Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещён и влечёт установленную законодательством ответственность.
Вы приглашали — я пришла. Спасибо, что предупредили о небольшой «непричесанности» текста из-за сбоев с дедлайнами: я старалась учитывать это и при чтении рассказа, и при написании отзыва. Сразу скажу: текст ощущается сырым, но у меня не было желания «разносить» — наоборот, мне хотелось найти ту точку, за которую можно зацепиться и от которой оттолкнуться. Очень надеюсь, что всё сказанное ниже пойдёт на пользу.
Идея. С идеей, к сожалению, пока не складывается. По ходу чтения возникало ощущение, что рассказ мечется сразу в несколько сторон: здесь и размышления о музыке, и любовная линия, и философия времени, и зачатки альтернативной истории. Но ни одна из этих линий не становится главной. В итоге я так и не поняла, ради чего эта история была рассказана и что должен почувствовать или понять читатель.
Фантдопущение с «Вертикалью» и временной полифонией само по себе интересное — мне оно действительно понравилось как идея. Но в тексте оно почти не работает: не становится точкой выбора, не обостряет конфликт. О том, что есть конфликт между Сергеем и Васенькой, я поняла только тогда, когда Вася набросился на Германа. Но это не конфликт рассказа. Из-за этого допущение остаётся на уровне декларации.
Зато не могу не отметить личный момент: токкату Баха ре минор я очень люблю, и мне было интересно узнать об истории споров вокруг её авторства. Такие детали всегда радуют — за это отдельное спасибо.
Герои. С героями ситуация сложнее. Почти все они выглядят схематично. Кроме Германа, у персонажей нет внятной биографии, внутренней логики, развития. К тому же постоянно сбивает путаница с именами и фамилиями. Я не сразу догадалась, кто есть кто. Почему Василия Сергей называет Васенькой? Откуда это уменьшительное? Почему Сергей превращается в Сержа? Эта разрозненность создаёт ощущение какофонии.
Атмосфера заявлена как музыкальная, культурная, «баховская», но она часто тонет в перегруженных описаниях и длинных диалогах. Музыка здесь скорее декларируется, чем звучит — её не успеваешь почувствовать из-за сумбура происходящего.
Композиция. Композиционно рассказ перегружен эпизодами и отступлениями, которые не работают на развитие интриги. Финал не собирает текст в единое целое. Например, для меня так и осталось неясным, были ли Аня и Сергей вообще знакомы до описываемого вечера — в начале об этом не сказано, а в финале это внезапно становится важным.
При этом у рассказа есть сильные стороны: чувствуется любовь автора к музыке, эрудиция, искреннее желание соединить искусство, время и чувство. Это хороший фундамент.
Но тексту явно не хватает фокуса. Мой главный совет — начать с самого простого и самого сложного одновременно: честно ответить себе, о чём именно этот рассказ. Выбрать одну ключевую идею и одного главного героя. Привести имена, характеры и мотивацию персонажей к внутренней логике. Упростить язык и без сожаления убрать всё, что не работает на основную мысль. Потенциал здесь есть, но в нынешнем виде над рассказом надо еще поработать.
На текущий момент текст кажется собранным из разнородных лоскутков: заигрывающее с читателем околомузыкальное вступление, сумбурная беготня в середине, исторический пересказ в финале. Идейно они складываются в одно целое, но не стилистически. Отмечу несколько самых удивительных моментов.
«Нижегородские классики» — это, как я понял, любители классической музыки, а «рождественские обыватели» — обыватели, идущие по улице Рождественская. Так себе обозначения. Далее — мысли Нейманова, о чем он только не думает: то красота незнакомца его кольнула, то колокольня заиграла красками (и это в тот момент, когда он еле тащит на себе бессознательного бедолагу), то выдает совсем уж эпичное:
Потому что я лублу тебья, Анья, я схожу с ума без тебья
Несколько раз перечитал, дабы удостовериться, что это мысли именно Сержа, а не немца. Его мысли, выданные в форме прямой речи, — это отдельная история.
– Да, я знаю немецкий, – ответил Серж на удивленный взгляд девушки, – я выучил его, потому что, как и ты, люблю Баха, а еще я люблю девушку из семьи обрусевших немцев.
Понимаю, выучить немецкий ради текстов Раммштайна, ну или даже Токио Хотел, если ты девочка, но из-за Баха...
Вся эта тирада, как вы поняли, была сказана не вслух.
Это чтоб читатель почувствовал себя тупым.
Это гениально, что ты притащила его на эту барочную колокольню
Почему Анна тащила немца на «барочную» колокольню «чудом открытой» церкви так и останется загадкой.
после твоего перфоманса с колоколом
Анна же вроде на скрипке сыграла. Или самое смешное осталось за кадром?
Но в целом читать было интересно. Мне кажется, эту историю можно перевернуть. Построить от лица Германа: рассказать его историю, в критический момент перенести его в будущее (наше настоящее), там объяснить идею с Вертикалью при встрече с его, как он поймет в итоге, пра-пра-… внучкой, а затем вернуть в прошлое и поженить на Анне Ветровой (ну и ее надо нарисовать не такой дебилкой, ибо сейчас ей как будто вообще без разницы за кого выходить, лишь бы православный).
Идея. С идеей, к сожалению, пока не складывается. По ходу чтения возникало ощущение, что рассказ мечется сразу в несколько сторон: здесь и размышления о музыке, и любовная линия, и философия времени, и зачатки альтернативной истории. Но ни одна из этих линий не становится главной. В итоге я так и не поняла, ради чего эта история была рассказана и что должен почувствовать или понять читатель.
Фантдопущение с «Вертикалью» и временной полифонией само по себе интересное — мне оно действительно понравилось как идея. Но в тексте оно почти не работает: не становится точкой выбора, не обостряет конфликт. О том, что есть конфликт между Сергеем и Васенькой, я поняла только тогда, когда Вася набросился на Германа. Но это не конфликт рассказа. Из-за этого допущение остаётся на уровне декларации.
Зато не могу не отметить личный момент: токкату Баха ре минор я очень люблю, и мне было интересно узнать об истории споров вокруг её авторства. Такие детали всегда радуют — за это отдельное спасибо.
Герои. С героями ситуация сложнее. Почти все они выглядят схематично. Кроме Германа, у персонажей нет внятной биографии, внутренней логики, развития. К тому же постоянно сбивает путаница с именами и фамилиями. Я не сразу догадалась, кто есть кто. Почему Василия Сергей называет Васенькой? Откуда это уменьшительное? Почему Сергей превращается в Сержа? Эта разрозненность создаёт ощущение какофонии.
Атмосфера заявлена как музыкальная, культурная, «баховская», но она часто тонет в перегруженных описаниях и длинных диалогах. Музыка здесь скорее декларируется, чем звучит — её не успеваешь почувствовать из-за сумбура происходящего.
Композиция. Композиционно рассказ перегружен эпизодами и отступлениями, которые не работают на развитие интриги. Финал не собирает текст в единое целое. Например, для меня так и осталось неясным, были ли Аня и Сергей вообще знакомы до описываемого вечера — в начале об этом не сказано, а в финале это внезапно становится важным.
При этом у рассказа есть сильные стороны: чувствуется любовь автора к музыке, эрудиция, искреннее желание соединить искусство, время и чувство. Это хороший фундамент.
Но тексту явно не хватает фокуса. Мой главный совет — начать с самого простого и самого сложного одновременно: честно ответить себе, о чём именно этот рассказ. Выбрать одну ключевую идею и одного главного героя. Привести имена, характеры и мотивацию персонажей к внутренней логике. Упростить язык и без сожаления убрать всё, что не работает на основную мысль. Потенциал здесь есть, но в нынешнем виде над рассказом надо еще поработать.
Успеха Вам, уважаемый автор.
«Нижегородские классики» — это, как я понял, любители классической музыки, а «рождественские обыватели» — обыватели, идущие по улице Рождественская. Так себе обозначения. Далее — мысли Нейманова, о чем он только не думает: то красота незнакомца его кольнула, то колокольня заиграла красками (и это в тот момент, когда он еле тащит на себе бессознательного бедолагу), то выдает совсем уж эпичное: Несколько раз перечитал, дабы удостовериться, что это мысли именно Сержа, а не немца. Его мысли, выданные в форме прямой речи, — это отдельная история.Понимаю, выучить немецкий ради текстов Раммштайна, ну или даже Токио Хотел, если ты девочка, но из-за Баха...Это чтоб читатель почувствовал себя тупым.Почему Анна тащила немца на «барочную» колокольню «чудом открытой» церкви так и останется загадкой.Анна же вроде на скрипке сыграла. Или самое смешное осталось за кадром?
Но в целом читать было интересно. Мне кажется, эту историю можно перевернуть. Построить от лица Германа: рассказать его историю, в критический момент перенести его в будущее (наше настоящее), там объяснить идею с Вертикалью при встрече с его, как он поймет в итоге, пра-пра-… внучкой, а затем вернуть в прошлое и поженить на Анне Ветровой (ну и ее надо нарисовать не такой дебилкой, ибо сейчас ей как будто вообще без разницы за кого выходить, лишь бы православный).