Рассказ из стеклянной банки

Рассказ из стеклянной банки
Работа №77

Утро. Девять уже. Сейчас посыплется! Нет опаздывает.

Ага, как я люблю. Соленые хлопья с миндальным вкусом.

Мазила! Не сыпь мимо! Даа, избаловал я тебя Лоли! Надо как- то с тобой построже. Моя любимая крошка Лоли. Насчет, любимой она, конечно, не догадывается. Зачем ей радоваться раньше срока. Вселять надежду и всякое такое…Так что, покапризничаю еще. Как там? Три раза постучать по банке ногой. Знак- хочу сладкого. Ага! Посыпались медовые.

Я первый- не кусачий человек. Ну как не кусачий? Иногда, когда Лоли достает меня из банки, чтобы помыть, переодеть, поменять интерьер. Да признаюсь, позволяю себе лишнего. Мое тщедушное тельце вальяжно раскидывается на податливые, похотливые кусочки и нагло нежится в ее теплых ароматных ладонях. С наслаждением покусываю ее неоновые щупальцы. Не могу сдержаться. Особенно, когда она своим ленточным язычком, острым, как моя коленка, вибрирует и щекочет мои сокровенные места. Я хохочу и сильно возбуждаюсь. Это ее забавляет и Лоли, из ярко- сиреневого мерцает красными бликами. Я не знаю точно, сколько весит моя крошка. В высоту она достает до купала лаборатории. А проверяющие самцы, часто цепляют головой панели освещения. Еще, у нее длиннее и выразительнее прорези глаз. В отличии от начальственных гигантов. Я совсем не умею говорить на их цифровом наречии. Они общаются сенсорно, присасываясь к лицу друг друга щупальцами. Бывает - недолго, а иногда так и хочется запустить в них тапок.. Жаль, не допрыгнуть до горлышка банки. Да, и моя обувь для них- соринка. Лоли меняется, когда щупальцы проверяющих присасываются к ее лбу. Лицо темнеет, как мой баночный игровой экран. А узкие щели глаз, наоборот исходят лазером во все стороны. Так же, ярко и навязчиво, как купольные своды нашего громоздкого помещения. Тогда, по ее родному изображению проносятся мелкие закорючки. Кодированные знаки их общения, пробегают многочисленными стадами кудрявых барашков. Ха-ха-ха, барашков! Что? Где я мог их видеть? Иногда поток моего сознания выдает мне образы, не виданные в баночной жизни. Я осознаю, что в мозг загружена программа мышления. Предполагаю , что информация там строго дозирована. Поскольку, Лоли называет меня человек. Ну, как называет ! Нет, мы общаемся жестами, знаками. За пять лет баночной жизни мы друг друга прекрасно понимаем. Я ее чувствую, когда она выплескивает на меня свой язычок, из ямки в левой щеке. Тело у нее- длиннющее, как мясные трубки, тянущиеся ко мне, во время обеда. По бокам гибкого туловища две руки. Вместо пальцев, как у меня, по шесть щупалец на каждой. Коротких и невыносимо нежных. По крайней мере, такие у моей Лоли.

Я не помню себя маленьким. Очнулся пять лет назад и живу, очень даже не плохо. Напичканный необходимой, дозированной информацией и вкусной едой. Экран у меня никто не отнимает и мне легко и свободно. Воспоминания мои возникают непредсказуемо и отрывочно. А жизнь в банке мне нравится. Лоли редко отлучается и всегда со мной. Других «человеков» я пока не видел. Лоли донесла до меня понятия о том, что мне подобных, полно в соседних лабораториях. Они все кусачие и не ручные. А я ручной и за это ее хвалит начальство.

Да, я для нее навсегда прирученный. Будь в этом уверенна, моя неоновая мечта. А говорю я вполне прилично. Главное, со мной всегда согласен единственный собеседник. Собственное эхо, свободно летающее по периметру стеклянной моей обители. Иногда, отталкиваясь от прозрачных стен, дружище задиристо искажает мои слова. Но, я прощаю все провокации баночному пересмешнику. Ведь, я провожу в его компании все свое время. Да, забыл. Еще я часто развлекаюсь со своим преданным и послушным «собаночником», - персональным экраном. Который, следует за мной, по первому желанию, как привязанный. Виртуальные игры создают объемные баталии и дружок Эхо обиженно замолкает, уступая неведомым звукам и грохоту. Хаос и безумная какофония, иногда заставляют Лоли резко отключать купольный свет лаборатории и заставлять меня готовиться ко сну, раньше обычного. Но, экран она ни разу не забрала. Да, вот такая тактичная, моя сиреневая крошка.

Сразу уснуть редко удается. В мельтешащих бликах дежурного светильника, я люблю наблюдать тени. Они неясными образами волнуют и успокаивают. Будоражат и настораживают. Тихо. Лишь, шуршание теплых потоков горного воздуха климат контроля, растаскивает стройные контуры ассоциаций моей памяти. Из ее призрачных рядов, отрывками залетают картинки прошлого. Прямо в мое сознание, незащищенное пристальным наблюдением Лоли. Дом. Залетаю на полки с дисками, похожими на мой экран, но намного меньше. Вспомнил, это книги. Я читал! О Эхо!, послушай - я читал. Да, я умел читать, а не только перебрасываться с тобой словами- знаками. Так вот, откуда мои витиеватые обороты речи. Раздражающие тебя, длинные фразы. Ведь, ты их нещадно обрезаешь и потом долго, долго дразнишься. Искажая смыслы и превращая в потешную бессмыслицу. Вот, ясно увидел женщину. Человек, такая же, как я. Не знаю кто она. Да, и зачем мне. У меня есть Лоли. Почему самка человека моет банку? Такую малюсенькую , наверно сувенирный домик.

Вода журчит, не понимаю где. Вижу поле, дальше- вот они! Мои кудрявые барашки. Но, гуляют они не по лицу Лоли. Трава, птицы шуршат крыльями, как климат- контроль в лаборатории. Голосов не слышу, звуки отключены от сознания. Еще, что- то неясное возникает и обретает плоть. Шум спугнул, плоть разлетается.

Лоли со скрежетом раздвигает вертикальные стеллажи под свой рост. Я засыпаю.

Утро. Сейчас насыплет. Вчера я хотел медовых. Сегодня стучу один раз по банке. Хочу соленых, как моя кровь, когда Лоли берет анализы. Опять просыпала мимо банки. Ах! Лоли, Лоли. Какая ты у меня рассеянная и о чем ты думаешь? Хотелось бы мне, залезть в твою очаровательную пятнистую головку. Сиреневую, чуть вытянутую яйцом, с пульсирующей лысой макушкой. Красивая! Лучше любой человеческой самки. Я часто смотрю на ее левую щеку. Она сосредоточенно смотрит в многослойные окуляры. От напряжения ее тонкий язычок трясется, она мерцает и сердце мое мерцает и бухается туда, где она меня моет. Любимая! Она всегда рассматривает мою кровь. Нет, нет мне не больно.

Да и вакуумные иглы совсем нежно впиваются в мою вену на ноге. Мне, даже приятно. Ведь, Лоли после этого, берет меня на руки и долго играет со мной. Купает в душистой воде и облизывает голое тело. Потом, нежно одевает в чистую рубашку до пят. Аккуратно опускает в банку. Узкая рука свободно проходит через отверстие. Я долго цепляюсь за нее и покусываю.

Жаль, что улыбаться ей нечем. Я даже не понимаю, что и как она ест. Но, не буду в суе , обсуждать мою богиню. Она хороша, как есть и попробовал бы, кто возразить. Даже, Эхо не смеет передразнивать ее тонкий писк, неизвестно от куда, исходящий.

Сегодня она необычно тиха. На руки меня брала один раз, когда меняла постель и чистила туалет. Я уже, очень долго сижу на ковре и играю в новые игры на своем экране. Что, еще это за новости? Почему- то сердце мое колотится не от нежности и желания. А Лоли, всего лишь наблюдает, как всегда, мою кровь. Прежде, я ощущал счастье и благостную расслабленность. Почему мне тревожно наблюдать сейчас, ее суетливое мельтешение щупалец, по лабораторному инвентарю? Что не так?

Я зло уставился на ее левую щеку и до скрежета зубов, ожидаю ленточный язык. Я уже ненавижу этот соблазнительный отросток. Почему он не выглядывает из ямки? Лоли упорно игнорирует меня. Прорези глаз моей сиреневой крошки, яростно пульсируют лазерными выстрелами по вращающимся колбам. Я резко вскочил и стал колотить ногами по стеклу банки. Лоли не оборачивалась, такой реакции я не ожидал, не было такого никогда! Я прилип к прохладному стеклу, успокаивающему, как щупальцы любимой. Мне кажется, да будь у нее, хоть сто присосок! Даже равное, несметному количеству пятнышек, на ее неоновой голове. Пусть так. Не устал бы, покусывать каждый ее щупалец. Я знаю о ней все. Когда она грустит, по изменению света в прорезях глаз. Я чувствую ее запах, ни с чем не сравнимый. Соль, сладость, миндаль, мясо, вода, кровь. Все оттенки этого в ее языке и сиреневой коже. Но, сейчас я не знаю ее, не узнаю. Банка раскалилась, стекло обжигало. Я сорвал с себя рубаху, распластался на ковре и впился взглядом в колбы с моей кровью. Почему они отнимают ее внимание? Лоли, Лоли! Твоя ямка на левой щеке вход в мою смерть. Если, сейчас оттуда покажется язык -удавка я схвачусь за него зубами и никогда не отпущу. Пусть меня вырезают кусками. Лоли продолжала мучать меня своей неподвижностью.

Потом сорвалась и исчезла в огромном проеме, откуда появляются ее повелители. В ожидании, я растянулся на ковре, закинув руки за голову. Сурово резал взглядом стекло узкого горлышка банки. Мысли горькими хлопьями осыпались и кружились. Завивались противными вихрями паники. Я не сразу заметил, что совершенно голый уворачиваюсь от невидимой напасти и катаюсь по дну банки. Лоли! Лоли!

Она вернулась не одна. Степенно вошел незнакомец. Меньше ее ростом, без неонового света. И прорези глаз были короче и уже. Пунктиром обозначая его лоб. Лоли порывисто и неосторожно схватила меня на руки. Бесцеремонно подсунула меня гостю, прямо к простроченному лбу. Незнакомец, тут же присосался к Лоли, не забывая просвечивать меня искрами из своих глазных щелей. Я замер, совершенно обессиленный, измочаленный, как пережёванный орех. И чуть, живой качался на трясущихся руках любимой. Барашки опять побежали по, темнеющему лицу Лоли. Родная ямка сжалась до точки. Она резко мазанула меня скальпелем, отрезав шматок кожи от ягодицы. А потом зверски, вырвала пучок волос. Я корчился от боли и крика от такого коварства. Кромсанное тело напряглось и я превратился в зверя. С размаху впился зубами в ее щупальцы и успел лягнуть в лоб пришельца. Лицо Лоли просветлело, незнакомец отлип от нее и мгновенно скрылся с моей кожей и волосами. Лоли нежно облизала меня, одела в рубашку и опустила в банку. Я тут же уснул, забыв про страдания. Утро! Сейчас посыпятся! Ага. Сегодня вовремя, не опоздала. То – то же! Будешь знать у меня, сиреневая крошка! Я капризно стучу по банке. Хочу только орехи и креветочную посыпку. Не желаю сегодня сладкого. И скорее меня бери на руки. УУ..хх- я сегодня кусачий! Лоли не поддалась на мой игривый призыв. Отошла от банки и уселась за свои исследования. Что с ней? Явно охладевает ко мне. А вдруг эти монстры великаны соблазняют мою крошку?

К вечеру в лабораторию ворвались двое ботов. Я уже замечал таких, иногда они доставляли Лоле тяжелые ящики. Но, эти слишком агрессивно появились. Хотя, по их головам -болванкам и не поймешь. Сотворенные по образу и подобию Лоли и ее народа. Они высокие, с гибкими телами. Но без сиреневой кожи. А есть ли у них вообще кожа? Я не могу понять, когда они стоят рядом. А издалека, в первый раз я подумал, что это рабочие скафандры, для выхода в космос, которые пришли к Лоле своим ходом. С ног до головы, они равномерно отсвечивают стеклянно -оранжевым. Даже, моя банка, бликует и меняет оттенки. Иногда, удивляя радужными переливами из моих обрывочных миражей. А этих, не знаю с чем и сравнить. Разве, что с охранной вспышкой, которая внезапно накатила на лабораторию. Укутала нас с моей девочкой, удушливой оранжевой волной с трескучими искрами. Тогда, в этот вонючий день, моя недотепа пролила на пол, несколько капель бурлящей жидкости. Появились боты, гулко протопали дорогу по успокоившейся, вязкой жиже и собрали ее на свои подошвы, как я собираю крошки от хлопьев на дне банки. На их гладких башках нет ни одной выпуклости. Не поймешь, что они сотворят сейчас или через час, как реагировать. Хорошо, что арсенал моих реакций и чувств понемногу сокращается. Я уже, ничему не удивляюсь. У меня отпала надобность в этой человеческой эмоции. Она продержалась недолго, только первый год баночной жизни. Дальше, инстинкт самосохранения беспощадно расправился с любопытством, решительностью, чувством отвращения, депрессивными шалостями скуки и еще многими каверзами дум. Которые, оказались излишними для баночной действительности. Я догадываюсь, что от моего арсенала чувств все убывает и убывает. А, хотелось, бы не опустошать все сразу, вдруг представится экстремальный случай. И похоже, вот он. В образе оранжевых болванок.

Безликие скафандры по хамски оттолкнули Лоли. Она, всем сиреневым телом закрывала банку со мной. И отлетела, как мое эхо, со звуком от стенки до стенки. Лоли прочертила своим красивым лицом пол и ударилась головой об вертикальный тяжелый стеллаж. ООО! Любимая! Вот, когда я почувствовал всю свою ничтожность! Безмерную ущербность и беспомощность. Я рычал и рвал свою рубаху. Я кидался лбом о стекло и давился своей кровью. В зверином прыжке удалось допрыгнуть и зацепиться за горло банки. Но, от щелчка по голове, я потерял сознание. Очнулся от того, что безвольно подпрыгиваю и околачиваю своим телом дно банки. Осмотрелся и увидел, что меня, вместе с банкой метелит поточный дезинфектор. Через эту штуку я проходил в прошлом году, когда у Лоли выскочили две шишки, на ее прекрасных, светящихся щелках – глазах. Наросты быстро усохли, а меня долго мучали. Очистительные процедуры проходили на поточной, движущейся ленте. Сильными воздушными струями. Тогда, я казался себе героем, ведь я терпел страдания ради моей шишковатой крошки. Сейчас эта экзекуция, не так романтична.

Не успел я оглядеться, как меня вытащил из банки монстр, которого я лягнул в лоб. Такой, простроченный пунктирными глазами. Я запомнил его. Ведь, это он сверлил меня своим излучением. И уверен, что это он заставил мою бедную Лоли, отрезать шмат моей пятой точки. Да, еще выдрать клок волос. Живодер, садист, наверно будет пытать. А что я знаю? Я виноват, лишь в том, что не смог защитить Лоли. Ах, бедная моя сиреневая крошка! Где ты? Пунктирный прервал мои стенания и выпустил меня из шершавых вонючих ладоней. Не то, что у Лоли.

Я огляделся и замер в стойке боевого муравья, как в моей игре на ручном экране. Что это! Что происходит? Такое ощущение, что от меня отрезали не кусок задницы, а оторвали голову и как-то приспособили другую. Сколько там их, еще в запасе я не подозреваю. Но, моя родная, привычная отказывается соображать и понимать. Мои отрывочные ночные миражи приобрели текучесть. Будто их расплавили и соединили. Теперь, они плавно двигаются и все живое и не живое приветствует меня и замечает. Поле с барашками. Дом. Я сейчас понял, что он деревянный. Откуда знаю? Не знаю. Женщина подходит ко мне и улыбается. Да, это улыбка, я то знаю. Лоли показывала меня в зеркале и я так улыбался. Где пунктирный? Где лаборатория? Где я?

Когда, после обморока, я очнулся не в банке, а на кровати. Около меня сидела женщина из моих снов. Я теперь знаю, что это моя мама. Она потеряла меня пять лет назад на поле. Она долго рассказывала мне о прошлом. Где я был мальчиком, потом юношей, потом меня похитили.

Но, я не запоминал и не вникал в ее ласковую речь. Зачем мне прошлое? Я хочу туда, где боль и счастье. Где моя Лоли и моя банка. Где мой ручной экран и дружище эхо. Здесь, я никого не знаю и не люблю. Пустите меня туда. Эй пунктирный! Где ты, я на тебя не в обиде, забери меня обратно.

Лоли! Лоли! Я теперь каждый день хожу на поле. А больше меня ничего не интересует.

Другие работы:
+1
21:02
374
17:03
-1
Что это было?
06:19
Фантастика! Парадоксальность, нарастающий психологизм. Все составляющие жанра фэнтези. Повествование от первого лица. Приём позволяет максимально передать чувства героя. У которого память о прошлом отрывиста. В баночной жизни подопытного, он придумывает себе мир, влюбляется, играет с воображаемым другом. Идея автора в том, что человеку для счастья достаточно любви и доброты. И мир, даже баночный заиграет радужными красками. Скудные
метафоры и сравнения подчеркивают ограниченность и убогость нахождения героя в банке. />Рассказ читается на одном дыхании. Подтекст затрагивает этический. вопрос о сегодняшних тайных опытах с генетическими преобразованиями.
Оценки работников венерианского пункта приёма стеклотары. Ул. Ленина строение 6.

Трэш – 0
Угар – 3
Юмор – 0
Внезапные повороты – 1
Ересь – 0
Тлен – 2
Безысходность – 4
Розовые сопли – FF (максимальная оценка по меркам венерианских сосальщиц)
Информативность – 3
Фантастичность – 4
Коты – 0 шт
Человеки – 2 шт
Восьмирукие шестиноги – 13 шт
Шестиногие восьмируки – 31 шт
Соотношение потенциальных/реализованных оргий – 1/1

Вот уж не думал, что наткнусь на бриллиант в куче компоста с суммарным рейтингом минус сто. Багов тут ровно два, все остальное – фичи.

Первый:

Почему в тегах фэнтези, если это настоящая научная фантастика? И Лоли эту я отлично знаю. Она из расы венерианских сосальщиц. Как то летал на их планету на научный симпозиум. Напились все конечно жутко. Ну и разболтался я с ней на тему профессиональных гемоанализаторов. Слово за слово, сам не заметил, как заманила меня за автоклав, давай щупальцами ширинку расстёгивать. А я по башке микроскопом ей луплю и ору: «Отстань, шалава, я женатый!».

Да, тогда я ещё не развёлся второй раз, я ж верный. Идиот. Только когда на Землю вернулся, понял, что упустил. Так что за фантастичность и отличное знание методологии исследований на людях тебе сразу четыре балла.

Второй:

Потом сорвалась и исчезла в огромном проеме, откуда появляются ее повелители. В ожидании, я растянулся на ковре, закинув руки за голову. Сурово резал взглядом стекло узкого горлышка банки. Мысли горькими хлопьями осыпались и кружились. Завивались противными вихрями паники.

Во всех лабораториях видимой части вселенной используют аквариумы. Их проще убирать, чистить и масштабировать под разные нужды. Так что с банкой ты приврал.

Родная ямка сжалась до точки. Она резко мазанула меня скальпелем, отрезав шматок кожи от ягодицы. А потом зверски, вырвала пучок волос.

Если бы волосы росли у подопытного на жопе, хватило бы одного взмаха скальпелем.

Это, конечно, же шутка. Рассказ нереально крут. Со своей логикой, жёстким саспенсом и постепенным раскрытием мира. Инопланетная оргия по-настоящему инопланетная. Я аж возбудился, вспоминая шаловливые щупальца кальмарщицы, ласкающие мои соски. Финал сложный: и позитивный и грустный одновременно, что идёт только в плюс. Как и сказал Карл, приём повествования от первого лица никогда не подводит и в рассказе он работает на все сто.

Отдельно по стилю – стиль шикарен. Книжные черви тебя загрызут за грамматику. Положи на них болт с левой резьбой. Это просто ещё одна фича рассказа. В общем, молодец по всем фронтам. Пиши ещё.

Критика)
Загрузка...