виктора даже остались не сброшенные заряды – военные предусмотрели вариант, что он может и промахнуться. Зря. Когда он вышел из виртуальной реальности, в комнате царило весёлое оживление. Испытания проходили идеально. Завтра на аналогичную демонстрацию прибудет высокое военное начальство и им будет на что посмотреть!

Виктор вытащил чип из нейросенсорного контакта и положил его в кейс-футляр, но захлопнуть крышку не успел. Распахнулась дверь и в комнату ворвались трое вооруженных незнакомцев в балаклавах. Виктор вскочил со своего места, но сделать что-либо не успел. Удар прикладом ниже солнечного сплетения свалил его с ног, сбив дыхание. Падая, Виктор зацепил стол и с него упал футляр с чипом.

–Лежать! Хотите жить – не дёргайтесь! 

***

Змей. День испытаний

Пока Третий возился со ноутом, копируя инфу, Змей с Пятым держали под прицелом гражданских. Проблемы тут мог доставить разве что единственный мужик, но схлопотал прикладом в «солнышко» и теперь лежал смирно.

Второй, Четвёртый и Шестой на связь не выходили. Хороший знак.

–Первый, готово! –сказал Третий, пряча ноутбук в рюкзак. –Не дёргаться! – рыкнул Пятый. Змей выходил последним. Захлопывая за собой дверь, он видел, что все по-прежнему лежат мордами в пол.

***

Виктор. День испытаний

От полученного в грудь удара Виктор оправился на удивление быстро, но вида не подал и лежал смирно. Дёргаться безоружным против троих – только зря рисковать. Нападавшие не показывали лиц и не открывали стрельбу. Не хотят лишних жертв. Лучше их и не провоцировать.

Виктор лежал смирно, смотрел в одну точку - на обломки нейросенсорного чипа на полу. Кто-то из нападавших наступил на него в первые же минуты и даже не заметил.

Мысленно Виктор фиксировал всё, что успел разглядеть и услышать – какое у них оружие, как к друг другу обращаются. Всё, что может помочь опознать и найти их после. Хотя лучше и вовсе не дать им уйти. Последняя мысль пронеслась в голове неожиданно, а следом за ней пришло понимание – совсем рядом, на полигоне, осталось несколько БПЛА. И тех, что с зарядами-«сбросами» и начинённых взрывчаткой дронов-«камикадзе». С копией ИИ в голове он легко поднимет их все!

Виктор не успел подумать о риске подключения без погружения в транс – террористы закончили копировать данные. Выкрикнув несколько угроз, они выбежали из комнаты, захлопнув за собой дверь.

Выждав секунд пять, Виктор вскочил на ноги и рванул к своему месту...

Змей. День испытаний

Третий и Пятый побежали к УАЗу и вскоре Змей услышал ровное урчание двигателя. Сам он задержался возле двери, ведущей из дежурки на территорию части. Ждал Второго, Четвёртого и Шестого. Они задержались, прикрывая отход напарников.

Вскоре Змей увидел всю «тройку». Шли быстро, но не сломя голову. Четвёртый и Шестой двигались прямо, вертя по сторонам головами и стволами автоматов. Чуть позади пятился Второй, следя за тем, чтобы никто не зашёл с тыла.

Змей, довольно хмыкнув, оценив, что напарники не расслабляются. Им осталось дойти-добежать каких-то метров триста. Потом - запрыгнуть в машину, доехать по грунтовке до местного озерца, утопить там УАЗик, на своих двоих дойти до схрона с другой машиной и...

Змею вдруг показалось, что откуда-то сверху, аккурат между Вторым и остальными падает какая-то чёрная точка. Прежде чем Змей успел осознать, что это – раздался взрыв. Четвёртого и Шестого ударило взрывной волной и с силой швырнуло вперёд. Второго снесло в противоположную сторону.

–Ё! – вырвалось у Змея невольно. Уже через пару секунд он, забыв обо всём, с разбега ввалился в распахнутую дверцу УАЗа и рявкнул Третьему:

–Газуй! 

Ольга. День испытаний

От пережитого Ольгу трясло, и она не могла заставить себя не то, чтобы встать – просто поднять голову. Прийти в себя помог испуганный голос её помощницы, Лизы:

–Что он делает? Ольга поднялась на ноги. Голова немного кружилась и потому она не сразу заметила, что Виктор сидит на рабочем месте, а на экранах вновь идёт трансляция с дронов.

–Ольга Викторовна, смотрите! Встревоженная Лиза тыкала пальцем куда-то в низ. Ольга не сразу узнала в лежащих на полу мелких обломках пластика остатки нейросенсорного чипа. Осознав увиденное, она вскрикнула и вновь бросила взгляд на экраны. Сколько беспилотников поднял Виктор? Какую нагрузку испытывает? Это же опасно! Первым порывом было подбежать и попросту сорвать с него очки, но Ольга не решилось. Неизвестно, как мозг отреагирует в этом случае.

Вместо того чтобы убежать или попытаться позвать кого-то, женщины собрались вокруг экранов и как зачарованные следили за трансляцией с дронов. У них вырвалось несколько сдавленных вскриков-шепотков, когда один из БПЛА обнаружил троих нападавших. Затем вновь наступила напряжённая тишина. Обнаруживший троицу дрон кружил над ними не снижая высоты, в то время как ещё несколько полетели дальше, к воротам части. На одной из трансляций вскоре показался стоящий у ворот УАЗ.

Ольга не заметила, когда беспилотник, зависший над тройкой нападавших, сбросил заряд. Лишь вскрикнула и тут же прикрыла рот ладонью, когда на мониторе вдруг беззвучно расцвёл взрыв. Дрон держался на высоте, с которой его не видели и не слышали. Как Виктору удалось так точно выполнить сброс?!

Через несколько секунд на соседнем экране Ольга увидела, как в машину спешно запрыгнул ещё один нападавший и к УАЗу тут же понёсся дрон-«камикадзе». Ольга отчётливо видела, как быстро приближается серая крыша. УАЗ тронулся с места, начал было набирать скорость, но беспилотник оказался быстрей.

Оставшиеся дроны ушли на посадку. В камеры нескольких из них попало несколько вооруженных солдат – росгвардейцы только пришли в себя и хоть как-то отреагировали.

Ольга посмотрела на Виктора. Тот уже снял VR-очки, затем встал с кресла и... ноги его подкосились и он грузно повалился на пол. Испуганно вскрикнули Лиза и кто-то ещё, Ольга не поняла кто именно. Она подскочила к Виктору и не без труда перевернула его лицом вверх. Теперь уже вскрикнула сама Ольга – из носа Виктора тонкими струйками шла кровь...

***

Несколько дней спустя. Виктор и Ольга

–Ты точно хорошо себя чувствуешь? – спросила Ольга. 

–Точно! - Виктор едва сдержал улыбку. 

С момента как он очнулся в больнице, его все только об этом и спрашивали, но Ольга, сидевшая сейчас возле его койки, побила все рекорды.

Чувствовал Виктор себя и правда хорошо. В день атаки террористов у него подскочило давление, из носа пошла кровь, но каких-то других последствий врачи не нашли.

–Мне вообще кажется, что это Ника вырубила. Ну, типа отключила мозг. На всякий случай, – сказал Виктор. 

Перед этим разговором он всё-таки рассказал правду о копии цифрового помощника у себя в голове.

–Она как-то себя проявляет? – спросила Ольга. 

В голосе её слышалась любопытство и нервная дрожь.

–Я пробовал её...ммм... позвать. Ответила, что мне сейчас нужен покой и с тех пор затаилась, – ответил Виктор. 

–Поразительно! Почему же ты раньше не сказал про неё? Это же опасно! – теперь в голосе Ольги слышалась обида. 

Виктор отвёл взгляд. Признаваться, что он трусил потерять работу не хотелось.

–Я... Не знаю. Думал, что в психушку упекут. Кстати, почему меня ещё не допрашивают? 

Вопрос оказался отличным поводом сменить тему, но не только. Виктору правда было интересно – всё-таки он убил несколько человек. Пусть и террористов.

–Не будут тебя беспокоить. Им показаний других свидетелей хватило, – ответила Ольга. 

–Как?! Но я же... – удивился Виктор. 

–Ничего не делал, – перебила его Ольга. 

И рассмеялась, глядя на ошарашенное лицо Виктора. 

-Росгвардейцы с радостью согласились взять всё на себя. Мол, обезвредили террористов, напавших на объект. Даже умоляли поддержать их версию. Военным и так несладко – говорят, что утёчка о проекте где-то на их стороне была. 

Виктор только головой покачал от удивления, а затем спросил:

–А что же дальше? 

Ольга придвинулась ближе и накрыла его ладонь своей.

–Мы сделаем всё, чтобы твоему здоровью ничего не угрожало. Я обещаю!