Проводник к завершению

Воды реки бурлили, разливаясь за берега. Проливной дождь стоял стеной уже пятый день, заливая каменный мост, ведущий к высокой стене столицы, ворота которой были плотно закрыты. Серая мокрая стена в темноте казалась черной. Только несколько факелов в будках дозорных говорили, что этот город обитаем.

У подножья холма, на котором высился величественный город, к северу от моста располагалась небольшая деревенька. Ее жители не могли покинуть собственные дома, опасаясь утонуть в грязи. Сильный ветер сгибал тонкие стволы молодых деревьев, даже ветви старых яблонь не смогли без потерь пережить это природное буйство.

Затяжной ливень случался каждый год, но такого сильного, люди не помнили уже несколько десятилетий. Чем ближе дома были к реке, тем больший помост под ними строился, чтобы предотвратить затопление, но даже он не помог сохранить половину деревни от бурного потока, и жителям приходилось перебираться к соседям, чтобы не замерзнуть.

В одном из домиков в самом отдаленном районе от реки, расположенном на краю леса, казавшимся чем-то отдельным от остального поселения, около кровати сидел молодой человек и хмуро смотрел в окно. Хлипкая деревянная рама опасно поскрипывала, а тонкое стекло дребезжало, не справляясь с натиском ветра и дождя. На кровати лежал старик и едва слышно дышал. Его лихорадило, но молодой человек ничем не мог помочь, только менял прохладные тряпицы на лбу, чтобы облегчить страдания приемного отца.

- Когда же он закончится? – тихо прошептал Илин, меняя очередную тряпку и хмурясь от того, что это не помогает снять жар.

- Значит, такой уготовлен мне конец – хрипло прошептал старик и надрывно закашлял.

- Не говори глупостей! Завтра дождь прекратиться, и лекарь сможет добраться до нашего дома! Я обязательно его приведу, а ты не трать силы на пустые разговоры.

Старик приподнял тяжелые веки и посмотрел на хмурое лицо воспитанника. Прошло уже семнадцать лет, как он, подобрав оборванца на улицах столичного рынка, взял к себе и, как оказалось не зря. Сейчас хоть кто-то сможет проводить одинокого волка в последний путь. От этой мысли становилось легче. Но Фугер не мог просто так уйти. Ему необходимо завершить еще одно дело. Как жаль, что придется возложить все на плечи этого непутевого сына. Если бы у него было еще немного времени…

- Принеси мою шкатулку с документами – прохрипел старик.

- Зачем она сейчас? Все дела могут подождать, тебе лучше отдыхать.

- Ты, нахальный мальчишка, даже перед смертью не можешь сделать мне подарок и хоть раз не спорить? Сказал, принеси, значит принеси!

Илин вздохнул, но все же встал со стула и подошел к большому деревянному шкафу, где под стопкой поношенной одежды лежал небольшой сундучок с необычным замком. Молодой человек знал, что старик складывал туда только самые ценные вещи. Он взял легкий деревянный ящичек и принес приемному отцу, помог тому облокотиться на спинку кровати, и как только приступ кашля у старика прошел, поставил на его колени потрепанную черную шкатулку.

Повернув колесико на крышке только старику в понятном направлении, Фугер открыл шкатулку, и Илин не смог перебороть любопытство, заглянул в нее и разочаровался.

Они были не богаты, поэтому молодой человек не рассчитывал, что увидит там золото, но небольшой запас серебра все же присутствовал. Но старика интересовали не деньги. Он достал со дна тонкую старую книгу и протянул ее Илину.

- Что это? - повертев в руках книгу, размером не больше ладони. Выглядела она ветхой, но обложка оказалась увесистой, скорее сделанной из металлических тонких пластин, а не из кожи или бумаги. Он попытался ее раскрыть, но ничего не вышло.

- Это то, что тебе придется унаследовать – хрипло проговорил старик.

- И что мне с этим делать? – скептически проговорил парень – продать?

- Себя продай, щенок! Это бесценная вещь и многие бы жизнь за нее отдали! Не каждому выпадает честь стать хранителем. Никогда бы не передал ее тебе, если бы не…

Старик снова надрывно закашлял. Илин отбросил книгу и бережно похлопал отца по спине.

- Не нервничай, лучше приляг и отдохни, поговорим, когда тебе станет легче.

- Не станет – едва слышно прохрипел старик и крепко ухватил за ворот рубашки непутевого сына – слушай внимательно и не перебивай. Возьми книгу.

Илин не стал перечить и взял странную книгу в руку. Старик что-то забормотал, но слов было не разобрать. Молодой человек было решил, что из-за лихорадки у того помутился рассудок, но как только он замолчал, книга в руке засветилась и стала теплой. Илин растерялся и выпустил предмет из рук. Металлическая книга упала на кровать и раскрылась. Яркий свет осветил маленькую душную комнату. Этот свет исходил из раскрытой книги, в которой быстро перелистывались страницы, как от порыва ветра.

Не успел Илин удивиться, почувствовал, как будто его куда-то тянет. Он потянулся к странному предмету, чтобы захлопнуть книгу, но едва коснулся кончиком пальца страниц, как его с силой затянуло.

Всего одно мгновение, недостаточное даже для быстрого вздоха, и он очутился в кристально белом пространстве. Илин не видел ни конца, ни края, от белизны рябило в глазах, полная тишина давила на уши. В его руках была раскрытая книга. Молодой человек опустил взгляд и увидел надпись «Приветствую нового владельца книги завершения».

- Что еще за книга завершения? – шепотом спросил он, но в давящей тишине его голос казался таким громким, что молодой человек непроизвольно вздрогнул.

В книге снова появилась запись, похожая на инструкцию к пользованию.

«Новый проводник, теперь ты станешь тем, кто поможет душам успокоиться и завершить незаконченные дела. Книга поможет тебе установить связь с утерявшими оболочку, но не завершившими мирские дела. Ты обязан успокоить пять тысяч душ, чтобы завершить миссию».

- Что за глупости? У меня тоже жар? – он потрогал свой лоб, но не почувствовал признаков лихорадки. Это не может быть правдой, такого просто не существует!

«Этот кристалл позволит найти путь к душе. Желаю, удачи на новом пути» - появилась надпись и из страниц, как из воздуха появился конусообразный бледно-голубой кристалл размером с ноготь на золотой цепочке. Кристалл воспарил в воздух, и цепь окутала шею мужчины. Снова появился яркий свет, и Илин оказался на кровати рядом со своим стариком. Закрытая книга лежала рядом.

Молодой человек повернулся к Фугеру, чтобы задать сотню вопросов, но в этот момент хватка на вороте ослабла, рука безвольно упала, а изо рта приемного отца вышел последний короткий вздох. Единственный близкий человек на этой земле умер.

Илин тупо смотрел на мертвого старика и пытался прийти в себя после странной галлюцинации. Он неосознанно протянул руку к груди и вздрогнул, ощутив маленький кулон. Молодой человек поднес находку к глазам и замер. Это точно был тот странный кулон из книги, но он все еще не мог поверить, что события были реальностью, а не плодом воображения.

- Да какая теперь разница – вздохнул парень, направив взгляд на неподвижное тело отца. По щекам покатились слезы, которые Илин был не в силах остановить. Так он и просидел у постели мертвого отца, пока звуки завывающего ветра и дождя за окном не смолкли.

- Слишком поздно – сипло произнес Илин, переведя взгляд в окно, где среди темных туч пробивались лучи полуденного солнца, сообщая, что природа успокоилась.

***

Илин с Фугером жили на отшибе. Старик был не слишком общительным, поэтому похороны молодой человек провел в полном одиночестве. Он сделал все, как велели обычаи. Выкопал яму во дворе чуть больше роста Фугера и глубиной чуть меньше метра, заполнил ее ветками для погребального костра, простелил белую ткань и уложил тело отца сверху.

По обычаям страны Гурагей, человека хоронили там, где он умер. Тело подготавливали к сожжению и оставляли на одну ночь, а на рассвете поливали усопшего маслом и сжигали. В ночь, пока тело еще не было упокоено, каждый из членов семьи или близких людей шил мешочек из специальной пропитанной льняным маслом ткани, чтобы собрать немного праха или остатков погребального костра и сохранить память об умершем. На мешочке вышивали имя, дату рождения и дату смерти.

На рассвете Илин полил тело отца маслом, сказал несколько прощальных слов и поджег, тихо наблюдая, как отец покидает бренный мир и его душа успокаивается с миром. Солнце уже полностью взошло, когда костер догорел. Илин собрал немного пепла и положил в мешочек, на котором было вышито имя и дата смерти. Он не знал дату рождения приемного отца. С самого детства Фугер не любил затрагивать эту тему, в конечном счете, Илин оставил попытки узнать возраст старика.

Закопав остатки пепелища, молодой человек зашел в дом, взял небольшую сумку, собранную накануне, в последний раз окинул старую хибарку, которая семнадцать лет служила ему домом, и ушел, направившись в сторону столицы.

***

После проливного дождя, во время которого были введены ограничения, город снова ожил. Торговцы выстроились для получения пропуска у главных ворот, одинокие граждане стояли в другой очереди, пытаясь попасть в гости к родственникам, сходить на рынок или заняться другими делами. Тут были и усталые путники, решившие посетить столицу для отдыха и пополнения припасов.

Илин часто посещал Гугаград, но редко праздно проводил в нем время. Обычно он вместе с Фугером продавал керамику, изготовленную стариком, и покупал необходимые продукты и утварь. Сейчас же молодой человек решил просто погулять по городу, заодно прикупить несколько необходимых для путешествия вещей и карту. Он впервые покидал родной дом и парня раздирали смешанные чувства.

- Удостоверение – не глядя на Илина, протянул руку стражник.

Илин протянул деревянную табличку с именем и статусом «селянин без навыков»

Бросив взгляд на табличку, стражник махнул рукой, пропуская Илина за ворота, окинув его предварительно надменным взглядом. Он к этому привык. Селянин само по себе не слишком приятный статус, ну, а если еще без особых навыков, то таких людей вообще считали пропащими.

Неторопливо проходя по оживленной центральной улице, Молодой человек внимательно рассматривал торговые лавки, в которых никогда не бывал, постоялые дворы, откуда слышался смех и музыка. Все казались такими беззаботными и счастливыми до тех пор, пока он не свернул с главной улицы и не направился в противоположную от рынка сторону.

Чем дальше он уходил, тем беднее казалась местность. Вместо ярких табличек, созданных известными каллиграфами и богато одетых людей, тут все казалось запущенным. Домики теснились друг к другу так близко, что человек едва мог протиснуться между ними. Покошенные ставни, отсутствие красивых, вымощенных брусчаткой дорожек, мусор и неприятные запахи. Это все было скрыто от путников. Это место принадлежало беженцам, нищим и людям без навыков и статуса.

Чем дальше он проходил, тем больше недоброжелательных взглядов встречал. Илин решил повернуть обратно, чтобы не навлечь на себя неприятностей. Он не был одет богато, но в сравнении с местными, его одежда казалась опрятной, без прорех, поэтому Илин опасался, что его могут ограбить и забрать последние крохи серебра, которые оставил отец.

Он уже развернулся, когда почувствовал легкое жжение в районе груди. Когда оно стало практически невыносимым, молодой человек непроизвольно приложил руку и ощутил непривычный бугорок под рубашкой. Кулон. Он потянул за цепочку, пытаясь снять его с шеи, но необычное украшение не поддавалось, цепь как будто тянулась обратно, не давая возможности ни расстегнуть, ни снять, ни порвать ее. Илин зажал кулон в ладони. Сейчас он не был небесно-голубым. Внутри как будто разгорался огонь. Кулон в его руке задергался и молодой человек, испугавшись, отпустил его. Вопреки законам гравитации, украшение не упало ему на грудь, а продолжало парить в воздухе, устремляясь вперед. Илин последовал за зовом кулона, который завел его в самый конец города. Рядом с городской стеной сидела женщина и что-то пыталась поднять. Как только Илин ее увидел, кулон прекратил гореть и упал на грудь, как будто ничего и не было.

- Простите, вам помочь? – спросил он, подходя ближе и резко остановился, покрывшись холодным потом. Женщина пыталась поднять потрепанную, грязную куклу, но ее руки проходили сквозь нее.

- Ты меня видишь? – оживилась та и поднялась с места. Только сейчас молодой человек заметил, что сквозь тело этой женщины, как сквозь туман, видна и стена и обожженное дерево.

- При-призрак? – то ли шокировано, то ли удивленно прошептал он.

- Помоги мне! – взмолилась она, подступая ближе и протягивая свои полупрозрачные руки. Илин непроизвольно отшатнулся, но женщина не оставляла попыток – ты единственный, кто меня видит! Я тут уже почти четыре месяца, но никто мне не может помочь! Прошу, помоги!

Где-то на краю сознания проснулись воспоминания о странной книге, которая сейчас лежала в его сумке и о надписи. Пока Илин находился в замешательстве и задумчивости, женщина ухватила его за руки, от чего оба пришли в полное изумление.

Когда руки призрака коснулись запястий молодого человека, он почувствовал, как будто ему надели ледяные оковы, поэтому он резко отпрянул.

- Эй! Холодно же! – возмутился тот, позабыв, что перед ним сейчас призрак, существовать которого не должно по всем законам логики.

- Прости – все еще не отошедшая от шока женщина удивленно смотрела на свои руки – я уже столько месяцев ничего и никого не могла коснуться. Не думала, что так получится – она вскинула на Илина полные мольбы глаза – прошу! Помоги мне!

- Чем я смогу тебе помочь? – развел тот руками – я не волшебник и не могу вернуть тебя к жизни.

- Нет, конечно, я понимаю, что ничто на свете не сможет меня оживить. Я лишь хочу, чтобы моя дочь смогла получить свой новогодний подарок! Я… я… не смогла его ей вручить…

Женщина снова подошла к кукле и опустилась на колени.

- Хорошо, я помогу тебе. Мне просто нужно отнести ее твоей дочери? Верно?

- Да, и я оставлю тебя в покое – радостно закивала она – только вот кукла совсем не подходит для подарка. За это время она очень испачкалась и истрепалась…

- Ты хочешь, чтобы я купил новую куклу? – приподнял бровь молодой человек.

- Нет, я хочу, чтобы Амали получила именно эту. Ты же сможешь привести ее в порядок? – вскинула она полный надежды взгляд.

Илин снова вздохнул, взял в руки грязную, еще до конца не просохшую и рваную тряпичную куклу. За спиной уже слышались шепотки. Несколько человек кидали на него подозрительные взгляды, а один так пялился на новые сапоги молодого человека, что тот только нервно хихикнул и сорвался с места, побежав так, как никогда раньше не бегал.

***

- Ты можешь отойти немного дальше – раздраженно проговорил Илин, пытаясь отстирать куклу в реке – ты постоянно меня касаешься, вода и без тебя ледяная!

- Прости – без капли вины проговорил призрак – я так давно ничего не касалась, что руки сами тянуться.

- Проще купить новую куклу, чем привести в порядок эту! Мне придется потратиться на постоялый двор, а я не планировал задерживаться в городе еще на одну ночь!

- Нет, она должна получить именно эту куклу! Вот, на лице еще осталось пятно, постарайся лучше!

- Если такая умная, то сама стирай! Все, с меня хватит – с силой выжав тряпичную куклу, которая приобрела более или менее пристойный вид, он разогнул спину и отправился на постоялый двор, где все же попросил нитки и иголку, и половину ночи пытался заштопать прорехи.

Все это казалось странным и необычным, но разложение от того, что призрак все время находился рядом, не давая даже в одиночестве принять ванну, переплюнуло страх перед неизвестным. Илин хотел как можно быстрее отделаться от навязчивой женщины, а выход был только один – выполнить ее последнее желание.

- Куда идти? – спросил молодой человек, вешая дорожную сумку через плечо, и собираясь, во что бы то ни стало покинуть город сегодня же.

- Мой дом находится неподалеку от того места, где мы с тобой впервые встретились.

Илина передернуло от мысли, что снова придется идти в то мрачное место. Он с опаской посмотрел на свои вычищенные до блеска сапоги и вспомнил, каким взглядом их осматривал один из местных жителей вчера.

- Может, мы случайно встретим твою дочь где-то в центре? Сегодня праздник начала весны, разве она не захочет полакомиться уличными вкусняшками?

- Мы не могли себе позволить это, а сейчас, когда муж остался один, думаю, что дела стали еще хуже - вздохнула женщина – эту куклу я купила ей на деньги, которые понемногу откладывала почти два года, но так и не смогла подарить.

- Так что с тобой случилось? – спросил он, проходя по оживленной улице. Его мало волновали удивленные взгляды, которые кидали прохожие. Он совершенно забыл, что кроме него никто не видит женщину и со стороны он выглядел так, как будто разговаривал сам с собой.

- Несчастный случай. В тот день выпало много снега, и я просто споткнулась, упала в сугроб и не смогла подняться.

- Что за нелепость. Неужели никто тебя не увидел? Почему ты вообще пошла к тому дереву?

- Я думала спрятать подарок там. У нас дом маленький и если бы дочь нашла куклу, то сюрприза не получилось.

- То есть ты упала, повредила ногу и не смогла подняться, от этого замерзла насмерть?

- Не совсем. Я пыталась отползти к людному месту, но было уже темно. Меня загрызли бродячие собаки. Обычно днем они бояться людей в нашем районе, а ночью охотиться на загулявших пьянчуг, вот мне и не повезло.

Они уже завернули в район бедняков, и Илин решил помолчать, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Они прошли несколько поворотов и на третьем завернули направо, протискиваясь по узкому переулку, где запах гнилья казался просто невыносимым.

Женщина остановилась у одной из дверей и грустно посмотрела. Илин собрался с силами и два раза постучал, от чего дверь заколыхалась на проржавелых петлях. Спустя несколько минут, дверь приоткрылась, и на пороге возникло испуганное лицо маленькой, лет пяти девочки с лохматой косой и в платьица, которое сплошь состояло из разноцветных заплаток.

- Здравствуйте. А вы кто? – заинтересованно спросила она.

Илин присел, чтобы сравняться с девочкой в росте и улыбнулся, протягивая куклу.

- Вот, держи свой запоздалый подарок на новый год, который тебе хотела подарить мама.

Девочка неуверенно протянула руки, взяла подарок и так громко разрыдалась, что Илин даже растерялся, умоляюще подняв глаза на женщину.

- Что случилось? Я же говорил тебе никогда не открывать дверь! – прокричал мужской голос, и скоро на пороге показался высокий мужчина с сильным запахом перегара и сальными спутанными волосами – А ты еще кто такой и что сделал моей дочери? – грубо обратился он к Илину.

Молодой человек быстро поднялся и отошел на несколько шагов назад.

- Нет, нет, я ничего не сделал! – замахал он руками.

- Папа! Папа! Мама передала мне подарок – сквозь рыдания проговорила девочка, показывая отцу куклу – Мама не забыла! Она передала подарок!

- Да как ты посмел играть на чувствах маленькой девочки! Она только-только смирилась со смертью матери! Подонок! – закричал мужчина и замахнулся неизвестно откуда взявшимся ржавым топором.

Хорошо, что Илин успел отойти на несколько шагов назад, иначе бы этот топор оказался на его голове.

- Да нет же, вы все ни так поняли! – попытался объясниться молодой человек, но его слова не достигали разума разъяренного мужчины.

Отец девочки кинулся на Илина, размахивая орудием так, что головка топора отвалилась, упав прямо на ногу мужчины, отчего тот разразился отборной бранью, не обращая внимания на затихшего и шокированного ребенка, который все крепче сжимал куклу и смотрел на отца, пытающего догнать молодого человека.

- Спасибо тебе – улыбнулась женщина, пока Илин пытался прийти в себя и отдышаться, стоя за углом людной улицы.

- Если бы я знал, что твой муж такой буйный, ни за что бы ни согласился!

- Он просто очень любит нашу дочь – с нежностью произнесла женщина.

Кулон на груди Илина снова нагрелся. Молодой человек достал его, опасаясь, что эта штука обнаружила еще одного призрака, но в этот раз кулон тянулся к дорожной сумке. Илин догадался, что могло потребоваться, и сразу же достал книгу. Жестяные страницы раскрылись, осветив светом призрака. Женщина улыбаясь, помахала ему рукой и растаяла. В книги появилась всего одна запись: «4 999».

Книга закрылась, и молодой человек со вздохом убрал ее в сумку.

- Мне кажется, или моя беззаботная жизнь закончилась безвозвратно? Это же, сколько лет мне потребуется, чтобы освободиться от проклятья старика! Неудивительно, что он был таким злющим и вечно недовольным!

Спрятав кулон за пазуху, молодой человек посмотрел на чистое голубое небо и подумал о том, куда бы ему отправиться, чтобы найти сразу пару тысяч духов, не завершивших свои дела и, желательно, чтобы у всех было общее последнее желание.