Срочная эвакуация
Уже второй месяц Фил ненавидел будни. Каждое утро оказывалось неизменно испорченным и задавало дурной тон на весь день. Когда ты онлайн-консультант, а твое рабочее место дома, правильный настрой — залог успеха, а его отсутствие надолго стопорит процесс. Причина утреннего негатива всегда была одна — Сашка, его приемная дочь, влетевшая в переходный возраст с обеих ног сразу. Когда жена была дома, дочь ходила на цыпочках и являла собой пример идеального подростка. Но как только Наташа уезжала в очередную командировку, поведение девчонки радикально менялось. Как назло, командировки становились все чаще и дольше.
Фил терпел, пытался разговаривать с дочерью, с женой, с ними обеими. Все чаще устраивал совместные сеансы терапии под контролем ИИ. Безрезультатно. На словах все друг друга слышали, признавали ошибки и обещали их не допускать, ставили отметки в виртуальных интерфейсах, а потом все повторялось. В один момент Фил махнул рукой: не ему воспитывать Сашку, да и как повлиять на подростка? Это только в сгенерированных фильмах они способны на эмпатию и обучение.
По утрам, когда приходилось играть роль включенного отца и собирать дочь в школу, Фил каждый раз сталкивался с протестом и презрением. Сашка демонстративно относилась к нему как к постороннему человеку, обманом проникшему в семью. Оставалось запасаться терпением и надеяться, что перестройка юного организма со всеми этими гормональными выбросами однажды закончится и на Сашку сумеет повлиять корректирующий модуль поведения (в котором Фил однажды попытался увеличить мощность, но мелкая просекла, и ему досталось от Наташи). Вариант собрать чемоданы и свалить из уютного дома в пригороде в арендованную комнату в центре отпадал, потому что его любовь к жене была сильнее ненависти к приемной дочери. По крайней мере пока.
– Саша! Ты встала? – Фил с досадой поморщился и переключил виртуальный интерфейс с игрового приложения на Домового. Эта попытка была удачнее предыдущих: он почти завалил убер-босса сто тридцать первого уровня!
Интерфейс, видимый только ему, управлялся жестами и движением глаз. Снаружи он был похож на матовую сферу, закрывающую верхнюю часть лица. Прозрачную изнутри, сферу создавало специальное устройство в виде тонкого металлического ободка на голове, соединяющего два вживленных датчика на висках и управляемого ИИ.
Окно в правой половине интерфейса показало запертую комнату дочери. Фил нажал кнопку “Постучать в дверь”, мысленно прикидывая, где допустил ошибку в бою с убер-боссом.
– Скоро автобус в школу, не опоздай. – Будильники сработали пятнадцать минут назад, но датчики в доме не фиксировали передвижения дочери.
В левой части интерфейса шкала “Родительские обязанности” заполнилась на одну полоску из тридцати. Фил окончательно перешел в закладку дома, еще раз убедился, что Домовой показывает наличие дочери в ее комнате, и повторил вызов.
– Александра?
– Да отстань ты! – раздался ее недовольный голос. Скрипнула кровать, и послышалось долгое зевание. – Все под контролем, хватит тыкать в дверь.
– Скоро автобус. – Фил взглянул на часы в верхнем углу интерфейса, сверяя время и попутно отмечая заполнение родительской шкалы. Ему не нравилась эта роль строгого отца, когда приходилось едва ли не упрашивать дочь делать то, что она должна была сделать сама. Но Наташа в свое время настояла на установке родительского модуля в Домового, и если Фил не закрывал действиями ежедневную норму, к нему возникали вопросы. – Поторопись.
Дверь распахнулась прямо перед его лицом, но Фил был к этому готов и мгновенно переключился на общий обзор в гостиной. Девчонка в очередной раз хотела его напугать или сделать еще какую-то гадость. Самое обидное, что иногда ей это удавалось. В чем-чем, а в изобретательности мелкой точно нельзя было отказать. Одна подписка на информационную рассылку от всех проктологов в городе чего стоила. Даже после десятков фильтров и запретов Филу периодически дозванивалась особо ретивая секретарша с предложением комплексного обследования по скидке.
– Прибереги гадости для своих дружков в школе! – злорадно крикнул Фил, услышав в ответ разочарованный стон.
– Вам стоит быть добрее и вежливее в общении со своей дочерью, – мгновенно отметил Домовой безучастным тоном.
В такие моменты Филу казалось, что, даже если он будет истекать кровью, система посоветует ему не терять надежды и покрепче сжать края раны. Еще и песню какую-нибудь включит из плейлиста для мотивации. Бездушная болванка. Вдвойне раздражало то, что модуль родительского контроля не просто следил и фиксировал, а еще и учил его, как надо поступать. Лучше бы учил мелкую, ей-богу!
– Вам стоит поддерживать увлечения ребенка. Вкладывать в него…
– Ты можешь лучше! – крикнул Фил. – Верю в тебя!
– Отвали, придурок! – крикнула она в ответ.
Фил улыбнулся и мысленно послал Сашку в путешествие, противоположное школе. Попробовал бы он хоть раз ответить так своему отцу, тут же получил подзатыльник и потащился в школу в пижаме по холодку. Ладно, плевать. Половина дела сделана, надо только выставить мелкую за дверь, и можно настраиваться на работу. Что бы вокруг ни происходило: вечная ядерная угроза, сезонный обвал фондовых рынков или ребенок, проспавший школу, — магазин “Счастливый питомец” всегда должен быть открыт для своих клиентов. А он, Фил, дважды в этом году лучший работник месяца, всегда должен быть готов подхватить заблудившегося в виртуальном магазине клиента и помочь ему с покупками.
“Автобус ждать не будет,” – напомнил Фил Сашке сообщением в чат и тут же получил в ответ смайлик с выставленным средним пальцем. Мелкая засранка. Ну, хоть шкала родительских обязанностей еще подросла.
Через мгновение стены дома завибрировали от громкой музыки и воплей певца. Фил любил рок, по крайней мере — пока не познакомился с Сашей. Когда звуковая какофония и визг солиста смешиваются в бурлящем котле, который надевают тебе на голову, а потом еще лупят сверху молотом, — такое исполнение перестает быть музыкой. Выключать ее удаленно было бесполезно: Сашка сразу включала снова, и так могло продолжаться без конца. Он выключал, она включала. Он страдал, она получала наслаждение от его страданий. Бестолковый Домовой сразу принимал сторону ребенка и начинал капать на мозги советами о необходимости уступать. Поэтому Фил активировал режим изоляции, отрезая себя от всех звуков в доме, и вернулся к игре. Он точно успеет разок потраить босса. Одновременно с этим Фил вполглаза следил за перемещением дочери, опасаясь неприятных сюрпризов.
“Терпение и спокойствие, – напомнил себе Фил. – Думай о горах, реках и солнце. За реальное убийство все еще дают пятнадцать лет, а становиться лучшим работником месяца из камеры станет гораздо сложнее”.
Вдруг тишину прервал громкий, но по-прежнему равнодушный голос Домового:
– Внимание! Важное предупреждение: уровень ядерной угрозы – красный! Сегодня днем в Правдинске пройдет учебная тревога. Не забудьте ознакомиться с местоположением ближайших бункеров и убежищ.
– Какого черта? – удивился Фил и жестом свернул автоматически открывшееся окно карты с отмеченными убежищами и маршрутами к ним.
– Внимание! – Домовой по-своему истолковал его слова и решил зачитать предупреждение еще раз. – Важное…
– Стоп! Не повторяй.
В груди колыхнулась тревога. Нет, Фил привык к многократным напоминаниям о том, что мир балансирует на пороге полномасштабной ядерной войны. В глубине души он был уверен, что все закончится переговорами, как в прошлый раз. Противники побряцают ядерными потенциалами, а потом продолжат исполнять торговые контракты. В последний раз, когда речь шла о красном уровне угрозы, ему было десять лет, и отец каждое утро заставлял их на время спускаться в подвал. Фил невольно сглотнул, вспоминая тот липкий страх, когда отец стоял с секундомером в руке и громко отсчитывал оставшееся время, а он судорожно хватал дежурный рюкзак и мчался к лестнице в подвал. Но сейчас оповещение сработало самостоятельно, а уровень угрозы не поднимался выше оранжевого.
– Что это было? – Саша спустилась и открыла холодильник, где лежала расфасованная по контейнерам еда. – Домовенок решил испортить настроение с утра пораньше? Если все серьезно, то я останусь дома.
– У тебя контрольная по математике, – заметил Фил, отвлекаясь от тяжелых воспоминаний. – Рассылки об отмене занятий не было. Так что…
– Ну почему ты такой душный? – Дочь закатила глаза и упала через спинку на пустующий диван. – Как тебя вообще мать терпит?
– Натренировалась на тебе, – парировал Фил.
Саша повернулась и уже открыла рот, чтобы сказать очередную гадость, как раздались два сигнала уведомления. Фил и Саша, не сговариваясь, переключились в своих интерфейсах на входящие сообщения.
“Все плохо. Сделала вам новые доступы. Вас вытащат”.
Фил дважды прочитал сообщение от жены и посмотрел на Сашку. Дочь растерянно ерзала на месте.
– Это шутка какая-то? – наконец спросила Саша. – Ты меня пранкануть решил? Мог бы придумать что-то поумнее.
– Мне делать больше нечего? – ответил вопросом на вопрос Фил. – Что она тебе написала?
– Что все плохо. – Саша смотрела с подозрением. – Решил меня попугать? Как ты отправил сообщение от матери? Подменил номер ботом? И себе послал, чтобы на тебя не подумала.
Фил ощутил, как тревога, появившаяся после красного предупреждения, вцепилась в горло ледяной хваткой. Жена служила в Министерстве обороны и знала больше, чем говорили дикторы из новостей. Однажды Наташа договорилась с ним, что, если случится катастрофа, а ее не будет рядом, она постарается предупредить как можно раньше, чтобы у них с Сашкой было больше времени. Да ну! Что за бредятина? Какая к чертовой матери катастрофа? Что вообще случилось? Почему жена прислала такое сообщение?
“Может быть, это Сашка как раз меня и разыгрывает?” – вдруг понял Фил. Точно, мелкая снова его разводит, чтобы напугать до смерти, а потом ржать с дружками над его испугом, смотря запись со скрытой камеры.
– Хватит молчать и бледнеть, – не унималась Саша. – Тупая шутка у тебя получилась. Приедет мать, расскажу ей.
– Что ты мелешь? – со злостью бросил Фил. – Это ты меня разводишь!
– Вам стоит быть добрее и вежливее в общении со своей дочерью, – вмешался в перепалку Домовой.
– Слушай робота, – язвительно заметила Саша. – Даже он…
Виртуальный интерфейс Фила резко вспыхнул красным светом. Он вскрикнул и зажмурился, а когда через секунду медленно открыл глаза, по экранам дополненной реальности бежали строчки кода и полосы загрузки. Фил посмотрел на Сашу, дочь сползла с дивана на пол и терла пальцами у висков, рядом с датчиками.
– Ваш доступ в системе “Часовой” обновлен, – сказал другой голос, не Домового. Более сухой и резкий. – Новый уровень вашего доступа “А”. Обновляю протоколы.
– Что это такое? – Саша подползла к Филу на четвереньках и схватила его за руку, как маленькая: цепляясь пальцами за пальцы. – Что случилось?
– Не паникуй, все хорошо. – Фил почувствовал, как сильно девчонку трясет. Черт! Неужели все и правда так серьезно?
Интерфейс мигнул надписью “Обновление завершено успешно” и вернулся в привычное состояние закладок окон и вынесенных элементов. Только шкала родительских обязанностей исчезла, а под часами появился бегущий таймер, на котором оставалось двадцать семь минут.
– Филипп Райт, Александра Клим, – обратился к ним новый голос. – Уровень вашего доступа в системе “Хранитель”: “А”. Я обязан эвакуировать вас в безопасное место. Прошу вас точно следовать инструкциям. В случае нарушений мы можем потерять время, что способно привести к провалу операции.
– Чего? – только и смог выдавить из себя шокированный Фил.
– Какая еще эвакуация? – тихо спросила Саша дрогнувшим голосом.
– Расчетное время удара ядерной ракеты по Правдинску составляет двадцать семь минут тридцать три секунды. До этого времени вы должны добраться на вокзал и сесть в эвакуационный поезд.
Фил почувствовал, как пол уходит из-под ног. Он всю жизнь жил в страхе, что однажды это случится, и вот это случилось. В его город летела ядерная ракета! Ядерная, мать вашу, ракета!
– Маршрут построен, – спокойно оповестил голос. – Расчетное время прибытия: двадцать четыре минуты, одиннадцать секунд.
На интерфейсе Фила появилась карта города и проложенный маршрут. Он машинально переключился на новостные вкладки и не увидел там никаких признаков конца света. Обычное напряжение и провокационные вбросы.
– Хранитель? – спросил Фил с затаенной искрой надежды. Почему-то ему показалось, что такое обращение было самым уместным. Ну не называть же обновленный интеллект Домовым… – Это какая-то тренировка? В новостях пусто.
– Запомнил обращение. Теперь отзываюсь на “Хранитель”. – Голос отвечал мгновенно, без раздумий. Если Домовой хотя бы секунду искал ответы, то Хранитель словно знал их заранее. – Это не тренировка. У вас остается тридцать секунд, чтобы сесть в машину, Филипп и Александра. Старайтесь придерживаться таймингов. Я могу отвечать на вопросы и поддерживать общение во время передвижения.
Если до этого момента у Фила еще было желание поспорить с ИИ, то после того, как по центру интерфейса загорелся красный пульсирующий таймер на полминуты, сомнений не осталось. Фил с Сашей, не сговариваясь, рванули к двери. Оказавшись на улице, они добежали до машины. Саша села на заднее сиденье, Фил полез за водительское.
– Прошу вас занять свободное заднее место, Филипп, – сказал Хранитель, блокируя переднюю дверь. Видимо, он взял управление автомобилем на себя: запустился двигатель, замигали датчики проверки работоспособности систем.
– А если потребуется переключиться на ручное? – попробовал возразить Фил, но все же сел рядом с Сашей.
– В этом не будет необходимости, – заверил Хранитель. – Пристегните ремни безопасности. Ваше здоровье имеет для меня высший приоритет.
Машина сорвалась с места и стремительно набрала скорость. Хранитель управлял автопилотом, но, что особенно поразило Фила, не ограничивался правилами движения. Они лихо мчали по дороге, еще не перегруженной от утреннего потока едущих на работу.
– Куда ты так гонишь? – Сашу вжимало в кресло и подбрасывало при резких маневрах. – Можно помедленнее и аккуратнее?
– Согласно моим протоколам, я выстроил оптимальный маршрут эвакуации, – тут же ответил голос из динамика в приборной панели. – Ваш уровень доступа позволяет мне не только выстраивать приоритет на дороге при движении, но не ограничиваться правилами. Без этих допущений расчетное время прибытия на вокзал увеличится на пятнадцать минут сорок две секунды. Это, в свою очередь, сделает эвакуацию на поезде нецелесообразной.
– Ты — что? – не понял Фил. – Выстраиваешь приоритеты? Ты заставляешь другие машины нам уступать?
Нет, он, конечно, знал, что искусственный интеллект умел управлять дорожным трафиком и, в зависимости от ситуации, корректировать автопилоты автомобилей. По крайней мере, когда ехали спецслужбы, все машины на дороге перестраивались под автоматическим управлением, пропуская медиков, полицейских или военных вперед. Но разве мог Хранитель делать так ради пары обычных людей с повышенным доступом?
– Совершенно верно, Филипп, – равнодушно ответил Хранитель. – Сейчас на дороге рядом с нами нет людей с доступом уровня “А” и выше, поэтому я следую протоколам и делаю все, чтобы вы успели на эвакуационный поезд до удара.
Вдруг окна в машине потемнели, и окружающий мир, несущийся мимо, исчез. Звуки улицы затихли. В салоне загорелся слабый свет и заиграла какая-то легкая музыка. Похоже, Хранитель отсекал их от происходящего снаружи.
– Мои датчики фиксируют у вас повышенный уровень тревоги. Я постараюсь сделать все, чтобы эвакуация прошла для вас максимально комфортно.
– Позвони Свете! – вдруг приказала Саша. – И Максу! Нет! Сделай рассылку сообщений по всем моим контактам!
– Вы хотите предупредить их о ядерном ударе? – уточнил Хранитель.
– Конечно! Напиши, чтобы они спасались!
– Извините, Александра, я не могу этого сделать. – Отстраненный голос Хранителя звучал так, словно он зачитывал список покупок. – Через восемь минут двадцать две секунды будет общая тревога. По всем каналам пройдет оповещение об угрозе. У ваших знакомых будет достаточно времени, чтобы спуститься в убежище.
– Какого черта! – закричала дочь, и Фил разделял ее злость, но благоразумно решил промолчать. – Я должна их предупредить!
– Вынужден отказать вам, Александра, – ответил Хранитель. – Ваши исходящие каналы связи заблокированы из-за возможной угрозы.
Автомобиль резко вильнул влево и подскочил на каком-то препятствии на дороге. Фил вцепился обеими руками за ручку над дверью и постарался не думать о том, на что они наехали. Просто кочка или бордюр.
– Какой еще угрозы? – возмутилась Сашка. – Просто сделай то, что я требую!
– Подобное информирование несет опасность, – спокойно ответил Хранитель. – После общей тревоги активируются специальные модули, которые помогут людям найти укрытие согласно их уровням доступа в системе “Хранитель”. Преждевременное вмешательство способно навредить и нам, и им. Их действия могут повлиять на наш маршрут, а этого допускать нельзя.
– Но у них будет больше времени! – не сдавалась Саша. Ее злость уступила мольбе. – Прошу тебя, напиши им…
– И моим тоже, – вставил Фил. – Сделай рассылку под мою ответственность.
– Вынужден отказать вам, – Хранитель был непреклонен. – Мои протоколы…
– Да пошел ты со своими протоколами! – закричала Саша и стала отстегивать ремень безопасности. – Останови машину! Выпусти меня!
Заблокированный замок ремня не поддавался. Девчонка трясла его, дергала и проклинала Хранителя, который словно отключился и сосредоточился на вождении. Саша заплакала. Фил смотрел, как его приемная дочь бьется с замком, и чувствовал внутри всепоглощающее желание взять монтировку или лом и разбить на куски приборную панель вместе с бездушным Хранителем. Он протянул руку и коснулся плеча Саши, ожидая, что девочка оттолкнет его, накричит и обзовет, но дочь как-то сразу обмякла. Она подтянула ноги к груди, обхватила их и спрятала лицо. Ее плечи дрожали от рыданий, и Филу было не по себе от ощущения собственного бессилия. Но, может быть, так и надо поступать в критических ситуациях? Забывать про эмоции и включать холодный расчет? Ведь, если подумать, Хранитель прав. Патрик, приятель Фила, точно не поверит, скажи ему про ядерный удар…
Фил переключился на закладку с картой. Увеличил нужную часть маршрута жестами. Городской вокзал был все ближе. Черт возьми! Как это все случилось так быстро? Еще пятнадцать минут назад он тихо-мирно ругался с дочерью и настраивался на рабочую смену, полную бабушек, которые забывали кошка у них или собака и, на всякий случай, заказывали оба варианта корма. А теперь Наташа подняла им уровень доступа и Хранитель эвакуировал их из-под удара ядерной ракеты, которая летела в Правдинск без возможности отмены. Фил знал, что пригороду достанется не так сильно, как центру, и шансов выжить среди высоток существенно меньше, но и здесь совсем скоро жизнь оборвется. Он помнил передачи и моделирование взрывов. Помнил лица ведущих с пластиковыми улыбками, когда они говорили, что надо спуститься под землю, зажать уши и не выходить как можно дольше, насколько хватит еды и воды. Благо, на районе было несколько больших убежищ, с вентиляцией и генераторами, запасами еды и медикаментов.
– Внимание! Приготовьтесь к удару! – Свет в салоне замигал красным, как и виртуальные интерфейсы. – Проверьте ремни и сгруппируйтесь! Внимание!
– Сашка! – крикнул Фил – Держись!
– Что происходит? – Глаза испуганной дочери были едва ли не на пол-лица.
– Приготовьтесь к удару!
– Да тормози ты! – рявкнул Фил. – Ты нас в стену вмазать, что ли, решил? Стой! Стой!
– Внимание! Приго…
По капоту машины грохнуло так, что ни один звуковой фильтр не смог это скрыть. Лобовое стекло вдавилось в салон и раскрошилось, но защитная пленка выдержала и не дала ему осыпаться.
Фила швырнуло вперед так сильно, что ему показалось, будто ремень безопасности вот-вот разрежет его тело пополам. И та же сила впечатала его обратно в сиденье. Боль была сильной и резкой, и он едва не заорал, но от удара из легких выбило воздух, и Фил лишь зашипел, стараясь при этом сделать хоть крошечный вдох.
Машина вильнула, выровнялась и тут же опять набрала скорость.
– Черт! Твою мать! – выдавил Фил, руками ощупывая ребра. – Ты с ума сошел? Во что мы врезались и почему ты не ушел от столкновения?
– Прошу вас не ругаться, Филипп, – ответил Хранитель. – В салоне находится ваша дочь. Будьте сдержаннее и доброжелательнее.
– Ты как? – Он повернулся к дочке, которая выглядела совершенно потерянной и словно впавшей в прострацию. – Сашка? Ты норм?
– Мы кого-то сбили? – тихо спросила дочь, и от этого вопроса у Фила по спине пробежали мурашки.
– Нет-нет, что ты, – он поторопился ответить первым, опасаясь услышать что-то другое от Хранителя. – Это просто столб ограждения какой-то. Он так путь срезает. Искусственный интеллект никогда не сможет навредить человеку.
– Даже если уровень доступа ниже? – Саша посмотрела Филу прямо в глаза, и тот смутился, отвел взгляд в сторону. На этот вопрос ему очень не хотелось отвечать. – А если бы мама не успела? Мы бы так и сидели…
– Хватит, – он постарался сказать это мягко, но уверенно. – Не надо об этом думать. Доберемся до поезда и там обо всем поговорим, расспросим Хранителя.
Да уж, подумал Фил, консультировать бабушек в магазине гораздо легче, чем находить общий язык с подростком, да еще и на такие темы. Особенно, когда внутри есть только одно желание – проснуться в кровати и выдохнуть, осознав произошедшее ночным кошмаром. И зачем только запретили родительские эмуляции? Всё эти бестолковые сторонники традиционного воспитания… Фил был уверен, что те, кто голосовал за запрет, никогда не растили собственных детей и не объясняли им про секс, смерть и социальную несправедливость.
– Мы приближаемся к зданию вокзала, – сообщил Хранитель. – Будьте готовы к выходу из автомобиля. Остановка произойдет у служебного входа. Есть отставание от графика эвакуации, но не критичное.
– Так говоришь, будто собираешься сваливать, – заметил Фил. – Мол, выпрыгивайте и дальше сами.
– Нет, Филипп, я не отключусь даже в поезде и буду поддерживать вас через интерфейсы. Здесь я могу контролировать ваше перемещение, а там все будет зависеть от вас. Поэтому проведу короткий брифинг и обозначу ключевые точки маршрута.
– Как все серьезно, – съязвил Фил. – По-военному.
– Понимаю ваше отношение, Филипп, – невозмутимо ответил Хранитель. – Вы пережили тяжелое потрясение и продолжаете находиться в стрессовой ситуации. Но вам стоит отнестись к моим словам и инструкциям серьезнее. От этого зависит не только ваша жизнь, но и жизнь Александры.
– Всё, всё! – Фил поднял руки вверх, выражая покорность. – Я понял. Давай свой брифинг.
Хранитель рассказывал про эвакуационный поезд и его особенности. Что работает он от маленьких ядерных реакторов, мощности которых хватит на сотни лет. Что поезд защищен от радиации и оборудован внутри всем необходимым, вплоть до медицинских капсул. Запас еды и воды рассчитан на месяц автономного путешествия, за время которого можно объехать всю страну по внешней границе. Задача таких поездов: эвакуация людей с высокими уровнями доступа в безопасные места. Составы едут по собственным программам и ориентируются в дороге на датчики и прогнозирование событий в мире. После ядерных ударов вся электроника и навигация обычно выходит из строя, но система управления железными дорогами и маршрутами уже перестроена под эвакуационные поезда и их дальнейшее следование.
Рассказ сопровождался картинками и схемами, которые лишь добавляли ужаса. Фил завороженно слушал Хранителя и думал о том, как буднично для машины воспринимается конец света и грядущие миллионные жертвы. Наверное, так же чувствовали себя ведущие новостей, ежедневно озвучивающие сводки из горячих точек.
Потом Хранитель рассказал про тоннель, в котором стоял поезд. Что в него можно попасть через служебный вход, спустившись вниз на несколько уровней. Тоннель был техническим и вел на поверхность. По пути к нему было несколько закрытых зон, куда могли попасть лишь люди с высоким уровнем допуска. Хранитель попросил не контактировать с посторонними людьми, но добавил, что опасаться их Филу и Саше не стоит. Они тут же спросили, почему не стоит бояться, но Хранитель проигнорировал вопрос.
Через несколько минут машина остановилась. Оказавшись на улице, Фил и Саша замешкались: после салона автомобиля с темными стеклами и заглушенными звуками их поглотил внешний хаос, пропитанный паникой и ужасом. Завывали сирены, звучали объявления тревоги, указания следовать инструкциям помощников и прятаться в подземных убежищах. Сигналили машины, лаяли собаки, звенели разбитые стекла. Повсюду, куда не посмотри, бежали люди. Они толкались, налетали друг на друга и сбивали с ног. Большинство старалось попасть в здание вокзала через главный вход. На лестнице перед высокими дверями стояла давка. Фил знал, что люди старались протиснуться внутрь, где был спуск в убежище, одно из двух самых больших в пригороде.
– Вам надо пройти к служебному входу, – Хранитель напомнил о себе. – Поторопитесь.
“Еще недавно все эти люди ехали на работу, а теперь прячутся, чтобы выжить, – со странным отрешением подумал Фил. – Но выживут не все”.
Он взял Сашу за рукав куртки и поспешил к нужной двери, ориентируясь по трехмерному навигатору в интерфейсе. Хранитель указывал направление красными стрелками и оставлял короткие текстовые описания в духе “за дверью направо, двадцать шагов”.
Служебный вход пустовал. Фил с дочкой прошли через безлюдный пост охраны и устремились по коридорам вглубь здания. Повсюду им попадались брошенные в спешке вещи, но они не встретили ни одного человека. Еще недавно оживленные, теперь коридоры администрации вокзала пустовали, и это было жутко. Фил на мгновение замер, проходя мимо открытой двери кабинета. Внутри на столе с компьютером и папками бумаг стояла полная чашка кофе, над которой поднимался едва различимый пар. Мир вокруг все сильнее казался чем-то нереальным, больше похожим на игру или симуляцию.
Разве это могло происходить здесь и сейчас? Разве могло человечество, которому не одна тысяча лет, вот так легко и глупо уничтожить само себя? Фил сделал попытку стряхнуть наваждение, но вышло плохо. Сколько можно бегать по коридорам и лестницам… Хотелось забить на указания ИИ и остановиться. Найти в интерфейсе кнопку выхода и уйти подальше, в пустоту и тишину. Но ноги несли его вперед, а руки толкали новую дверь с кодовым замком, который разблокировал Хранитель. Филу казалось, что они попали в какую-то временную петлю, состоящую из замкнутого коридора, серых дверей и скрипящего пластика на полу. Только таймер, запущенный еще в доме, неумолимо отсчитывал секунды и постепенно приближался к нулевой отметке.
Но вдруг все изменилось.
Следующая дверь не открылась.
– Александра, мне придется отключить ваше восприятие на время, – сказал Хранитель. – Это для вашей безопасности. Заверяю, у вас нет поводов для беспокойства. Это лишь мера предосторожности.
– Что это значит? – не поняла Саша. – Как это — отключить восприятие?
– Филипп, – игнорируя вопрос девочки, Хранитель обратился к Филу, – вам надо пройти через следующее помещение максимально быстро и провести с собой дочь. Мои протоколы позволяют взаимодействовать с вашей нервной системой, и я временно заблокирую Александре зрение.
– Какого черта? – растерялся Фил. – Не надо этого делать!
– Александра, закройте глаза и не открывайте до моего разрешения, – Хранитель игнорировал все вопросы и продолжал гнуть свою линию. – Если откроете раньше, ничего страшного не произойдет, но вы ничего не увидите.
– Эй! – вскрикнула Саша – Прекрати!
– Дверь разблокирована, Филипп. Поторопитесь.
– Сделай, как было! – Саша стянула с себя ободок и швырнула его на пол. Металл тихо звякнул. – Слышишь, ты! Проклятый робот!
– Держись за меня. – Фил взял дочь за руку, и Саша вцепилась в него, как утопающий хватается за спасательный круг. – Я с тобой.
“Боги, да что там за хрень такая? – передернуло Фила. – Он и правда может отключать зрение через чипы?”
Думать о том, на что еще способен Хранитель, не хотелось. Фил толкнул разблокированную дверь и пошел вперед, ведя за руку перепуганную дочь.
– Не бойся, я рядом, – сказал он Саше, крепче сжимая пальцы. – Скоро все это закончится, потерпи.
Следующие слова застряли в горле. Увиденное повергло Фила в такой шок, что он не сразу понял, как перешел с шага на бег. Он просто рванул вперед, таща за собой дочь. Быстрее! Быстрее! Поскорей пройти этот чертов зал! Оставить его позади и стереть увиденное из памяти!
Лишенная зрения Саша спотыкалась и кричала, Хранитель сыпал инструкциями и указаниями, но Фил ничего не слышал. Подскочивший пульс набатом бил в висках, глаза щипало от слез, а горло сдавил спазм. Он рвался вперед, уже не разбирая, куда ставит ноги, лишь бы быстрее добраться до противоположной двери. Уперевшись лбом в холодную поверхность, Фил зажмурился и затрясся.
– Дверь! – завопил он. – Открой эту гребаную дверь!
Сашка вскрикнула от неожиданности и дернулась, стараясь вырваться из хватки Фила, но тот не расцепил пальцы.
Щелкнул электронный замок, и Фил вывалился в очередной коридор. Привалился к стенке и едва не сполз на пол, но все же удержался на подкашивающихся ногах. В горле крутился ком, а руки тряслись так, что пришлось зажать ладони коленями. Саша стояла рядом и растерянно смотрела на него. Хранитель вернул ей зрение, и она слегка щурилась, адаптируясь к свету после темноты. Дочь словно хотела о чем-то спросить, но не решалась.
– Мы почти вышли к туннелю с поездом, – сказал Хранитель. – Вам стоит поторопиться. До удара остается несколько минут. В поезде вы будете в безопасности.
– Пошел ты на хрен со своим поездом! – прошипел Фил. – Ты водишь нас кругами под вокзалом. Зачем тебе это надо? Что ты сделал с… – Он вдруг осекся, поймав взгляд Саши.
– Вам стоит пройти в поезд, там вы будете в безопасности от ударной волны и землетрясения.
– Что там было? – тихо спросила Саша, с опаской поглядывая на закрытую дверь.
– Пошли, – Фил махнул рукой. Хранитель был прав в одном. Надо было идти дальше несмотря ни на что. Еще немного, и старого мира не останется. – Судя по навигации, мы почти на месте.
– Он что, кого-то убил? – Саша догнала уходящего Фила и пошла рядом.
– Я действую согласно протоколам и выставленным приоритетам, – голос Хранителя прозвучал даже равнодушнее обычного. – Моя задача – эвакуировать вас, Александра и Филипп, в безопасное место.
Фил больше не верил этим словам, но какой у него оставался выбор: развернуться и попытаться пробиться в убежище на вокзале? Да и не бросать же мелкую. Они столько прошли, что останавливаться и выяснять отношения с Хранителем казалось еще большей глупостью, чем действовать ему наперекор. Кто его знает, как бы всё сложилось и где бы они сейчас были, не обнови Наташа доступы. Сашка могла застрять на дороге в школьном автобусе, а он топтался бы перед входом в ближайшее убежище, не решаясь проложить себе дорогу локтями.
Коридор закончился так внезапно, что Фил не сразу понял, где они оказались. Больше всего это походило на станцию метро, но без центрального зала. Тоннель тянулся в обе стороны, а прямо перед ними блестел холодным металлом бок поезда, напоминавший лежащую ракету без крыльев и лопастей. Фил не сдержал удивленного вздоха: даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять – в мире не было надежнее механизма, чем эта бронированная махина без единого окна. Пусть города поглотят огонь и радиация, этой малышке будет все нипочем. Внушительную картину дополнял мерный рокот двигателей на холостом ходу и облачка пара, которые вырывались в зазор между поездом и перроном.
– Филипп, вам надо пройти вправо, к четвертому вагону с головы поезда, – услужливо напомнил Хранитель, выводя схему и показывая маршрут к финальной точке. – Я синхронизировал данные с системой поезда и провел регистрацию согласно вашему уровню допуска.
– Как мило с твоей стороны, – проворчал Фил и повернул в нужную сторону.
– Друзья! Прошу вас, только не пугайтесь! – их окликнул мужчина из троицы, которую Фил заметил слишком поздно.
Незнакомец поднял руки и медленно пошел к ним, две женщины последовали его примеру. Фил инстинктивно шагнул вперед, закрывая спиной Сашу. Он посмотрел на таймер: у них оставалось мало времени. Стоило побыстрее проскочить мимо людей и забраться в свой вагон, но Фил замешкался.
– Кто вы такие? Что вам надо?
– Филипп, вам стоит торопиться, – заметил Хранитель. – Этот человек не представляет угрозы, но может задержать вас. Я нейтрализую его, если он попытается оказать на вас негативное действие.
– Ничего не делай! – шикнул Фил. – Мы просто пройдем мимо.
Он взял Сашу за руку и пошел навстречу людям.
– Мы вас не задержим! – громко сказал мужчина. – Идите в свой вагон! Только скажите, какой у вас уровень доступа?
Фил догадался, что незнакомец знал, на что способен Хранитель, поэтому вел себя так демонстративно дружелюбно. Подойдя ближе, он заметил порванную одежду и пятна крови на ней, а еще страх и затаенную надежду в глазах.
– У нас уровень допуска “А”, – ответил Фил. – Зачем вам это?
– Не везет. – Незнакомец сокрушенно покачал головой и отступил в сторону. Все трое прижались к стене, пропуская Фила с Сашей.
– Почему? – спросил Фил, проходя мимо.
– С “А-1” вы могли бы взять с собой несколько сопровождающих. С простым “А” такой опции нет.
“Он ловит того, к кому можно напроситься в попутчики, чтобы попасть в поезд, – сообразил Фил. – Боги, как хорошо, что я не на его месте!”
– А какой у вас уровень? – спросила Саша, замедляясь. – Вас разве не пускают?
– Мы служащие вокзала, – ответила одна из женщин. – Лим и Сара работают в бухгалтерии, а я – диспетчер. У нас у всех уровень “Г”.
– По протоколам пускают только с уровнем “В” и выше, – добавил Лим. – Мы упросили одного из “А-1” взять двоих наших. Теперь ждем свою удачу.
– Увы, приятель, – Фил потянул Сашу за собой. – С нами вам не повезло.
Лим не ответил, только повернул голову ко входу в тоннель.
– Но почему вас не пускают на поезд? – Саша выдернула руку и вернулась к людям. – Там совсем нет мест?
“Боги, храните этого наивного ребенка!” – Фил прикинул, что у них осталось меньше минуты. Нужная дверь была совсем рядом, но он и не думал зайти без дочери.
– Мест полно, – со злостью бросила Сара. – Чертов искусственный интеллект просто не хочет нас пускать! А если мы попытаемся проскочить…
Фил запоздало рассмотрел, что дальше вдоль стен лежали несколько тел, и едва сдержал новый рвотный позыв. Он вспомнил, как шел через зал. Вспомнил бездушные слова о приоритетах.
– Саша! Нам пора садиться! – Фил подошел к дочери и попытался взять ее за рукав куртки, но та уклонилась и отступила.
– Твой отец прав, милая, – женщина-диспетчер старалась говорить мягко, но ее голос дрожал.
– Нет! – Саша топнула ногой и обожгла Фила ненавидящим взглядом. Так, словно это он был причиной всех бед. – Мы должны им помочь!
– Чем? – глухо спросил Фил. – Чем мы им поможем?
– Я не знаю! – Саша вдруг всхлипнула и как-то вся сжалась, став еще меньше. – Их нельзя бросать…
– Идите, – твердо сказал Лим. – Не беспокойся о нас. Сейчас наверняка появится кто-то еще с высоким доступом, и мы попадем на поезд. Верно, Мира, Сара?
– Даже если и не попадем, – сквозь выступавшие слезы улыбнулась Мира, – тоннель под землей, и мы тут в безопасности от взрыва и ударной волны.
Фил внутренне скривился, словно надкусил зеленую сливу, но виду не подал. Что толку в этой безопасности, если в здании нет таких запасов медикаментов и еды, как в убежище? Нет защитного контура, который остановит радиацию. Единственное преимущество: они находились под землей. Но сколько можно просидеть в технических коридорах, которые контролирует Хранитель со своими приоритетами и протоколами?
– Филипп, Александра, остается тридцать две секунды, – напомнил о себе Хранитель. – Вам надо пройти в свой вагон.
– А они? – Саша не отступала. – Хранитель, нам надо провести этих людей внутрь!
– Это невозможно, – отрезал искусственный интеллект. – У них нет нужного уровня доступа, а вы не можете провести с собой кого-то еще. Двадцать пять секунд до удара. Пройдите…
– Я не пойду без!.. – закричала Саша, но Фил подскочил и зажал ей рот рукой. Люди бросились прочь, а сам он потащил упирающуюся Сашу к дверям.
– Заткнись, дура, – зашипел Фил и заскочил в вагон. – Ты что, смерти их хочешь?
Сашка укусила его за палец, и Фил оттолкнул ее. Он хотел наорать на девчонку, которая не понимала, что Хранитель мог принять ее капризные слова всерьез. Мог расценить людей как причину задержки и нежелания идти в безопасное место. Мог убить всех троих, добавив их тела к тем, что уже лежали вдоль стен. Фил открыл рот и набрал было в легкие воздуха, но тут к ним из прохода выкатился андроид в форме проводника. Выше пояса он был похож на человека, а ниже – крепился к основанию из металла на прорезиненных колесах.
– Рад вас приветствовать на поезде “Ковчег-311”! – Его лицо, слишком похожее на человеческое, растянулось в улыбке. – Мы готовимся совершить эвакуационную поездку согласно протоколам системы “Хранитель”. Прошу вас занять…
Таймер в углу интерфейса остановился на нулях. Экраны и вкладки померкли и исчезли. Не отдавая отчета в действиях, Фил навалился на Сашу и накрыл ее своим телом. В один миг исчезли все звуки, и повисла звенящая тишина, от которой сердце гулко б ухнуло в груди.
Мир вздрогнул.
– Идет ударная волна, – коротко предупредил Хранитель. – Приготовьтесь.
Фил и Саша вцепились друг в друга так сильно, словно именно от этого зависело, уцелеют ли они. Сколько времени прошло: десять секунд или пара минут, было непонятно. Время словно растянулось от края до края Вселенной и тут же сжалось в точку черной дыры. Поезд задрожал, завибрировал, затрясся. Металл лязгал, скрежетал и стучал. Где-то в вагонах кричали люди. Вдруг освещение погасло, и через мгновение загорелся слабый красный свет. Завыл сигнал тревоги. Поезд стал крениться в сторону, и Филу в какой-то момент показалось, что состав сейчас завалится на бок.
“Только не упади! Только не упади!” – повторял он снова и снова, как заклинание. Что будет, если поезд упадет? Если выезд из тоннеля обвалится? Если электронику перемкнет и сдетонирует один из ядерных реакторов? Черт! Черт! Черт!
По крыше что-то ударило. Еще раз и еще. Фил напряг спину так сильно, что мышцы свело судорогой. Он ждал, что вот-вот потолок тоннеля не выдержит тряски и рухнет вниз, сминая металл вагона и давя хрупкие тела людей внутри. Кажется, где-то кричали. Или это был его крик, отраженный эхом?
Вдруг все закончилось. Поезд качнулся обратно и с грохотом встал на колеса.
– Перезапускаю систему, – зазвучал механический голос из всех динамиков.
– Цела? – Фил отпустил дочь и медленно встал на ноги.
– Вроде да. – Саша неотрывно смотрела на двери, которые приоткрылись от тряски.
– Хранитель? – обратился к искусственному интеллекту Фил. – Ты тут?
Ему никто не ответил. Андроид, который встречал их, лежал на полу без движений. Только на основании возле колес мигали многочисленные лампочки.
– Начинаю тестировать состояние поезда, – объявил механический голос. – В целях безопасности просьба пассажирам оставаться на своих местах.
Снаружи раздался женский крик. Фил сразу понял, что кричала Сара, та, которую они недавно встретили. Он заглянул в щель между дверными створками, но ничего не увидел: перрон окутывала завеса пыли, разрезаемой светом мигающих ламп. Он оперся руками и тут же отпрянул назад, стараясь сохранить равновесие: массивные стальные двери разъехались в стороны без какого-либо сопротивления. Внутрь ворвались клубы пыли. В следующую секунду Саша выскочила на перрон и исчезла из виду.
– Саша! – заорал Фил и тут же закашлялся. – Вернись! Вернись, черт тебя подери!
Он поднял ворот футболки на нос и осторожно, нащупывая каждый шаг, вышел из вагона. Пробираясь практически на ощупь, он двинулся в ту сторону, откуда доносились голоса. То и дело спотыкаясь о мусор и камни, Фил брел вдоль стены и проклинал свою приемную дочь, которая приносила лишь одни неприятности. Вот куда она рванула? Чтобы что сделать? Бестолковая девчонка! Еще немного, и они сидели бы в удобных креслах, дышали бы очищенным воздухом, пили бы прохладную воду из бутылок в подлокотниках, смотрели бы какой-нибудь сериальчик и не думали бы о том, что привычный им мир исчез. Надо было просто дождаться перезапуска поезда и заслуженно отдыхать от пережитого кошмара. А вместо этого?
– Помогите! – крикнули совсем рядом. – Сюда! Помогите нам!
Фил разглядел в оседающей пыли, что случилось, и содрогнулся от ужаса. Часть вокзальной стены и колонна обрушились, не выдержав тряски. Камни придавили тех, кто не успел увернуться или отпрыгнуть. Мира, стоя на коленях, разгребала завал, который придавил ноги Сары. Женщина кричала от боли и скребла руками по полу. Саша была тут же и помогала Мире сдвинуть большой камень в сторону. Выходило у них плохо. В нескольких шагах Фил заметил торчащую из-под завала мужскую руку. Он догадался, что это Лим и что ему уже не помочь. Фил протиснулся вперед, между Мирой и Сашей, и налег на камень. Он прикинул, куда его будет легче столкнуть так, чтобы как можно меньше навредить Саре.
– Придется потерпеть, – коротко бросил он и стал медленно сдвигать обломок колонны в сторону. – Не мешайте.
Сара зашипела, потом застонала и перешла на крик. Фил старался не обращать внимания и продолжал упираться, но камень не поддавался. Мышцы спины горели от боли, и он закусил губу. Уперся ногами и вложился весь, но результата не было.
– Эй! В поезде! – закричал Фил, беря передышку. – Помогите нам! Тут человека придавило!
– Они не выйдут, – сухо сказала Мира. – Не вышли раньше, и теперь не помогут.
Фил знал, что она права. Вышел бы он сам, если бы не Сашка, выскочившая на перрон? Скорее всего, нет. Остался бы в кресле и потягивал бы сок через соломинку, легко убедив себя, что нуждающимся поможет кто-то другой.
– Давай вместе. – Фил сдвинулся в сторону, пропуская Миру. – На счет “три”. Один. Два. Три…
Они уперлись руками в обломок и стали толкать. Тот выстоял несколько секунд, а потом сдался и пополз вбок. Сара закричала, ее крик быстро перешел в вой, а затем в рыдания. Камень наконец съехал в сторону. Мира и Саша раскидали в стороны обломки поменьше, а Фил подхватил Сару под мышки и потянул, вытаскивая ее. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: обе ноги женщины сломаны.
– Давай заберем их с собой в поезд? – с мольбой в голосе спросила Саша. – Пожалуйста, папа! Давай заберем их, пока открыты двери.
Кажется, мелкая впервые назвала его папой. Фил быстро прикинул: пока система перезагружается, они могут успеть зайти в вагон. В крайнем случае, Хранитель высадит женщин обратно на перрон, так что они ничего не теряют. Внутри у них есть шанс выжить, все же в таком поезде должны быть лекарства, медицинские капсулы и специализированные роботы. Оставить женщин в полуразрушенном тоннеле, который не ровен час обвалится, выглядело смертельным приговором.
– Тестирование систем закончено! – вдруг объявил механический голос из поезда. – Запуск протоколов системы “Хранитель” активирован!
– Помогите ее поднять! – крикнул Фил и наклонился над Сарой. Саша с Мирой смогли устроить покалеченную женщину на его руках. – Поддерживайте меня, чтобы не упал!
Он пошел в сторону вагона, покачиваясь от тяжести. Сара обхватила его за шею и тихо стонала от боли. Фил чувствовал, как от нее пахнет потом, страхом и кровью. Ничего, главное — успеть вернуться. Поезд вдруг вспыхнул огнями и загудел набирающими обороты двигателями. Фил прибавил шаг, рискуя запнуться и свалиться вместе с ношей, но еще хуже было оказаться перед закрытыми у самого носа дверями. Его с Сашей Хранитель должен пропустить, а вот у женщин шансов не останется. Что тогда делать? Оставаться с ними и искать помощь в пустом здании вокзала или скупо извиниться и затолкать внутрь поезда орущую Сашку?
Они успели. К тому моменту, как Фил добежал до двери, Саша с Мирой уже были внутри и придерживали створки. Он шагнул внутрь и наконец-то немного отдышался. Дверь за их спиной закрылась, но не до конца. Приводы жужжали, то сбрасывая, то поднимая обороты, но просвет так и не исчезал.
– Идем в салон, – скомандовал Фил. Странное чувство тревоги кружило совсем близко, но понять, чем именно оно вызвано, не получалось. Возможно, дело было в том, что интерфейс дополненной реальности так и не включился после удара. – Как система восстановится, запросим помощь.
Проход перегородил все тот же андроид с человеческим торсом. За его спиной виднелись люди со смесью тревоги и любопытства на лицах.
– Решили все же помочь? – с неприязнью бросил Фил. – Спасибо, сами справились.
– Рад вас приветствовать на поезде “Ковчег-311”! – С издевкой, как показалось Филу, улыбнулся андроид. – Мы готовимся совершить эвакуационную поездку согласно протоколам системы “Хранитель”. Прошу вас занять свои места в салоне.
– Сара ранена, помогите ей! – подскочила Саша.
– Ранена? – Робот подкатился ближе. – У двоих людей отсутствует регистрация на поезд.
– Это сбой! – мгновенно выпалил Фил. – Ошибка при перезагрузке. До взрыва мы сели в вагон вчетвером, и ты нас пропустил.
– Пожалуйста, оставайтесь в шлюзовой камере входа, – голос Хранителя заговорил из динамиков поезда. – Мне нужно проверить резервные копии списков регистрации и уровни доступов. Это будет сделано сразу после завершения тестирования всех систем.
Андроид проехал мимо них и занялся осмотром дверей.
“Пошел этот Хранитель в задницу! – Фил немного замешкался, но все же двинулся дальше, в салон. Саша и Мира не отставали. – Я устал и хочу завалиться в кресло, а не стоять столбом у сломанных дверей!”
Несколько человек, завидев их, тут же разошлись по местам с недовольным шепотом, но Фил не обратил на них внимания. Сара дышала все тяжелее, и он чувствовал ее жар. Как же хорошо, что они успели ее достать и сесть в вагон. Теперь нужно подождать, когда все системы проверят друг друга и поезд наконец-то отправится в путь, а они выберутся на поверхность.
Спинка кресла показалась самой удобной и мягкой в мире. Фил едва не застонал от удовольствия, когда откинулся на нее и расслабил спину. Он вытянул ноги и почувствовал, как каждый вдох постепенно возвращает ему силы. Рядом в кресле ерзала Сашка, но Филу было все равно. Он, как никто другой, заслужил эти минуты расслабления. Хотелось отключиться от всех окружающих звуков: нарастающего шепота с соседних рядов, стонов и всхлипываний Сары, вопросов Миры и Саши. Хотелось не думать о том, что на поверхности их ждет мертвый безлюдный город. Что большинства тех, кого он знал, уже нет в живых. Что любимый магазин “Счастливый питомец” никогда больше не обслужит клиентов, а ему так и суждено остаться лишь дважды лучшим работником месяца.
– Тестирование систем и корректировка приоритетов завершена. – Голос Хранителя из динамиков поезда вырвал Фила из тревожного водоворота мыслей. – Отправление поезда через тридцать пять секунд. Желаем вам приятной поездки. Если вам что-то понадобится, кнопки вызова проводника есть в подлокотниках и продублированы в личных интерфейсах. Их работу мы восстановим в течение получаса.
Фил нащупал кнопку на подлокотнике и вдавил ее до упора. Экран в спинке кресла перед ним сменил картинку с рекламной заставки на интерактивное меню.
– Чем могу вам помочь? – спросил все тот же голос.
– Что там по медицинской капсуле? – Фил почувствовал, как поезд дернулся. – У нас тут человек с переломанными ногами, ты не забыл?
– Чем могу вам помочь? – повторил вопрос искусственный интеллект.
Поезд дернулся еще сильнее. Фил инстинктивно схватился руками за подлокотники. Саша рядом вскрикнула. Свет в салоне начал быстро затухать, а вибрация от двигателей слабеть. Фил почувствовал, как на спине выступил ледяной пот. Нет! Этого не может быть! У них же уровень доступа “А”! У них приоритет…
– Ты отцепил вагоны? – Он судорожно сглотнул. – Хранитель?
Ему никто не ответил.
